Глава 5. Искушение контролем.
— В последнее время ты какой-то сам не свой. Рассказывай, что случилось?
Голос Зейна, обычно спокойный, сейчас был окрашен недовольством и легким подозрением.
Он слишком хорошо знал Джаспера, знал его пунктуальность, его нелюбовь к опозданиям. Обычно Джаспер появлялся за десять-пятнадцать минут до назначенного времени, а сегодня он вошел в аудиторию, когда до начала занятия оставалась всего две минуты. Хоть это и не было конкретным опозданием, но все равно выглядело подозрительно.
— Скорее всего, на меня так влияет соревнование.
Ответил Джаспер, обхватив губами трубочку и делая глоток кофе из термокружки. Слова лились легко, но звучали слегка натянуто.
— Сегодня должны были вернуться тренеры с совещания.
На самом деле, это была лишь одна из причин его необычного поведения, и даже не самая главная, хотя о предстоящих соревнованиях он, по правде говоря, не особо и переживал.
Он же не мог рассказать Зейну, что у него дома теперь обитает прилипала — наполовину кот, наполовину человек.
— Не думал, что ты будешь переживать по этому поводу.
Произнес Зейн, приподняв бровь, в его голосе слышалось скрытое сомнение.
Джаспер лишь закатил глаза.
Зейн слишком хорошо его знал, чтобы купиться на такую дешевую отговорку.
Джаспер сделал вывод, что его друг либо подозревает его во лжи, либо уже раскусил его и просто мастерски притворяется, что поверил.
Сейчас уже закончилась вторая пара, и оставалась последняя. На удивление, день прошел спокойно, без особых потрясений.
Даже пара с профессором Кларк прошла гладко, хотя она и напомнила Джасперу про тот самый недавний инцидент. Но Джасперу удалось ловко выкрутиться, его слова были убедительны, а взгляд — честен.
Скарлетт, видимо, поняла, что подобное больше не повторится, и на всякий случай задала Джасперу пару вопросов по предыдущей теме. Он, к ее удовлетворению, ответил на них правильно, и тогда она окончательно убедилась в его добросовестности.
Джаспера даже немного удивило, насколько легко все разрешилось. Он ожидал гораздо больших трудностей в переговорах с ней, но оказалось все наоборот.
— Слушай, может, устроим ночевку?
Предложил Зейн.
— Давненько мы вместе время не проводили, не считая спортзала, конечно.
— Ну... Почему бы и нет.
Неуверенно проговорил Джаспер, и эта неуверенность была непривычной для него.
Обычно они устраивали ночевки у него, но теперь появилась одна серьезная «проблемка» — Хантер.
Несмотря на то, что Джаспер доверял Зейну, он не мог раскрыть ему существование Хантера. Более того, он почувствовал какой-то необъяснимый страх, что Хантер может что-то выкинуть, если они останутся наедине.
— Давай завтра.
Быстро добавил он, пытаясь скрыть свою тревогу.
— Хорошо.
Кивнул Зейн, не заметив его колебаний.
— «Можно было бы и сегодня.»
Подумал про себя Джаспер.
— «Но нужно подготовить Хантера. Не хочу, чтобы Зейн почувствовал неладное.»
Он не хотел, чтобы его друг заподозрил нечто странное или почувствовал чужое присутствие.
— Кстати, ты нашел владельца того кота?
Неожиданно спросил Зейн, словно прочитав его мысли.
— Ах... Я так подумал и решил оставить его у себя.
Проговорил Джаспер, неловко почесав затылок, его голос был на грани смущения.
— Я удивлен.
Сказал Зейн, и в его голосе прозвучали нотки смеха, будто он и правда не ожидал такого поворота событий.
Джаспер снова закатил глаза, внутренне понимая, что его друг наслаждается этой ситуацией. Зейн явно хотел спросить что-то еще, когда прозвенел спасительный звонок, оповещая об окончании занятий. Джаспер внутренне вздохнул с облегчением.
После завершения третьей пары Джаспер, попрощавшись с Зейном, быстрым шагом направился на волейбольную площадку.
В раздевалке он быстро переоделся, ощущая приятное предвкушение предстоящей тренировки.
Выйдя на площадку, он заметил уже разминающихся Тайлера, Николаса и Эндрю, их движения были отточены и грациозны, словно они уже были частью единого механизма.
