|Ангелы тоже могут любить |18+

Майа

Сигнал машины раздаётся уже в третий раз, и я, не выдержав, поворачиваюсь и показываю средний палец.

— Я вижу ты не очень впечатлена.

Поняв, что за рулём сидит Эрик, я быстро опускаю руку. Немного подумав, снова показываю палец. Он усмехается.

— Садись, отвезу тебя как и обещал.

Я качаю головой и продолжаю свой путь к автобусной остановке, прекрасно понимая, что двадцать минут назад уехал последний на сегодня. Что ж, вызову такси. Это прилично ударит по бюджету, но зато будет мне уроком.

— Майа, здесь нельзя парковаться, поэтому не жди что я возьму тебя на руки и посажу в машину.

Я прыскаю от смеха.

— Ах! Как жаль, я так этого ждала! Не задерживай меня, Шантер, я и без тебя разберусь.

Черт. Это звучало слишком резко. Да что со мной?

— Тебе не понравился концерт?

Я резко разворачиваюсь и смотрю на него через опущенное стекло. Если бы он знал как мне понравилось! Смотреть на него на сцене это очень круто, почти так же круто, как и дружить с ним.

— Мне понравился концерт! — Я вскидываю руки, и он улыбается уголками губ.

— Тогда тебе точно не понравилась Софи. — На лице парня появляется коварная ухмылка.

— Нет, она очаровательна. Такие огромные губы, и фигура какая, а рост... И ноги у неё, кстати, как у утки какой-то — в разные стороны, — бормочу я, идя по тротуару. Эрик, не сдержавшись, начинает хохотать. Его крутая спортивная тачка едет рядом со мной, благо уже поздно и других машин не очень много, свободное движение.

— Нормальные у неё ноги.

Я снова останавливаюсь и кидаю на него красноречивый взгляд.

— Ты прав, пожалуй, самые классные ноги, которые я когда-либо видела. — Я застегиваю пальто поплотнее. На улице достаточно прохладно.

— Ангел, садись, я безумно устал. У меня тут есть небольшая квартира, можем там остаться на ночь, а завтра отправим тебя назад. — Он устало трёт глаза, поднимает их на меня, смотрит снизу вверх. Останавливается на шее, и я выгибаю бровь. На красивом лице Эрика расцветает самая глупая улыбка из всех самых глухых улыбок.

— Что ты... — Я поднимаю руку к месту, к которому приковано его внимание. И, дотронувшись ощущаю совсем незначительную боль, но воспоминания быстро захлестывают меня. Черт. Черт. Черт.

— Это мой... — Он останавливает машину и ставит аварийку.

— Заткнись! Не смей это говорить. — Снова и снова провожу руками по волосам. Поверить не могу. Провести черту и самой ее пересечь. Я все испортила. Я моргаю, потом вовсе закрываю глаза и открываю только когда слышу как открывается дверь. Звёздочка стоит прямо передо мной. Дав мне несколько секунд одуматься, он хватает меня на руки и обходит машину вокруг. Сажает и пристегивает.

— Вижу ты слов на ветер не бросаешь, Эрик, — зло отрезаю я, пока он возится с ремнём безопасности.

— Ты заставляешь меня вечно сомневаться и обдумывать свои действия и слова по несколько раз. Это самый красивый засос, который я когда-либо оставлял. О господи, я никогда не был собой так доволен. — Он оставляет быстрый поцелуй на кончике моего носа и закрывает дверь, обходит машину. Плюхается на водительское сиденье.

Что я наделала. Как я могла такое допустить.

— Черт! — Я открываю окно, и ветер начинает задувать в салон, вот только ему не развеять мои мысли, которые в скором времени меня окончательно доконают.

— Я не собираюсь извиняться за это. Я даже честно признаюсь, что расстроен, что нас прервали. Ох, я бы их столько поставил. По всей твоей белоснежной шейке, и на ключице, и на груди..

— Эрик! — широко распахнув глаза, я наблюдаю, как он, расслаблено положив лишь одну руку на руль, ведёт машину. Слишком умело. На лице счастливейшая улыбка, а глаза горят. Посмотрите на этого...слишком милого и привлекательно парня.

