"Запретные сердца"

Ловушка

Возвращение в Бразилию должно было стать началом новой жизни. Но судьба распорядилась иначе.

Риана вернулась в домик на холме поздно вечером, уставшая, но счастливая. Документы были у нее, отец отступил — пусть временно, пусть с условиями, но отступил. Она верила, что худшее позади.

Дилан встретил ее на пороге. Он выглядел встревоженным — ходил по комнате, поглядывал на телефон, кусал губы.

— Что случилось? — спросила Риана, чувствуя, как радость уступает место тревоге.

— Хлоя пропала, — ответил он. — Я звонил ей весь день. Она не отвечает.

— Может быть, у нее разрядился телефон?

— Я звонил Мие. Она сказала, что Хлоя уехала из отеля три дня назад и не вернулась. Никто не знает, где она.

Риана почувствовала, как земля уходит из-под ног.

— Это твой отец, — сказала она. — Он забрал ее.

— Думаю, да, — Дилан сжал кулаки. — Он хочет заставить меня вернуться.

— Что ты будешь делать?

— Не знаю, — он провел рукой по лицу. — Я не могу оставить ее. Она — все, что у меня есть.

— У тебя есть я, — тихо сказала Риана.

Дилан посмотрел на нее. В его глазах была боль.

— Ты тоже, — сказал он. — Но Хлоя — моя сестра. Я обещал матери защищать ее.

— Тогда мы поедем вместе, — сказала Риана. — Вернемся и заберем ее.

— Нет, — Дилан покачал головой. — Это ловушка. Он хочет, чтобы я вернулся. И ты не поедешь.

— Я не оставлю тебя одного, — сказала она твердо.

— А я не оставлю тебя, — ответил он. — Но у нас нет выбора.

Они спорили всю ночь, но так и не пришли к согласию. Под утро Дилан сдался.

— Хорошо, — сказал он. — Мы поедем вместе. Но ты будешь делать то, что я скажу. Без вопросов.

— Обещаю, — ответила Риана.

Она не знала, что это обещание станет самым трудным в ее жизни.

Они вылетели на следующий день.

Самолет приземлился в Майами, и Риана сразу почувствовала, как напряжение возвращается. Воздух стал тяжелым, люди — чужими, даже солнце светило как-то зловеще.

— Нам нужно найти место, где мы сможем спрятаться, — сказал Дилан, когда они вышли из аэропорта. — И связаться с Хлоей.

— Я знаю одно место, — ответила Риана. — Старый особняк бабушки. Туда никто не ходит.

— Рискованно. Если твой отец...

— Он не подумает искать нас там, — перебила она. — Он ненавидит этот дом. Слишком много воспоминаний.

Дилан колебался, но кивнул.

Они взяли такси и поехали на окраину города.

Особняк бабушки Виктории стоял на холме, окруженный заросшим садом. Закат окрашивал его стены в кроваво-красный цвет, и Риане показалось, что дом смотрит на них, как живой.

— Жутковато, — сказал Дилан, выходя из машины.

— Здесь умерла моя бабушка, — ответила Риана. — Она была последней, кто жил в этом доме.

— Почему его не снесли?

— Отец хотел, но мать запретила. Говорила, что это память.

Они вошли внутрь через черный ход — дверь была не заперта, как и в прошлый раз. Внутри пахло пылью и сыростью, и где-то в углу снова пищала мышь.

— Уютно, — сказал Дилан с сарказмом.

— Лучше, чем под открытым небом, — ответила Риана.

Они поднялись на второй этаж, нашли комнату, где сохранилась старая кровать, и постелили на нее найденные в шкафу простыни.

— Завтра начнем искать Хлою, — сказал Дилан, когда они легли. — А сегодня просто отдохнем.

— Ты сможешь уснуть?

— Нет, — честно ответил он. — Но попробую.

Он обнял ее, и они лежали в темноте, слушая, как ветер шумит в ветвях. Риана чувствовала, как его сердце бьется — ровно, спокойно, уверенно. И ей казалось, что пока оно бьется, все будет хорошо.

Утром их разбудил шум машин.

Дилан подбежал к окну и выглянул.

— Черт, — сказал он. — Они нашли нас.

На улице стояли три черных внедорожника. Из них выходили люди в черных костюмах — вооруженные, с радиосвязью.

— Это люди твоего отца? — спросила Риана.

— Мои, — ответил Дилан с ужасом. — Это люди Артура Пирса.

— Как они нас нашли?

— Не знаю, — он отошел от окна. — Но нам нужно уходить. Быстро.

Они бросились к черному ходу, но дверь была заблокирована снаружи. Дилан попробовал выбить ее плечом, но безуспешно.

— Не выйдет, — сказал он. — Они заперли нас.

— Окна? — Риана подбежала к окну, но и оно было закрыто — снаружи стояла решетка.

— Это ловушка, — прошептала она. — Они знали, что мы здесь.

— Но откуда? — Дилан оглядывался в поисках выхода. — Мы никому не говорили.

— Мистер Говард, — сказала Риана. — Только он знал, что мы вернулись.

Дилан замер. Потом медленно повернулся к ней.

— Мистер Говард не мог предать, — сказал он. — Он же помогал нам.

— Итан тоже помогал, — ответила Риана с горечью. — А потом предал.

Ответ пришел сам собой — в виде голоса из динамика, установленного снаружи.

— Дилан, — голос Артура Пирса был спокойным, даже ласковым. — Выходите. Вы окружены.

Дилан подошел к окну и выглянул. Отец стоял на улице, в окружении охраны, и смотрел на дом.

— Ты не спрячешься от меня, сын, — сказал Артур. — Я всегда нахожу то, что принадлежит мне.

— Я не принадлежу тебе! — крикнул Дилан.

— Ты носишь мою фамилию, — ответил отец. — Этого достаточно.

Риана взяла Дилана за руку.

— Что будем делать? — спросила она.

— Не сдаваться, — ответил он. — Никогда.

Но сдаваться не пришлось.

Через десять минут дверь выбили. Люди в черном ворвались в дом, скрутили Дилана и схватили Риану. Она сопротивлялась, кричала, но ее не слушали.

— Уведите ее, — приказал Артур, даже не взглянув на Риану. — В машину.

— Нет! — крикнул Дилан, вырываясь. — Не трогайте ее!

— Заткнись, — Артур подошел к сыну и заглянул ему в глаза. — Ты опозорил семью. Ты сбежал с дочерью врага. Ты предал меня.

— Это ты предал себя, — ответил Дилан. — Много лет назад.

Артур побледнел. На секунду Риане показалось, что он ударит сына. Но вместо этого он отвернулся.

— Уведите их, — повторил он. — В разные машины.

Риану загрузили в один внедорожник, Дилана — в другой. Она смотрела в окно, как его увозят, и чувствовала, как сердце разрывается на части.

— Дилан! — крикнула она. — Дилан!

Но он не слышал. Или не мог ответить.

Машина тронулась, и дом, где они прятались, исчез за поворотом. Риану везли неизвестно куда, и она поняла: это конец.

Они проиграли.