Твоё эхо

В подвале оказалось,  что-то вроде жилой комнаты, в которой, судя по вещам, жили два парня.  По помещению были разбросаны разные инструменты, а рядом с пятнистым, как гепард, диваном стоял огромный монитор, к которому было подключён целый пук проводов, словно волосы тянувшиеся по всей комнате.
Около двери стояли пять кресел, прикреплённых к полу. На них лежали шнуры  с креплениями для головы и конечностей. Судорожно вдохнув и обменявшись взглядом с бледным Сахаром, Шерри выпрямилась.
  - Эй! Наро-од! Дома есть кто-нибудь? – крикнула Гуля, хотя из-за размеров комнаты можно было не повышать голоса.
  Из комнаты, по размеру сравнимую с ванной, вышел мужчина в чёрной маске. Увидев его, черноволосая вздрогнула. Очертания лица были видны, но маска крепко завязана ремнём на голове и понять, какие эмоции выражает мужчина было сложно.
  - Галло, это ты? – спросил ломающийся голос, и сразу стало понятно, что этому мужчине не больше шестнадцати.
  - Ага, - весело сказала Гуля и чуть не упала,  споткнувшись о провода.
  - И сколько ещё раз ты будешь сюда приходить? – из маленькой комнаты вышел парень с квадратной тарелкой  и полотенцем в руках. – Ты у нас уже как член семьи.
  К счастью, второй выглядел абсолютно нормальным. 
  - Это  точно последний раз, - нагло заявила воровка и взяла с полки пестро разрисованную чашу. – Кто подарил?
  - Его мама, - сказал парень в маске и выхватил из рук Гули чашу.
  - Ого, так  вы с ней помирились?
  - Без понятия. Пришла и подарила, - сказал парень и поставил тарелку в держатель.
  - Мои заветные деньги ещё никто не выиграл? – спросила девчонка, ища глазами пачку купюр.
  - Может, сначала друзей своих представишь? А то, они как столбы стоят.  Ничего сказать не могут.
  - Хорошо. Знакомьтесь: это Шерри. Она попала к нам из двадцать первого века и должна спасти свою вселенную. Это Сахар. Он ничего не помнит, но хочет стать независимым от воспитателей, - Гуля обернулась и посмотрела на ребят.
  Их лица выражали страшное негодование из-за сказанного выше, но девочка задумываться об этом не стала и снова спросила:
  - Так у вас есть деньги?
  Парень в маске достал  из шкафа пачку оранжевых купюр  и повертел ими перед носом девушки.
  - Те же самые. Никто ещё не смог пройти. Кстати, тут половина твоих, заплаченных с прошлых игр.
Гуля только ухмыльнулась и сунула парню несколько мятых бумажек в качестве оплаты за игру.
   - Эй! Как настроение? – просил парень в маске и приветливо помахал ребятам, стоящим около двери.
  - Удовлетворительное, - выдавил Сахар и продолжил стоять.
  - Ваша подруга просветила вас, чем вы будете заниматься?
  - Да, но не до конца, - с такой же интонацией сказал Сахар.
  Парень, очевидно, был сбит с толку.
  - Ну, выбирайте тогда себе стул, одевайте крепления и слушайте.
  Шерри снова нервно вздохнула. Казалось,  что все предметы вокруг пляшут, картинка была настолько чёткой, что все движения казались очень резкими и сильными. Гуля моментально взгромоздилась на первое сиденье и стала надевать нарукавники. Шерри медленно и аккуратно села рядом. Кресло было до того жёстким, что на нём было больно сидеть, и, увидев недовольное лицо черноволосой, парень в чёрной маске сказал:
  - Ну уж извини. Это не виртуальный центр.
  Сахар, осторожно подняв провода, сел с левой стороны от Шерри. С горем  по полам прицепив к себе все провода, ребята слушали долгий рассказ парня, моющего тарелки о том, что нужно делать. И с каждым его словом, Шерри понимала, на какое  самоубийство она согласилась. Гуля, весело и непринуждённо улыбаясь, смотрела на Шерри, не представлявшую что будет дальше.
  - Да расслабься ты, - попыталась успокоить девчонка черноволосую. – Я всё там знаю. Это не так страшно.
  Шерри не хотела слушать Гулю. Уже было понятно, что Гуля ходячая внезапность и недоразумение, которому нет объяснения. То, что для преступницы и авантюристки может казаться забавным, для нормального человека является сплошным ужасом. Она настолько странна  и нелогична, что Шерри не хотелось её даже видеть. Почему у неё так сильно развязан язык? Почему она вдруг берёт и специально хочет всё испортить?  
