|Ангелы тоже могут любить |18+

Эрик

— С самого утра происходит какой-то дурдом! — Майа качает головой, садясь за столик со своим бумажным пакетом.

— Согласен, — грустно отзывается Феликс.

— Впервые в истории вы видите грустного Джей-Кея, еще и после выигранного матча. Этот момент надо обязательно запомнить. Майа, сфотографируй-ка нас. — Шон вручает девушке свой телефон и широко улыбается на камеру, подставляя ушки закатывающему глаза Феликсу. Гвен тихонько хихикает, а ангелок щёлкает и передаёт телефон назад владельцу. Шон получает от моего соседа тычок в плечо, тот шипит и отсаживается подальше. — Прости, зайчонок, мы все должны поддержать тебя после такого сложного решения свыше, — усмехается футболист и снова получает пинок от друга.

— Бедный Фел, — шепчет мне на ухо Майа. Она на самом деле кажется грустной. — Где же он теперь будет встречаться со своими подружками?

Я закатываю глаза который раз за день.

— Мужик, ты трахаешься буквально везде. Новый запрет тебе не поставил никаких границ.

Это чистая правда. Другое дело, где теперь нам с ангелом смотреть фильмы и делать домашку?!

— Но у Линси такая мягкая кровать.. Я больше никогда не смогу поставить ее на колен..

— Фу, заткнись, — перебивает его Гвен и открывает баночку газировки. — Наверное, ни у кого так не бушуют гормоны, как у тебя, извращенец.

— Я так понимаю, это из-за пятничной вечеринки? — спрашивает Майа, и все дружно кивают в ответ.

— Вчера или черт знает когда у кого-то выявилось заболевание. Вич, что ли? В общем, теперь мальчикам и девочкам запрещено посещать общежития друг друга, — объясняет Шон. Это то, что сегодня на общем собрании нам объявили ректора. Нас впервые с начала года собрали в субботу.

— Ну, они же не запретили трахаться вообще, — пожимает плечами Гвен. — Всего лишь не делать этого в общежитиях. Хотя, вряд ли все это продлится долго. На студентов управы не найдёшь.

Вполне себе логичное высказывание.

— Гвен права, — тут же соглашается Майа.

— Надеюсь, ни у кого из вас нет заболевания, — ухмыляется Джей-Кей.

— У меня нет, — улыбается Шон.

— У меня тоже, — подпирая кулачком лицо, сообщает соседка ангелочка.

— А ты? — интересуется Майа, укладывая руку мне на плечо и улыбаясь.

— А мы что, собираемся заняться сексом? — Я убираю прядь ее белоснежных волос ей за ухо.

— Возможно. — Теперь становятся видны ее белые зубы.

— Тогда я чист. Можем перепихнуться в машине у Феликса.

Друг поднимает на меня глаза, и на лице у него пляшет обезумевшая улыбка.

— Вы ещё здесь на столе перепихнитесь, — цокает Гвен и откусывает от своего сэндвича.

— Адам, — вдруг произносит Майа, смотря мне за спину.

Через секунду на меня ложится тяжёлая рука, и я широко улыбаюсь.

— Ой, ребята, что узнал... — Белобрысый садится на стул рядом со мной, по очереди отбивая каждому пять.

— Если ты про сегодняшнее собрание, то мы и без тебя знаем. — Феликс отпивает газировки.

— Нет. Вовсе нет. Оу, да ты расстроен, малыш, — выпячивает нижнюю губу Кеннет. — Такой момент надо запомнить, сфотографируй нас, Эрик. — Он суёт мне телефон и быстро огибает стол, встав позади Джей-Кея и счастливо улыбаясь, когда тот снова закатывает глаза.

— Придурок-актеришка, — высовывает язык Феликс, подразнивая Адама.

— Тупой качок, — растягивает губы в ухмылке тот.

— Господи, — обреченно вздыхает Гвен.

— Ага. — Майа жует, переводя взгляд от одного к другому.

— Что ты хотел сказать, парень?— Мое терпение на исходе, а вовремя их не остановишь, и будет это продолжаться целую вечность.

— Ах, точно. Вообщем после Хеллоуина, примерно в середине ноября, будет поездка. — Адам замолкает, оценивая реакцию своих слушателей, но, если честно, она довольно скудная. —Ребят! Поездка! Типа жить по несколько человек, вместе есть, много веселья и совсем не много учебы. Мы когда были первокурсниками, нам это так нравилось! А вы просто неблагодарные детишки.

— Мы и так вместе живем, — пожимает плечами Гвен, и Майа соглашается с ней.

