Глава четвёртая
Мне ужасно стыдно (да-да, я говорила это вчера), но я опять прозевала график(
В качестве компенсации за ожидание, ловите главу на 2К слов. И, да, юмор скоро вернётся в историю... когда-нибудь)
Кстати, Вы смотрите на картинке в шапки главы, или я просто так с ними запариваюсь?))
А теперь:
P.S. Приятного прочтения;))
С любовью, Маша)
________________________
Идти домой - было выше моих сил. Я в прямом смысле слышала в голове все те едкие замечания, которые скажет мама, как только увидит меня на пороге, с чемоданом. Поэтому лучшим решением на данный момент было – наше общежитие.
Нет, я не жила там. После первого месяца учёбы в университете я переехала от родителей к Кеше, о чём сейчас горько сожалею. Когда экономист на второй неделе нашего знакомства только заикнулся о том, что не прочь съехаться, я, не раздумывая, собрала все вещи и, окрылённая любовью, побежала в свой новый, как мне казалось, дом. И вот, прошло два месяца, я бреду по тёмной улице, моля Всевышнего, чтобы на пути не встретились никакие отморозки, пока Логинов лежит в тёплой кроватке, довольный тем, что, наконец, избавился от меня.
Я отвлеклась. В общаге живёт Кристина, несмотря на то, что её родители владеют достаточно приличным коттеджем, на окраине города. Но девушка всегда была слишком свободолюбивой, поэтому, как только выпала такая возможность, она взяла свою деревенскую прописку и быстро оформила комнату в новом корпусе, сославшись на то, что хочет попробовать взрослую жизнь на вкус.
Вот только подруга, в отличие от меня, никогда не жалела о своём решении.
Собрав остатки расколотой гордости в кулак, я вызвала такси и поехала к Анисимовой. За окном мелькали фонари, свет которых неприятно бил по глазам, в салоне пахло каким-то смолистым освежителем для воздуха, а из радио доносилась музыка. К счастью, она была настолько тихой, что практически не раздражала.
Тем не менее «практически» - не значит «совсем».
Нервно сжимаю пальцами тяжёлый чехол с дурацким платьем. Воспоминания, как я красовалась в нём перед зеркалом, казались такими далёкими, словно всё это произошло не сегодня утром, а много лет назад. В поле зрения попало кольцо на безымянном пальце.
- Он ведь даже не сделал мне предложение, - сквозь слёзы прошептала я, борясь с вновь подступившими всхлипами.
- Вы что-то сказали? – спросил водитель, мельком взглянув на меня через зеркало заднего вида.
- Нет, - поспешно ответила я, не отрываясь от изучения проклятого украшения.
Широкий ободок из золота плотно обвивал кожу. Маленький бриллиант, в квадратном углублении, изредка поблёскивал на свету, когда машина проносилась рядом с фонарями или гирляндами. Я купила его самостоятельно, неделю назад, когда думала, что Логинов «позвал меня замуж».
На самом деле мы просто смотрели телевизор, в гостиной. Парень вскользь упомянул, что хотел бы продолжать такие киновечера уже в статусе молодожёнов через пару-тройку лет. Кажется, я не расслышала уточнение о временном периоде, потому что в следующую секунду повисла на шее экономиста, во всё горло крича: «ДА!».
Господи, если в мире уже есть самая тупая невеста, то её звание можно с уверенностью передать мне.
На тот момент меня не волновало, что мы знакомы около трёх месяцев, а встречаемся – меньше двух. Мечты о счастливом браке с любимым мужчиной и о красивых детях заслонили мой разум. В какой-то степени я и сейчас не до конца сняла эти розовые очки.
Наконец, машина остановилась прямо напротив десятиэтажки. Расплатившись и поблагодарив водителя, выхожу на улицу, сразу закутываясь в объёмный пуховик. Порыв морозного ветра пробрал до костей, заставив натянуть шапку до самых бровей.
Еле-еле взяв все вещи разом, направляюсь к крыльцу. Чудом открываю дверь, захожу внутрь и киваю неприветливой консьержке за стойкой. Старушка имела на редкость неприятный характер, но ещё при этом – ужасную память, поэтому она до сих пор не запомнила всех первокурсников. Этим, кстати, я и воспользовалась, наугад сказав, что живу в триста шестой комнате.
С уверенным лицом направляюсь к лифту, на ходу рассматривая ужасные новогодние наклейки на стенах. Изображения картонных Дедов Морозов и Снегурочек в кокошниках заслонили практически всё пространство подъезда, насильно напоминая о приближении праздников.
Втаскиваю в тесную кабинку чемодан, сумку, платье, захожу сама и нажимаю на цифру «6». С тихим жужжанием механизм пришёл в действие.
