Легенды острова Тирра: Тёмный замок

Группами по четыре человека первокурсники подходили к Хирономо Кэмпбелл и называли свои фамилии. Он сверялся с чем-то на планшете, вычеркивал их из списка, потом давал какой-то конверт. Некоторым что-то объяснял или подзывал старшекурсников, которых на площади становилось всё больше, и просил провести новеньких к их коттеджу.

Шизо моментально куда-то испарился, а Кицунэ, Персик и Тассия подошли к преподавателю и назвали свои фамилии.

– Вас только трое? – спросил Хирономо.

– Да, – ответила Кицунэ.

– Тогда к вам кого-нибудь подселят, – сказал математик и посмотрел в свой планшет, потом оценивающе посмотрел на Кицунэ. – Леди Уайтфокс? Да?

– Всё верно. А что? Что-то не так?

– Всё так, – улыбнулся преподаватель, вычеркивая её фамилию, а следом и фамилии Мидори и Брайт, потом отдал Уайтфокс конверт: – Там четыре ключ-карты от коттеджа номер 505. Четвертый отдадите той, что к вам подселят. Также в конверте карта, как добраться до коттеджа. Он находится несколько дальше остальных прямо на утёсе над кальдерой. Не волнуйтесь это безопасно и там очень красиво. Чистые пастельные принадлежности и полотенца найдёте в шкафу. Прачечная на соседней улице. И да, вам придётся всё делать самим. Никакой прислуги. Вы теперь студенты, а не вельможи. Учитесь жить самостоятельно.

– Да. Спасибо, учитель, – сказала Кицунэ, сделав официальный одзиги[6], отчего Кэмпбелл удивился и смутился одновременно. – Мы можем быть свободны?

– Можете. Но в 18:00 возвращайтесь сюда. Опоздавших не ждем. Вис-мастер любит пунктуальность.

Кицунэ, Тассия и Персик отошли от преподавателя и достали карту. На ней была выделена площадь, от которой тонкая красная линия петляла по улочкам до коттеджа 505.

– А не проще ли воспользоваться навигатором? – спросила Персик и вытащила из кармана мобильный телефон. Но в верхнем углу экрана телефона светились красные крестики, означавшие, что ни связи, ни интернета нет. – Как так? А как мне читать новые главы манги?

– На острове Тирра нет сотовых вышек, – сказала Тассия.

– Как нет?! Не может быть! – возмутилась Мидори.

– Я два месяца была без телефона. И ничего, – сказала Кицунэ. – Так что ноги в руки и вперёд искать наш коттедж. Хвала тому, кто изобрёл чемоданы на колёсиках!

Хоть чемоданы были и на колёсиках, но идти было не так-то просто: улочки петляли, поднимались, то вверх, то вниз, а иногда внезапно переходили в лестницу.

Тассия уже начала похныкивать:

– Когда же мы доберёмся?

– Зато как же здесь красиво, девчули! – воскликнула Персик, остановившись на одной из площадок и глянув на раскинувшуюся внизу кальдеру.

Кицунэ тоже остановилась, поставила чемодан и села на него. Тассия плюхнулась со стоном на землю и тоже посмотрела на самую потрясающе-красивую впадину, образовавшуюся от проседания почвы в результате вулканического извержения. Там внизу, лодочки и яхта казались маленькими-маленькими, а цвет кальдеры – такая синь, но на солнце она играла переливами от бирюзы до индиго.

– Ух! Красотище! – выдохнула Уайтфокс. – И такое чувство, что сейчас вырастут крылья, и я улечу навстречу свободе!

– Да! Такое сладкое ощущение! Вот оно счастье! – сказала прелестница.

– А там что? Пар поднимается? – указала рукой Брайт.

– Да. Это вулкан, – произнесла Персик. – Сейчас вулкан спит, но дышит и в ясные дни виден пар над его кратером.

– А что будет, если он проснётся? – спросила девушка-аквамарин.

– В один миг раскаленная лава сметёт всю эту красоту, и у нас не будет времени даже на эвакуацию, – ответила Мидори.

– Будем надеяться, что этого не произойдёт, – со вздохом сказала Кицунэ, поднялась со своего чемодана и, подхватив его, пошла дальше по очередной улочке. Тассия и Персик тоже вздохнули, взялись за свой багаж, и пошли за ней.

Через пару поворотов они наконец-то добрались до коттеджа 505, остановились прямо перед ним, поставили чемоданы на землю и воззрились на довольно-таки колоритное сооружение. Это был небольшой двухэтажный домик, наполовину врезанный в скалу, с круглой крышей и с очень узкими окнами и дверями, окрашенными в цвет индиго. Сразу возле дворика рос кустарник Бугенвиллея.

– Знаете, почему крыши здесь синие? – спросила Персик.

– Что-то мне подсказывает, что сейчас ты нам расскажешь, – ответила Кицунэ.

– Считается, что неприкаянные души не хотят улетать на небеса.

– А я думала, что они не хотят попасть в ад, – проговорила Тассия.

