Глава вторая
Семь лет назад.
Кручусь перед зеркалом, в полный рост, разглядывая складки нежно-бежевого платья, в пол. Множество страз, рассыпанных по подолу, переливались в свете ламп, расшитый корсет плотно прилегал к груди, а кружевные бретельки подчёркивали острые ключицы. На голове покоился венок из искусственных роз, а ноги болели от жёстких белых «лодочек». Туфли были настолько красивые, что я даже простила им все принесённые неудобства.
- Вы очаровательны! – неискренне изумилась консультантка, театрально прикрыв рот ладонью.
Во всех движениях стилистки сквозила отточенная до автоматизма вежливость, поэтому мне было не понятно, честно она говорит или нет. Скорее всего нет, потому что её «восторг» увеличивался прямо пропорционально цене костюма.
- Ты что думаешь? – обратилась я к девушке, которая загнанно пристроилась на пуфике, в углу зала.
Рыжеволосая безразлично посмотрела на продавщицу и кивнула на дверь, безмолвно прося оставить нас наедине. Кинув «если что, я за кассой», расстроенная помощница вышла из помещения. Только после этого подруга соизволила обратить на меня внимание, с некой тоской разглядывая свадебный наряд.
- Неплохо, - вздохнула она, устало оперевшись затылком об стену.
За последний час «неплохо» - это самая бурная реакция, которой Кристина удостоила меня. Если честно, очень неприятно слышать подобное, когда я готовлюсь к самому важному дню в своей жизни.
- И это всё? – воскликнула я и сделала несколько поворотов вокруг своей оси, позволив тяжёлой ткани подлететь на несколько сантиметров. – Неужели ты не можешь сказать что-то ещё?
- Тебе не идёт быть невестой, - с мимикой зомби прошептала она, безучастно разглядывая стены.
От возмущения давлюсь воздухом, жалея, что лиф такой тугой. Даже отдышаться сложно. Дабы не сорваться на зеленоглазой, отворачиваюсь и принимаюсь с поддельным энтузиазмом изучать висящие по всей комнате платья. Их тут больше сотни, не меньше!
Вообще Анисимова – моя лучшая подруга и просто хорошая девчонка. Мы дружим с четырёх лет и за это время успели пройти, как говорится, и огонь, и воду, и медные трубы. Кристина всегда меня поддерживала, несмотря на сумасшедшие ситуации и глупые передряги, в которые я регулярно попадала, но за последнюю неделю много чего изменилось.
Известие о моей скорой свадьбе превратило когда-то весёлую и оптимистичную девушку в неживую куклу, молча следующую по моим пятам и «помогающую» в подготовке. Она практически перестала со мной разговаривать, а если и начинала, то этот диалог быстро переходил на повышенные ноты.
- Ты уверена? – в миллионный раз за последние сутки спросила Крис и с надеждой посмотрела на меня.
Тяжело вздыхаю и сдёргиваю с головы венок, зацепившись проволокой за волосы. Взвизгиваю и принимаюсь терпеливо распутывать застрявшие цветы, но быстро понимаю, что ничего не получится. Безмолвно показываю рукой на проблему и жду, пока подруга поставит на пол коробку с бижутерией, которую уже час держит на коленях, и подойдёт ко мне.
- Да. Сколько раз ещё мне нужно повторить? – не скрывая раздражения, прошипела я, закусив изнутри щёку.
Украшение прочно зацепилось за пряди, не желая расставаться с моими висками. Наконец, девушка убрала последние локоны и отложила его на близстоящий столик.
- Лиза, он преподаватель экономики на твоём факультете... - начала рыжая, но я остановила её поднятой ладонью.
Нет желания выслушивать всё по кругу. Я и так знаю, что она скажет, и это меня совсем не радует.
- Крис, у меня скоро свадьба, - с напыщенным энтузиазмом перебила я. – Я хочу провести девичник, оторваться с друзьями и устроить праздник-мечты. Для этого я позвала тебя, а не для того, чтобы слушать нотации.
Отрешённо вздохнув, Анисимова подняла руки в примирительном жесте и вернулась на свой излюбленный пуфик, в самом углу зала. Похоже, я ничего от неё сегодня не добьюсь.
- Я хочу, чтобы вы поладили, - упорно продолжала я, хотя взгляд собеседницы блуждал где-то на стене. – Для меня это важно. Понимаешь?
