Умоляю, отпусти

МИЛЕНА

Окончание второго курса. Лето

Закрываю глаза, расслабленно откидываюсь на спинку шезлонга и предвкушаю получать удовольствие от тёплого летнего солнышка.

Пару минут всё идёт по плану, лучи утреннего солнца ласкают мою кожу, а я наслаждаюсь умиротворением.

Внезапно на мой живот падает несколько холодных капель, которые вырывают из состояния блаженства.

Приходится вернуться в реальный мир.

Надо мной нависает чертовски привлекательный блондин с глазами цвета сапфира. Он слегка щурится, отчего его ресницы становятся ещё длиннее и пышнее.

Парень смотрит на меня, лукаво улыбаясь.

И здесь, как в фильмах Гая Риччи и Квентина Тарантино должен появиться стоп кадр.

Знакомьтесь, Кирилл Алчевский – моя школьная любовь.

Да что уж там, моя первая любовь, которая всё никак не проходит и не проходит, как бы я не боролась. Хотя... сказать, что я прям боролась, нагло соврать. Мало того что мы учились вместе в школе, так, когда поступили в университет, хорошо хоть на разные факультеты, всей нашей дружной компанией решили жить вместе.

Вот кто меня умной назовёт?

Сколько слёз было пролито из-за него в стенах школы, сколько проклятий от обиженных девчонок было кинуто в спину, а Алчевский на всё плевал. Он окончил школу и пошёл покорять универ, вместе с ним и наивных студенток, хотя не только их...

Ладно, не буду вас утомлять своим нытьём, пора возвращаться к нашим событиям.

Отключить стоп кадр!

– Эй, Кир, – хмурюсь, в то время как сердце начинает биться сильнее, дыхание учащается, а тело становится ватным. – Уходи, дай позагорать.

– Неа, – он продолжает очаровывать хитрой улыбкой. – Ты пойдёшь плавать.

– Нет, – качаю головой. – Я не хочу испортить свою причёску.

– С каких пор тебя стало это заботить? – недоверчиво хмыкает Кир, затем нагло двигая меня, садится на шезлонг.

Ну вот, теперь ещё и телесный контакт, от которого я медленно и верно теряю контроль над своим сознанием.

Слегка отодвигаюсь, ощущая, как его прохладное и мокрое бедро прижимается к моей руке.

– Ни с каких, – отвечаю, отворачиваясь. – Иди развлекайся.

– Мила, это не ответ.

Чувствую на себе его долгий сосредоточенный взгляд, но оборачиваться не решаюсь.

Наконец-то мне удаётся хоть немного прийти в себя, успокоив глупое сердце, которое готово было выпрыгнуть прямо в руки Алчевскому.

– Другого ответа у меня нет, – бормочу себе под нос.

Не хочу объясняться.

В последнее время Кирилл задаёт слишком много вопросов: почему ты так часто моешь руки, почему по несколько раз перемываешь овощи и всё в этом духе. Его наблюдательность напрягает, заставляет верить в то, что Алчевскому не всё равно, а это обезоруживает. Да и не горю я особым желанием рассказывать парню, которого люблю, о своих изъянах. Ведь свои привычки именно таковыми и считаю.

– Аксамит, – теперь в тоне Алчевского гуляют нотки раздражения.

Знакомый сценарий нашего общения. Вечная конфронтация.

Причём я с себя ответственности не снимаю. Только Кирилл пытается стереть установленные мною границы, включаю режим сохранения, отталкивая его. Как итог – мы ссоримся.

Сегодня на этот сценарий у меня нет ресурса.

Поэтому осторожно возвращаю свой взгляд на Кира.

Он находится слишком близко.

Между нами, наверное, максимум десять сантиметров.

Алчевский замирает, не ожидая такого поворота событий. Да и я, вопреки всему, следую его примеру. Даже боюсь пошевелиться, рассматривая его красивое лицо, словно вижу в первый раз.

В глазах Кирилла переливаются лучи солнца, а тёмно-русые ресницы всё ещё влажные после плавания в море. На лице Алчевского проступают едва заметные веснушки, которые вскоре скроет летний загар. Их не так уже и много, но Киру очень идёт. Добавляет мальчишеского обаяния. В это самое обаяние я и влюбилась, будучи маленькой Миленой Аксамит.

Организм посылает мне сигналы тревоги, нагревая кровь в венах до самой высокой температуры. Пульс частит, в ушах стучит. Грудную клетку спирает, и я задыхаюсь собственными эмоциями.

Остановись, Мила. Ты ведь сейчас уплывёшь.

Или уже уплыла...

Рука сама по себе тянется к открытой ладони Алчевского. Он чувствует прикосновение, а после, продолжая жадно изучать меня, сжимает свою ладонь.

Ловушка захлопывается. Я прихожу в себя.

– Кир, – растягиваю губы в слабой улыбке, аккуратно высвобождаясь из его захвата. – Пожалуйста, иди отдыхай с ребятами. Я хочу спокойно позагорать.

– Ты всегда хочешь меня куда-то отправить, – понимающе, но с лёгким налётом печали усмехается он. – Куда-то подальше.