— Что? Майа, прошу, давай продолжим у меня. Я сейчас взорвусь. — Он переводит взгляд на меня. Какие же у него красивые глаза, когда они горят желанием. — Если ты посмотришь вниз, то убедишься в этом.

— Я не буду туда смотреть! — Я правда не буду. Держись, девчонка, у тебя железная сила воли, так где она?! — У тебя уже есть подружка на ночь, что ты ко мне пришёл?

Мы заворачиваем на какую-то незнакомую мне улицу. Я была в Лос-Анджелесе много и очень много раз, но в основном это были одни и те же места. Сейчас же мы заезжаем на территорию какого-то жилого комплекса.

— Я не останусь у тебя! Я еду в Бостон. — Я так устала, что на споры почти не хватает сил. Но я не могу остаться здесь, у меня море домашки и тест в понедельник не станет ждать пока я соизволю хорошо подготовиться.

— Останешься. Я никому не доверю тебя отвезти, а сам очень устал. Не мучай меня, ангел-мучитель. Завтра мы вместе поедем назад. Так будет удобнее.

Он прав, но я же могу ещё немного посопротивляться?

— Я не собираюсь провести всю ночь в твоей квартире одна.

Он вскидывает брови, и машина останавливается напротив одного из многих одинаковых подъездов.

— Ты хочешь провести ее со мной? — Он выпрыгивает на улицу и через полминуты оказывается у моей двери, подавая мне руку.

— Я не это имела ввиду! Ты пойдёшь тусоваться с утк...своими друзьями, а я буду сидеть здесь, — я показываю пальцем на подъезд.

Эрик, снова оглядев меня с ног до головы, смеётся. Он закрывает спорткар и, кладя руку мне на талию, ведёт в дом.

— Ты не хочешь чтобы я шёл к Софи? Просто скажи это, Майа. Ты же сильная и умная девушка, так скажи мне это — и я никуда не пойду. Мы останемся дома и посмотрим фильм, или приготовим что-нибудь.

Мы останавливаемся возле лифта, ждем. Во мне закипает кровь. Я бы ни за что такого не сказала, если бы не перспектива остаться одной в незнакомом мне месте.

— Мне все равно. Можешь идти куда тебе вздумается.

Дверцы лифта открываются, мы заходим и Эрик жмёт на кнопку 8-го этажа. Пялится на меня все время, пока мы едем в мертвой тишине. Потом он отпирает дверь, и мы оказываемся в просторной квартире в современном стиле.

Дизайнеры хорошо постарались. Почти все в чёрных и серых тонах. Другого я от Эрика и не ожидала, если честно. Даже весь его гардероб в основном из тёмных цветов. Кухня и гостиная открытые, от них идёт несколько дверей. Все довольно просто, но со вкусом.

— Располагайся, я схожу в ванную. Из-за тебя я не сделал этого в гримерке. — Он на секунду опускает руку на мое бедро и тут же убирает, уходит в ванную, вторая дверь справа.

Я рассматриваю кухню, но тут нет ни единого следа живого человека. Словно тут никто не жил и не живет, но при этом здесь регулярно убираются. Нигде нет ни пылинки.

В спальне замечаю то же самое. Здесь большая двуспальная кровать, шкаф во всю стену, две прикроватные тумбочки, кресло и письменный стол. Слишком скудно для рок-звезды, разве нет?

Открываю шкаф, и он полон одежды: здесь ее намного больше, чем в общежитии. Хотя там маленький шкаф, скорее всего из-за этого. Много одежды — признак того, что он бывает здесь часто? Или я чего-то не понимаю.

Я подхожу к окну и рассматриваю ночной город. Ни за что бы не поверила, что вместо шикарных апартаментов где-нибудь в центре он выбрал квартирку в совершенно обычном районе. Минут через десять, втечение которых я пялилась в окно и размышляла обо всем на свете, раздаются шаги и я поворачиваюсь. Парень стоит в одном полотенце, его влажные волосы растрепанны и по гладкому паркету за ним остаются мокрые следы.

Мои глаза невольно опускаются к его животу и я быстро отворачиваюсь.