Наконец, я оказалась на нужном этаже. Погашенный в коридоре свет, затхлый запах стирального порошка, грязного белья и подгорелой картошки встретили меня в первую очередь. Неуверенно шагаю по ковровому покрытию, стараясь никого не разбудить. Вот слева показалась знакомая дверь с табличкой «607», и я осторожно постучала.
Ужасно стыдно было появляться перед подругой в таком виде и практически за полночь. У Кристины завтра занятия, и скорее всего она рассчитывала отдохнуть перед ними, а тут я. Уже хочу развернуться и убежать обратно, но вовремя вспоминаю, что больше идти мне некуда.
Засунув гордость куда подальше, стучу ещё раз. Нуль реакции. Повторяю, чуть громче. Без ответа. Свет в щелях косяка не горит, значит, подруга всё-таки спит.
Не успеваю, задумать, что делать дальше, как с другой стороны коридора раздаются шаги. Мне навстречу вышел высокий рыжеватый шатен, в одних пижамных штанах и без майки. Вместо неё, плечи парня прикрывало мокрое полотенце.
- О, добрый вечер! – поприветствовал меня юноша, на вид на пару лет старше меня. – Ты новенькая?
Кажется, тот факт, что я прекрасно видела его рельефный пресс, смущал только меня. Молясь, чтобы мои алые щёки не привлекли ненужного внимания, отрываю взгляд от мужского тела и смотрю прямо в глаза.
- Эм... нет, - с запинками ответила я. Все слова разом вылетели из головы. – Я... я ищу подругу. Кристина Анисимова. Может, знаешь?
Мой голос звучал до ужаса неуверенно и скованно. Что это со мной? ещё десять минут назад я плакала в такси после расставания с бывшим женихом, а сейчас краснею от вида полуголого парня.
«Достаточно красивого парня...» - вздрагиваю от собственных мыслей и делаю шаг назад. От таинственного незнакомства не укрылось моё странное поведение, а также свадебное платье. Господи, как стыдно.
- Понятия не имею, кто это, но скорее всего она на кухне, - вслух рассуждал шатен, повернувшись в другую сторону коридора.
- На кухне?! – искренне удивилась я. – Нет, ты что-то путаешь. Крис никогда в жизни не будет есть после двенадцати...
- Так там не едят, - словно это само собой разумеющееся, перебил юноша. – Сегодня вечеринка, так что половина студентов там.
- А, - до меня медленно доходил смысл происходящего. Кажется, логически мыслить рядом с этим незнакомцем я не могла. – Ты... ты не мог бы проводить меня?
- Да, конечно, - чересчур быстро произнёс он и лёгким движением поднял поставил мой чемодан вплотную к двери. Там же оказалась и сумка, а затем и чехол. – Не волнуйся. Здесь не украдут.
- Хорошо, - буркнула я, борясь с желанием взять платье обратно на руки.
Спустя минуту мы уже шли по тёмному коридору. Сначала я даже решила, что шатен перепутал направление, потому что вокруг не было ни души, но стоило нам пересечь практически весь корпус, как вдалеке послышались громкие голоса. Тихая музыка, качество которой портил плохой динамик телефона, притягивала нас, зазывая каким-то немыслимым образом.
Наконец, перед нами предстала маленькая кухня: заляпанный гарнитур, открытое окно, большой холодильник советских времён и до мурашек отвратительная голубая плитка на полах и стенах. Разбавляли эту картину смеющиеся и, похоже, не до конца трезвые студенты.
Жильцы расселись вокруг старого деревянного стола, устроив карточный поединок. Остальные устроились на широком подоконнике, делая раз в несколько секунд очередную затяжку. Ах, да. Ещё тут невыносимо пахло сигаретами. Вонь от табака была настолько сильная, что на языке даже появился терпкий привкус горечи. Несколько раз сглатываю, дабы избавиться от этого, но все старания с треском проваливаются.
Анисимову я нашла среди играющих. На ней были поношенные шорты и широкая пижамная майка, волосы собраны в пышный «пучок», на лице – ни грамма косметики. Сложно было сказать, что именно она являлась наследницей чересчур богатой, для нашего города, семьи.
Рыжая искренне улыбалась, пряча карты от надоедливого внимания друзей. С болью отмечаю, что за последнюю неделю она ни разу не выглядела такой счастливой рядом со мной. В моём обществе девушка больше походила на зомби, чем на живого человека.
- Крис? – тихо позвала я, чем отвлекла её от игры.
Разинув от удивления рот, подруга несколько секунд переводила взгляд с меня на незнакомца и обратно. Судя по появившимся над бровями морщинкам, от неё не скрылись следы от слёз и растёкшейся туши на моём лице. Затем, опомнившись, она подскочила на ноги и подбежала ближе, снеся на своём пути какого-то очкарика.
