Глава девятая
А мы возвращаемся на привычный график!
Народ, давайте устроим перекличку в комментах, а то вы все пропали:(
Жду)
Приятного прочтения;))
С любовью, Маша:)
__________________________________
Одна из причин, за что я не люблю зиму – это гололёд.
С моей удачей, не расшибить затылок, по дороге до дома или университета просто невозможно. Вот и сейчас я уже в третий раз поскользнулась и свалилась прямо в сугроб, который так заботливо собрали на газоне.
- Чёрт, - невнятно прошипела я, когда снег пробрался за воротник.
Поясница ужасно болела, мешая встать. Смирившись, устраиваюсь поудобнее и, лёжа, поднимаю руку и перевожу внимание на часы - 14:01. Через полчаса начнётся моё первое занятие в кулинарной школе, расположенной в нескольких кварталах. Время есть.
Поворачиваю голову влево и сразу натыкаюсь взглядом на здание закусочной. Облупленный фасад тоскливо смотрел на реку. Если спуститься с уровня набережной, то до воды остаётся меньше ста метров, считая линию пляжа. Возможно, именно поэтому я устроилась сюда работать. Тихий, едва слышимый шелест волн всегда успокаивал, напоминая о беззаботных днях, когда я могла спокойно играть на песке вместе с Егором.
Прикрываю глаза, незаметно провалившись в воспоминания.
Семь лет назад
На этом же месте
- Лиза, догоняй! – крикнул темноволосый мальчишка.
Карапуз, чересчур высокий для четырёхлетнего ребёнка, бегал по самой кромке воды, не боясь простудиться. Его яркая футболка, с каким-то мультяшным принтом, потемнела от брызг, а чёлка, давно не видевшая парикмахера, упорно лезла в глаза.
- Я больше не могу, – в том же тоне ответила запыхавшаяся девочка, оперившись ладонями в колени.
Её светлые пряди растрепались, а длинный сарафан обвился вокруг ног, мешая передвигаться. В сотый раз поправив белую ткань, она весело взглянула на младшего брата.
- Смотри, что я нашёл! – взвизгнул непоседа и гордо показал плоскую ракушку.
Дар воды имел параллельный рельефный рисунок на внешней стороне. Сама половинка раковины была небольшого размера - в длину она еле достигала двух фаланг среднего пальца. Такие часто используют для декора или создания бижутерии.
- Ты молодец! – искренне похвалила блондинка и, с трудом, подняла ребёнка на руки.
Стараясь не запнуться, она направилась в сторону широкой каменной лестницы, по которой можно подняться на набережную. Стоило паре дойти до первой ступени, как Лаврентьева старшая быстро поставила мальчика на пол, принявшись вытряхать песок из сандалий. Кожу ног нещадно тёрло мелкими частичками, забившимися между пальцев.
- Это будет мой сюрприз тебе на День Рождения, - продолжал тараторить брюнет. – Но я отдам его сейчас.
Девочка еле заметно усмехнулась, не в силах сдержать улыбку. Брат был слишком неразговорчивым, из-за чего родители начали подозревать, что у него есть какие-то отклонения. На самом деле юный хулиган видел хорошего собеседника лишь в любимой сестре, поэтому часто напрашивался с ней на прогулки, дабы рассказать какую-нибудь по-детски важную историю из садика. С остальными подрастающий Лаврентьев предпочитал молчать, пряча угрюмый взгляд на полу.
Такие моменты искреннего лепета всегда радовали блондинку. Пусть она не могла услышать от него ничего полезного, зато Лиза понимала, что таким открытым ребёнок может быть только с ней. Конечно же, это знатно льстило.
- Нельзя отдавать подарки заранее, - нравоучительно сказала светловолосая, за руку ведя Егора к выходу. – Отдашь, когда мне исполнится тринадцать.
- Но ведь до праздника ещё неделя! Я его потеряю, – возмутился «мелкий», поспешно оглядывая тир.
По одному лишь взгляду малыша на ларёк с призами стало понятно, как сильно он хочет взять ненастоящее ружьё и хотя бы попытаться выиграть себе награду. Тем не менее ребёнок промолчал, так как прекрасно знал, что родители не дали сестре денег. От одного осознания, что младший брат не хочет ставить её в неудобное положение своими криками и скандалами, как делают его ровесники, в горле Лизы встал ком.
- Хорошо, давай сейчас, - произнесла девочка и крепче сжала ладонь, стараясь таким образом выразить благодарность.
Ей в руку быстро вложили найденную ракушку.
- А ты всегда-всегда будешь его хранить?
