Lupins

Ты не можешь починить то, что уже сломал. И это повторяется вновь.

I Am Waiting for You Last Summer — Promise You Gave Me

Тучи за окном почернели. Собирался дождь. Свет от лампочек, горящих в аудитории, отражался на стеклах окон и разглядывая эти желтоватые огоньки, Глен пытался вникнуть в тему, которую так старательно рассказывал профессор. Но с каждым разом, отвлекаясь от собственных мыслей на лекцию, он совершенно не мог разобрать слов. Это дурацкое чувство, что сидящие вокруг люди сейчас вскочат со своих мест и начнут презрительно смотреть ему в глаза, при этом тыкая в него пальцами, никак не хотело уходить. Прошло так много времени, жизнь перевернулась на триста шестьдесят градусов, а Нельсон все продолжал вспоминать о Мартине, фото которого по сей день вызывает в нем самые ужасные воспоминания.

Во рту пересохло, а воздух обжигал ноздри, словно впитываясь в кожу и заставляя ту гореть. Пальцы по привычке стали теребить браслет на запястье, который Кортни подарила ему, будучи еще в средней школе. Тогда она еще носила брекеты, а также имела ужасно длинную челку, что вечно падала на глаза. У неё не было груди, а бесформенные вещи делали её похожей на парня. Глен думал, что Кортни Янг всегда будет его подругой детства и что между ними никогда ничего такого не случится. Детская наивность рушила всё, что он годами пытался построить.

Глен перевел взгляд, пытаясь получше разглядеть её лицо: курносый нос, вздернутый к верху, темно-каштановые волосы, собранные в хвост, высоко расположенные скулы и пухлые щёки, делающие лицо Кортни неимоверно милым. Тонкие пальчики были украшены кольцами, а средней длины ногти выкрашены в черный цвет. Джинсы цвета хаки, подрезанные ножницами в районе щиколоток, а также облегающая грудь чёрная водолазка. Кортни была действительно красивой, пускай Пит и не видел в ней этого. Их отношения никогда не были похожи на что-то нормальное, что обычно случается между двумя людьми. Паркер не любил, когда Кортни выбивалась из-под его контроля, потому что её своенравное поведение всегда оставляло на нём свой след.

Они начали встречаться ещё будучи на втором курсе. Такие разные и совершенно неподходящие друг другу люди, которые любили больше доставлять любимому человеку боль, нежели просто любить. Хотя Янг и говорила, что Пит — это просто отдушина, Глен всё равно знал, что этим летом она была с ним лишь потому, что Паркер снова изменял ей. И это было подло с её стороны — пользоваться дружбой, чтобы отомстить. Но Нельсон был совсем не против этой мелкой шалости. Хотя совесть била в висках, словно молоточек.

Ему нравилось, лежа под звездным небом и на прохладной траве целовать её ключицы, а стоявший в воздухе алкоголь опьянел его не меньше, чем запах тела Кортни. Эти вечера, ночи, которые они проводили вместе, их совместные прогулки по лесу в компании бутылок пива и сэндвичей, казались чем-то прекрасным. Они не любили друг друга и даже не встречались, а просто спали, удовлетворяя каждый свое эго. Но это все равно оставило на нём отпечаток.

Звонок, прозвеневший как раз в тот самый момент, когда профессор устало присел за свой рабочий стол, сняв очки, заставил многих покинуть аудиторию за считанные секунды. За окном все же пошел дождь, создавая небольшой шум, перебиваемый, пожалуй, лишь суматохой среди однокурсников. Кажется, вот-вот должна была нагрянуть гроза, но ничего, кроме раскатов грома, слышно не было. Глен поднялся с места, беря в руки свой старенький рюкзак. Пит ушел первей всех, что уже не казалось таким странным, как раньше, потому что он частенько скрывался из поля зрения своих друзей и также неожиданно появлялся рядом. Глен предпочитал не обращать на это внимания.

Кортни перехватила руку Нельсона, как только тот покинул аудиторию. Она выглядела все такой же немного смущенной и, словно боясь сделать что-то не так, старалась не смотреть в глаза Глена. В отличии ото всех тех девушек, с которыми он когда-либо встречался, Кортни была самой миловидной и симпатичной. Да и в постели она, несмотря на всю свою скромность в жизни, была слишком раскрепощена и сексуальна. Но думать об этом ему не хотелось, как и вспоминать её податливое тело под своим. Ведь они никогда не встречались.