Минуту в комнате висит нагнетающая тишина. Я осознавала, что с подругой творится что-то ненормальное, что она непросто так за последнюю неделю сказала меньше десяти слов, но все мои попытки разобраться в этом с треском проваливались. Поэтому я решила выбрать сторону эгоистки, а если точнее – то постараться получить удовольствие от предстоящей церемонии. Хотя кислое лицо по правую руку не давало мне этого сделать.
- Тебе восемнадцать, - словно в трансе прошептала она, скрестив руки на груди. – Ты на первом курсе...
Плохой знак. Если Кристина игнорирует вопросы и обнимает себя за плечи – значит, ей до ужаса некомфортно, но из-за того, что Анисимова по натуре - открытый и приветливый человек, мало что могло заставить её впасть в подобное состояние. Больно признавать, но именно она ведёт себя рядом со мной последнее время, а ещё тяжелее – что именно я причина её депрессии.
- Мы с тобой это обсуждали, - чуть строже повторила я, хотя в душе хотела её прижать к себе и успокоить.
По неизвестным причинам Крис приравняла мою свадьбу к похоронам, поэтому относится к ней она стала так же. Все разговоры на тему предстоящего торжества пресекались на корню, а подобные походы по салонам она старалась избегать. Сегодня ей не повезло.
- Ему двадцать семь, Лиза! Очнись! – неожиданно прикрикнула зеленоглазая, отбросив очередную фату на пол и вскочив на ноги. – О чём ты думаешь? Тебе нет двадцати, ты ребёнок! Ты уверена, что этот твой Кеша, - произнося имя, рыжая скривилась, словно съела аскорбинку, - того стоит?! Тьфу, ты! У меня так попугая звали.
- Его зовут Иннокентий! – рявкнула я, запутавшись в длинном подоле. Быстро развязываю узел за спиной и с нескрываемым наслаждением стягиваю корсет. – И, да! Уверенна!
Молчание затянулось. Я даже успела решить, что на этом мы и закончим, но девушка разрушила мои планы.
- А твои родители? – неожиданно спросила она.
Резко замираю на месте, так и не сняв до конца платье. Это больная тема, и Крис об этом знает, а тот факт, что она к ней прибегла, заставляет меня разочароваться.
- Кристина, хватит, - тихо, но твёрдо осадила я её.
Анисимова прекрасно знала правила. Их было мало, мы никогда их не обсуждали, но каждая из нас соблюдала их на уровне ментальной связи. Два из них гласят: обращение по полному имени – граница, на которой нужно остановиться в любой ссоре, и никогда не трогать мою семью. Ни в хорошем ключе, ни в плохом.
Рыжая это понимала, поэтому старалась умалчивать и о своей, дабы не показать контраст между нашими родителями. Если мне требовалась помощь или душевный разговор, девушка всегда была готова выслушать и дать совет, поэтому то, что сейчас она затронула кровоточащую рану – стало настоящим ударом под дых для меня.
- Они против, верно?! – не унималась обладательница огненных кудряшек, хотя по ней было видно, что она вот-вот заплачет. – Неужели ты готова отказаться от семьи и от друзей, ради этого препода?!
- Да, готова! – во всё горло крикнула я, борясь с тугим комом в горле. – Мы любим друг друга – и это самое главное!
Несколько секунд Крис оглядывала меня с головы до кончиков туфель и обратно, словно не узнавая. На миг на её лице промелькнула тени разочарования и обиды, но она быстро скрыла их, нервно смахнув ненужную влагу со щёк. Подхватив с пола рюкзак, девушка подбежала к двери, но прежде чем выйти, остановилась и развернулась ко мне всем корпусом.
Даже в такой ситуации не могу не подметить, как сильно её фиолетовая толстовка и взъерошенное рыжее «гнездо» на голове выделяется на фоне нежных и утончённых свадебных платьев.
- Лиз, ты не Джульетта, а твой недо-Ромео навсегда останется для таких как мы лишь Иннокентием Дмитриевичем – преподавателем экономики, - с грустной усмешкой прошептала она, боясь встретиться со мной взглядом. – А не «Кешей».
_______________________
Хээээй! Отзовитесь, я волнуюсь!
Актив совсем упал, моих любимых комментаторов не видно Т0Т (это не слёзы, это просто дождь...).
С нетерпением жду Ваши отзывы!!!
P.S. Приятного прочтения;)
С любовью, Маша)