— Всем хай! А где еще двое?
Поприветствовал он товарищей по команде, обменявшись с каждым крепким ударом кулака.
— Их не будет еще минут десять.
Ответил Эндрю, поправляя повязку на голове.
— У них какая-то практическая работа, задержались.
— Тренеры?
— Тоже должны скоро подойти.
Добавил Тайлер, потягиваясь и разминая плечи.
— Не могу поверить, что уже скоро соревнование.
С легкой улыбкой сказал Николас, его взгляд блуждал по площадке.
— Вроде бы недавно только учились играть в команде, а уже такой уровень.
И действительно, их знакомство и создание команды произошло всего лишь год назад. Тогда они и представить не могли, что смогут так сплотиться, так гармонично объединить свои усилия и пройти отбор в межуниверситетское волейбольное соревнование, которое проводится лишь раз в два года, становясь настоящим испытанием для лучших спортивных коллективов.
Каждый из четырех крупнейших университетов — Университет Эверкрест, Университет Саммит-Вэлли, Университет Риверспайн и Университет Лорелвуд — отправляет на это грандиозное состязание свою лучшую волейбольную команду.
В этом году каждый из парней, за исключением Тайлера, впервые будет участвовать в таком соревновании.
Тайлер год назад уже имел опыт, но в баскетбольном турнире. К сожалению, из-за постоянных разногласий и внутренних конфликтов в тогдашней команде, они не смогли занять первое место, с позором оказавшись на последней позиции.
Именно поэтому это волейбольное соревнование было для Тайлера не просто игрой, а своеобразным искуплением, шансом доказать, что он способен привести команду к победе. Для этого он всегда старался поддерживать строгий порядок и единство в своей нынешней команде, чтобы они точно забрали первенство. И у него это прекрасно получалось.
Для каждого из них это соревнование имело глубокое личное значение. Каждый хотел что-то постичь, доказать самому себе или миру, что все возможно, если приложить достаточно усилий, если просто по-настоящему постараться, преодолевая себя и свои страхи.
Это был не просто спорт, это было испытание воли, характера и командного духа.
Спустя время, пока парни оживленно переговаривались, на площадке появились Майкл и Брэндон. Теперь вся команда была в сборе.
Они решили немного отойти от стандартной, порой скучной разминки и разделились на две тройки, предвкушая азарт импровизированного матча.
В первую команду вошли Тайлер, их капитан, известный своим хладнокровным расчетом и уникальным умением видеть поле, предвосхищая каждый ход противника; Майкл, чья фирменная вращающаяся подача превращала каждый мяч в непредсказуемый, ускользающий снаряд; и Джаспер, чья ловкость и точность пасов были уже легендарными в команде, словно он владел невидимыми нитями, управляющими мячом.
Вторая команда состояла из Эндрю, молниеносного нападающего, чьи удары были подобны ударам молнии, оставляя мало шансов на отражение; Николаса, виртуозного мастера сложных приемов, способного поймать любой, казалось бы, безнадежно потерянный мяч; и Брэндона, чей могучий удар сверху был визитной карточкой команды, ее грозным оружием.
Игра началась с подачи Тайлера.
— Осторожнее!
Предупредил он, улыбнувшись, и в его голосе слышались нотки вызова.
Он послал мяч на сторону второй команды — сильный, точный, но намеренно лишенный фирменного, обманчивого вращения Майкла.
— Возьму!
Крикнул Эндрю, молниеносно отреагировав.
Он встретил мяч мощным, точным приемом и тут же, не задерживаясь, передал его Николасу.
Ник, проявив свою виртуозность, сделал низкую, почти незаметную передачу Брэндону, используя быструю перестановку ног и ловкий рывковый жест.
Брэндон, уже подготовившись к удару, собрал всю свою мощь и направил мяч к стороне первой команды.
— Ловите!
Прокричал он, и мяч полетел с оглушительным свистом, разрезая воздух.
Этот свист заставил Джаспера мгновенно сосредоточиться, его взгляд был прикован к летящему снаряду. Он принял его быстрым и точным движением, его руки были словно продолжением мяча. Джаспер ухмыльнулся, заметив, как Брэндон недовольно фыркнул, осознав, что его мощный удар был успешно принят.
Джаспер, мастерски смягчив удар, использовал нижний пас, направив мяч прямо к Тайлеру.
