"Запретные сердца"

Решение

Тишина в доме Маркуса была обманчивой.

Первые три дня в Сан-Диего казались Риане сном — долгим, спокойным, почти счастливым. Она просыпалась рядом с Диланом, слышала, как за окном поют птицы, и чувствовала, как уходит напряжение, копившееся годами. Но на четвертый день реальность напомнила о себе.

— Его нашли, — сказал Дилан, входя в кухню, где Риана пила кофе. Лицо его было бледным, глаза — встревоженными.

— Кого? — Риана поставила чашку.

— Моего отца. Вернее, он нашел нас. Маркус видел подозрительную машину у дома.

Риана почувствовала, как страх сжимает горло.

— Как он нас нашел?

— Не знаю, — Дилан сел напротив, провел рукой по лицу. — Может быть, отследил звонок. Может быть, у него есть люди в полиции. Но факт остается фактом — он знает, где мы.

— Что нам делать?

Дилан посмотрел на нее долгим взглядом. В его глазах было что-то, чего Риана раньше не видела. Решимость. И отчаяние.

— Нужно уезжать, — сказал он. — Сегодня же.

— Куда?

— В Канаду. У меня там есть знакомый, он сможет нас спрятать.

— Канада? — Риана покачала головой. — Дилан, это же другая страна. У нас нет документов, нет денег...

— Деньги есть, — он достал из кармана пачку купюр. — Я снял все, что было на счету, перед тем как мы уехали. Хватит на первое время.

— А паспорта?

— Поддельные, — сказал он, и в голосе его прозвучала горечь. — Я не хотел прибегать к этому, но выбора нет.

Риана замолчала. Она смотрела на него и понимала, что он готов на все ради их безопасности. Даже на то, что раньше считал невозможным.

— Хорошо, — сказала она. — Когда выезжаем?

— Через час. Я уже сказал Хлое и Мие. Мия остается с Маркусом, так будет безопаснее.

— А Хлоя?

— Хлоя едет с нами, — Дилан вздохнул. — Она не хочет оставаться. Говорит, что без меня отец ее просто сожрет.

Риана кивнула. Она понимала Хлою. В этом аду даже стены были враждебными.

Они собрались быстро — опыт побега уже был, и вещей у них было немного. Мия плакала, обнимая Риану на прощание.

— Ты вернешься? — спросила она сквозь слезы.

— Обязательно, — ответила Риана. — Как только все закончится.

— А когда это закончится?

Риана не знала, что ответить. Она поцеловала подругу в щеку и вышла из дома.

Машина — старый универсал, который Маркус одолжил им на время — стояла у ворот. Дилан уже сидел за рулем, Хлоя — на заднем сиденье. Риана села рядом с Диланом и пристегнулась.

— Готова? — спросил он.

— Готова, — ответила она.

Они выехали на трассу, и Сан-Диего остался позади.

Дорога до границы заняла два дня.

Они ехали ночью, спали в машине на обочинах, ели фастфуд на заправках. Риана чувствовала, как усталость накапливается, словно свинец в ногах, но не жаловалась. Дилан был еще более измотан — он почти не спал, все время следя за дорогой и зеркалами.

— Отдохни, — сказала она ему на второй день. — Я поведу.

— Ты не знаешь дороги.

— Покажешь.

Он хотел возразить, но она посмотрела на него так, что он сдался. Они поменялись местами, и Риана села за руль.

— Ты уверена? — спросила Хлоя с заднего сиденья.

— Абсолютно, — ответила Риана, заводя двигатель.

Машина слушалась ее плохо — слишком старая, слишком тяжелая. Но Риана вела аккуратно, не превышая скорость, и через час они уже подъезжали к границе.

— Документы готовы? — спросил Дилан, просыпаясь.

— В бардачке, — ответила Риана.

Он достал паспорта — три книжечки с чужими именами и чужими фотографиями. Риана посмотрела на свою: Эмили Уайт. Ничего общего с ней — ни внешности, ни биографии.

— Пройдем, — сказал Дилан, но в голосе его не было уверенности.

На границе их остановили. Пограничник — молодой парень с усталыми глазами — проверил документы, задал несколько вопросов и махнул рукой, пропуская.

— Проезжайте, — сказал он.

Риана выдохнула. Она не знала, как они это сделали, но граница осталась позади. Они были в Канаде.

— Живы, — прошептала Хлоя. — Мы живы.

Дилан взял Риану за руку.

— Ты справилась, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Мы справились, — ответила она.

Друг Дилана жил в Ванкувере — в небольшой квартире на окраине, где пахло старыми книгами и кофе. Его звали Саймон, и он был музыкантом — скрипачом, который когда-то учился с Диланом в одной школе.