- Всегда-всегда, - еле слышно прошептала старшая, стараясь сдержать слёзы.
Егор был до ужаса милым, добрым и способным ребёнком. К четырём годам он уже научился читать и заботиться о других больше, чем о себе. Именно это выделяло его на фоне остальных. Жаль, что родители до сих пор этого не поняли, предпочитая задерживаться на работе допоздна, а вечером ссылаться на усталость.
Наше время
- Господи, сначала ты послал мне её ночью со свадебным платьем, в коридор общежития, - произнёс знакомый голос сверху, прервав мои размышления. Даже не открываю глаза, прекрасно зная, кто это. - Затем сделал её официанткой в моей любимой закусочной и заставил залезть ко мне в спальню по простыне. Недавно распорядился, чтобы она облила меня соком в столовке, а сейчас я нашёл её спящей в сугробе! Всевышний, ты издеваешься?!
Еле сдерживаю рвущийся наружу смех, пытаясь оставаться с каменным лицом. Спина уже начала мерзнуть от снега, но я упорно лежала на месте, не поднимая век.
- Ты жива вообще? – спросил Серёжа и, склонившись над сугробом, хлопнул меня по плечу. – Упала?
- Нет, блин, - прошипела я и села. Стряхиваю с ворота холодные хлопья, гадая, сколько могла пролежать так. – Шла, устала, решила вздремнуть.
- Оно и видно, - усмехнулся Матвеев и протянул руку. С сомнением оглядываю раскрытую ладонь, прищурившись. – Не бойся. Просто помогу встать.
- Я и не боюсь, - фыркнула я, всё-таки взявшись за кисть.
Парень рывком поднял меня на ноги, но не успела я поймать баланс, как брюнет широкой грудью толкнул меня обратно. Подошва предательски заскользила, и я с громким визгом упала обратно в снежную яму, сделанную мной же, мысленно ругая себя за доверчивость.
- Прости, - без тени сожаления произнёс юноша. Спустя секунду он склонился надо мной, довольно улыбаясь. – Не удержал.
- Ничего, - сквозь зубы процедила я, гадая, сколько отбила позвонков. – С кем не бывает.
Не давая Серёже опомниться, что есть мочи, дёргаю его за шарф. Спустя секунду ругающийся волейболист приземлился в нескольких сантиметрах от меня, сильно задев ногу. Не сдержав хохот, подтягиваю травмированную конечность и прижимаю её руками к груди, покачиваясь в сугробе из стороны в сторону.
- Один: один, - наконец, произнесла я, охрипнув от долгого смеха.
- Ты доигралась! – злобно гаркнул Матвеев и в мгновение ока навис надо мной.
Его правый локоть упирался в лёд в нескольких сантиметрах от моего лица, левая ладонь каким-то непонятным способом оказалась на моей талии, сжав в кулаке воздушную ткань пуховика, а лицо находилось в дюйме от моего.
Еле заметно дёргаюсь от того, что горячее дыхание парня обожгло мои щёки, которые, я уверена, по цвету приблизились к помидору. Меня больше не волновал попавший под одежду снег, холодная растаявшая вода или поднявшийся с реки промозглый ветер.
Перестаю дышать, разглядывая маленькую родинку на щеке юноши. Затем внимание медленно перешло на губы, после - танцующие «желваки» на скулах, и только после этого на глаза.
В его зрачках блистало моё собственное отражение, а вокруг – чёртики. Едва заметная дымка подёрнула радужку, скрыв от меня этот прекрасный светло-серый цвет.
Вот Серёжа медленно наклоняется ближе, оставляя между нами считанные миллиметры. Атмосфера накаляется до предела, я уже забыла, что ещё несколько минут назад мёрзла от снега. Вот его губы чуть приоткрываются, мои веки рефлекторно тянутся вниз, закрывая обзор, а язык прижимается к нёбу.
Сквозь ресницы слежу за брюнетом, не желая упустить никаких деталей. Вот маленькие искры в его глазах утонули в серебристом тумане яблока, пока я в который раз удивлялась их насыщенному цвету.
До ужаса знакомый светло-серый...
Прямо как у Кеши...
Дьявол!
- Что ты делаешь? – еле слышно спросила я, хотя это больше походило на пушечный выстрел.
Парень дёрнулся и несколько секунд пытался прийти в себя. Затем он, весело усмехнулся чему-то своему и быстро сел в сугробе, принявшись отряхивать рукава куртки.
- Шёл, смотрю, ты лежишь, решил проверить, - практически повторил мои слова волейболист, упорно не сводя взгляда с реки.