Тайлер, подпрыгнув в воздух, выполнил мощный нападающий удар, направляя мяч в дальнюю, наименее защищенную часть площадки, пытаясь обмануть противника.
Эндрю принял мяч, но из-за небольшой ошибки в позиционировании его передача Николасу оказалась несколько неточной, заставив того приложить дополнительные усилия.
— Не в мою смену.
Ухмыльнулся Николас, его глаза сияли азартом.
Он, с его чудодейственными рефлексами, казалось, поймал мяч из воздуха и тут же передал его Брэндону для завершающего удара.
Брэндон, приготовившись, собрал всю свою силу в кулак, сосредоточив ее в одном движении, и направил мяч на сторону Майкла. Тот, ожидая мощного удара, применил блок, выставив руки и отразил мяч на сторону Джаспера.
— Лопух!
Крикнул он Брэндону с насмешкой.
Джаспер, с помощью быстрой перестановки ног и плавного движения рук, встретил мяч верхним приемом, его движения были точны и выверены, и сделал идеально точную передачу Майклу.
— Моя очередь.
Проговорил Майкл, прикусив нижнюю губу, предвкушая свой коронный ход.
Он использовал свою фирменную подачу. Мяч закручивался, непредсказуемо меняя траекторию в воздухе, делая его практически невозможно предсказуемым.
Николас, пытаясь поймать его, бросился в отчаянном прыжке, но мяч оказался слишком быстрым и неуловимым. Он упал на площадку с глухим стуком, принося первое очко первой команде, и в воздухе повисла атмосфера напряженного, азартного соревнования.
Майкл, смакуя триумф своей фирменной подачи, самодовольно улыбнулся, бросив провокационный взгляд на Брэндона.
Тот, до этого момента сдержанный и сосредоточенный, ощутил внезапный, жгучий прилив ярости. Не столько от пропущенного очка, сколько от демонстративного превосходства соперника. Эта наглая ухмылка Майкла, его надменная самоуверенность, раздражали до глубины души, проникая в самое нутро.
Брэндон, превратившийся в сгусток кипящей энергии занял позицию для подачи. Его плечи напряглись, мускулы вздулись, кулаки сжались до побеления костяшек. Эта подача будет не просто подачей — это будет громкое заявление, манифест его неукротимой воли.
Он отбросил мяч с такой сокрушительной силой, что тот пронзил воздух с оглушительным свистом, подобно пушечному ядру.
Это была не просто мощная подача, а настоящий вызов — стремительная, прямая, нацеленная безжалостно точно в угол площадки, не оставляя ни единого шанса на прием.
Мяч промчался мимо Джаспера, который, несмотря на молниеносную реакцию, не успел среагировать на такую внезапную и неотвратимую атаку.
Очко досталось второй команде, и напряжение на площадке возросло до предела, воздух вокруг словно наэлектризовался.
— Ха.
Выдохнул Брэндон, с победоносной усмешкой наблюдая за эффектом своей подачи. В его глазах плясали искры азарта.
Он был настроен показать сопернику, что просто так его не проймешь, что его воля к победе не сломлена.
Теперь, забыв о разминке, он играл на полную мощность, выкладываясь без остатка, каждый удар, каждая подача были пронизаны яростью и неукротимой решимостью.
Тайлер, мгновенно оценив изменившуюся атмосферу, отдал команду изменить тактику — перехватить инициативу, заставить соперника обороняться.
Джаспер, внимательно наблюдая за Брэндоном, понял, что тот не просто играет, а выплескивает накопившуюся энергию, сублимируя ее в яростные удары.
Он сконцентрировался, готовясь к неожиданным и мощным атакам соперника, предчувствуя, что игра станет куда более жесткой.
Следующие розыгрыши превратились в настоящий волейбольный поединок, грандиозное противостояние. Быстрые атаки Эндрю, точнейшие перехваты Николаса и безудержные, сокрушительные удары Брэндона сталкивались с феноменальной ловкостью Джаспера, выверенными до миллиметра передачами Тайлера и непредсказуемыми, обманчивыми подачами Майкла. Мяч летал по площадке, как пламенный вихрь, заставляя игроков выкладываться на все сто, на пределе человеческих возможностей.
Это уже не была разминка, это была ожесточенная битва, и обе команды нещадно оспаривали каждый мяч, каждый дюйм пространства.
