Любовь под запретом

Я проснулась от того, что кто-то настойчиво стучал в мою дверь. Стук был лёгким, но настойчивым — не как у Джеффри (он бы просто вышиб дверь), и не как у Тикани (она бы уже вошла без приглашения). Скорее… как у зайца.

Я открыла. На пороге стоял Нимбл — белокурый, с огромными зелёными глазами и таким испуганным лицом, будто за ним гналась вся стая волков.

— Юнона, — выдохнул он. — Ты должна мне помочь.

— Что случилось? — я мигом проснулась.

— Холли… она не выходит из комнаты. Говорит, что больше никогда не покажется на глаза Дориану. А Дориан… он спит! Он просто спит, Юнона! Он даже не понял, что случилось что-то странное! Она рыдает, а он храпит!

Я прикрыла глаза и вздохнула. Вчерашний вечер. Поцелуй. Щелчок. И теперь — последствия.

— Ладно, идём, — я натянула джинсы и вылетела в коридор.

Компания Карага обитала в западном крыле — просторные комнаты, но попроще, чем у стаи. Джеффри всегда говорил, что это потому, что они «нищие неудачники». Я же думала, что им просто не нужна показуха.

Холли сидела на кровати, обхватив колени руками. Её рыжие волосы растрепались, зелёные глаза опухли от слёз. Рядом суетилась Лу, пытаясь всучить ей чай с мятой.

— Я идиотка, — бормотала Холли. — Полная идиотка. Зачем я пошла с ним в лес? Зачем позволила?

— Потому что он тебе нравится, — сказала я, входя.

Холли подняла голову. В её глазах мелькнула надежда, сменившаяся стыдом.

— Юнона… ты не понимаешь.

— Понимаю. Я всё видела.

Тишина повисла такая плотная, что можно было резать ножом. Лу прижала руки к груди. Нимбл пискнул и закрыл лицо ладонями.

— Ты… ты видела? — прошептала Холли.

— Я была в лесу. Случайно. И да, я видела, как он тебя поцеловал, — я села рядом с ней на кровать. — И это было красиво, Холли. Серьёзно. Я бы так хотела, чтобы меня кто-нибудь поцеловал вот так — будто я — единственное, что имеет значение.

Она всхлипнула.

— Но кто-то там был! Я слышала щелчок!

Я вздохнула. И приняла решение.

— Это была я.

Холли замерла. Лу ахнула. Нимбл убрал ладони от лица и уставился на меня с ужасом.

— Ты… ты нас сфоткала? — голос Холли дрожал.

— Сфоткала. А потом удалила, — я достала телефон и показала пустую галерею. — Смотри. Нет ничего. И не было. Это была глупость с моей стороны. Прости.

Холли смотрела на экран, потом на меня. Её нижняя губа дрожала.

— Зачем?

— Я сама не знаю, — честно призналась я. — Наверное, потому что я завидую. У тебя есть кто-то, кто смотрит на тебя так, как Дориан смотрел на тебя вчера. А у меня… у меня есть брат, который меня ненавидит, и куча проблем, которым нет конца.

Холли выдохнула. Медленно, будто выпуская весь страх наружу.

— Ты правда удалила?

— Правда.

— И никому не покажешь?

— Никому. Даже под пытками.

Она помолчала. А потом вдруг рассмеялась — сквозь слёзы, нервно, но искренне.

— Дурацкая ситуация, да?

— Ещё какая, — я улыбнулась.

— Дориан даже не проснулся, когда я ушла, — всхлипнула она. — Я думала, он побежит за мной. А он… спит.

— Дориан всегда спит, — заметила Лу.

— Это не отмазка!

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Дориан — заспанный, растрёпанный, в мятой футболке. Его зелёные глаза были красными — не от слёз, а от того, что он только что проснулся и, видимо, бежал так быстро, как никогда в жизни.

— Холли, — выдохнул он. — Ты ушла. Я проснулся, а тебя нет.

— И что? — она отвернулась.

— И я… я испугался, — сказал он тихо. — Я подумал, что тебе не понравилось. Что я сделал что-то не так. Что ты меня больше не хочешь видеть.

Холли медленно повернула голову.

— Ты испугался?

— Очень.

— Ты? Который спит в любой ситуации?

— Даже коты боятся потерять то, что им дорого, — он шагнул в комнату, не замечая ни меня, ни Лу, ни Нимбла. Только её.

Мы переглянулись с Лу. Нимбл уже пятился к выходу.

— Мы, наверное, пойдём, — сказала я, вставая.

— Нет, — Холли схватила меня за руку. — Останься. Пожалуйста.

Я осталась. Но чувствовала себя лишней — в хорошем смысле. Дориан сел на пол перед кроватью Холли, взял её руки в свои и что-то говорил тихо-тихо, так что я не слышала. Холли кивала, шмыгала носом, а потом вдруг наклонилась и поцеловала его сама.

Лу запищала от умиления. Нимбл прошептал: «О боги, это так мило». А я улыбнулась — впервые за много дней по-настоящему.

Мы вышли из комнаты, оставив их вдвоём. В коридоре я прислонилась к стене и выдохнула.

— Ты молодец, — сказала Лу. — Что пришла. Что удалила фото. Что не предала.

— Я ещё могу предать, — усмехнулась я. — Не расслабляйтесь.

— Не предашь, — уверенно сказал Нимбл. — Ты не такая.

Я хотела ответить, но в конце коридора показалась знакомая фигура. Караг. Он шёл неторопливо, руки в карманах, и смотрел прямо на меня.

— Я слышал, тут произошёл переполох, — сказал он, подходя.

— Всё нормально, — ответила я. — Холли и Дориан помирились.

— Благодаря тебе?

— Благодаря тому, что они любят друг друга. А я просто… не мешала.

Караг посмотрел на меня долгим взглядом. Лу и Нимбл тактично удалились.

— Ты вчера сказала, что не знаешь, как быть собой, — тихо произнёс он. — А сегодня ты была собой. И это было… правильно.

— Ты говоришь странные вещи, Караг.

— Я знаю, — он чуть улыбнулся. — Иду завтракать. Составишь компанию?

Я посмотрела в сторону столовой. Там, за дальним столом, сидела стая. Джеффри смотрел в мою сторону — нет, не на меня, сквозь меня. Холодный взгляд, полный презрения.

— Не сегодня, — сказала я. — Сегодня я, наверное, поем в комнате.

— Боишься?

— Нет. Просто не хочу портить аппетит.

Караг кивнул, будто понимал. И ушёл.

А я вернулась к себе, взяла яблоко (спасибо Нимблу, он оставил целую корзину у двери) и уставилась в окно. Солнце поднималось над «Кристаллом», и школа сверкала в его лучах, как бриллиант.

Где-то в этой школе был мой брат, который ненавидел меня за то, что я не стала его тенью. Где-то были Холли и Дориан, которые наконец-то перестали прятаться. Где-то были Лу, Нимбл, Брендон — тихие, добрые, сильные по-своему. Где-то была Тикани, которая всё ещё верила, что верность стае важнее правды.

А где-то — Караг. Враг. Пума. Парень, который смотрел на меня так, будто я была чем-то большим, чем просто «сестра Альфы».

Я откусила яблоко и улыбнулась.

Кажется, в «Кристалле» начиналась новая глава. И я была готова её написать.