   Гуля говорила ещё что-то «обнадёживающее», но Шерри уже смотрела на двух парней. Они включали монитор и подсоединяли какие-то провода. Сахар в тихом ужасе сидел со сложенными на коленях руками и пытался пересчитать костяшки пальцев. Но это не помогало успокоиться. Шерри хотела его подбодрить, но, не найдя нужных слов, просто промолчала. Парень в маске обнадёживающе похлопал Сахара по плечу. Шерри только что догадалась, почему парень носит маску. Руки парня, возможно, как и всё тело были в ожогах.
  Закончив копаться в настройках монитора, посудомойщик приказал одеть шлемы. Взгромоздив тяжёлую сферу на голову, Шерри погрузилась в кромешную темноту. Только где-то вдалеке слышался голос, отсчитывающий  секунды до отправления в виртуальную реальность.
Шерри как будто спала, но в то же время и бодрствовала. Её разбудил странный стук молотка или кирки, раздававшийся издалека. Девочка открыла глаза и поняла, что находится не в подвале, а в лабиринте с серыми стенами, которые казались ей очень знакомыми. И тут она вспомнила. Такие же стены были в лаборатории, из которой она убегала. Неужели она снова здесь?!
  Черноволосая встала с пола и дотронулась до стены. Стена была настоящая. Бетонная и холодная. Шерри прошлась по коридору. Стены сменились на выцветший от солнца школьный коридор. Девочка недоумевала, но облезлые нежно-зелёные стены ей нравились  куда больше, чем серые и бетонные. Со спины вдруг послышался чей-то отдалённый шёпот, и повеяло холодом.  Черноволосая оглянулась. Сзади был длинный предлинный коридор, который постепенно скрывался во тьме. Хмыкнув и ускорив шаг, исследовательница пошла вперёд.
«Почему же тут нет дверей?» - подумала она.
И в мгновение, множество дверей стало появляться с стенах школьного коридора. Удивительно, но первая дверь была точной копией двери комнаты Шерри. Девочка не удержалась и открыла её. Увиденное, сразу дало понять, что это просто сон. Ведь, всего того, что она там увидела, на самом деле не существовало.
  Нежно фиолетовые стены были изрисованы маленькой Шерри, на полу зелёный ковёр, а на огромной кровати гора подушек. Девочка мигом забыла о коридоре и с разбега плюхнулась на кровать своей мечты. Полежав немного и поняв, что невероятно мягкий матрац, на котором она лежит, вполне реален,  она вскочила и принялась на нём прыгать. Просто так. От радости. Это была её комната. Её кровать. Её горка, её домик. На душе было легко и хорошо. Как будто ты снова очутился в своём беззаботном детстве. Как будто сбылось то, что могло сниться тебе только во сне.
  Шерри  от души прыгала. С каждым прыжком она подлетала всё выше и выше, а потолок комнаты становился всё дальше и дальше. Подушки разлетались в стороны и, вдруг, в очередной раз, со всей силы оттолкнувшись от кровати, девочка поднялась так высоко, что вот-вот врежется в потолок. Черноволосая на мгновение испугалась, что удариться головой, но удара не последовало. Она открыла глаза и увидела, как улетала из комнаты,  оставив свою любимую кровать где-то далеко внизу.
Поднявшись на приличную высоту, девочка заметила город, показавшийся ей слегка знакомым. Только не могла вспомнить, где она его видела. Шерри не поверила, что и вправду летела. Ей было очень страшно упасть, и, в то же время весело от мысли, что она не падала.
Посмотрев вниз,  черноволосая не увидела под собой ничего, кроме зелёного елового леса с одинокими соснами.
«Но около города не должно быть леса» - подумала девочка и продолжила лететь ввысь.
   Вдруг, полёт замедлился, и Шерри, как и предчувствовала, полетела вниз.  Лес начал выворачиваться наизнанку, и земля, с многочисленными корнями и елями, превратилась в огромную человекоподобную голову, открывшую свой рот, желая съесть летящую прямо в глотку Шерри. Девочка кричала, а её тело, рассекая воздух стремительно летело в пасть монстра.
  Сердце черноволосой учащённо билось, но она ничего не могла поделать со своим болтающемся в воздухе телом. Вот уже в нескольких метрах показался беззубый рот земляного чудовища, с торчащими макушками ёлок, вперемешку со стволами и корнями.
