Ninth Chapter
Шон долго думал об этом странном разговоре.
Ему не нужно было быть гением, чтобы догадаться — тот человек, который так настойчиво интересовался им, был тем самым постоянным клиентом, что приходил поздними вечерами в маске или в очках, заказывал латте маккьято и тирамису и иногда смотрел так, будто видел Шона насквозь.
Но он не позволил себе лишнего беспокойства.
Шон знал одно — если Паоло что-то пообещал, то он сдержит своё слово.
Доверие к этому старику было для него почти как дом, где всегда тепло, даже если вокруг промозглый январь.
Он так и сказал себе:
«Не парься. У тебя есть дела поважнее, чем чужие тайны.»
---
Так, в этой тихой уверенности, он не заметил, как дни один за другим растаяли — и на календаре уже стояло 26 января.
А это значило сразу две вещи: возвращаются рабочие дни и возвращается учёба.
Второй семестр вот-вот начнётся, и снова придётся лавировать между занятиями и сменами, составлять график так, чтобы всё успеть — и не опоздать ни на одну лекцию, ни к одной стойке бара.
Шон проснулся рано, как всегда.
Но теперь ему нужно было выходить ещё раньше — ведь с недавних пор он решил ходить пешком, экономя каждый евро на транспорте.
Путь был длиннее, ноги мерзли в январском ветре, но каждый шаг давал странное чувство свободы.
Пусть и усталого.
---
Рабочий день шёл своим чередом.
Шон протирал столики, улыбался разговорчивым туристам, делал привычный круг по кухне — приносил тёплый хлеб, проверял свежий кофе, снимал пустые чашки с барной стойки.
Всё было тихо, как всегда.
В голове крутились мысли о расписании: «Что если лекции будут совпадать со сменами? Что если дедушка Паоло не сможет оставить меня на вечер?»
Но это были мысли, к которым он давно привык.
Он знал, что всё можно решить — если не лениться и держать спину ровно.
---
И вот снова вечер.
Первые гости расходятся.
Стук посуды стихает.
На улице вновь начинает моросить дождь — то самое привычное итальянское моросящее небо, которое будто бы делает каждый вечер одинаково хрупким и уютным.
Шон вытирает стойку и слышит, как звенит колокольчик над дверью.
Он поднимает глаза — и, конечно, узнаёт этот силуэт сразу.
Чёрное длинное пальто. Тёмные очки — маска сегодня не нужна, но капюшон всё ещё закрывает половину лица.
Фабио снова пришёл.
Он идёт к своему обычному столику у окна.
Как будто и не было этих дней молчания и тревожных мыслей.
---
Шон смотрит на него чуть дольше, чем обычно — теперь между ними есть эта новая нить.
Он знает, что этот человек пытался найти его. Пытался узнать, где он живёт, чем дышит, чем живёт в эти короткие вечера.
Но в его улыбке нет ни злости, ни обиды.
Только лёгкая осторожность. И что-то тёплое, что всё ещё не угасло.
Он подходит к столику, кладёт перед Фабио меню — хоть оба знают, что заказ будет тот же.
— Как обычно? — спрашивает он, чуть наклонив голову.
Фабио поднимает взгляд.
И в этот момент кажется, что за окном дождь шумит ещё громче — но в кафе тихо, как в сердце, когда в нём что-то стучит не так, как прежде.
— Да. — Голос Фабио чуть хриплый, но спокойный. — Тирамису и латте маккьято.
Они оба знают, что за этим простым заказом скрыто слишком много несказанного.
И что вечер ещё только начинается.