— И вместе едим, — кивает Феликс. — Но насчёт учебы круто. Только нас тогда должны освободить от тренировки. А Карлаер вряд ли позволит такую вольность. — Мой сосед выглядит задумчивым и немного усталым.

— Хм. Обычно первокурсники едут все. Не помню, чтобы в прошлом году из наших хоккеистов кто-то не поехал. Но если Карлаер будет резко против — значит, вы остаётесь. — Адам пожал плечами и облизал губы.

— Ну нет. Ни за что не останусь здесь, пока все отдыхают. — Джей вскочил со стула и спустя несколько секунд будто испарился из столовой. Сегодня его настроение испорчено окончательно.

— Сегодня же ни у кого нет каких-либо дел? Может, посидим в баре? — поинтересовался Адам, но я отрицательно помотал головой. Точно не сегодня, я уже час как должен быть в пути.

— Я поеду до завтрашнего вечера к родителям, — кидает Гвен и встаёт со стула.

— У меня дохрена домашки, мужик, я откладывал ее всю неделю, — сморщил нос футболист.

— Я тоже не могу, уезжаю. У меня сегодня вечером концерт. Что вам привезти из LA? — Ребята улыбаются, но я смотрю только на Майю. На ее лице расцвела застенчивая улыбка. Я готов привезти весь Лос-Анджелес ей одной, если бы это было возможно.

— Привези мне мишку, самого большого, какого только найдёшь. — Глаза Гвен сияют, и парни усмехаются.

— Ты можешь привезти мне новую нервную систему? — спрашивает Адам и встаёт со стула, задвигая его.

— Точно нет.

Он смешно надувает губы и направляется к выходу, махая нам рукой.

— Тогда нахрен твои подарки, чувак.

Мы смеёмся, и я поворачиваюсь к оставшимся.

— Брелки с Джонни Деппом? Футболку с надписью «I Love LA»? Фото Звёздной аллеи? Миниатюрный Оскар? Или все-таки кружку со звездой? Что же мне выбрать? — Шон тоже поднимается со стула, утягивая за собой соседку Майи. — Я хочу все и сразу!

Мы с ангелом переглядываемся и, не сдержавшись, звонко хохочем.

— Ну а ты? Что тебе привезти? — Я встаю на ноги и беру ее за руку. Наши пальцы переплетаются, и в животе разрастается тепло.

— Буду смотреть, как ты выглядишь на сцене, и ждать, когда приедешь назад.

Мое сердце начинает биться быстрее. Я изо всех сил безуспешно стараюсь успокоить бешеный пульс.

«Ведёшь себя как сопливая девчонка на первом свидании». Я стараюсь не закатить глаза на надоевший внутренний голос.

— Тогда... — Я не успеваю договорить. У меня звонит телефон, и уже через минуту я как ошпаренный выбегаю из столовой, боясь опоздать на свой же концерт. Проклятье!

***

На поп-рок-концертах царит особая атмосфера, мощнейшая энергетика циркулирует двойным потоком, окутывая каждого: музыканты отдают – поклонники впитывают, поклонники отдают – музыканты «ловят»! И так с первой до последней минуты! Это просто неповторимые ощущения, эмоции, драйв!

Я обожаю свои концерты. Смотреть, как люди суетятся, закупаясь мелкими сувенирами, сметая с прилавков банданы,брелки и альбомы с моей подписью. Они спешат пройти мимо охраны и занять свои места.

Зрители прибывают с каждой минутой. Нетерпение нарастает. Начинаются дружные выкрикивания — народ требует зрелищ! Подходят даже самые запоздавшие.

Я вышел из гримерки несколько минут назад под ободряющее речи Джефа. На сцену я ещё не выхожу, но из-за угла наблюдаю, как фанаты в предвкушении ждут начала.

Я тоже жду. Разве можно так скучать по ощущениям? Разве можно среди нескольких сотен человек чувствовать себя правильно, в своей тарелке и одновременно как-то несчастно?

Когда я ступил на сцену, я ни на секунду не пожалел о своём выборе. Возможно, я и правда не чувствую себя полностью счастливым, ведь рядом нет близких мне людей. Нет отца, который должен стоять и улыбаться мне из первых рядов, и матери нет, что смеялась бы и кричала, что я лучший. Нет сестры, которая бы посмеивалась над моими песнями, но искренне бы гордилась своим братом. Нет никого, но при этом зал полон людей. Вот какова цена свободы. Голливуд, деньги, поп-звёзды, мультимиллионеры, дома на холмах, крутые тачки, новый день —новый штат. И ты скучаешь по друзьям, но они все не звонят.

Миллион на счету и ни цента в душе...

По телу проходит разряд тока, когда свет во всем зале потухает. В моём наушнике идёт обратный отсчёт, и я беру свою гитару.