  Секунда, и Шерри, отчаянно тряся руками, предвидя неминуемую смерть,  падает в пасть к земляному человеку, но приземляется на розовое бархатное кресло. На протяжении пятнадцати секунд дрожащая черноволосая с закрытыми глазами сидела в кресле и не понимала, почему она не лежит на земле с лепёшкообразном состоянии.
  Когда она всё же осмелилась открыть глаза, увиденное её поразило до глубины души. Она, как я и сказала, сидела на розовом бархатном кресле с высокой спинкой. Кресло стояло на полукруглой сцене, а в зале сидели её одноклассники и учителя, и даже родители.  В помещении царила  гробовая тишина.
  «Как во рту земляного монстра оказался концертный зал?» - просила у себя ничего непонимающая Шерри.
Всё это было очень странно. До неё только сейчас дошло, что улететь, оттолкнувшись от матраса и упасть с высоты птичьего полёта, при этом оставшись в живых, просто невозможно. «Я жива?» - снова спросила у себя девушка, и даже осмелилась потрогать свои колени и шею. Её тело, так же, как всё вокруг, было реальным.
  - Нет, дорогуша, ты умерла! – вдруг раздался сзади голос ведущего.
  Кресло с черноволосой повернулась, огромный концертный зал озарился светом разноцветных прожекторов, и заиграла праздничная музыка. Сзади стоял любимый герой одноимённого фильма Шерри Нейтон Смит. Он, так же как и в фильме, одет в костюм с чёрной бабочкой и, так же как в фильме, держит в руке микрофон. Увидев его, черноволосая потеряла дар речи.
  У персонажа из за спины появился букет, состоящий из двенадцати красных роз, и, сделав сидящей в кресле комплимент по поводу причёски, Нейтон подарил поражённой девочке букет.
Обалдевшая Шерри, словно проглотив язык, сидела на розовом кресле и переставала что-либо понимать. Герой фильма, в которого она была когда-то по уши влюблена, подарил ей цветы, и именно по этой причине, она начала подозревать, что уже умерла.
  - Я мертва?  - всё же спросила девочка, у которой не хотела двигаться челюсть.
  - Ну да, - пожал руками мужчина и заговорил в микрофон. – А вот здесь, друзья, можно увидеть все подробности и интересные факты о кончине нашей прекрасной Шерри Черновой.
На белой стене позади кресла начали появляться слайды с фотографиями девочки.
- Шерри Чернова, - звонкий мелодичный голос ведущего лился в микрофон¸- дамы и господа,  всю свою жизнь была неуклюжей размазнёй.
- Что?!
- Да, да. Представляете, она каждый день на протяжении многих лет ходила в школу с одним мальчиком, в которого была по уши влюблена. Как же она умудрилась так долго скрывать свои чувства от других?
- Да ничего она не скрывала, - крикнул из тёмного зала мерзкий голос Наташи. - Мы все сразу поняли. Как забавно было наблюдать за этой тупицей, полагавшей, что может всех обхитрить!
- Да! Да! – поддерживали Наташу её подружки из пустоты.
- И знаете в кого она была влюблена? – спросил у зала Нейтон, а потом сам же и ответил. – В Льва Афонина! Вы можете в это поверить?
Прожектора со сцены переводились на галдящих зрителей в зале для того, чтобы Шерри видела всех их в лицо.
- Она?! – Лёва вскочил с места, немного жмурясь от резкого света. – Фу, эта троечница-страшила подумала, что достойна влюбиться в меня? Какое убожество!
В зале послышался смех и аплодисменты одноклассников.
- Вы вообще видели её? – продолжил Лёва, прожигая глазами глаза Шерри, из которых паутинкой бежали слёзы, - Она же такая неказистая! Высокая, ещё этот прямой длиннющий нос! Ты случайно носом воду не черпаешь пока из стакана пьёшь?
В зале послышался взрыв хохота. Вместе со всеми смеялись и родители Шерри:
- Знаете почему я так назвала свою дочь? – прожектор перевели на маму. – Когда она родилась, я сразу поняла, что она будет посмешищем и позором для всех. Поэтому я решила добавить ещё одну причину над ней посмеяться!
- Браво, браво!
- Она вообще ничего не умеет, - прожектор перевели на Аллу Эдуардовну. – Вы видели эту девочку? Она просто бесполезна для нашего мира! Она плохо учится, ни к чему не стремится. Не удивительно, что её маме и папе наплевать на неё! Все уже давно поняли, что она безнадёжное разочарование!
- Да!
- Я специально стараюсь быть дома как можно меньше, чтобы не видеть этого ребёнка! – прожектор освещал папу.
- Боже, как мне теперь отмыться от позорной любви Шерри Черновой? – ахал Лёва.