— Что-то хотела? — он изогнул темную бровь. Кортни тут же отпустила его руку, отведя взгляд в сторону. Ей хотелось сгореть со стыда и в то же время прижаться к Нельсону как можно сильнее, вновь вдыхая аромат его одеколона. Но это желание отпало, как только она уловила в его голосе нотки безразличия, словно нож, что оставил еле заметный след на коже, откуда хлынула кровь.

— Я думаю ты понимаешь, чего я хочу, — прикусив губу, Янг вновь заглянула в его глаза, которые цветом уходили в люпины, что прорастали в полях их родного городка и от которых вечно избавлялась её мать, как только те появлялись в саду. Цветы, которые ненавидел почти каждый, притягивали внимание своими необычными оттенками. И цвет его глаз был сравним лишь со светло-голубыми чашечками этого растения.

— Тогда давай обсудим это и больше не станем возвращаться к данной теме, — вздохнул Глен, взъерошив свои пушистые волосы. В этот момент Кортни захотелось прижаться к его сильной руке, чувствуя, как грубоватые из-за гитары подушечки пальцев касаются её щёк.

Вместо этого она коротко кивнула, все еще волнуясь, словно должна прочитать перед всем классом эссе на тему: «Как сильно я влюбилась в Глена Нельсона». Сердце пропускало удар раз за разом, а колени предательски дрожали. Если бы Кортни все-таки предпочла джинсам свою любимую юбку, то Глен точно бы увидел эту дрожь. И Янг было страшно подумать, что он мог рассмеяться над ней за подобную слабость.

Ей казалось, что она выглядит ужасно жалко: вечно отводит взгляд, боясь заглядывать в глаза стоявшего напротив Нельсона и не может вымолвить хоть слово, вновь окунаясь в воспоминания тех летних дней, которые они провели вместе. Такой родной сердцу человек, который в средней школе помогал ей клеить на разбитые колени пластырь или вычесывать жвачку из волос, которую приклеил задира Эш. Кортни так сильно боялась потерять его, что слова, которые она заготовила еще на лекции, так и остались пульсировать в мыслях. Вместо этого, не сдерживаясь, она прильнула к Глену, обняв его руками за талию и уткнулась в его грудь лбом, прикрыв глаза. Спокойно.

— Кортни, — его голос был успокаивающим, словно колыбельная, которую мама пела ей каждый вечер перед сном, а его объятия — такими же тёплыми, будто бы это отец, о котором она мечтала всю свою жизнь, обнявший свою дочь. Все чувства, бурлящие внутри, смешались в одну гамму и отпускать Нельсона из своей хватки Кортни хотелось меньше всего.

— Дай мне еще минуту, — прошептала она, все еще пытаясь собрать мысли воедино. Запах сигарет, терпкий аромат духов и геля для душа действовали опьяняюще. Пит никогда не пах так вкусно, от его запаха всегда щекотало нос, а его объятия — всего лишь наигранная нежность, за которой скрывалась похоть. Он хотел овладеть её телом, её разумом и управлять, словно пешкой в очередной партии шахмат.

Ладонь Глена аккуратно легла на плечо Янг, поглаживая его. Нельсон прекрасно знал, что сейчас она чувствует себя одиноко и пожалел о том, что решил сделать вид, будто то, что произошло летом не стоит его внимания. Потому что это безразличие пугало Кортни больше, чем расставание с Питом. Хотя раньше ей казалось, что расставание с Паркером подобно смерти.

— Я думаю, что нам стоит забыть о том, что было. Это пойдёт на пользу и тебе, и мне, — осторожно произнес Глен, ухватившись пальцами за подбородок Янг, заставив её встретиться с ним взглядом. — Я не хочу сказать, что мне было плохо, понимаешь? Это, скорее всего, наваждение. К тому же, Пит не одобрит, если узнает, а я больше не хочу терять друзей, Кортни.

Она коротко кивнула, хотя глаза все равно защипало. Хотелось разреветься посреди этого коридора, но сдерживая данный порыв, Янг обхватила ладонь Глена своими руками, чувствуя её тепло.

— Я не хочу забывать, Глен. И я тоже все еще твой друг.

— Именно поэтому я и сказал тебе, что нужно забыть. Я знаю, что глубоко в душе ты любишь Пита больше, чем говоришь об этом, а я в этой игре — всего лишь средство поражения. Это нечестно, хотя бы по отношению ко мне, — каждое его слово заставляло Кортни дрожать всё больше. Он был прав, абсолютно во всём и беспрекословно. Но ей не хотелось верить в то, что всё, что было между ними — банальная случайность или способ отмщения.

— Я знаю.

Касание холодного лба губами означало, что Глен больше не собирается возвращаться к этой теме. И Янг поняла это сразу же, как только он отстранился, заглядывая в её глаза.