— Почему здесь? — В отражении окна вижу, как он подходит к шкафу и начинает перебирать вешалки.

— У мамы была мечта иметь квартирку в тихом районе Лос-Анджелеса.

Ему не нужны объяснения, он понимает меня с полуслова, как и я его. Иногда у меня бывает чувство, будто мы знаем друг друга всю жизнь.

— Мне нужно переодеться и зная тебя... — он намекает, чтобы я вышла, и я в несколько шагов пересекаю комнату и скрываюсь за дверью.

Мне бы хотелось остаться с ним и обсудить что его тревожит. Эрик никогда не разговаривал со мной о его матери. Я хочу чтобы он мне доверял нечто большее, но тогда мне стоит довериться ему в ответ. Я открываю дверь как раз в тот момент, когда он только натянул чёрные спортивные штаны.

— Ты ворвалась ко мне...

— Останься, — я поднимаю на него взгляд, и в его глазах четко читается удивление. Он не ожидал этого, не ожидал, что я сдамся. Что ж, мне это тоже далось нелегко. — Не езжай к Софи, потрахаетесь в другой раз. Мне не хочется сидеть здесь одной.

Больше минуты он просто стоит и пялится на меня, потом кидает футболку, что была в его руках, и я ловлю ее. Простая белая с кармашком на правой стороне груди.

— Я и не собирался. — Я открываю рот, но он обрывает меня: — И я не трахаюсь с Софи уже больше года.

— Но ты трахался с ней.

Прозвучало как-то обвинительно, но черт, он не поехал бы, а я уже себя накрутила.

— Ну да. Погоди-ка... Это что, ревность?

Нет. Я долго уверяла себя, что это не ревность, и продолжу это делать.

— Ревнивая ты в моей квартире с засосом на шее, оставленным мной. Это точно не сон?

Он подходит ко мне и опускает подбородок мне на макушку. Его грудь равномерно вздымается и опускается, я колеблюсь несколько секунд, но потом с уверенностью кладу руку ему на грудь. А ведь я бы и не предполагала, что худой Эрик, может, даже когда-то навещал спортзал.

При моем прикосновение его мышцы твердеют.

— Если ты снова нюхаешь меня... это странно.

— Я нюхаю тебя при каждом удобном случае, — бормочет он мне в волосы. Что-то не нравится мне это все.

— Извращенец, — я отстраняюсь, и его руки нехотя меня отпускают. — Закажем что-нибудь?

— Да, я тоже голоден. — Он выходит из комнаты, а я, оперевшись о дверной косяк, наблюдаю, как он берет одну из брошюр и начинает набирать номер на телефоне. Как же все это неправильно. Чертовски неправильно. Я не должна была оставаться здесь. Не должна ревновать его. Не должна стоять и пялиться на него. Не должна хотеть снова чувствовать его кожу под своей ладонью. Не должна, но так хочу. В последнюю секунду замечаю чернильный рисунок на боку, почти под резинкой штанов, он совсем небольшой, и как бы я ни старалась рассмотреть, у меня не получается, поэтому я откладываю это на потом.

Я больше так не могу. Выбежав из комнаты, запираюсь в ванной и встаю под горячий душ.

Перестань думать о нем.

Снова касаюсь кончиками пальцев его легкого укуса, и меня пробирает дрожь. Всего лишь маленький засос, и что со мной стало. Слишком много чувств в один момент. Переключаю воду на совсем кипяток и стараюсь ни о чем не думать.

Провожу так в ванной, наверное, больше получаса. И, нарядившись в его большую футболку, выхожу. Это тоже неправильно, но как же я устала.

— Воууу, — восклицает Эрик. Я вхожу на кухню как раз когда он раскладывает нашу китайскую еду. — Секси. Покрутишься?

Его настроение улучшилось, а что насчёт моего? Оно не слишком хорошее от осознания произошедшего.

— Размечтался. Надеюсь, тут где-то есть тайная комната, в которой я буду спать, а если нет, я устроюсь здесь на диване. — Я обхожу всю квартиру еще раз, пытаясь не замечать, как глаза Эрика следят за мной.

