12 Глава
Я сидела перед экраном ноутбука, не в силах пошевелиться. Готовая работа. Десять безупречных страниц. Спасение. И абсолютно, до дрожи в коленях, нарушение.
«Пароль от твоего Wi-Fi нуждается в обновлении.»
Эти слова горели в мозгу ярче, чем весь остальной текст. Он не просто был в моей квартире. Он был в моей цифровой жизни. В моем ноутбуке. Он видел, что я ищу, на какие сайты захожу. Мысли лихорадочно метались: банковские приложения? Соцсети? Личные фото? Нет, там пароли другие, сложнее... Надеюсь.
Я закрыла документ, выключила ноутбук, отключила его от розетки, словно это могло что-то изменить. Потом взяла телефон и поменяла пароль от Wi-Fi на нечто безумно сложное, сочетающее в себе символы, цифры и заглавные буквы. Сделала это на автомате, дрожащими пальцами.
Но что это меняло? Он уже всё знал. Он знал мое расписание, мои слабости, мой страх. Он видел меня в самом уязвимом состоянии — пьяную, напуганную, спящую, с маской на лице. Он входил в мой дом, как в свой. И... и спасал. Дарил. Заботился. Писал такие слова, от которых сердце сжималось не только от страха.
***
Стена. Я смотрела на неё, пытаясь представить, что там, за слоем штукатурки, обоев и бетона. Раньше я никогда не задумывалась о соседях.
Тихое бормотание телевизора, изредка
- шаги. Обычная фоновая жизнь многоквартирного дома. Теперь эта стена казалась прозрачной, а тишина за ней — зловещей и намеренной.
И я поняла: я не знаю, кто он. Вообще.
«Р» — это всё, что у меня есть. Первая буква. Она ничего не сужала. Руслан? Роман? Родион? Она могла быть и первой буквой фамилии.Или просто выдумкой.
Я лихорадочно перебрала в памяти
Я приложила ладонь к прохладным обоям. Тишина. Абсолютная, гулкая тишина с той стороны. Но теперь эта тишина казалась зловещей. Он там? Слушает? Знает, что я сейчас у стены? Знает, что я
Я начала думать на паранойю. Каждый шорох в подъезде заставлял меня замирать, каждый мужской силуэт, промелькнувший за окном, казался подозрительным. Она ловила себя на том, что сканирует списки студентов в электронном журнале, выискивая имена на «Р» — Роман, Руслан, Ростислав. Мне казалось, что продавец в цветочном смотрел на меня слишком долго, а старый библиотекарь, выдавая книги, улыбается как-то многозначительно. Я начала проверять, не лежат ли в почтовом ящике новые записки, перед тем как открыть его. Она задергивала все шторы наглухо, даже днём, и установила на телефон приложение, сканирующее Wi-Fi-сети на предмет подозрительных подключений. Даже обычный звук уведомления заставлял меня вздрагивать, и я с первого раза не решалась открывать сообщения с неизвестных номеров, каждый раз готовясь увидеть знакомый почерк в цифровом виде. Мир, некогда такой простой, превратился в поле, где на каждом шагу могла таиться угроза — или очередное, пугающее своей точностью, доказательство того, что за мной наблюдают. И я не могла понять, что страшнее: реальная опасность или этот всепоглощающий, разъедающий изнутри страх, который заставлял меня сомневаться в каждом взгляде и прислушиваться к каждой тишине.
Что мне делать? Идти в полицию? И говорить что? Что таинственный незнакомец, который спас меня от похищения, подарил книги, цветы и сделал за меня проект, взломал мой Wi-Fi? Это звучало как бред сумасшедшей. Да и доказательств-то нет. Только кулон, который я никому не показывала, и память о запахе чужого пальто.
А если это и правда он, сосед? Если я пойду к нему, что я скажу? «Это вы?» А если он скажет «нет»? Или, что страшнее, «да»?
Ужас парадоксальным образом смешивался с диким, нездоровым любопытством. Кто этот человек, который тратит столько времени и сил на меня? Кто рискует, чтобы помочь? Кто видит меня насквозь?
Я посмотрела на букет ранункулюсов. Они все еще были прекрасны. Я понюхала их. Сладкий, нежный аромат. Он знал, какие цветы я люблю.
Я разрывалась. Одна часть кричала: «Беги! Смени квартиру, номер, город!». Другая, тихая и предательская, шептала: «Он единственный, кто по-настоящему видит тебя. И он спас тебя. Не от него нужно бежать».
В отчаянии я набрала сообщение Каролине. Мне нужно было выговориться хоть кому-то.
Я: Кароль, у меня тут... сложная ситуация.
Но тут же стерла текст. Не могу. Не могу втягивать ее в это. Это мой кошмар. И мой... мой секрет.
Вместо этого я открыла документ с проектом. Прочла его еще раз. Это была блестящая работа. Та, за которую я бы сама поставила высший балл. Он написал ее за меня. Он влез в мою учебу, в самое мое больное место — желание быть хорошей студенткой, не ударить в грязь лицом.
И я поняла самую страшную вещь. Я воспользуюсь этой работой. Потому что у меня нет выбора. Потому что я слишком устала, слишком напугана и слишком... тронута. Он поставил меня в зависимость. От его помощи. От его внимания. От этой извращенной заботы.
Я сохранила файл под другим названием — «Мой_Проект_Правда». Ложь, которая начиналась с двух букв. Я легла в кровать, уставившись в потолок, и чувствовала, как стена между нами стала толщиной в папиросную бумагу. Он был здесь. Всегда. А я застряла в паутине, которую даже не видела, пока не стало слишком поздно. И самый ужас был в том, что часть меня уже не хотела вырываться.