Молчу. Кирилл прав. Отправить его "куда-то подальше" – это залог безопасности непослушного сердца.

– Ну-ну, – отзывается Алчевский, будто слышит мои мысли.

Он медленно встаёт, задерживается на несколько секунд, затем идёт к понтону.

Вдыхаю как можно больше горячего воздуха, отчего лёгкие обдаёт огнём.

В горле першит, но я ничего с этим делаю. Лишь наблюдаю за Кириллом.

Когда подходит его очередь, он легко отталкивается от деревянной поверхности и, сделав сальто, прыгает в воду.

По пляжу проносится очередное "круто" незнакомых мне девчонок.

Не спорю, это круто.

Cliff jumping – страсть Алчевского. Хотя когда-то и я увлекалась этим экстремальным видом спорта. Но в какой-то момент испугалась неизвестности, которая подстерегает на дне, поэтому бросила любимое занятие.

Отгоняю воспоминания, а после тянусь за апельсиновым соком.

Начало лета, пора отрываться, хватит страдать.

Ближе к часу мы идём в наш дом.

Ну как наш, дом Тимура, а мы просто решили там жить все вместе, поделив коммуналку. Это действительно весело, всегда кто-то рядом. Ещё одна причина, почему я не хочу съезжать. Я боюсь жить одной.

– Так, сейчас приедет Арина со своей сестрой, – начинает командовать Тимур. – Поэтому надо подготовиться. Ром, Кир, – он оборачивается на парней. – С вас стейки. Девчонки, – Барский концентрируется на мне и Алине. – С вас салаты и закуски.

– А с вас что, молодой человек? – усмехается Лина, кокетливо поправляя свои огненно-красные волосы.

– А с меня контроль, чтобы всё было выполнено качественно, – пожимает плечами Тим и уже собирается уходить, как Алчевский слегка толкает его плечом.

– Ага, конечно, – произносит он с сарказмом в голосе, параллельно несколько раз кивая. – Иди тогда хотя бы коктейли сделай, контролёр.

– Аааа, – разводит радостно руками Тимур. – Это я могу.

Арина так быстро приезжает, что мы даже не успеваем приготовить салаты.

Здесь, скорее всего, моя вина. Ведь я долго суетилась с овощами, несколько раз перемывая их. Поэтому Алинка отложила помидоры, огурцы и перец, а следом потянула меня играть в волейбол. Оправдываясь тем, что ей необходимо отработать подачу.

Ну да, ну да.

– Рина, они не хотят резать салаты! – кричит Рома Арине и её сестре приближаясь.

– Фууу, ябеда! – отвечает ему Алина, собираясь сделать верхнюю подачу. – Да нарежем мы их, успокойся, ещё рано, стекут ведь.

И то так. Но я всё же останавливаю подругу, затем под её недовольным взглядом возвращаюсь к столику. Лина кладёт мяч на траву, а после нехотя плетётся за мной.

Тщательно мою руки, следом принимаюсь медленно нарезать огурец.

Периодически задумчиво кошусь в сторону Кира. Он, в свою очередь, наблюдает за мной, вызывая табун мурашек по всей коже.

Лезвие ножа соскальзывает, а после стучит по деревянной доске. Чудо, что я вовремя убрала оттуда указательный палец.

– Блин, – откладываю нож в сторону. – Алин, дорежь, пожалуйста, огурцы. Я скоро вернусь.

Подруга кивает, меняется со мной местами, я же иду в сторону дома, где только что скрылись Арина, её двоюродная сестра и Ромка, решивший помочь девчонкам с сумками.

Галантный он у нас товарищ. Особенно когда хочет порисоваться.

Слышу смех ребят, которые переговариваются на втором этаже. Поэтому, чтобы их не беспокоить, иду в общую ванную комнату. Она у нас больше предназначена для гостей, но, когда лень топать наверх, мы тоже пользуемся ею.

Закрываю за собой дверь. Включаю максимально холодную воду, затем несколько раз умываюсь. Делаю всё аккуратно, чтобы не зацепить подкрашенные ресницы.

Вытираю насухо руки, затем приглаживаю ими свои волосы. Ещё одна дурацкая привычка, появившаяся совсем недавно, когда начинаю нервничать.

Не хочу сейчас возвращаться во двор. Ведь снова попаду под прицел Кирилла. Поэтому направляюсь на кухню, где набираю огромный стакан воды. Медленно пью, задумчиво всматриваясь в панорамное окно, которое выходит на баскетбольную площадку.

– Мила, – слышу голос Рины и оборачиваюсь.

– Привет, – пытаюсь улыбнуться максимально непринуждённо.

– Это Василиса, моя сестра, – кивает подруга в сторону смутившейся брюнетки.

Василиса, несмело улыбаясь, протягивает руку.

Она очень красивая, с длинными шелковистыми волосами цвета горького шоколада. Зелёные глаза лучатся светом и радостью. Такая невинная и добрая девушка из сказки. Надеюсь, никто из наших принцев не испортит ей здесь жизнь.

– Очень рада знакомству, Василиса, – протягиваю руку в ответ. – Любишь отрываться?

