Deja Vu [Дежавю]

Многое изменилось за это время. «‎Я устал, я сделал все, что мог»‎, — слова Ельцина, которые услышала вся страна, остались‎ позади, положив конец, как всем казалось, олигархам. Отголоски этой эпохи еще долго, на протяжении двадцати лет будут слышны. Особенно в наше время, в виде коррупции и полицейского беспредела, царивших как и тогда, так и сейчас.
Не обошлось без положительных перемен. Так называемые «‎нулевые»‎ служили началом более спокойного и мирного времени, без культа войны и репрессий за неподобающие высказывания. Доходы граждан росли, экономка вставала с колен. Проводились удачные социальные, экономические реформы, строился бизнес. На рынок страны хлынули иностранные инвесторы, повсюду можно было встретить дюжину иностранных товаров. На полках детских магазинов красовались настоящие иностранные игрушки, гордо стояли итальянские коляски и немецкое пюре для самых маленьких потребителей.
Свободный интернет, куда не залезало государство, был доступен хоть и не всем, по причине дороговизны, но давал многим возможность выражать свое мнение на широкую аудиторию через странички на «‎ЖЖ»‎ (Live Journal), посылать сообщения по «‎аське»‎ (ICQ) не боясь прослушивания государства или злоумышленников. Налаживались отношения с остальным миром. Молодая Россия участвовала в саммитах Европейского союза, шло активное сотрудничество с ним. В перспективе был безвизовый режим и даже единое экономическое пространство с ЕС.

Несмотря на изменения в стране, любовь между Мишей и Алексом оставалась без них. Пару месяцев назад блондин отпраздновал свой двадцать шестой день рождения в теплой компании своего любимого и сестры. Он уже окончил ВУЗ и устроился на хорошо оплачиваемую работу, что позволяло жить в достатке. Пропала тревожность о завтрашнем дне, что преследовала практически каждого гражданина страны в девяностых, но по старой привычке Алекс все равно откладывал часть своей заработной платы, сам не зная на что, до тех пор, пока с удивлением не обнаружил новость на сайте СМИ.

«‎Нидерланды — первая страна мира, в которой разрешили однополые браки»‎, — пестрил заголовок. Прочитав его, Алекс позвал Мишу к компьютеру, с удивлением тыкая пальцем в монитор. Появилась возможность скрепить отношения браком, о которой до этого события никто даже и не мечтал. Алекс сразу решил: скопленные деньги пойдут на свадьбу и билеты проживанием в отеле в Нидерландах, но об этом он решил не ставить в известность Мишу, желая преподнести сюрприз позже.

— Что же это получается, я за тебя замуж выйти смогу?

— Только после меня, — уверенно ответил Алекс.

Прокручивая новостную ленту, он наткнулся на блок с афишей: «‎Бабий бунт: группа t.A.T.u. и многие другие, в Государственном Кремлевском дворце». Сказать, что прочитанное шокировало блондина, означало бы промолчать. Он давно ждал, точнее, надеялся на выступление этой группы, потому как познакомился с ее творчеством еще год назад, загрузив скандально известный клип их песни. Целующиеся девушки наделали не мало шума, что заставило его сомневаться в допустимости этого мероприятия.

Интернет эпохи нулевых не мог похвастаться своей скоростью. Для его подключения требовался специальный Dial-up модем, что издавал поистине адские звуки во время подключения, отбивая желание посещать всемирную паутину в темное время суток. Блондин купил компьютер в новый год, что весьма символично, в самом начале 21 века. Пользовался он им довольно часто, благодаря чему знал обо всем не только от своих назойливых информаторов, но еще из интернета.
Как только вышел клип, Алекс потратил несколько часов чтобы его скачать. Целующиеся девушки приятно удивили его: наконец кто-то осмелился пойти на такого рода "просвещение". Но мысль, что им позволят выступить, и не где попадя, а в самом Кремле, не могла уложиться. Конечно, страна стала свободнее чем это было раньше, но чтобы настолько.

— Дорогой, угадай куда мы с тобой отправимся сегодня? — Алекс хитро нагонял интригу.

— В театр?

— Намного круче. Чувствую, оторвемся мы с тобой по полной.

— Эй, так не честно! Опять я ничего не знаю, — забастовал Миша.

— Это сюрприз, все честно.

— Ну раз сюрприз, так и быть, прощаю.

Сделав звонок своему товарищу из кремлевского музея, Алекс накинул свою куртку. Схватив паспорта и поцеловав Мишу на прощание, он помчался на Охотный Ряд, там его уже ждали. Необходимо было торопиться: количество билетов ограничено, причем значительная часть из них была уже раскуплена. Блондин хотел было заехать прямо в Кремль, но постовой на КПП вежливо объяснил, что блатных теперь не пускают. Пораженный такой небывалой наглостью, Алекс оставил машину поблизости и побрелся пешком. У музея стоял худощавый высокий парень лет тридцати, в рваных джинсах и красной кепке с желтой надписью "СССР".

