chapter 9.
"Любить - это не значит смотреть друг на друга, любить - значит вместе смотреть в одном направлении"
Антуан де Сент-Экзюпери
***
Такси высадило Мишу у неприметного, чистого дома, где жила Каролина. Обычная кирпичная пятиэтажка, которая не кричала о себе, но стояла крепко и надёжно.
Его сердце билось тяжело и гулко, словно барабан. Он поднялся по лестнице, держа в руках пакет с плиткой горького шоколада и флешку. Он не просто нёс вещи; он нёс ожидание и надежду.
Когда он позвонил, дверь открылась почти сразу.
На пороге стояла Каролина. Она переоделась, всё та же черная футболка и такого же цвета шорты и распущенные волосы, но её глаза, сине-зелёные и ясные, были напряжёнными. В них не было холода, но была тревога, которую Миша сразу распознал: тревога человека, который сделал нечто спонтанное и теперь ждёт неизбежного наказания.
- Привет, - тихо сказал Миша.
- Ты опоздал на две минуты, Тимофеев, - тут же парировала Каролина, и эта колкость была такой привычной, такой домашней, что Миша улыбнулся.
- Извини. Я выбирал идеальный горький шоколад, чтобы соответствовать твоему настроению. И я тут заметил, что, кажется, забыл у тебя кое-что ещё, кроме ручки, - он вошёл в прихожую, снимая куртку.
- Шоколад? Я не ем сахар, - Каролина посмотрела на пакет с подозрением.
- Это горький. Какао 90%. Абсолютно несладкий. Такой же, как ты, - Миша протянул ей пакет. Он старался говорить максимально лёгким тоном, чтобы снять напряжение. - Подарок для Графа, который наверняка страдает от твоей жестокости.
Каролина взяла пакет. Она не стала открывать его, но напряжение в её плечах чуть ослабло.
- А что ты ещё забыл? - спросила она.
- Вот, - Миша протянул ей флешку. - Мой ужасный плейлист. Тебе он нужен для научного анализа и последующего осуждения.
Они прошли в гостиную. Это было первое, что Миша видел в её квартире. И она была такой же, как Каролина: сдержанная, функциональная, идеально чистая. Стеллажи, забитые книгами, рабочий стол, и только в углу лежала большая лежанка Графа.
Граф, доберман, встал, подошёл к Мише, обнюхал его, и, что удивительно, вильнул хвостом.
- Он тебя принял, - поражённо сказала Каролина. - Он никогда никого не принимает.
- У нас с Графом общее дело, - подмигнул Миша. - Мы оба любим одного человека, который слишком много о себе думает.
Каролина закатила глаза, но это было теплое движение.
Они сели на диван, разделенные аккуратным метром пространства. Каролина тут же открыла ноутбук, вставляя флешку.
- Хорошо, Тимофеев. Начнем твоё осуждение.
Они погрузились в плейлист. Звучала спокойная, немного меланхоличная инструментальная музыка. Миша наблюдал за ней.
- Это не рэп, - прокомментировала Каролина, нахмурившись. - Где твоя драма и глупость?
- Это то, что помогает мне думать. Это мой вакуум, - тихо объяснил Миша. - Я хотел, чтобы ты увидела... услышала, каким я бываю, когда никто не смотрит.
Они болтали о музыке, о работе, о предстоящих экзаменах. Разговор шёл легко, но под этой лёгкостью пульсировало огромное, невысказанное чувство. Каролина избегала смотреть ему прямо в глаза, а Миша избегал любого намёка на флирт. Они балансировали на тонкой грани дружбы.
- Знаешь, - Каролина посмотрела на него, её тон был неожиданно серьёзным. - Та ручка ведь не твоя.
Миша кивнул. - Знаю.
- Я просто... - она запнулась, не находя слов.
- Хотела, чтобы я приехал, - закончил Миша, и в его голосе не было ни триумфа, ни давления. Только понимание. - И я хотел приехать.
Между ними повисла густая тишина, наполненная всем, что они не могли сказать вслух.
В этот момент тишину нарушил Граф. Он, видимо, решил, что сидеть так далеко друг от друга - это неправильно.
Пес, который до этого спокойно дремал, внезапно решил прыгнуть с пола на диван между ними. Прыжок был сильным, и Граф, очевидно, промахнулся, зацепив лапой стоявший на кофейном столике стакан с водой.
Стакан упал, и, инстинктивно пытаясь его поймать, Миша резко потянулся вперёд, одновременно с Каролиной.