Пять

Одинокий, среди тысячи людей

Четыре

Так хотел быть нужным

Три

Теперь я звезда, теперь меня любят

Два

Большой человек — большие цели

Один

Такой несчастный, но такой свободный...

Зал наполняется криками и аплодисментами. Я произношу пару благодарностей моим фанатам за то, что они пришли, и начинаю играть песню.

Мне весело подпевают, я раскачиваюсь в такт мелодии. Сегодня я должен расслабиться и отпустить весь негатив. Я отдаюсь музыке, уже проникшей в мои жилы.

Где-то в середине концерта, воздух разогрелся так, что мне стало жарко, и я снял футболку. Весь зал радостно заулюлюкал.

Я подавился водой, которую пил, закрыл и вновь открыл глаза. Возможно, мне просто показалось из-за адреналина в моей крови, но нет. Белобрысая головка торчит посреди второго ряда, огромные голубые глаза смотрят на меня. Черт.

Откуда она здесь?

Поняв, что я смотрю прямо на нее, ангел поднимает темную бровь и ещё больше начинает махать плакатом в своей руке.

«Я твой фанат номер один».

Я усмехаюсь, Майа пожимает плечами. Когда ее глаза опускаются ниже, она закусывает губу и невинно хлопает глазками. Кажется, я снова потерялся. Штаны становятся тесными, и помимо адреналина я чувствую возбуждение. Ты просто невыносима, Майа Пейдж. Что, пришла сорвать мне концерт?

Я сглатываю. Беру гитару, и начинается другая песня.

Из всего зала я смотрю только на неё, больше ни на кого. Улыбаюсь только ей. И когда получаю восторженный взгляд от неё, весь мир просто перестаёт существовать. Есть только маленький ангелок с дьявольски привлекательной улыбкой, глазами, как бушующий океан, и плакатом за три доллара. Сейчас я готов посветить все свои песни только ей одной.

Первое, что я делаю после концерта — вытаскиваю телефон и быстро щелкаю по клавиатуре.

Я: В мою гримерку. Быстро. Охранник возле сцены тебя проведёт.

Ангел: Но я опаздываю на свой автобус.

Я: Майа, это срочно, ты мне нужна.

Вообще-то именно так писать было нельзя. Она всегда примчится быстрее, если я напишу, что она мне нужна, ведь это будет значить разговор по душам. Но в этот раз боюсь, я просто воспользовался этим, чтобы быстрее с ней увидеться.

В гримерке я стою, вытирая полотенцем волосы и шею. Ноги ноют от усталости. После трех с половиной часов концерта я готов сейчас же лечь спать и не просыпаться ещё как минимум два дня.

Раздаётся стук и мой пульс мигом ускоряется. Я кидаю полотенце на стул и распахиваю чёрную дверь. Ангел стоит передо мной в голубом платье свободного кроя, до колена, колготках-сетке и чёрных ботинках. Наряд показывает ее ангельскую внешность и стальной характер. В глазах читается тревога, но как только я затягиваю ее в комнату и прижимаю к закрытой двери, тревога сразу куда-то улетучивается и вместо неё появляется что-то совсем мне незнакомое.

— Привет, — произносит она. Кажется, ее вовсе не смущает наша поза. — Из-за тебя я опоздала на автобус.

Я убираю прядь светлых волос ей за ухо. О мой бог, от неё так приятно пахнет. Шоколад. Я могу ее съесть.

— Я сам отвезу тебя.

Мой голос звучит хрипло то ли от пения и криков, то ли от возбуждения. Я подаюсь вперёд, прижимаясь к ней ещё теснее.

— Вы, молодой человек, совершенно бесстыдно прижимаетесь ко мне, — замечает она, приподнимая бровь.

— А вы, милая моя, совершенно бесстыдно рассматривали меня, пока я был на сцене.

Она снова закусывает губу, заставив меня с трудом подавить стон.

— Вам, наверное, показалась. Я только слушала музыку. — Майа ставит руки мне на плечи, и я уже готов подхватить ее под зад и заняться любовью прямо у этой двери. Она начинает поглаживать мой затылок, и я прикрываю глаза.

— У вас просто талант, Эрик Шантер. Мне очень понравился концерт.

Я опускаю голову в изгиб ее шеи и вдыхаю ее аромат. Слышу, как быстро и прерывисто она дышит. Неужели, ангел? Твоё умение не показывать чувства даже в такой ситуации заслуживает похвалы.

Я опускаю руку ей на бедро и поглаживаю ногу сквозь лёгкую ткань платья. Ее дыхание на секунду останавливается, но тут же становится быстрее.