– Туда они тоже не хотят. В общем, неприкаянные души стремятся вернуться на землю и в дома. Но вдруг неуспокоенные души могут превратиться в озлобленных и приносить несчастья? Небесно-голубые крыши призваны дезориентировать злых духов. Пусть думают, что это небо, запутываются и улетают прочь.

– Вот как? А разноцветные камушки на перилах и подоконниках? – спросила Кицунэ, указывая на странные украшения коттеджа.

– Местные верят, что они защищают от извержения вулкана, – ответила прелестница.

– Обалдеть! Персик, да ты реально много знаешь! – восхитилась Уайтфокс.

Мидори закатила глаза:

– Я Философ! Знать – моя будущая профессия!

– Давайте уже зайдём! Я жутко устала и хочу есть, – проговорила Брайт и отворила миниатюрную синюю калитку. Кицунэ и Персик зашли следом за ней. Внутри дворика росли прекрасные цветы, каменные розы и всевозможные кактусы. Дворик плавно переходил в небольшую террасу над кальдерой.

Приложив карту к считывающему устройству, расположенному на двери, девушки вошли в коттедж. Внутри домика было так уютно и красиво! Стены тоже были белыми, но зато вся мебель была разноцветная. В гостиной был большой диван, четыре кресла, журнальный столик, книжный шкаф, огромное зеркало и комод. Из гостиной был выход на террасу, арочная дверь на кухню и высеченная прямо в скале спиральная лестница, ведущая на второй этаж.

– Наконец-то! – сказала Брайт, бросив свой чемодан куда попало и плюхнулась прямо на диван с пёстрыми подушками.

– Тебе надо заняться своим здоровьем и выносливостью, Тассия, – проговорила Персик.

– Это потому что я толстая? – насторожилась девушка-аквамарин.

– Это потому что ты слабая.

Брайт ещё хотела что-то сказать, но тут постучали в дверь. Кицунэ стояла ближе всех к выходу, поэтому открыла её. На пороге стоял математик с красной дорожной сумкой и огромным розовым чемоданом.

– О! Вы уже здесь! Я думал, что вас догоню, но вы быстро ходите! – протиснувшись в дверь, в гостиную вошёл Хирономо Кэмпбелл и опустил на пол чужую поклажу. – А я вам четвёртую привёл.

Следом за преподавателем вошла грудастая блондинка.

– Хируми? – удивилась Кицунэ.

– Мы знакомы? – спросила та.

– И как тебе удается манипулировать парнями так, что они носят за тебя твой багаж? – выпалила Уайтфокс.

– И никем я не манипулирую! Профессор Кэмпбелл сам любезно предложил мне свою помощь! Он истинный джентльмен! А вы, осмелюсь заметить, не леди, раз такое мне сказали.

– Всё верно. Я сам предложил, – с гордостью подтвердил математик.

– И Даниэль тоже тогда сам предложил свою помощь? – не унималась Кицунэ.

– И Даниэль... Стоп. Откуда ты знаешь Даниэля?

– Хируми? – подала голос с дивана Тассия. – Это сестра Даниэля?

Персик уже согнулась пополам от смеха.

– Я его девушка! – выпалила грудастая блондинка, но потом вдруг покраснела, взглянула на преподавателя и залепетала: – Не в том смысле «девушка», а в другом. Ну, в общем, он мне не брат. Но я с ним и не встречаюсь.

– Ладно, девчонки, знакомьтесь, располагайтесь. А в 18:00 чтобы были на главной площади, – сказал Хирономо и, будто что-то вспомнив, улыбнулся, поклонился по-японски и вышел за дверь.

– Чего это он раскланялся? – удивилась Брайт.

– Передразнивает нашу пройдихвостку, – ответила ей Персик, отойдя от смеха.

А Хируми уже пыхтела он гнева, подошла прямо к Кицунэ. Разница в росте была значительная, поэтому сказанные слова маленькой блондинки не создали должный эффекта:

‒ Не стой у меня на пути. Иначе прибью!

‒ Чем? Грудью? ‒ съязвила Уайтфокс.

‒ Завидуй молча! Не знаю, какие у тебя отношения с Даниэлем, но он мой, ‒ задрав голову и выпятив нижнюю губу, продолжила Хируми. ‒ И профессор Кэмпбелл тоже мой.

‒ Двоих сразу? А не жирно ли тебе будет? ‒ парировала Кицунэ.

– А это не твоё дело! Разве ты не выходишь замуж за Торвальда Грэйуолфа? А? Кицунэ Уайтфокс! – демонстрируя, что она всё сказала, Хируми развернулась, подхватила свои чемодан и сумку и потащила их по спиральной лестнице на второй этаж, кряхтя и пыхтя при этом.

Кицунэ, Персик и Тассия со стороны наблюдали за её потугами, а когда она скрылась из виду, Уайтфокс посмотрела на своих подруг и спросила, как ни в чем не бывало:

– Может, позавтракаем? Я голодная, как лисица!

– Да! Я только "за"! – обрадовалась Тассия.