— Вернись к привычной жизни, это лучшее, что ты можешь сейчас сделать.

И он ушёл, оставив Кортни бороться с подступающими к горлу слезами совершенно одну. Дышать стало трудно, словно на грудь опустилась гранитная плита, придавив лёгкие. Но Глен попытался больше не думать ни о чём, кроме дождя.

Как только он спустился на этаж ниже, то неожиданно замер, словно тело парализовало от яда змеи: возле окна стоял тот самый парень, похожий на Мартина, как две капли воды. Тошнота, подступившая так не вовремя, обожгла пищевод, и Глен, пытаясь сдвинуться с места хоть на миллиметр, затаил дыхание.

Их взгляды вновь встретились.

***

Пит опустился на корточки, прикрыв унитаз крышкой. Пальцы рук немного сводило, а желудок скрутило от голода. Желания есть не было совершенно, как и прибывать в подобном состоянии ещё хотя бы минуту. Тело ломало, голова весила тонну, а чертов пакетик будто бы спецом не хотел вылезать из кармана джинс. Его раздражало всё, начиная от ситуации и заканчивая людьми, от которых исходил шум за стенами уборной. Было ужасно паршиво и он, еле-еле сдерживаясь, дотерпел до конца занятия, возненавидев свою пагубную привычку и мимолетность её действия. Наконец-таки зацепившись короткими ногтями за полиэтилен, Паркер вытащил пакетик на свет, после чего достал банковскую карточку и телефон. На поверхность мобильного высыпался немного розоватый порошок, который Пит сразу же сформировал в три линии. Купюра, которую он скрутил, была подставлена к одной из ноздрей. Терпеть больше не было сил, потому вдохнув первую, он тут подставил скученные в трубочку пять долларов ко второй дорожке, резко вдыхая содержимое в себя. Третья ушла также быстро, как и первые две.

Нос жгло, а из глаз брызнули слёзы. Кашель раздирал горло не хуже, чем первая в жизни затяжка сигаретой. Он кашлял в сухой кулак буквально минуту, пока доставал из рюкзака бутылку с тоником. Глоток приторно-сладковатой жидкости заставил пищевод загореться. Но кашель все-таки ушёл.

Голова закружилась и стены в кабинке стали разъезжаться, как и надписи, написанные маркером на её же поверхности. В туалете пахло хлоркой и мочой, что вызывали приступ рвоты, но Пит прикрыл глаза, чувствуя, как по телу распространяется энергия на ровне с эйфорией. Запахи, по сравнению с этими ощущениями, казались мелочью.

Он ненавидел себя за это, но уже больше нескольких месяцев не мог отказаться от вечного источника энергии и бодрости. Чтобы заглушить боль, чтобы стереть неприятные воспоминания из памяти и забыться в этой суете дней. Каждый раз, когда действие наркотика заканчивалось, то подступившая грусть, тоска и сожаление начинали разъедать все внутри, будто кислота, выпитая залпом. Они все, кроме, пожалуй, Луиса были потрясены тем, что произошло. И когда Паркер вспоминал улыбчивое лицо Мартина, поедавшего зеленое яблоко у него в комнате, то хотелось разбить себе голову, лишь бы этого не помнить, потому что воспоминания начинали ранить. От этого хотелось бежать и каждый из них, кто знал и упорно молчал о том, что случилось, сбегал куда мог. Вот и Пит сбежал сначала в алкогольное опьянение, а потом смешал его ещё и с наркотическим.

Его вновь затрясло, пальцы рук свело сильнее, чем прежде, а ноги затекли, из-за чего он встал, убирая в карманы свои вещи. Никто и не догадывался о том, что он под чем-то. И это было к лучшему, потому что зная Глена, который никогда не баловался травкой, в голове сразу же возникали образы его недовольного лица и желание затащить друга в какой-нибудь центр для избавления от наркозависимости. Но Пит независим, так ведь?

Закинув рюкзак на плечо, Паркер нажал на смыв, отчего вода в унитазе зашумела. Открыв дверь кабинки, он тут же столкнулся с пришедшим в туалет Чарли, который перевел взгляд со своих часов на лицо Пита, которое показалось ему слишком возбужденным. В его серых глазах читалась усмешка, будто бы он только что узнал все секреты, скрытые далеко в стенах сознания Чарли. Они виделись первый раз в жизни, но теперь почему-то Пит казался еще более странным, нежели Джексон, который был немного молчалив, но все же приветлив. Пару секунд Форд наблюдал за тем, как Паркер зашагал к рукомойникам. Он, молча ополоснув руки прохладной водой, скрылся из туалета так же быстро, как и Чарли в освободившейся кабинке.