Воздух был наполнен осязаемым напряжением, и победа казалась невероятно желанной, но в то же время такой труднодостижимой, словно мираж, манящий и ускользающий.
— Смотрю, вы улучшили свои навыки.
Раздался раскатистый, низкий баритон, наполненный авторитетом, который мгновенно заставил игроков остановиться. Мужчина, произнесший эти слова, и еще двое мужчин ступили на площадку, и в их движениях чувствовалась уверенность и опыт.
Тот, кто заговорил первым, был тренер Джексон Холт. Ему было тридцать восемь лет. Высокий с могучим, исполинским телосложением. Его короткие темно-русые волосы были тронуты благородной сединой на висках, а проницательные карие глаза внимательно осматривали площадку. Плотно сжатые, решительные губы и темная щетина, придающая суровости, дополняли его образ. Характер у него был непоколебимый, но справедливый. Его речь была рубленой, отточенной, немногословной и прямолинейной, но для своих игроков он оставался заботливым, хоть и требовательным, отцом.
Он был бывшим игроком волейбольной команды, которая некогда заняла второе место в чемпионате. К сожалению, полученная травма носа вынудила его принять решение уйти из команды, и он так и не смог простить себе ту роковую ошибку, считая, что из-за нее подвел команду и стал причиной их второго места, неся на себе тяжелый груз поражения.
Второй тренер, чуть более высокий, чем Джексон Холт, был Маркус Рейес. Он был самым юным среди троих, ему едва исполнилось двадцать девять лет. Его атлетическая, идеально вылепленная фигура, казалось, сошла с обложки спортивного журнала. Волнистые, иссиня-черные кудри до плеч ныне были аккуратно собраны в высокий хвост. Кожа, опаленная солнцем, была глубокого золотистого загара, а ослепительная белоснежная улыбка сияла на его лице. Глубокие карие глаза искрились золотистыми искорками, выдавая его внутренний огонь.
Маркус был источником неиссякаемой энергии, неутомимым мотиватором, который одним своим присутствием заряжал оптимизмом. На его левой брови виднелся скромный пирсинг, добавлявший легкий штрих к его образу.
Последний тренер был самым почтенным среди них — сорок пять лет, Итан Картер. Он был подтянут, строен, но без излишней мускулистости, немного ниже остальных. Темные волосы с серебряными прядями на висках, аккуратно подстриженные «ежиком», обрамляли его лицо. Сеточка морщин вокруг проницательных глаз, похожих на сталь, была свидетельством долгих лет наблюдений и размышлений. Его стальные серые глаза были полны глубокой мудрости, а сам он был воплощением мудрости и тонкого, подчас едкого сарказма.
Двадцать лет в спорте сделали его профессором психологии командного взаимодействия, он знал все о невидимых нитях, связывающих игроков.
— Тренеры!
Воскликнули все в унисон, их голоса разнеслись эхом по просторному залу, а взгляды, полные облегчения и предвкушения, устремились к вошедшим мужчинам.
В этот самый момент Брэндон уже приготовился к очередной подаче, и мяч, выпущенный им, завис в воздухе.
Но внезапный, громкий крик отвлек его, нарушил концентрацию, и он неуклюже ударил по мячу.
Тот, вместо того чтобы стремительно направиться к цели, безнадежно улетел в аут, оставляя за собой лишь досадный свист Майкла.
Парни радостно подбежали к трем мужчинам, их лица светились от встречи.
— Прости, Брэндон. Твоя подача, должно быть, была бы идеально выполнена.
Произнес тренер Холт, его голос был суров, но в нем проскользнула нотка понимания, и он ободряюще похлопал Брэндона по плечу.
Брэндон, фыркнув от досады, закатил глаза, за что немедленно получил легкий, но ощутимый удар по затылку от тренера Холта.
— Давайте сядем за стол и все обсудим.
Предложил тренер Рейес, его энергия ощущалась даже в спокойном тоне.
Все присутствующие расселись или встали возле большого стола, что стоял в углу помещения, предназначенный обычно для сумок, бутылок с водой и прочего снаряжения. Некоторые вынуждены были стоять, так как стульев на всех не хватало, но это ничуть не умаляло их внимания.
— Тренеры, когда будет соревнование?
Решив взять инициативу на себя, Тайлер первым нарушил тишину, его голос звучал решительно.