— Ишь ты, как прикатил! Аж сюда заехать хотел, фраер.

— Ты где этой уголовщины набрался? — блондин косо взглянул на него.

— Кореш с последнего звонка приперся, штаны тут протирал.

Пожалуй, в Тихом Океане меньше воды, чем в Алексе было неприязни ко всему, что связанно с его отцом. Криминал не стал в этом исключением. Тюремный жаргон, люди, отбывшие наказание в местах не столь отдаленных — все это в той или иной степени отталкивало его в людях. Собственно говоря, если бы Алекса не вынуждали обстоятельства, после парочки жаргонных фраз он свел бы общение на нет.

Пока блондин унимал свои негативные чувства, они с товарищем уже дошли до Кремлевского дворца, где и был запланирован концерт. Алекс ни разу не был в этом месте. Гигантский потолок и громадные стеклянные окна до него создают ощущение пространства намного больше, чем есть на самом деле. Во дворце не было ни души, он был закрыт, но блондина с его знакомым пустили знакомые.

Товарищ не стал даже смотреть на кассы для простых смертных. Заместо этого он сразу прошел в какое-то служебное помещение неподалеку, перед этим, положа руку на плечо Алекса, попросил его дождаться.

— Два билета на «Бабий бунт», — послышалось из дверного проема.

По прошествии десяти минут, из комнаты выскочил доходяга с двумя заветными бумажками. Блондину пришлось отвалить приличную сумму, но внутри что-то подсказывало ему, что такие траты не напрасны. Засунув паспорта с билетами поглубже в карман, Алекс пожал руку и кинул пару фраз благодарности. Теперь, когда все необходимое было приобретено, осталось позаботиться о своем виде.

Гардероб блондина не мог похвастаться обилием красочной одежды, что целесообразно надевать именно на подобного рода мероприятия. В основном, он состоял из черных и белых рубашек, брюк и парочки джинсов с лакированными туфлями в придачу. Ничего из этого не вписалось бы в тематику.

В результате длительных размышлений, разум Алекса посетила гениальная мысль. Далеко не один раз в рекламе он видел пляжные рубашки без рукавов, полные красок и различных изображений пальм и прочих растений. «‎Почему бы и не купить, будет что надеть»‎, — подумал он, сворачивая с пути домой. Добраться Алекс решил в место, в котором была возможность овладеть любой одеждой, с множеством бутиков различной моды, а именно в ЦУМ.

Центральный универсальный магазин, изначально носивший имя "Мюр и Мерелиз", взятый за пункт назначения блондином, так же как и ГУМ, является не только зданием, выполняющим свою основную функцию — магазина, но и представляющий немалую историческую ценность. Один лишь внешний вид говорит об этом: магазин, располагающийся в громадном здании в стиле европейской готике с нотками модерна поражает своим величием прохожих, словно собор Парижской Богоматери. И не даром, ведь он и по сей день считается крупнейшим универмагом в Европе.

Алекс не стал зацикливаться на фасаде этого шедевра; он довольно быстро заскучал по Мише, потому не терял ни минуты от жажды снова быть с ним рядом. Заскочив внутрь, Алекс зашел в первый попавшийся итальянский магазин одежды, но перед этим все-таки засмотрелся на окружение. Чудеса архитектуры и декор бросались в глаза, не давая перевести взгляд, не насладившись их великолепием. Более всего ублажали глаза бархатные стены вперемешку с позолоченными деталями. Самое прекрасное было именно наверху: задрав голову Алекс не мог оторваться от потолка, исполненного в виде стеклянного купола со вставками, представляющими собой витражи. Блондин сообразил, неплохо было бы привести сюда Мишу, хотя бы ради его симпатии к ним.

Налюбовавшись магазином, Алекс прошмыгнул в зал бутика. Он прошелся около всех стоек мужской одежды, выбирая нужный рисунок. Наконец он встретил ту самую рубашку. Летняя, тонкая, легкая, красная, с зелеными узорами всевозможных растений, изящно смотрелась на нем. Осталось подобрать шорты. С длиной все было понятно — никаких коротких моделей. Везде где только возможно Алекс старался давать как можно меньше поводов для ревности. Миша, в свою очередь, был не в очень то и большóй степени обуреваем этим чувством, в отличие от блондина, охранявшего любимого от чужих рук и глаз. Если называть вещи своими именами, то у Алекса с ревностью происходила простейшая проекция. Михаила это ни чуть не утруждало: такой однолюб и интроверт как он только и нуждался в этой охране от лишнего внимания, а блондин был рад стараться.

— А побольше есть? — спросил он у консультанта, найдя нужный экземпляр одежды.