Следы белого порошка под ногами Форд заметил не сразу.

***

Прохлада от поднявшегося ветра, что обдувал лицо Джексона, стоявшего прямо у приоткрытого окна, остужала. Люди, суетящиеся вокруг ужасно напоминали ему муравьев, торопящихся поскорее покинуть аудитории. Боль в ногах, мучившая его весь вечер, наконец-таки прошла и теперь, облокотившись спиной об подоконник, он безразличным взглядом окидывал здание, в котором находился: просторные коридоры, в которых смешивались между собой разные запахи, приятный глазу теплый оттенок стен, огромное количество расположенных зон отдыха, кофемашины и автоматы с едой. Здание университета было огромным, по сравнению со школой, в которой учился Уиллис. Да и люди здесь были какие-то более оживленные, интересные и стремящиеся завести новые знакомства. Не те сонные мухи, с которыми приходилось учиться Джексону, будучи старшеклассником.

Он увидел Глена не сразу: до этого всего он играл в гляделки со своим соседом, который медленным шагом брел в ближайший туалет. Сегодня Чарли выглядел более заинтересованным и не таким угрюмым, как вчера. Несмотря на всю свою отрешенность, Уиллис был рад тому, что именно Форд стал его соседом и ему действительно хотелось узнать того поближе. Было бы глупо игнорировать общество друг друга, уживаясь в одной комнате. И он прекрасно понимал, что Чарли явно не любитель делать первые шаги в плане дружбы. Проявленная инициатива в начале их знакомства — всего лишь банальная вежливость и воспитание, как заводские настройки, что создало его окружение.

Джексон узнал Нельсона в момент, когда встретился взглядом с его отражением в фотографии брата. Мартин упоминал о своем лучшем друге и не раз, рассказывая о веселых буднях студента. В отличии от своего брата, который всегда находил даже в плохом что-то хорошее, Джексон смотрел на все со стороны реалиста. И когда старший говорил о своих друзьях в хорошем ключе, младший все равно в этом сомневался.

Потому когда он увидел Глена в первый раз, то убедился в собственной интуиции. Вот только тот совершенно не помнил их первую встречу, приняв Джексона всего лишь за похожего на Мартина человека. Хотя, после всего того, что случилось, каждый второй напоминал ему его лучшего друга, которого он потерял. Они все потеряли.

Нельсон хотел подойти к Джексону, но боялся. Что он скажет? Не станет же он спрашивать про их возможное с Мартином родство, ведь это будет выглядеть совершенно глупо с его стороны. Вышедший из туалета Пит, заметив друга, тут же быстрым шагом преодолел расстояние между ними, заставив Глена отбросить мысли о Джексоне и Мартине в темный угол своего сознания. Пит выглядел слишком возбужденным, а глаза казались стеклянными, словно Паркер выдул бутылку чего-то крепкого, пока никто не видит.

— От тебя тоником несет за километр, — покачал головой Глен, зацепившись рукой за предплечье Пита. Тот грубо отцепил его руку, цокнув языком.

— Расслабься, мамочка, я всего лишь сделал глоточек для поддержания тонуса. И настроения.

— Тогда давай поторопимся и купим что-нибудь, что перебьет этот ужасный запах из твоего рта, — Нельсон усмехнулся, поправив лямку своего рюкзака, висевшего лишь на одном плече. Джексон, краем глаза наблюдавший за данной сценой, вновь установил зрительный контакт с Гленом, сердце которого застучало еще быстрее.

— Я пахну фиалками и только ими. Где Кортни? — вновь привлекая внимание, Пит огляделся и тут же замер, заметив Уиллиса. — Кто это? Он просто нереально похож на...

— Проехали, давай найдем ближайший автомат и Кортни, — бесцветно проговорил Глен, прежде чем зашагать в противоположную от Джексона сторону. Паркер еще секунду пытался проанализировать ситуацию, после чего поспешил за удаляющимся другом. Их обоих немного передергивало от увиденного.

Уиллис усмехнулся собственным мыслям, провожая взглядом две мужские спины. Раскат грома стал четче, а сверкнувшая молния отразилась ярким светом сквозь оконную раму. Прохладный ветер защекотал позвонки под балахоном и Джексон, обернувшись, взглядом прошелся по стекающим каплям дождя на стекле.

В тот момент ему стало спокойно и, вдохнув в себя побольше воздуха, Джексон точно решил для себя, что буре, определенно, быть.