— В понедельник пройдет первая жеребьевка, которая определит, кто будет играть в первых раундах.
Ответил тренер Картер, его стальной взгляд был устремлен куда-то вдаль.
— Команда, набравшая больше всего очков, побеждает.
— Какие команды прошли отбор, кроме нас?
Спросил Майкл, его голос был полон нетерпения.
— Команда от Университета Саммит-Вэлли — «Клинки».
Начал тренер Картер, перечисляя соперников.
— От Риверспайн — «Прилив», и от Лорелвуд — «Фениксы».
Парни на мгновение погрузились в раздумья, услышав названия команд, которые были им хорошо знакомы по слухам.
— Не думал, что «Фениксы» пройдет отбор.
С недоумением проговорил Тайлер, нахмурив брови.
— Насколько я знаю, от Университета Лорелвуд должна была быть команда «Легенды».
— Это так.
Подтвердил тренер Рейес, в его голосе слышалась легкая досада.
— Но в последний момент в команде «Легенды» произошла неприятность — один из игроков попал в больницу со сломанной рукой. Поэтому было принято решение, что команда «Фениксы» будет представлять Университет Лорелвуд.
На лицах всех парней мгновенно отразилось глубокое недопонимание, смешанное с подозрительностью.
— Как такое могло произойти?
Спросил Николас, его брови сошлись на переносице.
— Подозреваю, что это было подстроено.
Закатив глаза, проговорил Брэндон, в его голосе чувствовался неприкрытый цинизм.
— Учитывая, что в отборе команда «Фениксы» проиграла последние раунды, могу согласиться с Брэндоном.
Серьезным тоном произнес Эндрю, переводя взгляд на Брэндона.
— Должно быть, это очень им не понравилось.
— Возможно.
Задумчиво проговорил тренер Картер, его глаза-сталь пронзали каждого.
— В команде «Фениксы» есть несколько игроков, за которыми стоят очень богатые семьи. В игре они в основном полагаются на хитрые уловки и манипуляции. Способности к волейболу, на мой взгляд, у них отсутствуют вовсе.
— Если это не секрет и всем об этом известно, то как они вообще попали в отборочные?
Воскликнул Джаспер, его ладони непроизвольно сжались в кулаки от возмущения.
— Тебе же сказали, за ними стоят их богатенькие семьи, которые и покрывают их задницы! С такими способностями они бы даже команду официально не смогли бы создать!
Рявкнул Брэндон, со всей силы стукнув кулаком по столу, сотрясая его. Все остальные парни согласно закивали, разделяя его гнев.
— К сожалению, это так.
С сожалением произнес тренер Холт, его голос был тих, но полон безысходности.
— Мы ничего не можем сделать.
— Я знаком с игроком команды «Клинки».
Сказал Майкл, его взгляд стал задумчивым.
— По правде, команда у них сильная. Расслабляться нельзя.
Игрок, о котором говорил Майкл, был его бывшим секс-партнером, которого Майкл бросил из-за того, что тот стал выходить за рамки дозволенного.
Майкл решил не вдаваться в подробности, но Брэндон, взглянув на него, и так все понял. Между ними не было секретов, они читали друг друга как открытую книгу.
— Что-нибудь известно о команде «Прилив»?
Спросил Николас, пытаясь перевести разговор на другую тему.
— Ммм... Они самая спокойная и обычная команда. Конфликтов не было. Просто очень любят играть.
— Редко таких встретишь.
Усмехнулся Брэндон, его цинизм снова взял верх.
— Ладно. Сейчас наша главная задача — хорошо подготовиться и разбить все команды.
Решительно произнес тренер Рейес, его голос прозвучал как призыв к действию.
В ответ на его слова все игроки дружно и мощно воскликнули.
— Да!
И это «Да!» эхом разнеслось по помещению, полное решимости и нерушимого командного духа.
Это был горький, но неоспоримый факт: люди, обладающие безграничными деньгами и влиянием, могли с легкостью подкупать и манипулировать, направляя мир по своим прихотям.
Что касается межуниверситетских соревнований, то вышестоящие инстанции, пресыщенные и надменные, не желали что-либо предпринимать, считая эти турниры мелкими, недостойными их внимания.