— Нет. Это совершенно точно однокомнатная квартира.

Я вздыхаю. Диван тоже ничего, он выглядит удобным. Вообще, я должна быть благодарна, что сплю не на остановке или еще не пойми где...

— Ну хорошо, где у тебя постель?

Он равнодушно пожимает плечами, а я начинаю по-хозяйски открывать шкафы один за другим, пока не нахожу несколько подушек, пару пледов и светлую простыню.

— Ты можешь лечь на кровать, Майа, я постараюсь к тебе не приставать. — Парень садится за барный стул и приглашает меня сесть рядом, что я и делаю. Невероятно голодная, я берусь за китайские палочки. За сегодня я лишь завтракала в столовой и перекусила перед поездкой.

— Не буду тебя стеснять или смущать, — кидаю я, жуя, и парень растягивает губы в улыбке. Он тоже берет палочки и принимается за лапшу.

— Смутить меня у тебя уже никак не получиться. Кажется, из нас двоих больше смущаешься ты. Серьёзно, это один небольшой засос, он даже почти не виден...

Закатываю глаза и оставляю палочки.

— Мы не будем это обсуждать. — Встаю и направляюсь к холодильнику, рассматривая его содержимое. Недолго думая вытаскиваю персиковый сок и наливаю в два высоких стакана.

— Хорошо. А то, что ты в моей футболке, тоже? — Я киваю. — И даже твою ревность? — Он надувает пухлые губы, а я стараюсь отвлечься от мыслей, какие они на вкус.

— Не будем. Я не ревновала, ничего подобного. Если тебе угодно, можешь валить к Софи.

Которая бесстыдно пожирала тебя глазами и точно мечтала оказаться под тобой. А я-то чем лучше — все не перестаю думать о нем.

— Не угодно. Я безумно хочу спать. Завтра нужно все успеть. — Он тоже встаёт, и мы вместе начинаем убираться.

После мы стоим, оба оперевшись на стойку. Я в его футболке, он только в штанах. Мы оба хотим спать, но зачем-то стоим здесь и даже не смотрим друг на друга.

— Моя мама тоже хотела жить в Лос-Анджелесе, — зачем-то говорю я, и слова о ней уже не даются так сложно. С Эриком ком в моем горле словно стал намного меньше. — Но бизнес, все дела, папе было удобно жить в Бруклине. — Парень понимающе кивает и не двигается с места. Даже молча мне с ним удобно, мне комфортно, и я не знаю чем это вызвано.

— Моя мама так хотела сюда, но потом Стейс пошла в колледж и пришлось отложить, — спустя несколько минут выдаёт он.

— Стейс? — Я ни разу не слышала об этой девушке, но в его голосе при ее упоминании скользит нежность и в то же время горечь.

— Моя сестра. — Я открываю рот от удивления. Понятия не имела, что у него есть сестра. Но, видимо, что-то между ними случилось, и теперь говоря о ней он грустно улыбается. — Мне кажется, вы бы поладили. Обе любите меня обижать. — Я хмурю брови и пихаю его локтем в рёбра.

— Когда это я тебя обижала? — Эрик смеётся, и мне нравится этот смех. — Мне безумно понравился твой концерт. То, как ты ведёшь себя на сцене перед столькими людьми, впечатляет. Понимаю твоих фанаток.

Я растягиваю губы в улыбке. Концерт был действительно самым крутым из всех, на которых я только была. Может потому что на этот раз исполнителем оказался мой хороший друг.

— Ну, судя по твоему плакату ты теперь моя фанатка номер один, — усмехается он, и я искренне смеюсь. Неловкости между нами почти что больше нет.

— Я вступлю в твой фан-клуб. — Эрик смеется и протягивает руку к моим волосам. — Ты не хочешь этого? — удивляюсь я.

— Не хочу? Я мечтаю об этом, — он опускает руку мне на спину и начинает поглаживать. — Ты нужна мне как никто другой. — От этих слов у меня захватывает дух и резко пересыхает во рту. Нужна.

— Тогда ладно. Так уж и быть, вступлю.

Он собирается сказать что-то еще, но я иду на рискованный шаг и перехожу к теме его сестры. То, что о ней я раньше не слышала, явно что-то значит.