– Не знаю, – сестра Аринки скромно пожимает плечами. – Ещё никогда не пробовала.

Она мне нравится.

– Ну, тогда ты по адресу, – смеюсь, ощущая, как волшебным образом расслабляюсь.

Даже настроение взлетает вверх. Наверное, новые лица в нашей компании – это то, что надо.

Арина подаётся вперёд, а после, что становится полной неожиданностью, девчонки обнимают меня.

Это приятно. Ведь в последнее время я поставила на минимум тактильное проявление чувств.

Алчевский сегодня был исключением. Неосознанным опасным решением, о котором я сейчас жалею.

Ну а друзья. Пора возвращаться в нашу школьную семью. Она всегда предавала мне сил.

Крепко обнимаю девчонок в ответ. Мы ещё немного общаемся. После возвращаемся к остальным.

На доске так и лежит мой одинокий огурец, а Лина наслаждается вином. Качаю возмущённо головой, оставляю Арину и Василису, затем держу курс прямиком к своей другой подружке-лентяйке. Но, как только она видит меня, сразу же отставляет бокал и подбегает к доске, демонстративно раскладывая на ней овощи.

Лайфер тоже замечает эту картину, иронично ухмыляясь. Лина цепляет его взгляд, показывая всем своим видом, что полностью занята процессом.

Парни начинают перебрасываться шутками по этому поводу, но я их не слышу. Беру в руки нож, возвращаясь к своему бедному зелёному другу.

Только слышу краем уха, что Алчевский и Барский знакомятся с Василисой.

Сестра Рины весело смеётся. А все мои мышцы каменеют. Желудок сдавливает спазмом, по спине пробегает мерзкий липкий холод.

Обычная реакция, когда Кирилл с кем-то флиртует. Даже просто так, без какой-то конкретной цели.

Ну потому что он такой.

Всё же не выдерживаю, отрываю взгляд от доски и направляю его на ребят, а точнее, конкретно на Алчевского.

Вижу его профиль с дежурной улыбкой на губах и, как обычно бывает, расслабляюсь.

У Кира нейтральный интерес к девушке.

Бессмысленные переживания, раздражающие меня реакции, с которыми бороться невозможно.

Глупое хождение по замкнутому кругу. Я на Кирилла не претендую, но всё равно сердце болезненно сжимается каждый раз, когда вижу его с кем-то.

– Дан, привет! – раздаётся радостный крик Алины, заставляя меня вздрогнуть.

На этот раз огурец уже порезан, опасность пораниться миновала.

Смотрю, как во двор входит очередной наш Дон Жуан, и невольно ухмыляюсь. Дан Браверман, собственной персоной. Ещё один красавчик, который берёт от жизни всё и ни о чём не жалеет.

Он подходит к Рине с Василисой, опускает очки на переносицу, внимательно рассматривая сестру Котелец. Очень внимательно, с огромным интересом. А на его губах играет далеко не дежурная улыбка, которую выдавал ранее Алчевский.

Василиса сразу меняется в лице и зачарованно смотрит на парня.

Хм...как быстро падут её бастионы?

Лучше бы девчонка держалась крепче, унесёт и не заметит.

Их диалог длится всего лишь несколько минут, но этого хватает, чтобы лицо Арины приобрело цвет переспелого помидора, а на губах заиграла недовольная улыбка.

Не хочу обижать подругу, но здесь даже не улыбка, а самый настоящий оскал. Я бы на месте Бравермана держалась подальше от Василисы. Иначе Аринка загрызёт его.

Дан, по всей видимости, ловит настроение Котелец. Он переключается на парней, затем они все вместе уходят на баскетбольную площадку, подкидывая, неизвестно откуда взявшийся мячик.

Но не успевают ребята зайти за угол, как раздаётся настойчивый сигнал автомобиля.

О! Этот звук ни с чем ни спутать. Особенно он бесит Кирюху.

К нам пожаловал Тауцкий.

Раньше с Алчевским они были друзьями. По крайней мере, тусовались вместе всё лето после девятого класса. Но дружба эта внезапно превратились в холодную войну, когда Дима начал таскаться в наш класс, охмуряя меня всеми способами.

– Ну и на хрен вы его позвали? – рычит Кирилл.

– Спокойно, – отзывается Лайфер. – Мы никого не звали. О вечеринке знают все, поэтому вход открытый.

– Пора закрывать на такой случай, – чеканит Кир.

Не вижу выражения его лица, но уверена, в тёмно-синих глазах Алчевского собираются грозовые тучи.

На этом фоне у меня даже начинаются галлюцинации, потому что я отчётливо слышу, как хрустит челюсть Кирилла.

Конечно, такого быть не может, он от меня далеко. Но воображение рисует другую картинку.

– Пойдем зарубимся в баскет, – это уже голос Дана. – Успокоишься, а то сейчас сдетонируешь.

– Не пойду я рубиться в баскет, – холодно отвечает Кир.

Таким образом, Алчевский пытается транслировать спокойствие, чтобы от него все отвязались. Но мы то знаем, если Кирюха завёлся, то остановить его невозможно.

Вечеринка обещает быть интересной.