"Запретные сердца"

Сделка с дьяволом

Месяц спустя после суда жизнь начала входить в нормальное русло.

Риана и Дилан сняли небольшую квартиру в Манхэттене — с видом на Центральный парк, с высокими потолками и старыми деревянными полами, которые скрипели под ногами. Здесь пахло свободой. Здесь не было охраны, камер слежения, постоянного чувства опасности.

— Тебе нравится? — спросил Дилан, когда они впервые переступили порог.

— Очень, — ответила Риана, оглядываясь. — Это похоже на начало новой жизни.

— Так и есть, — сказал он, обнимая ее.

Они начали обустраивать жилье — выбирали мебель, вешали шторы, расставляли книги. Риана настояла на том, чтобы в гостиной стояло пианино — старое, с историей, которое они нашли в антикварном магазине.

— Оно идеально, — сказала она, проводя пальцами по клавишам. — Немного расстроено, но это можно исправить.

— Ты будешь играть для меня? — спросил Дилан.

— Всегда, — ответила она.

Они жили тихо и счастливо — ходили в кино, гуляли по парку, готовили ужины. Риана впервые в жизни чувствовала, что она свободна. Не нужно было притворяться, улыбаться нелюбимым людям, бояться отцовского гнева.

— Знаешь, — сказала она однажды вечером, когда они сидели на балконе и смотрели на огни города, — я никогда не думала, что буду так счастлива.

— Я тоже, — ответил Дилан. — Но, наверное, счастье и есть — когда ты с тем, кого любишь.

— И когда тебе не нужно ничего бояться, — добавила она.

— И это тоже.

Они замолчали. Внизу шумел город, где-то играла музыка, и Риане казалось, что она слышит, как бьются сердца миллионов людей — таких же, как они, ищущих свое счастье.

Но идиллия длилась недолго.

Однажды утром Дилану позвонил Маркус.

— У меня есть новости, — сказал адвокат. — Плохие.

— Какие? — спросил Дилан, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

— Уильям Блэквуд подал апелляцию. Он утверждает, что его оклеветали. И у него есть доказательства.

— Какие доказательства? — голос Дилана стал жестким.

— Не знаю, — ответил Маркус. — Но он требует встречи. С тобой и Рианой.

— Мы не будем с ним встречаться.

— Если вы не встретитесь, он обнародует эти доказательства. И тогда все, что вы сделали, может быть пересмотрено.

Дилан замолчал. Он посмотрел на Риану, которая стояла у окна и пила кофе.

— Я перезвоню, — сказал он и сбросил вызов.

— Что случилось? — спросила Риана, видя его лицо.

— Уильям подал апелляцию, — ответил Дилан. — Он хочет встретиться.

— Нет, — сказала Риана. — Я не хочу его видеть.

— Если мы не встретимся, он обнародует какие-то доказательства, — сказал Дилан. — Маркус говорит, что это может разрушить все.

Риана побледнела.

— Какие доказательства?

— Не знаю, — ответил Дилан. — Но мы должны выяснить.

Они спорили всю ночь. Риана не хотела встречаться с Уильямом — слишком больно, слишком страшно. Но Дилан убедил ее, что это необходимо.

— Мы справимся, — сказал он. — Вместе.

— А если нет? — спросила она.

— Тогда придумаем что-то еще, — ответил он. — Мы всегда находили выход.

Риана вздохнула.

— Хорошо, — сказала она. — Но ты будешь рядом.

— Всегда, — ответил Дилан.

Встреча была назначена в тюрьме, в комнате для свиданий.

Уильям выглядел ужасно — похудевший, с седой щетиной и запавшими глазами. Но в его взгляде все еще горел огонь — тот самый, который Риана помнила с детства.

— Ты пришла, — сказал он, когда она села напротив.

— Ты просил, — ответила Риана.

— Я знал, что ты придешь, — он усмехнулся. — Ты всегда была послушной дочерью.

— Я не твоя дочь, — сказала Риана. — Ты знаешь это лучше меня.

— По документам — моя, — ответил Уильям. — И это все, что имеет значение.

— Зачем ты позвал нас? — спросил Дилан, садясь рядом с Рианой.

— Хочу предложить сделку, — сказал Уильям. — Вы отзываете свои показания, и я забираю апелляцию.

— Мы не можем отозвать показания, — сказала Риана. — Это правда.

— Правда? — Уильям рассмеялся. — Ты думаешь, что знаешь правду? Ты ничего не знаешь.

— Тогда расскажи, — сказал Дилан. — Мы слушаем.

Уильям помолчал. Потом начал говорить.

Он рассказал о том, как много лет назад его отец, Александр Блэквуд, заставил их с Артуром враждовать. Как натравливал друг на друга, как учил, что победа любой ценой — это единственный способ выжить. Как уничтожил завещание, чтобы объединить семьи.

— Он был монстром, — сказал Уильям. — Но я стал еще большим монстром, чтобы выжить.

— Ты убил человека, — напомнила Риана.

— Да, — ответил Уильям. — И я жалею об этом. Каждый день.

— Ты жалеешь не об убийстве, — сказала Риана. — Ты жалеешь, что тебя поймали.

