5
Следующий день. Урок Физики
Кабинет был душным. Солнце лупило прямо в окна, и даже старые жалюзи не спасали. За окном скрипели деревья, а в классе — нервы.
Нил сидел на своём обычном месте у стены, с ручкой в зубах и тетрадью на коленях. Мэтт рядом что-то чертил в клетках.
Каролина и её пикми-команда расселись ближе к Эндрю. Он сидел вальяжно, будто не на уроке, а на своём троне.
Учительница по физике— уставшая женщина лет пятидесяти — что-то объясняла у доски, но её голос был еле слышен на фоне шепота и смешков.
— Эй, Нил, — вдруг раздалось откуда-то сбоку.
Нил поднял взгляд. Эндрю.
— Это правда, что ты работаешь официантом? Типа... фартук, поднос, чаевые?
Класс начал оборачиваться. Нил напрягся.
— Какая тебе разница?
— Просто интересно. Никогда не видел, чтобы школьник так выживал. Почти как в фильмах. Только ты — не герой, а скорее... массовка.
Смех раздался по классу. Особенно громко — от Каролины.
— Ой, Эндрю, ты такой остроумный! — хихикнула она, коснувшись его плеча. — А Нил правда похож на задний план. Такой весь... серый.
Мэтт резко поставил ручку на парту.
— Слышь, Миньярд, хватит.
— Что — хватит? — спокойно спросил Эндрю. — Я же просто поговорил. А то, что он слишком чувствительный — не мои проблемы.
— Если ты думаешь, что смешно унижать человека на глазах у всех, то ты — обычный мудак.
Эндрю усмехнулся.
— А если ты думаешь, что можешь затыкать мне рот, то ты ошибаешься, Бойт.
Нил молчал. Он просто смотрел в стол. Ему хотелось исчезнуть. Провалиться под пол. Уйти.
Но вместо этого — он сжал кулаки.
— Всё нормально, Мэтт, — прошептал он. — Пусть говорит.
— Нет, не нормально, — бросил Мэтт. — Он издевается над тобой без причины.
— Разве без причины? — Эндрю наклонился вперёд. — Может, причина — в его жалкой попытке быть невидимым. Или наоборот — в его желании, чтобы кто-то наконец его заметил?
Тишина.
Нил вскинул глаза. И впервые — посмотрел Эндрю прямо в лицо.
— Если ты думаешь, что у тебя есть право меня судить, только потому что ты пришёл сюда со своими бабками и машинами, то ты тупо переоцениваешь себя, Миньярд.
— А ты недооцениваешь меня, Джостен.
— Да пошёл ты.
Каролина снова захихикала.
— Вот это страсти! У нас тут что, вражда или скрытая симпатия?
— Тебя никто не спрашивал, Каролина, — хором бросили Мэтт и Нил.
Учительница откашлялась.
— Молодые люди, если вы закончили выяснять отношения, может, начнёте решать уравнение?
Нил резко открыл тетрадь, сердце стучало в ушах. Эндрю... он что, просто решил сделать его своей мишенью?
Он чувствовал, как внутри всё сжимается.
И только одна мысль крутилась в голове:
"Почему именно я?"