Однако это правило не распространялось на всех. Взять хотя бы Майкла и Брэндона: их семьи тоже были известны и влиятельны, но они добивались всего сами, особенно на волейбольной площадке. Они не видели смысла в победе, которая доставалась легко. В такой легкости немедленно угасали тот самый азарт, та горящая искра в сердцах, что толкала их вперед.
— В нашей последней тренировочной схватке многие из вас совершили досадные просчеты.
Голос тренера Холта, низкий и хрипловатый, прозвучал, пока он, хрустя суставами, разминал мощные руки. Его взгляд пронзал каждого.
— Вы должны были устранить их. Справились? Готовы ли предстать перед нами обновленными?
— Так точно!
С гордостью воскликнул Тайлер, его голос звучал твердо и уверенно. В его глазах сияло удовлетворение от проделанной работы.
— В прошлый раз я переоценил свои способности в стратегии, не заметив, что вы быстро разобрались в моих стандартных схемах. Решил действовать нестандартно и попробовал совсем необычные комбинации, чтобы запутать соперников. Майкл чересчур увлекся своими крутыми подачами, и мяч часто уходил за пределы площадки. Он упорно работал над техникой подачи, внося небольшие поправки, чтобы сделать подачу ещё сложнее предсказуемой. Брэндон часто бил слишком сильно, мяч летел далеко за корт. Сейчас его удары стали точнее, правда, потеряли немного в силе. Джаспер пытался давать партнёрам передачи интуитивно, предполагая, что они догадаются, что он хочет сделать, но допускал ошибки. Он осознал важность согласованных действий всей команды и перестроил свою игру. Николас постоянно тянулся за каждым мячом, рискуя мешать остальным игрокам. Благодаря тренировкам он научился рассчитывать траекторию мяча заранее и двигаться точно. Эндрю прыгал слишком рано, теряя силу и точность ударов. Он отработал прыжки, и теперь его нападения выглядят намного эффективнее и сильнее.
Тайлер испытывал глубокое, почти осязаемое удовольствие от того, что за такой короткий промежуток времени каждый из парней смог не просто принять свои ошибки, но и кропотливо отработать их, превратив недостатки в новые преимущества.
Теперь же они не просто играли, они дышали как единое целое, лучше понимали суть командной игры и были готовы ко всему, что могло преподнести им предстоящее соревнование.
Тренеры с одобрением и скрытой гордостью внимали каждому слову Тайлера, их головы дружно кивали в знак согласия. И их собственные сердца наполнялись тихой, но глубокой гордостью за своих подопечных.
— Ладно. Слова, как известно, легки на ветер.
Голос тренера Холта, суровый и повелительный, прозвучал эхом по залу, когда он, хрустнув позвонками, выпрямился во весь рост.
— Но истина кроется лишь на арене, в пылу сражения. Продемонстрируйте же нам, чего вы добились, пока нас не было.
— Отличная идея! Мы вас размажем!
Брэндон прикусил нижнюю губу, на его лице заиграла хищная, предвкушающая улыбка.
Веселый смех раскатился по залу, охватив и парней, и тренеров.
Но тут же лицо тренера Рейеса, до этого озаренное улыбкой, внезапно сделалось серьезным и его глаза потемнели.
— Готовьтесь собирать зубы с мяча.
Произнес он низким, предупреждающим тоном, и его слова прозвучали как эхо зловещего пророчества.
Все уставились на Маркуса.
Холодок пробежал по спинам парней, мурашки выступили на коже рук. Внезапная смена настроения тренера Рейеса была пугающей и завораживающей одновременно.
— «Тренер Рейес... в своем беспощадном репертуаре.»
Подумал про себя Джаспер, прикрывая лицо рукой, его губы дрогнули в немой гримасе обреченности, смешанной с предвкушением напряженной борьбы.
Все направились на поле, когда внезапно раздался звук захлопнувшейся двери. В помещение, едва не запыхавшись, вошел высокий и худощавый парень, с копной коротких светлых волос, обрамлявших интеллигентное лицо. Его очки, сидевшие на тонком носу, придавали ему вид ученого, застигнутого врасплох.
Сбивчиво бормоча извинения, он быстрым шагом направился к присутствующим.
— Прошу прощения, я немного опоздал.
— Нет, ты как раз вовремя.
С улыбкой ответил тренер Картер, приобняв парня за плечо и взъерошив его светлые волосы.
— Это кто?
