Часть 9
Отпрашиваясь у любимого начальника, Лена сказала, что едет на медицинское обследование. В посольстве выяснила все, что могла, и взяла анкеты на заполнение. Как оказалось, получить разрешение на въезд не так уж просто. Тут и возраст роль играет, и специальность, и знание языка. Она-то английский знала хорошо, а вот у Сергея знаний не было. Как он экзамен пройдет? А может, это и к лучшему, не сдаст экзамен — и останутся тут. Еще и медкомиссию проходить надо.
Там же нашлись добрые люди, объяснили, как что заполнять, какие специальности больше котируются и все прочее.
На удивление, Сергей потребовал, чтобы она начала учить его английскому, и вечерами не ссылался на усталость и не ворчал, а серьезно брался за учебу. Часто задерживался на работе, урывая еще несколько часов переработки.
Убедившись, что муж возвращается значительно позже ее, блудница уже сама пригласила любовника домой. Все закрутилось в обычном и, так желанном ею ритме. Одно мучило Лену — рано или поздно придется рассказать Мише об их решении переехать в Канаду. Приближался Новый год, и они, по всей вероятности, будут встречать его вместе, а значит, время поджимает. Она скрывает это уже целых три месяца.
Разговор она решила начать в обед, во-первых, не будет много времени на рассуждение, а во-вторых, он будет вести себя более сдержанно. Ей-то известно, что у него вспыльчивый характер.
— Миша, ты знаешь, мы с Сережей подали документы на выезд в Канаду, — сказала она с дрожью в голосе.
— И когда вы приняли решение ехать туда? — спросил он абсолютно безразличным тоном, будто речь шла о прогулке по набережной или о чем-то подобном.
— Ну... месяца три назад, но нас...
— Удачи вам в новой стране! Будьте счастливы! — перебил он ее.
— Миш, ты понимаешь...
— Мне это не интересно! — вновь перебил ее.
Больше за весь обед, хозяин кабинета не произнес ни слова, не давал говорить и гостье, останавливая ее жестом, как только она пыталась что-то сказать.
После работы он сел в машину и уехал. Лена пошла на автобусную остановку. Развозки уже не было, туда стал доходить автобус. Им оплачивали месячный абонемент, и все. Автобус ехал долго, объезжая зигзагами весь Бат-Ям. Было время подумать. Такой реакции она никак не ожидала. Возможно, она должна была сразу все ему рассказать, но, с другой стороны, ведь до сих пор неизвестно, поедут они или нет. Медкомиссия назначена только на февраль, когда будут сдавать экзамен — вообще не ясно. Неужели она вот так потеряла и друга, и собеседника, и любовника в одном лице? Нет, надо как-то с ним объясниться, рассказать, что и сама она не рвется уезжать. Просто Сергей никак не может приспособиться к жизни в Израиле.
Дома тоже все валилось из рук. Когда пришел муж, она подала ужин и, сославшись на головную боль, пошла спать. Как ни странно, уснула сразу.
Утром начальник поздоровался со всеми, каждому сказал, кто где работает до и после перерыва, и тут же ушел в свой кабинет. К Лене он вообще, как обычно, не обращался. Она, получив в свое распоряжение работников, сама расставляла их по рабочим местам. Начался обычный рабочий день. Единственно, для кого он был необычным, так это для Лены. Приближалось время обеда, а она даже не знала, идти ли ей, как всегда, в Мишин кабинет или возвращаться в общую комнату с поджатым хвостом. Как будто услышав ее вопрос, подошел Михаэль и спокойным тоном сказал:
— Лен, я сейчас срочно уезжаю, могу припоздать к обеду, ты заходи и начинай кушать без меня.
— Хорошо, Миш, Спасибо! — так и не сдержав улыбки, ответила она
Как ей хотелось сейчас кинуться ему на шею и расцеловать.
На обед начальник пришел вовремя, сел за стол, откинулся на кресло и серьезно посмотрел на нее.