— Значит, у тебя есть сестра? — Улыбка на его лице сразу гаснет и он кивает. — Вы в ссоре?

По какому же тонкому льду ты ходишь, Майа.

— Можно и так сказать. Мы не виделись два года. Кроме как поздравления с днём рождения и с Новым годом не разговариваем. И то в прошлом году обошлись простым эсэмэс. — Он вскидывает брови, будто происходящее между ними — мелочи, и то сообщение он считает полным абсурдом.

— Раньше вы были близки? — Его рука останавливается посреди моей спины и он вздыхает.

— В какой-то степени да. Она, как и полагалось старшей сестре, давала мне советы, вроде как подкатить к девочкам, иногда помогала круто одеваться. Я всегда доверял ее стилю. — Парень пожимает плечами, и на его губах снова грустная улыбка. — Помогала с домашкой. Разрешала звать друзей к себе, когда родителей не было дома. Хоть и не переносила их. Серьезно! Она терпеть не могла этих малолетних придурков. — Теперь грустная улыбка превратилась в усмешку. — Ох, и ещё когда она забирала меня со школы, все мои одноклассники могли передраться за ее взгляд. Она феерично красива. Она маленькая копия нашей мамы... — И снова при упоминании его матери я теряюсь. Какой она была? Почему умерла? На сколько сильно Эрик любил ее? Сколько ему было на момент ее смерти? Как он это перенёс? Вопросы крутятся в голове, но смелости на сегодня точно хватит. Если он не рассказывает о ней сам, значит ещё рано. — А потом она вышла замуж и все.

Понятно, что произошедшее между ними случилось не из-за брака Стейс, но я не собираюсь его пытать.

— А твои песни? Она слушает их?

Эрик проводит рукой по уже высохшим, но все еще слишком растрёпанным волосам.

— Понятия не имею. Может, некоторые ей где-нибудь и попадались. Хотя после твоего заявления о том, что ты даже не знала о моем существовании, я начинаю сомневаться в своей популярности.

Он подходит ко мне и прислоняется вплотную. Теперь я зажата между столом и его телом. Черт, надо останавливать это все.

— Я просто не слушаю...

— Поп-рок? — Эрик наклоняется ниже, и я отодвигаюсь, но стол не даёт. Я в ловушке.

— Да. И даже если ты был в чартах, я тебя пролистывала.

Это чистейшая правда, ну не нравилось мне когда-то его симпатичное лицо, и что?

— Как ты могла? Мое лицо на весь экран — разве не мечта?

Я закатываю глаза и тянусь рукой к его щеке. Он поднимает брови.

— Ох, скорее всего из-за этого я и пролистывала. — Я хлопаю его по обоим щекам, и он обхватывает мои руки своими ладонями.

— Это значит тебе не нравится мое лицо? — Я улыбаюсь, прикусывая щеки. — А как насчёт моих губ? — Эрик поднимает мою руку и поворачивает ладонью к себе, оставляет поцелуй прямо посередине, и это совершенно новое и крутое ощущение. Пока я пытаюсь понять, что чувствую, он отходит и кидает на диван подушку и плед. Ложится, подложив обе руки себе под голову. Такая расслабленная поза напоминает мне о том, как я сегодня устала и как хочу спать.

— Я буду спать на диване, иди в комнату.

Я уже хочу начать спорить о том, что это его квартира и он должен спать на кровати, как он добавляет:

— Оу, мне кажется, или ты покраснела из-за такого маленького поцелуйчика? А что же будет, когда я поцелую тебя там... — Округлив глаза, я выбегаю из кухни и закрываю дверь в комнату.

Плюхаюсь на кровать и верчусь на ней непонятно сколько времени. Потом достаю телефон и переписываюсь с Лив, но та в последнее время вообще занята и такими бредовыми делами, что мне кажется пора беспокоится. Я так и не поняла с кем она встречается и проводит время, но она тоже не торопится мне это рассказать.

Потом немного говорю с Гвен и рассказываю, как все прошло.

Наконец, спустя несколько мучительных часов раздумий, засыпаю.