Спросил Николас, и все парни уставились на новоприбывшего, внимательно оглядывая его с ног до головы.
Парень в очках невольно покраснел под их пристальными взглядами, чувствуя себя неловко.
— Стоп... Это же ты тогда судил нашу игру против команды «Искра»?
Воскликнул Тайлер, в его глазах вспыхнуло узнавание.
— Да-да, это был я.
Немного запинаясь, проговорил парень, смущенно почесав затылок. На его лице играла широкая, немного неловкая, но искренняя улыбка.
— Мне очень понравилась ваша игра. Было огромной честью быть у вас судьей.
— Это Саймон Уэлдон.
Представил его тренер Картер, с гордостью глядя на юношу.
— Первокурсник, а еще мой личный ученик.
— Что?!
Воскликнули парни в унисон, их глаза расширились от удивления, и они снова уставились на Саймона, который готов был провалиться сквозь землю от смущения.
— Хах... Да...
Саймон покраснел еще сильнее, его щеки пылали.
— Саймон хочет стать комментатором, поэтому я подумал, что вы будете не против, если он присоединится.
Пояснил тренер Картер.
Парни переглянулись, обмениваясь быстрыми взглядами.
— Мы не против.
Проговорил Тайлер, улыбнувшись и подняв большой палец вверх.
— Будем рады принять в наш коллектив!
— Спасибо большое! Постараюсь комментировать и судить на все сто процентов!
Вскрикнул Саймон, его улыбка была похожа на яркое, ослепительное солнце, такая невинная и лучезарная, что она могла бы осветить весь зал.
Джаспер с Николасом неловко улыбнулись, ощущая легкое смущение за Саймона.
Брэндон, прикусив нижнюю губу, внимательно рассматривал фигуру Саймона, оценивая ее с нескрываемым интересом.
Майкл лишь покачал головой, прекрасно понимая взгляды Брэндона и уже мысленно сочувствуя бедному Саймону, предвидя, что того ждет.
Лицо Эндрю, напротив, помрачнело, когда он взглянул на Брэндона, но он все же выдавил из себя кривую, натянутую улыбку.
— Давайте начинать!
Крикнул тренер Рейес, его голос прозвучал как выстрел стартового пистолета, и все мгновенно разошлись по своим местам, готовясь к игре.
Воздух в спортзале гудел от предвкушения и напряжения, словно перед грозой.
Шестеро молодых игроков стояли напротив своих грозных наставников. В прошлый раз их тренировочное противостояние закончилось унизительным поражением команды игроков, и теперь они жаждали не просто победы, а настоящего реванша.
Это был лишь первый раунд их внутреннего состязания, но уже сейчас в нем чувствовался вес предстоящих больших игр.
Саймон стоял рядом с площадкой, его голос, неожиданно спокойный и вдумчивый, прорезал предматчевую тишину, становясь первым аккордом предстоящего действа.
— Итак, мы начинаем этот захватывающий матч!
Произнес он с нарастающим волнением.
— Перед нами — противостояние молодости и опыта. Посмотрим, кто же возьмет верх сегодня!
Парни издали тихий смешок, оценив словарный запас Саймона, его неожиданный артистизм.
Брэндон тихо свистнул, и, услышав это, лицо Саймона невольно вспыхнуло красным, словно он был пойман на месте преступления.
Эндрю резко отвел глаза и глубоко вздохнул, стараясь вновь сосредоточиться на предстоящей игре, отбросив прочь все отвлекающие мысли.
Игра началась с подачи Тайлера. Мяч сорвался с его руки.
— Тайлер выбрал необычную тактику.
Тут же заметил Саймон, внимательно наблюдая за его движением.
— Плавающая подача... Интересно, как тренеры на это отреагируют?
— «Черт!»
Промелькнуло в голове у тренера Картера.
Хоть он и ожидал чего-то нестандартного от Тайлера, все же с трудом принял мяч, его руки едва справились с непредсказуемой траекторией.
Передача Маркусу оказалась не идеальной — мяч слегка отскочил, заставляя Маркуса быстро среагировать и в последний момент отдать передачу Джексону Холту с нижним пасом.
Холт, будучи опытным игроком, попытался использовать свой коронный, сильный нападающий удар, но Джаспер, тщательно проработавший командную игру и научившийся читать мысли соперников, предугадал его действия и выполнил точный, безупречный блок, отправив мяч прямо к Майклу.