Кухня была белая. Вся. Стены белые, плита белая, шкафы и шкафчики белые, холодильник белый, круглый стол и даже стулья белые. Только окна синие.

Тассия заглянула в холодильник:

– Пусто.

– Он даже не включён, - сказала Персик, поднимая шнур и засовывая вилку в розетку. Холодильник приятно заурчал.

Кицунэ заглянула во все шкафчики, которые тоже были пусты.

– Предлагаю сходить в кафе, – закрывая последний шкафчик, произнесла Уайтфокс. – А после зайти в магазин и закупиться продуктами.

– Ну... Мне родители выделили не так уж много средств. Поэтому ходить по кафешкам мне не светит,– краснея, проговорила Брайт.

– Тогда я угощаю. Идёмте! – сказала Кицунэ.

– Я так не могу, – начала было Тассия.

– Расплатишься своим первым поцелуем, – пошутила Уайтфокс.

– Что между вами происходит? – спросила Персик.

– Ничего, – улыбнулась Кицунэ. – Мы идём завтракать в кафе. Я и тебя, Персик, угощаю, чтобы Тассии не было неловко.

– Мне тоже расплачиваться с тобой поцелуями? – улыбаясь, решила уточнить Персик.

– Только, если ты сама этого хочешь, – ответила девушка.

– В какое кафе пойдём?

– Я заприметила одно по дороге сюда. Такое маленькое, миленькое с розовыми стенами.

– И с цветущим жасмином на крыше? – спросила прелестница.

– Ага!

– Симпатичное. Я его тоже заприметила.

Тассия, Персик и Кицунэ, захватив свои сумочки и рюкзаки, вышли из коттеджа.

Кафе «39 ступеней» было странное и имело всего четыре или пять столиков на улице. Стены были выкрашены в пастельно-розовый цвет, а на крыше и навесе вился и цвёл жасмин. В углу висела чудаковатая медная клетка, а рядом круглая эмблема с надписью «crazy donkey».

Девушек встретили две милые дамы, усадили за столик и предложили меню. Недолго думая они заказали греческий салат, кофе и Баноффи[7].

– Всё-таки Ойя интересный городок, – сказала Тассия, наслаждаясь десертом. – Домики, кафешки... Всё такое миленькое и маленькое.

– Да. Волшебное место. Кицунэ, что ты собираешься делать? – вдруг спросила Персик.

– Конечно, всё осмотреть и посетить все кафешки, – ответила Уайтфокс.

– Да я не про это. А про Хируми.

Кицунэ пожала плечами и отхлебнула кофе.

– Нам же с ней жить в одном коттедже, – не унималась Мидори.

– Значит, будем жить. Ничего не попишешь.

– Почему ты её невзлюбила? Это из-за Даниэля? Или из-за профессора Кэмпбелл?

Кицунэ чуть не подавилась кофе:

– Да я.. кхе-кхе... Я не... кхе-кхе... Да не знаю я! Наверное, из-за Даниэля.

– Он тебе нравится? – спросила Тассия.

– Наверное. Может, было бы всё более ясно, если бы я не носила этот браслет, – выпалила Уайтфокс, хватаясь за гранатовую побрякушку.

– А что с ним не так? – спросила Мидори.

– Торвальд Грэйуолф надел на меня этот заговоренный браслет, чтобы я ему здесь не изменяла. Хотя я порвала с ним все отношения, – сказала Кицунэ.

– О вашей помолвке я слышала, а о разрыве – нет, – нахмурилась Персик.

– Официально разорвать помолвку мне мать не позволит, – вздохнула девушка.

– То есть официально ты помолвлена и на тебе «браслет верности»? – подытожила Мидори. – А неофициально: ты порвала со своим женихом, который без пяти минут богаче короля, и хочешь замутить с Даниэлем Шизо, который даже нормальный рюкзак не может себе купить, да ещё и бегает за Хируми?

От услышанного у Кицунэ Уайтфокс начался неадекватный смех. Персик и Тассия тоже начали смеяться над таким абсурдом.

Отсмеявшись и успокоившись, Кицунэ сказала:

– На самом деле я не хочу быть ни с Торвальдом Грэйуолфом, ни с Даниэлем Шизо, ни с Хирономо Кэмпбелл. Я хочу быть свободной. Как тогда, когда мы стояли на площадке и смотрели на кальдеру. Я хочу учиться здесь все семь лет. И все семь лет хочу быть с вами.

– И я! Я тоже хочу! – выпалила Тассия.

– Да! Давайте поступим, получим сверхсилу и будем всегда вместе! Во что бы то ни стало! – торжественно произнесла Персик.

– Ура! – подняв чашку кофе, воскликнула Кицунэ.

– Ура! – вторили ей Персик и Тассия.

А над кальдерой ярко светило солнце, клубился лёгкий пар, небо переливалось лазурью. Было мирно, тихо и спокойно.

_____________________________________

[6]Официальный одзиги (японский поклон): поклон с углом наклона корпуса примерно в тридцать градусов.

[7]Баноффи – английский пирог, приготовленный из бананов, сливок, карамели и варёного сгущённого молока.