— Вы выглядите ужасно, — сказал он, открывая дверь. — Проходите.

Они зашли в квартиру, и Риана огляделась. Стены были увешаны афишами, на полу лежали ноты, а в углу стояла скрипка в открытом футляре.

— Уютно, — сказала она.

— Это моя крепость, — ответил Саймон с улыбкой. — Здесь никто не найдет вас. Обещаю.

Дилан обнял друга.

— Спасибо, Сай. Я никогда не забуду этого.

— Забудь, — ответил Саймон. — Вы — мои друзья. А друзья помогают друг другу.

Они остались у Саймона на неделю.

Этого времени хватило, чтобы прийти в себя, выспаться и начать думать о будущем. Риана и Дилан много говорили — о том, что будет дальше, о том, как им жить, о том, как справиться с семьями.

— Мы не можем прятаться вечно, — сказала Риана однажды вечером, когда они сидели на крыльце и смотрели на закат.

— Знаю, — ответил Дилан. — Но пока у нас нет выбора.

— А если мы найдем способ остановить их? — Риана повернулась к нему. — Не прятаться, а бороться?

Дилан посмотрел на нее с удивлением.

— Что ты имеешь в виду?

— Нашу вражду, — сказала она. — Она ведь из-за чего-то началась? Наверняка есть причина. Если мы узнаем, что это было, может быть, сможем остановить их?

— Мои родители не говорят об этом, — ответил Дилан. — Я пытался узнать, но отец всегда уходил от ответа.

— А мои — тем более, — Риана вздохнула. — Но есть люди, которые знают правду. Например, мистер Говард. Он работал на нашу семью много лет. Он должен знать.

— Ты предлагаешь вернуться? — голос Дилана стал напряженным.

— Я предлагаю не сдаваться, — ответила она. — Мы сбежали, но это не решение. Это временное убежище. Рано или поздно нас найдут. И тогда у нас не будет ни правды, ни защиты.

Дилан молчал. Он смотрел на горизонт, где солнце медленно погружалось в океан, и думал о ее словах.

— Ты права, — сказал он наконец. — Но мы не можем вернуться сейчас. Это самоубийство.

— А когда сможем?

— Когда у нас будет план. И оружие.

— Какое оружие?

Дилан повернулся к ней. В глазах его горел огонь.

— Правда, — сказал он. — Ты сама сказала. Если мы узнаем, что на самом деле произошло между нашими семьями, мы сможем использовать это против них.

Риана кивнула.

— Тогда давай начнем искать, — сказала она. — Прямо сейчас.

— С чего?

— С интернета, — она достала телефон. — В наше время все оставляют следы.

Они искали всю ночь. Старые газетные статьи, фотографии, заметки в блогах. И нашли.

Статья, опубликованная двадцать пять лет назад в местной газете, гласила: «Скандал в семье Блэквуд: младший сын обвиняет старшего в подлоге завещания».

— Читай, — сказал Дилан, передавая телефон Риане.

Она прочитала статью, и с каждым абзацем лицо ее становилось все бледнее.

— Это невозможно, — прошептала она.

— Что там?

— Мой отец... он обвинил твоего в том, что тот подделал завещание. А твой отец... он сказал, что мой украл невесту.

— Чью невесту?

— Мою мать, — Риана подняла глаза. — Элеонору.

Дилан замер.

— Твоя мать была невестой моего отца?

— Похоже на то, — Риана покачала головой. — Господи, какая же это грязь.

Они продолжали копать и нашли еще одну статью — о том, как Уильям Блэквуд женился на Элеоноре через две недели после того, как Артур Пирс ушел из семьи.

— Значит, твой отец украл мою мать, — сказал Дилан. — А мой украл завещание.

— Или наоборот, — ответила Риана. — Мы не знаем правды. Мы знаем только то, что писали в газетах.

— Нам нужно больше информации.

— У мистера Говарда есть ключи, — сказала Риана. — Он работал на семью Блэквуд тридцать лет. Он знает все.

— И как нам с ним связаться?

— Через Мию, — Риана взяла телефон. — Она сможет передать ему сообщение.

Они написали Мие длинное письмо, объяснив все. Мия ответила через час:

«Мистер Говард согласен встретиться. Но только лично. И только в нейтральном месте».

— Где? — спросил Дилан.

Риана задумалась.

— Есть одно место, — сказала она. — Старый особняк на окраине города. Он принадлежал моей бабушке. Сейчас он заброшен. Никто туда не ходит.

— Это рискованно.

— Все, что мы делаем, рискованно, — ответила Риана. — Но это наш шанс.

Дилан кивнул.

— Тогда едем, — сказал он. — Завтра же.

Они выехали на рассвете.