— Ну давай, рассказывай, что вы там, в Канаде, забыли и зачем туда собрались? У вас там родственники есть? Или кто наследство оставил?
— Понимаешь, не сложилось у нас тут, может, там повезет. Ты же знаешь, Сергей дважды работу терял. Не может он так, как ты, работать — конвейер запустил, побежал новый станок собирать или налаживать. Прибежал, рулон на ходу поменял, грузовик пришел — прыгнул на погрузчик, поехал разгружать.
— Да, конечно, графу Соколову для работы нужен просторный кабинет с кондиционером, и чтобы секретарша в короткой юбочке приносила кофе по первому требованию, а он только указания раздавал, а иначе он не может.
— Мишка, прекрати издеваться. Ты знаешь, я тоже так работать не могу. Только благодаря тебе я еще здесь держусь. Спасибо большое за это! Но что, я до конца жизни буду тут на упаковке вместе с Фирой и Беллкой?
— Нет уж, с ними вряд ли получится. Они через пару месяцев в Рош-Аин переезжают. Не поедут же через весь Гуш Дан сюда, найдут где-нибудь поближе, в Петах-Тикве, например.
— Вот видишь, люди уже в свои квартиры въезжают, а мы еще за машину с банком не рассчитались, — тяжело вздохнула она. — Ты в Ашдод ездил, нашли там что-то подходящее?
— Нашли четырехкомнатную квартиру в тэте [1], как видно, скоро машканту будем оформлять. Правда, строится еще будет года два, мы только план видели.
— Видишь, и ты уже скоро в своем доме жить будешь, а мы что?
— Не знаю, как Сергей, а ты уже «рош цевет» [2]. Фабрика растет и расширяется. Через несколько лет в этом кабинете сидеть будешь, а я — на втором этаже, по соседству с Минаше. Ну, а в Канаде ведь придется все заново начинать. Хоть бы посоветовались прежде, чем документы подавать, а то все молчком. Здорово ты меня обидела, никак не ожидал такого. Когда в первый раз отпрашивалась «на медицинское обследование», думал в Рамат-Ган на маммографию едешь, еще подумал, что странно, вдруг застеснялась меня. А когда во второй, третий раз, и что-то несуразное лепечешь, а сама глаз на меня не поднимаешь, понял — неспроста это. Все ждал, когда расскажешь. А когда ты вчера сказала про Канаду, так разозлился — убить был готов, поэтому и говорить не стал. Боялся — раскричусь так, что со всей фабрики народ сбежится. Надоел, значит, тебе, ну ладно.
— Что ты, Мишенька, у меня так сердце болит, как подумаю о расставании. Но Сережка встал на своем: «Не могу я здесь жить, и все». Не разводиться же с ним. Миш, ты поедешь сегодня ко мне?
— Не знаю, посмотрим. Давай, иди, обед уже кончился, поднимай свою бригаду.
В тот же вечер, когда любовники отдыхали после сладостных утех, Миша спросил:
— Леночка, а что думает по поводу переезда ваш сын? Я не стал тебя спрашивать во время обеденного перерыва, время уже поджимало, он, как я понимаю, здесь остается?
— Нет, он тоже ехать собирается, но чуть позже. Им с Катей осталось служить меньше года. Когда они демобилизуются, мы еще будем в Израиле. Молодые слетают на Кипр, распишутся, а потом подадут документы на выезд. У Саши хорошая специальность из армии — механик по обслуживанию самолетов, так что работу найдет и тут, и там. Молодая пара быстрее получит разрешение. Миш, да ты расслабься, у нас еще год — можем быть вместе. Давай жить сегодняшним днем.
Примечания:1. Тет (ט) — буква еврейского алфавита, она же цифра девять. В Ашдоде районы обозначаются буквами, которые и цифры: א — алеф, ב — бет, ג — гимел, и так далее.
2. Рош цевет — бригадир (дословно — голова группы).