- Не волнуйся, я тебя люблю больше, чем она! – кричала ему Наташа.
- Ура! Да здравствует достойная любовь! – вопил зал.
Шерри сидела,  вжавшись в кресло и плакала. Ей хотелось убежать, провалиться под землю или стать маленькой-маленькой, чтобы все забыли о её существовании. Сейчас, она услышала про себя всё то, что так боялась услышать. Люди в зале продолжали выкрикивать гадости про неё, мама с папой не отставали. Нейтон что-то без конца спрашивал у зрителей, и по усилению возгласов можно было понять, что он только подливал масла в огонь.
- Хватит! – вскрикнула она, когда зал хором начал скандировать слово «неудачница».
Всё в мгновение утихло.
- Ну и что дальше? – крикнула Шерри в тишину. – Вам стало легче?
Из груди хотели вырваться стоны, но она продолжила твёрдым голосом:
- Пусть это даже правда, что вы обо мне сказали, но я всё равно буду верить, что это не так!
- Не так... так... так.. так.. – разнеслось в пустом зале.
Шерри осталась наедине со Смитом. Букет, который она держала в руках, начал рассыпаться, как песок. Зал, так же как и букет, растворился вокруг девочки, оставив её в совершенно белой освещённой  комнате.
            - Где я? – спросила она у ведущего.
  - В другой жизни, - беспечно ответил в микрофон ведущий и кокетливо поправил длинную чёлку. – Тебе удалось сохранить одну жизнь, поэтому у тебя их теперь всего девять. Молодец!
  - Да уж, молодец, - передразнила она Нейтона. – Минуту назад вы были другого мнения обо мне.
- Ничего не подумай дорогуша, у меня просто работа такая, - начал оправдываться мужчина. – Ничего личного!
- Да-да, ничего личного, - Шерри утёрла щёки. – Как отсюда выбраться?
- А ты разве хочешь уйти? – заигрывающее спросил Нейтон.
Шерри на него удивлённо посмотрела. Её определённо напрягали восхищённые взгляды мужчины, который ей безумно нравился в девять лет.
- Хочу. И побыстрее.
Девочка подошла к одной из белоснежных стен и начала осматривать её. Тут рядом оказался ведущий и без капли смущения  начал пялился на сосредоточенную черноволосую.
    - Что?
    - Ты вблизи ещё красивее, - заворожено прошептал Нейтон.
  Шерри не на шутку испугалась этих слов. Но решив не подавать виду, девочка учтиво попросила:
  - Не путайтесь под ногами.
  И как предполагала черноволосая, герой фильма отошёл, но не перестал смотреть.
- Я так восхищаюсь тобой. Ты так грациозно справилась со своими страхами, - подметил он, глядя девочке прямо в глаза.
  От новой  ванильной реплики Нейтона Шерри чуть не стошнило. И, подавившись в смешке, она отошла от стены:
  - Ну конечно грациозно. Всё благодаря вашим подстреканиям.
  - Может, перейдём уже на ты? – ведущий подошёл к Шерри.
- Может нет? Вы меня всё-таки на двенадцать лет старше.
    Сейчас для Шерри было главным найти дверь в этой комнате,  чтобы убежать. Потому что ей совсем не нравился Нейтон и его приставания к ней. И вот, к счастью, она нащупала спасительную хорошо замаскированную  белую дверь.
  - Слушайте, вы не можете от меня отстать? – спросила черноволосая и ударила ведущего по руке, тянущейся к её плечу.
  - Нет! Я не смогу жить без тебя! Я, как только увидел тебя, понял, что ты и есть та единственная! – вскрикнул брюнет и упал на колени. – Ты  моё солнце, мой мир, мой воздух, без которого я умру. Так зачем же меня покидать? Я готов исполнить любую твою просьбу и пожелание. Я готов умереть ради тебя! Не покидай меня! Прошу!
  Шерри в недоумении смотрела на драматично страдающего героя, который буквально недавно оскорблял и высмеивал её. Да, ей было немного смешно от того, что говорил Нейтон, тем более, что эти слова он говорил Доминике, которая по сюжету фильма, была его спутницей. Когда Смит закончил душеистязания,  до сих пор улыбающаяся черноволосая сказала:
- Если готов сделать что угодно,  то встань и иди прочь, - указала она рукой в дальний угол комнаты.
  - Не-е-ет! Пожалуйста! Не-е-ет! Ты погубишь меня и себя! – завопил мужчина и кинулся в ноги девушки.
   - Да уйди же ты! Доминике это бы не понравилось!  – брыкнулась ногой Шерри и распахнула дверь.