Парень живо сбегал на склад, после чего нужный размер, на пару с натянутой улыбочкой были тут как тут. Алекс зачем в примерочную кабину, с неприятным удивлением обнаружив на полу использованный шприц. «Уже в магазинах стали колоться», — с отвращением сказал он с той громкостью, с какой его услышит персонал и проследовал в другую кабину. Примерка прошла успешно: рубашки и шорты шли на ура.

Нельзя не упомянуть, что любая покупка блондина не обходилась без подарка для Миши. Хотя Алекс, вопреки вероятно сложившемуся впечатлению, не был склонен транжировать деньги, на любимого он их никогда не жалел. Местами это объяснялось чувством неудобство, когда он что-то приобретал лишь себе, а иногда, обыкновенно, желанием обрадовать Мишу. Алекс всегда добивался желаемого результата: Миша был чрезвычайно рад любому подарку от него, не беря в расчет стоимость подаренного. Ведь главное в подарках, не их цена, а то, что человек уделяет внимание, даря их.

— Что-то случилось? — лестно заинтересовался консультант, заприметив задумчивость клиента.

— Случилось, я забыл про подарок, — остановился на Алекс на пути к кассе.

— Подарок для девушки? Я могу вам подсказать, у нас как раз сейчас акция с подарками...

— Нет, — резко перебил Алекс, скрыв свое раздражение такой же наигранной улыбкой, — для молодого человека.

Невзирая на молодость и подобающую ей осведомленность в разнообразии отношений, сотрудника удивил этот ответ. Окрас это удивление носило неприятный, но Алексу не суждено было узнать этого: скрытая под маской меркантильного интереса эмоция не проявлялась внешне никаким об

Последнее, что волновало его, так это мнение окружающих, потому, не обращая внимания на реакцию консультанта, он продолжил выбирать нужный предмет одежды. Все шорты были хороши, прекрасно пошиты, в наличии имелись необходимые размеры. Думалось, что они прекрасны не только внешне, но и во время носки. Алекс взял себе красные, в связи с его прекрасным сочетанием с темным, что позволяло бы носить их и со своими обычными черными рубашками. Мишу он удостоил желтых шортов — его любимый цвет.

— Мне сказали, что вы собираетесь делать подарок, — невинно улыбнулась кассир, — я могу предложить вам интересный вариант заместо типичного пакета.

Наклонившись, она достала рулон белоснежной в красный горошек бумаги, которой суждено было послужить в качестве обертки и невеликую коробку с крышкой, прямоугольного размера, напоминавшую коробку из-под обуви. Девушка протянула Алексу красную ленту, начав упаковывать вещи в коробку и оборачивать ее бумагой. Закончив этот этап, она зафиксировала все лентой, сделав сверху коробки милый бант.

— Сколько с меня за это все? — спросил блондин, оглядывая таблички, в поисках ценника за это удовольствие.

— Если для молодого человека, то нисколько, — засмущавшись, сотрудница шагнула в сторону, нарочно заслонив собою листок со стоимостью услуги.

Алекса вдруг посетило то самое чувство неудобства, что пришло к нему несколько лет назад, в то время как он подвозил Мишу. Блондин вытащил пару купюр, вложив их в руки кассиру. Девушка собиралась отдать деньги обратно, но Алекс остановил ее:

— Это вам за щедрость.

***

На удивление, дороги были пусты от пробок и прочих издержек московских проспектов и улиц, что позволило Алексу быстро доехать до дома. Волнуясь, точно школьник на первом свидании, он позвонил в дверь, держа в руках заветную коробочку. Миша отворил замки и просиял улыбкой от увиденного презента. «Хорошо, что он не посмотрел в глазок», — подумал Алекс.

— Это тебе, — вручил он подарок, нежно обняв Мишку.

Тот осторожно стянул ленточку, открыв коробку и дивился разноцветной одеже.

— Примеришь? — соблазнительно спросил Алекс.

Он здорово вогнал этим в краску Мишу. Заметив эту реакцию, блондин потянулся к пуговицам, начав специально медленно снимать одну за другой, раздевая его. Рубашка поддавалась с легкостью, будто знала, как ей подобает себя вести в данный момент. Михаил совсем засмущался, что еще больше разогрело Алекса. Донжуан толкнул в грудь свою жертву на кровать, облизнув губы, словно хищник, готовившийся отведать свою добычу. Нависнув сверху, блондин принялся покрывать поцелуями шею, грудь и остальные части стройного тела, чередуя с укусами. Миша зарылся рукой в золотистые волосы Алекса, получая удовольствие.

Процессу помешали часы, пробившие пятый час. Миша нехотя остановил Алекса.

— А мы случаем не опоздаем? — недоуменно спросил он.

— Опоздаем, если не поторопимся.

Алекс торопливо соскочил с кровати, впопыхах переодевшись в новую одежду, заодно нацепил подаренную рубашку на Мишку.

— Ах, красавец!

— Твой красавец, — Миша скоро поцеловал Алекса.