Устало прикрываю лицо холодными ладонями и глубоко вздыхаю. Я до сих пор отчётливо видела лицо Логинова прямо перед собой. Экономист выглядел настолько обиженным и раненным, словно не он, а я выставила его ночью за дверь, наплевав на нашу свадьбу.
Поднимаюсь на ноги и встряхиваю волосами, стараясь отогнать от себя мерзкое виденье.
Нет, не мерзкое, а до ужаса желанное...
- Я... мне пора, - с запинками оповестила я и уже собралась развернуться в нужную сторону, как зачем-то поспешно добавила. – У меня занятие в кулинарной школе.
- Правда? – неверяще переспросил Матвеев и в мгновение ока вскочил рядом. – У меня тоже.
- Стоп, погоди, - попросила я, выставив перед собой ладони в защищающемся жесте. Слишком много информации для одного дня. – Ты же на юриста учился.
Улыбка на лице волейболиста стала ещё шире. Я настолько не понимала его странное поведение, что и думать забыла об несостоявшемся поцелуе. Шок поглотил меня с головой, когда брюнет резко обнял меня за плечи и повёл нас дальше по пешеходной зоне.
- Ты запомнила, - счастливый словно кот, подытожил юноша. Отчаянно стараюсь отстраниться, но все мои действия пресекла крепкая хватка в районе предплечья. – Я прохожу курс на суши-мастера. В будущем хочу стать поваром.
- Серьёзно? – моему удивлению не было предела. – Зачем тогда надо было поступать на юриспруденцию?
Мельком взглянув на меня, парень весело подмигнул и сделал глубокий вдох носом. Весь его вид говорил о том, что он наслаждается близостью реки и запахом воды. Признаться честно, меня это тоже завораживало.
- Могу задать встречный вопрос, - ехидно подметил он.
Я не нашла, что ответить, лишь молча пожала плечами. Причины, по которым я училась в университете, а не на кулинарных курсах, необязательно рассказывать всем подряд. Тем более меньше всего мне нравилось обсуждать свою семью. Лишь одно воспоминание о том, как год назад мы спорили с мамой на тему моего высшего образования, навевало ужасную апатию и депрессию.
Отталкиваю от себя молодого человека, наконец, осознав, что мы идём в обнимку. Серёжа лишь что-то недовольно буркнул себе под нос, но его оптимистичный настрой быстро вернулся на прежнее место. Я же понурила голову и, спрятав лицо за капюшоном, ускорила шаг, пытаясь увеличить дистанцию между нами.
Дистанция – вот именно то, в чём я сейчас нуждаюсь. Только она сможет дать время восстановиться после Кеши и, наконец, понять, что мне необходимо на самом деле.
«Я хочу, чтобы ты открыла глаза и поняла, что необязательно сводить всё существование к парням. Если ты проведёшь три месяца одна, то я надеюсь, до тебя дойдёт, что одной развиваться легче...» - слова Крис прозвучали в ушах именно в тот момент, когда я начала сомневаться в своих мыслях.
Подруга права. Я должна научиться обращать внимание на себя, на своё будущее, на саморазвитие, а не только на мужчин вокруг. Возможно, если я хотя бы три месяца буду придерживаться этого плана, то в моей жизни что-то изменится в лучшую сторону.
Может, я даже забуду о Логинове и стану счастливее сама. Без него.
Грустно усмехаюсь и, зажав чересчур широкий ворот ладонью от ветра, выпрямляю спину. Господи, это даже в уме звучит глупо и...
Нереально...
Я на подсознательном уровне не принимала такой исход событий, и, похоже, это и было главной ошибкой. Нужно начать с этого - изменить собственное мышление.
С плеч словно свалился тяжкий груз. Не в силах сдерживать радость, глупо улыбаюсь, чем, скорее всего, повергла сзади идущего Серёжу в шок. Без разницы, я приняла решение. И вот в чём оно состояло:
Шаг первый: сконцентрироваться на себе и только себе. Никаких парней и других людей, способных помешать моему будущему счастью.
Я была настолько воодушевлена и взбудоражена, что не заметила, как обогнала Матвеева практически на целый квартал. В здание кулинарной школы я забежала в таком приподнятом расположении духа, словно могла одной рукой свернуть горы. И это чувство мне нравилось.
Засовываю руку в карман и пальцами нащупываю маленькую ракушку на дне. Ногтями очерчиваю её рельефный бок и крепче сжимаю дар реки в кулаке.
- Всегда-всегда, - шёпотом повторила я обещание, данное Егору много лет назад.
Теперь эта раковина - мой талисман.
С ним я могу всё. Даже стать счастливой.
И я докажу это в первую очередь себе...