  Нейтон, продолжая рыдать, вдруг, начал становиться жутким монстром с длинными когтями и зубами. Не выдержав размеров, костюм с треском начал рваться, оголяя мохнатое чёрное тело и восемь рук. Вскрикнув, девочка пулей выскочила из злочастной комнаты и второпях захлопнула дверь, прищемив пару чёрных длинных лап, жаждущих схватить девчонку.  
Убедившись, что дверь заперта, Шерри ступила на берег моря. Пляж был пустынным и тихим. Только бушующее море волновалось и било руками-волнами о скалы. Оно пенилось, опускалось и поднималось. Ворошило мелкий песок, как будто желая найти затерявшуюся драгоценность. Возможно, этой драгоценностью был камешек, или огромное иссушенное дерево, вырванное с корнем безумцем-ветром. Никто не знал. Но море что-то искало. Может, оно жаждало смерти. Да, оно искало заблудшую жизнь, которая будет настолько глупа, что подойдёт близко, и море своими многочисленными руками схватит её. Жизнь тоже может быть драгоценностью. А жадное море любит забирать их себе.
   Шерри шла по берегу и думала обо всём что с ней произошло. О презрительных сверкающих взглядах Лёвы, о родителях и остальных. О странном поведении Нейтона Смита из её уже не любимого фильма.
«Безумие какое-то» -  подвела она итог всему, что с ней произошло.
Как сказал ведущий-монстр, у неё было ещё девять жизней. Но откуда у неё их столько? Ведь жизнь у человека одна, а не десять или пять. Остановившись,  она обернулась. Конечно, Смита не должно быть рядом,  но казалось,  что его обозлённый дух вот-вот вырвется из запертой двери и ринется в погоню.
  Был рассвет. Пляж медленно обволакивал молочный седой туман. Волны успокаивались,  словно ребёнок, переставший плакать, когда приходила мать. Шерри продолжала медленно идти. Она не чувствовала усталости или голода. Она чувствовала крошечные песчинки под ногами и маленькие капельки росы на ресницах и бровях. Вдруг, на мокром песке, появилось нечто, заставившее девушку всмотреться вдаль. На берегу лежала только что принесённая морем драгоценность. Она блестела и манила к себе любопытную девочку.
  Шерри подняла её и  принялась отчищать от водорослей и песка. У черноволосой в руках лежало блестящее мокрое золотое колье. Массивное ожерелье было сделано из благородного металла и украшено кристаллическими жёлтыми, словно светящимися камнями. Красивые завитки и узоры из металла придавали ожерелью величественный вид.
«Странно, как море вынесло такое тяжёлое украшение на берег?» - подумала Шерри.
  Что делать с этим колье, она тоже не знала. Было такое смутное ощущение, что она уже это колье где-то видела. Но вспомнить, где и у кого, она не могла.
  - Отдай! – вдруг послышался недовольный голос из  моря. – Колье тебя не трогало,  вот и ты его не трогай.
  Голос, на удивление Шерри, был очень знаком. Но вспомнить, кто этим голосом говорил, она  тоже не могла.
  - Кто ты? – спросила Шерри у моря.
  - Не твоё дело! – нагло ответило море и потянулось к черноволосой своими волнами-руками.
  - Зачем мне тебе это отдавать? – спросила Шерри у моря и стала отходить к скалам.
  - Затем, что это моё! – донеслось из моря.
  -  Тогда зачем, ты его выкинула на берег?
  -  Полюбоваться. И уж точно не для того, чтобы  ты его брала! А ну отдай!
   Море снова разбушевалось. Туман мгновенно исчез, и волны принялись крошить скалу и захватывать всё больше сухого песка с приливом.
  Шерри, поняв что море или существо из моря не на шутку разозлилось, крикнула:
  - Предлагаю договориться!
  Но море, ещё больше осерчало, и, как не старалась Шерри спрятаться в скалах, вода её доставала. Море было настолько упорным, что солёная жидкость заполнила уже весь песчаный берег и сочилась через скалы. Загнав Шерри в ловушку,  безжалостное море обдало несчастную девочку с головы до ног. И, ухватившись за ноги упавшей черноволосой, потащило её из скал. Шерри захлёбывалась, пыталась ухватиться за выступы, но поток был таким сильным, что девочку уносило в море. Колье уже давно выпало из рук, но ожесточённая вода решила как следует отомстить и утянула её на глубину. Черноволосой не хватало воздуха, она била руками по воде, и, в конце концов  обессилев, пошла ко дну. К другим драгоценностям этого моря.