— Эрик, — хрипит она, но я не поднимаю глаз, хотя хотел бы посмотреть, что сейчас за эмоции у нее на лице и в голубых глазах. Не сдержавшись, я облизываю немного шелковистой кожи. Она зарывается руками мне в волосы и тянет их на себя. Совсем чуть-чуть прикусываю кожу и тут же целую. Затем увлечённо исследую губами и языком место укуса. Она вздрагивает. А я покрываю шею поцелуями, снова и снова возвращаясь к тому месту.

— Черт, — бормочет девушка.

На этот раз я поднимаю голову и смотрю в ее ясные голубые глаза. Там желание. Поверить не могу, там, черт возьми, желание. Она хочет меня.

Как только я открываю рот, в дверь снова стучат. Ангел быстро отталкивает меня и отлетает совершенно в другой конец комнаты. Ее лицо и шея красные, как помидор, руки судорожно приглаживают волосы и поправляют платье. Она так прекрасна в этот момент.

Серьезно? Мы ведь даже ничего не успели. Я издаю рассерженный рык и рывком открываю дверь.

За ней стоит Джеф с Софи, моей стараой подругой. Она приветливо улыбается, поправляя чёрные волосы, а мой менеджер без приглашения вторгается в гримерку. Заметив Майю, он хмурится.

— Эрик? — Я поворачиваюсь к нему. — Надеюсь, это не твоя фанатка.

Черт. Этот мужик решил полностью испортить мне вечер.

— Нет. Ты же помнишь, у меня на фанаток табу.

Совершенно точно. Я не трахаюсь с кем точно не следует.

— Кроме меня, ко мне это табу не относится. — Софи стоит и разглядывает моего ангела, по ее виду понимая, зачем мы с ней тут были в двоем. Майа не выглядит напуганной или сомневающейся, наоборот, она источает уверенность. Ангел высокомерно смотрит на всех, при своём-то росте не больше метра шестидесяти пяти. Ох, это должна быть моя девочка. Я снова сглатываю, злясь на незваных гостей за их вторжение.

— Джеф, Софи, это Майа. Она...

Кто она? Моя подруга? Самая красивая и классная девушка из всех кого я знаю? Девушка, которую я так желаю? Ангел?

— Его подруга, — отвечает Майа за меня, выгибая правую бровь.

— Да, верно. Это Джефри, мой менеджер, и Софи, мой старый друг.

Знакомство вышло каким-то неловким и неприятным. Все возбуждение исчезло в один миг. Ладно, почти все.

— Круто. — Софи с ног до головы оглядела Софи, затем меня. Такой взгляд я видел у нее впервые. Она никогда не смотрела на меня свысока. Что, черт возьми, это значит?

— Эрик, дружище, концерт на высоте. Ты хорошо постарался. Свяжусь с тобой позже и поговорим о планах на следующий месяц. — Я киваю. Джеф хочет сказать что-то ещё, но Софи перебивает его.

— Эр, мы можем поговорить наедине? — Хлопая густыми ресницами, она подходит ближе и ставит руку мне на грудь. Улыбка на лице Майи становится веселой, но взгляд сейчас прямо-таки испепелит меня. Ох.

Джефри первым вылетает из комнаты, приложив телефон к уху.

— Точно, поговорите как следует. Мне уже пора ехать. Пока, Софи, пока, Эр. — Она удаляется походкой модели, высоко подняв голову. Я завороженно пялюсь на дверь.

— Эр? — Софи поворачивает мое лицо к себе, придерживая пальчиком мой подбородок. — Может, сходим посидим в кафе, выпьем? Тебя не будет в Лос-Анджелесе месяца три ещё, вроде.

— Софи. — Я улыбаюсь ей. Она очень приятное мое воспоминание. — Ты совсем не изменилась, только стала чуть-чуть красивее. — Ее лицо сразу озаряет красивая улыбка, как и должна быть у актрисы. — Было бы очень круто увидеть тебя в фильме.

— Я как раз расскажу, как продвигаются мои дела. А ты расскажешь о себе. Вкусное вино попьём. Или может в том ресторане, помнишь? Местный белый ром все такой же сладкий.

— Я все еще гонюсь за мечтой и надеюсь стать лучше. — Я отхожу к напольной вешалке и хватаю серые спортивные штаны. Совершенно не стесняясь начинаю переодеваться, чувствуя на себе внимательный взгляд брюнетки. — Ты слушаешь мои треки, тебе нравится мой голос.

Она мило кивает, а я надеваю чёрное худи, кидая в карман ключи от машины и телефон.

— Но не стоит верить, что к нам что-то вернётся. — Я подхожу ближе, оставляю легкий поцелуй на ее щеке и выхожу из гримерки быстрее, чем она успеет понять, что я только что ее кинул.