Саймон дал им свою машину — старый, но надежный «Форд», который не привлекал внимания. Хлоя осталась в Ванкувере — ей нужно было отдохнуть, да и тащить ее с собой на опасную встречу Дилан не хотел.

— Ты вернешься? — спросила Хлоя, обнимая брата на прощание.

— Обязательно, — ответил он. — Береги себя.

— Ты тоже.

Они сели в машину и поехали на юг, к границе. В этот раз документы проверили тщательнее, но поддельные паспорта снова сработали. Риана чувствовала, как сердце колотится где-то у горла, но держалась спокойно.

— Ты молодец, — сказал Дилан, когда они проехали границу. — Держишься лучше меня.

— Я просто боюсь, — ответила она. — Но страх — это не повод отступать.

Они доехали до города к вечеру. Старый особняк бабушки Виктории стоял на холме, окруженный заросшим садом. Когда-то он был красивым — с колоннами, лепниной и фонтаном. Теперь стены облупились, окна были заколочены, а сад зарос сорняками.

— Выглядит жутковато, — сказал Дилан, выходя из машины.

— Здесь умерла моя бабушка, — ответила Риана. — Она была последней, кто жил в этом доме.

— Почему его не снесли?

— Отец хотел, но мать запретила. Говорила, что это память.

Они вошли в дом через черный ход — дверь была не заперта, словно кто-то специально оставил ее открытой.

Внутри пахло пылью и сыростью. Мебель была накрыта простынями, на полу лежали старые газеты. Где-то в углу пищала мышь.

— Мистер Говард? — позвала Риана.

Тишина.

Они прошли в гостиную, и там, в кресле у камина, сидел старик. Он был одет в поношенный костюм, и в руках его была старая фотография.

— Мистер Говард, — Риана подошла к нему. — Спасибо, что пришли.

Старик поднял голову. Его глаза были мутными, но в них все еще читался ум.

— Мисс Риана, — сказал он голосом, который дрожал от старости. — Вы стали похожи на свою мать. Такую же красивую.

— Спасибо, — ответила она. — Мистер Говард, мы хотим спросить вас о прошлом. О том, что случилось между нашими семьями.

Старик покачал головой.

— Это старая история, — сказал он. — История, которая принесла много боли.

— Мы знаем, — вмешался Дилан. — Но мы хотим узнать правду.

— Правду? — старик усмехнулся. — Правда давно умерла. Как и те, кто ее знал.

— Но вы знаете, — сказала Риана. — Вы были рядом.

Старик посмотрел на нее долгим взглядом. Потом вздохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Садитесь. Расскажу.

Они сели на старый диван, и мистер Говард начал свой рассказ.

— Двадцать пять лет назад, — сказал он, — ваш дед, Александр Блэквуд, умер. Он оставил завещание, в котором объединял активы двух семей — Блэквудов и Пирсов. Но было условие: наследство переходило к первому внуку, который родится в браке между семьями.

— Первому внуку? — переспросил Дилан.

— Да, — старик кивнул. — Александр мечтал объединить семьи. Но его сыновья — Уильям и Артур — ненавидели друг друга. Артур ушел из дома, взял фамилию матери, Пирс, и поклялся, что его дети никогда не будут связаны с Блэквудами.

— А завещание? — спросила Риана.

— Уильям уничтожил его, — ответил мистер Говард. — Или спрятал. Никто не знает. Но с тех пор вражда стала только сильнее.

— И все из-за денег? — Риана почувствовала, как гнев поднимается в груди.

— Не только из-за денег, — старик покачал головой. — Из-за любви. Артур любил вашу мать, мисс Риана. А ваш отец отбил ее у брата.

Риана закрыла глаза.

— Боже мой, — прошептала она. — Какая же это трагедия.

— Это не трагедия, — сказал старик. — Это проклятие. Которое вы, кажется, готовы нарушить.

Дилан взял Риану за руку.

— Мы нарушим, — сказал он. — Чего бы это ни стоило.

Старик посмотрел на них и улыбнулся — впервые за весь разговор.

— Дай бог, — сказал он. — Дай бог.

Они попрощались с мистером Говардом и вышли из особняка. Ночь уже опустилась на город, и звезды мерцали в темном небе.

— Теперь мы знаем, — сказал Дилан.

— Знаем, — ответила Риана. — Но это только начало.

— Что будем делать?

— Бороться, — она посмотрела на него. — За нашу любовь. За наше будущее. За правду.

Дилан обнял ее.

— Вместе, — сказал он.

— Вместе, — ответила она.

Они сели в машину и уехали в ночь, оставив позади старый особняк и его тайны.

Впереди была новая битва.

Но теперь у них было оружие.

Правда.