Они столкнулись.
Ситуация была мгновенной, но катастрофической. Каролина, которая сидела на самом краю дивана, потеряла равновесие. Миша, пытаясь удержать её, наклонился слишком далеко. Они упали набок: Каролина оказалась снизу, прижатая к подушкам, а Миша - сверху, опираясь на локоть, чтобы не задавить её весом.
Их лица были в сантиметрах друг от друга.
Миша почувствовал её запах - тонкий, чистый, холодный аромат, который всегда исходил от неё. Он видел, как её глаза, расширенные от неожиданности, дрожат. Он видел, как быстро бьётся пульс на её шее.
- Я... - начал Миша, чувствуя, как его сердце замирает. Он должен был немедленно отстраниться, извиниться, пошутить про собаку.
Но он не мог двигаться.
Он смотрел на неё, и вся его тщательно выстроенная стратегия, все его планы - всё рухнуло. Была только она. Близкая, уязвимая, дышащая, полностью в его власти.
Каролина тоже не двигалась. Она ждала. Ждала, когда он сделает то, что сделал бы любой другой человек: посмеётся, встанет, восстановит дистанцию. Но он не двигался, и в его взгляде она увидела не насмешку, не осуждение, а глубокую, захлёстывающую нежность.
В этот момент, прижатая к нему, она осознала, что страх перед болью был меньше, чем желание этого тепла. Она сделала то, что было совершенно не свойственно её натуре: она сократила последний миллиметр.
Каролина медленно, почти неуловимо, подняла голову.
Их губы встретились.
Это был не страстный, не агрессивный поцелуй. Это был мягкий, неуверенный контакт, как будто они оба проверяли, настоящее ли это. Миша тут же ответил, его губы были тёплыми и нежными. Он слегка наклонил голову, углубляя поцелуй, и Каролина почувствовала, как по ней прокатывается волна чистого, неприкрытого счастья. Это было правильно. Это было то, чего она ждала два месяца.
Миша, почувствовав её ответ, осторожно приподнялся, и отстранился, но не сильно. Только для того, чтобы заглянуть в глаза. Он остался нависать над ней, глядя ей в глаза.
- Каролина, - прошептал он.
- Не говори, - выдохнула она.
Она не позволила ему отстраниться. Она подняла руку и, впервые, коснулась его лица - нежно, кончиками пальцев, проводя по его щеке.
- Я не хочу потерять тебя, - её голос был едва слышен, ломался от искренности. Это было её самое большое признание.
Миша прислонился лбом к её лбу. Он был серьёзен, как никогда.
- Ты не потеряешь, - его голос был твёрдым и обещающим. - Я не такой, Каролина. Я понял тебя с первого дня. Я не уйду, потому что ты... ты мой дом. Моя тишина, моё спокойствие и моё вдохновение.
Он убрал прядь волос с её лба.
- Я знаю, что ты боишься. Ты боишься, что я предам, как те, другие. Но я никогда не приму твою боль за слабость. Я приму её за доверие.
Каролина почувствовала, как её глаза щиплет. Слёзы. Она не плакала годами. Она закрыла глаза и позволила себе это мгновение.
- Я не знаю, как это делать, - прошептала она. - Как быть... открытой.
- Научу, - тихо сказал Миша, целуя её в лоб. - Мы будем учиться вместе.
Он осторожно встал и протянул ей руку. Каролина взяла её, и их пальцы сплелись.
Они оба сели на диван, и теперь между ними не было того метра дистанции. Они сидели близко, плечом к плечу, держась за руки. Граф, лежавший теперь у их ног, зевнул.
Каролина посмотрела на Мишу. Он был здесь, тёплый, надёжный, и она поняла, что её стена рухнула. Но, как ни странно, она не чувствовала себя уязвимой. Она чувствовала себя защищенной и любимой.
Ей больше не нужен был чёрный, горький кофе. Сегодня она выбрала мёд.
ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ
божечки-кошечки, я переживаю за их отношения больше чем за предстоящий экзамен по алгебре и русскому.
медленно, но верно, мы придвигаемся к финалу. думаю, еще пару глав и буду завершать. +бонусная глава, в которой, скорее всего, будет 🔞
и то хз смогу ли я ее достойно описать
p.s. хоть убейте, но Клайпик ассоциируется у меня с мёдом. тягучим, сладким и "на любителя". делайте с этой информацией что хотите, но это так💥