- Лиза? Всё хорошо? Что случилось? – обеспокоенно начала она, взяв мои щёки в ладони. Несколько её друзей возмущённо цокнули, прося девушку вернуться к ним. – Цыц! Дальше без меня! – строго прикрикнула она, через плечо. – Пойдём.
Не успела я опомниться и поблагодарить полуголого спасителя за помощь, как Анисимова уже потащила меня в сторону комнаты. Рыжая прошла какими-то безлюдными коридорами, из-за чего в спальне мы оказались гораздо быстрее. Остановившись около порога, она встала на цыпочки и, достав маленький ключик из дверного косяка, отпёрла замок, пропустив меня внутрь.
В комнате было тепло. Я с наслаждением размяла замёрзшие пальцы и прислонила их к батарее, около окна. Отсюда открывался хороший вид на район и спортивную площадку.
Само помещение было небольшим. Здесь с трудом поместились две односпальных кровати, у противоположных стен, столько же шкафов, тумбочек и рабочих столов. Вообще складывалось впечатление, что спальню построили по оси симметрии: если провести линию по центру пола, то по обе стороны от неё окажутся две идеально зеркальные по планировке части.
Оглядываю пустующее место. Насколько мне известно, соседки у рыжей никогда не было, чему она несказанно радовалась. Тем не менее постель всегда была заправлена, а бельё на ней менялось в обычном порядке, хотя им никто не пользовался.
- Что случилось? – повторила вопрос Кристина, помогая перетаскивать чемодан и сумку в угол, у шкафа.
- Ты оказалась права, - прошептала я, боясь поднять взгляд. Подхожу к одному из стульев и с тихим стоном падаю на него. – Кеша меня бросил.
Я ждала язвительных подлоколов и лекцию о том, что Анисимова знала об этом с самого начала. Но вместо этого подруга лишь бесшумно вздохнула и, сократив расстояние между нами, крепко обняла меня за плечи. Не сдержавшись, прижимаюсь к ней в ответ, так и не встав на ноги.
- Что случилось? – беззвучно уточнила она, но я всё услышала.
Всхлипы, до этого старательно сдерживаемые в груди, вырвались наружу. Вмиг футболка Анисимовой пропиталась моими слезами, но девушка не возражала, нежно поглаживая мой затылок.
- Он... он выставил меня за дверь... - задыхаясь, прохрипела я. – Сказал, что всё зашло слишком далеко... что я ему надоела... мне даже пойти некуда...
- Подонок, - соча ядом, выплюнула рыжая, сильнее прижав меня к себе. – Я в него на следующей паре тухлым яйцом кину.
Шутка заставила усмехнуться, но вот интонация, с которой она была произнесена, убедила, что девушка говорит на полном серьёзе. Протерев щёки сухими пальцами, стараюсь улыбнуться, хотя, готова биться об заклад, выгляжу ужасно.
- Прости, - еле выдавила из себя я. – Ты... ты предупреждала тогда...
- Эй! Забудь об этом! – ласково попросила Крис, присев передо мной на корточки. – Я не в обиде. Пока ты останешься здесь, а там что-нибудь придумаем.
- Я не смогу жить здесь вечно, - прохрипела я, испугавшись собственного голоса. – И домой тоже нельзя. Мама не пустит меня на порог.
- Всё потом! – настойчиво повторила Анисимова и потянула мои руки, заставив подняться. – Ложись на вторую кровать. Тебе нужно отдохнуть.
- Спасибо, - тихо поблагодарила я.
Старые пружины скрипнули, когда матрас прогнулся подо мной. Сняв куртку, джинсы и кофту, прямо в белье закутываюсь в одеяло. Накопленная усталость дала о себе знать: веки начали слипаться, а конечности налились свинцом.
Сквозь дрёму наблюдаю за тем, как подруга пытается запихнуть чехол в маленький шкаф, постоянно шепча проклятия.
- Слушай, - начала она, развернувшись с платьем ко мне. – Может, выбросим его? Или сдадим обратно? Оно же теперь бесполезное.
От последней фразы на глаза навернулись слёзы, которые я поспешила промокнуть простынёй. Едкий запах стирального порошка ударил в нос. Она права, но какая-то маленькая надежда на то, что я когда-нибудь надену его на торжество, до сих пор теплилась в глубине души.
- Нет, - стон утонул в подушке, превратившись в невнятное мычание. – Оставь.
Ругнувшись себе под нос, рыжая принялась с новой силой складывать чехол, дабы он, наконец, уместился на полке. Затем удовлетворённая Крис захлопнула деревянные дверки и легла напротив меня. Её рука быстро перегнулась через проход и, найдя мою ладонь, переплела наши пальцы.
Так мы и заснули: в крохотной комнатушке общежития, под гул пьяных студентов с кухни и тихое жужжание ночного города из окна, крепко держась друг за друга.