4
Прошло двадцать минут. Группа пыталась составить уравнение спроса и предложения для заданной модели.
Каролина жевала карандаш, уставившись в пустой лист, как будто от этого появится идея.
Мэтт решал всё сам. Иногда вслух, иногда всерьёз спрашивая Нила.
— Слушай, если мы примем цену за X, а спрос за Y, нам надо будет ещё производительность вставить, как переменную?
Нил кивнул.
— И затраты на импорт. Вон в условии написано — страна зависит от внешнего рынка.
Мэтт записал.
Каролина зевнула.
— Ну и скука. Эндрю, ты хоть что-то делай. Сиди тут как памятник. Страшный, но всё же.
Эндрю повёл плечами и облокотился на стол.
Он глянул на Каролину так, как смотрят на назойливого комара.
— Я наблюдаю.
— За чем, интересно? — она захихикала.
Он не ответил.
А потом повернулся к Нилу.
— А ты умный, — сказал он тихо.
Нил приподнял бровь.
— Что, правда удивлён? — продолжил Эндрю. — Ты всё время молчишь. Дерёшься взглядом. Сидишь, как будто тебя приговорили. А мозги при этом работают.
— Ты знаешь, что такое пассивная агрессия, Миньярд?
— А ты знаешь, что это звучит как комплимент, Джостен?
Каролина закатила глаза.
— Боже, вы флиртуете или ругаетесь?
— Это ты флиртуешь, Каро, — спокойно сказал Эндрю. — Мы просто говорим.
— Ну да, говорим... — буркнул Нил и снова уткнулся в лист.
Сердце билось слишком быстро.
Он не понимал, почему.
Эндрю... странный.
Он будто проверяет границы. Подходит ближе, чем надо. Смотрит дольше, чем положено. И говорит с ним, как будто что-то знает.
— Ты в порядке? — вдруг спросил Эндрю.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты выглядишь так, как будто тебе кто-то наступил на душу.
— А ты выглядишь, как человек, у которого в рюкзаке нож, — огрызнулся Нил.
— Так и есть, — спокойно сказал Эндрю.
Каролина ахнула.
Нил усмехнулся.
— Ты ненормальный.
— А ты нормальный? — спросил Эндрю, наклоняясь ближе.
— Нет. И не собираюсь быть.
— Хорошо, — кивнул Эндрю. — Тогда мы на одной стороне.
Нил отвернулся.
Он не мог смотреть на него.
Он всё ещё чувствовал на себе этот взгляд.
Холодный. Режущий. Заинтересованный.
И от этого хотелось либо сбежать, либо поцеловать его.
И это было ужасно.