— Возможно, — ответил Уильям. — Но я хочу искупить свою вину.

— Как? — спросил Дилан.

— Я расскажу все, что знаю, — сказал Уильям. — О махинациях, о подкупах, о завещании. Я дам показания против себя и против Артура. В обмен на смягчение приговора.

— Ты хочешь заключить сделку с правосудием? — спросила Риана.

— Да, — ответил Уильям. — Я хочу выйти на свободу. Хотя бы через десять лет.

— Ты убил человека, — повторила Риана. — Ты не заслуживаешь свободы.

— Может быть, — ответил Уильям. — Но я заслуживаю шанса.

Риана посмотрела на Дилана. В его глазах было сомнение.

— Что ты думаешь? — спросила она.

— Я думаю, он лжет, — ответил Дилан. — Как всегда.

— Я не лгу, — сказал Уильям. — У меня нет смысла лгать. Я в тюрьме. Мне нечего терять.

— У тебя есть свобода, — напомнила Риана. — И ты готов на все, чтобы ее вернуть.

— Да, — ответил Уильям. — Потому что я хочу начать новую жизнь.

— Ты не сможешь начать новую жизнь, — сказала Риана. — Ты слишком стар. И слишком сломлен.

— Тогда я хочу умереть на свободе, — ответил Уильям. — А не в тюрьме.

Риана замолчала. Она смотрела на человека, который когда-то был ее отцом, и чувствовала жалость. Не любовь. Не ненависть. Жалость.

— Я подумаю, — сказала она. — Но ничего не обещаю.

— Это все, о чем я прошу, — ответил Уильям.

Они вышли из тюрьмы. На улице шел дождь — холодный, осенний.

— Ты правда будешь думать? — спросил Дилан.

— Не знаю, — ответила Риана. — Он заслуживает наказания. Но, может быть, он заслуживает и шанса.

— Ты слишком добра, — сказал Дилан.

— Нет, — ответила Риана. — Я просто устала ненавидеть.

Они вернулись домой и проговорили всю ночь.

Риана рассказала Дилану о своем детстве — о том, как Уильям заставлял ее учиться этикету, как запрещал играть на пианино, как хотел выдать замуж за Калеба. И о том, как иногда, в редкие минуты, он был добрым — читал ей сказки на ночь, водил в зоопарк, учил кататься на велосипеде.

— Он был не только монстром, — сказала Риана. — Он был и человеком.

— Все мы люди, — ответил Дилан. — Но это не оправдывает его поступки.

— Я знаю, — сказала Риана. — Но, может быть, он заслуживает второго шанса.

— Ты правда так думаешь?

— Не знаю, — честно ответила она. — Но я хочу попробовать.

На следующий день она позвонила Маркусу и сказала, что согласна на сделку.

— Ты уверена? — спросил адвокат.

— Нет, — ответила Риана. — Но я хочу дать ему шанс.

— Это твое право, — сказал Маркус. — Я подготовлю документы.

Через неделю сделка была заключена.

Уильям Блэквуд дал показания против себя и против Артура. В обмен его приговор был сокращен с пожизненного до двадцати лет.

— Ты поступила правильно, — сказал Дилан, когда они узнали об этом.

— Надеюсь, — ответила Риана.

Она стояла у окна и смотрела на дождь. Внутри было пусто — но эта пустота была лучше, чем боль.

Артура Пирса перевели в другую тюрьму — с более строгим режимом, после того как Уильям дал показания против него.

Дилан навестил его через неделю.

— Ты предал меня, — сказал Артур, когда сын сел напротив.

— Нет, — ответил Дилан. — Я просто выбрал правду.

— Правда? — Артур усмехнулся. — Ты думаешь, что знаешь правду?

— Знаю, — ответил Дилан. — И она тебя не красит.

— Я делал то, что должен был, — сказал Артур. — Чтобы защитить семью.

— Ты защищал себя, — ответил Дилан. — И свою империю.

— Может быть, — сказал Артур. — Но я любил тебя.

— Я знаю, — ответил Дилан. — И я люблю тебя. Но это не значит, что я одобряю твои поступки.

— Я не прошу одобрения, — сказал Артур. — Я прошу прощения.

— Ты получишь его, — ответил Дилан. — Но не сейчас. Сейчас мне нужно время.

Он встал и вышел из комнаты для свиданий.

На улице его ждала Риана.

— Ты как? — спросила она.

— Нормально, — ответил Дилан. — Тяжело, но нормально.

— Ты простил его?

— Не знаю, — сказал Дилан. — Но я пытаюсь.

— Это главное, — ответила Риана.

Она взяла его за руку, и они пошли к машине.

Через месяц Риана получила письмо от Уильяма.

Он писал из тюрьмы, благодарил ее за шанс, говорил, что будет стараться стать лучше. Риана прочитала письмо и спрятала его в ящик стола.

— Ты ответишь? — спросил Дилан.

— Не сейчас, — ответила она. — Слишком больно.

— Я понимаю, — сказал он.

Он обнял ее, и они стояли так, слушая, как за окном шумит город.

Война закончилась.

Начинался мир.

Но впереди была еще долгая дорога — дорога прощения, дорога исцеления, дорога любви.