— Отличный блок, Джаспер!
Прокомментировал Саймон, его голос звучал взволнованно.
— Видно, что он усвоил уроки прошлого тренировочного матча. Теперь он играет не только за себя, но и за всю команду, его движения пронизаны командным духом!
Майкл, усовершенствовав свою вращающуюся подачу до совершенства, запустил мяч в воздух, и тот описал сложную, непредсказуемую траекторию.
Это вынудило тренера Джексона, опытного игрока, прыгнуть немного раньше, чем того требовал идеальный расчет, и тем самым потерять равновесие.
— Холт слегка ошибся в расчете!
Воскликнул Саймон, его голос был полон азарта.
— Майкл мастерски использовал эффект вращения, превратив мяч в неуловимый фантом!
Тренер Холт, однако, несмотря на ошибку, смог отправить мяч Маркусу, который, в свою очередь, сделал идеально точную передачу к Итану.
Картер, используя резкий, мощный удар снизу, направил мяч в сторону Тайлера. Однако, тот отбил мяч, отправив его Эндрю.
Эндрю, проработав свой замах до мельчайших деталей, выполнил невероятно мощный удар, его тело было воплощением силы и точности.
— И удар!
Воскликнул Саймон, почти срываясь на крик.
— Мощный, точный, бескомпромиссный! Тренер Картер пытается блокировать, но, увы, недостаточно быстро! ГОООООЛ!
Провозгласил Саймон, его голос звенел от восторга.
Очко, заслуженное потом и упорством, досталось команде игроков, и на их лицах расцвела победная улыбка.
— Это была потрясающая комбинация! Команда «Новолуние», кажется, стала практически неуловимой! Настоящие профессионалы!
Тренер Картер, тяжело дыша, немного нагнулся, пытаясь перевести дух, его лицо было влажным от пота.
— Такого я не ожидал...
Пробормотал он, его голос был полон искреннего удивления.
— Неплохо, неплохо. Но это был только разогрев!
Воскликнул Маркус, его глаза горели азартом.
— Как страшно!
Брэндон сделал наигранное, шутливое лицо, будто испугался, и парни дружно расхохотались.
Игра продолжалась в том же напряженном, захватывающем ритме.
Николас, ставший более осмотрительным, не только делал невероятные, спасительные перехваты, но и прекрасно координировал свои действия с другими игроками, сводя к минимуму случайные столкновения.
Брэндон, сосредоточившись на точности, наносил выверенные, но не слишком мощные удары, постоянно меняя траекторию мяча и заставляя тренеров быть начеку.
Тайлер мастерски использовал импровизацию, меняя тактику в каждом розыгрыше, не давая тренерам ни единого шанса предвидеть его действия.
Джаспер же стал настоящим связующим звеном команды, его точные пасы обеспечивали стабильную и сокрушительную атаку команды, являясь ее сердцем.
Эндрю, с его мощными и точными ударами, стал настоящим козырем команды, постоянно нанося решающие удары, которые пробивали любую защиту.
Майкл же, с его непредсказуемыми вращающимися подачами, сбивал с толку даже самых опытных игроков, заставляя их постоянно быть наготове.
В напряженной борьбе, полной захватывающих розыгрышей и невероятных, замирающих мгновений, команда игроков постепенно вырвалась вперед, сантиметр за сантиметром отвоевывая преимущество.
Саймон, комментируя каждый момент с неподдельным энтузиазмом, подчеркивал их профессионализм и небывалую слаженность, отмечая прогресс каждого игрока.
В финальном сете напряжение достигло своего абсолютного пика, воздух стал густым от эмоций.
Команда игроков, показав блестящую, практически безупречную игру, одержала уверенную, неоспоримую победу, и их торжествующие крики эхом разнеслись по залу.
— Невероятная игра!
Провозгласил Саймон, его голос был полон восхищения.
— Молодые волки показали зубы! Они не только улучшили свою технику, но и научились работать как единый, слаженный механизм. Браво!
Тренеры тяжело дышали, их тела были на пределе, они пытались перевести дыхание, склонившись над коленями.
— Заставили же вы нас побегать...
Выдохнул Маркус, с трудом выпрямляясь.
— Совсем стариков не жалеете!
Воскликнул тренер Холт, его голос был хриплым, но в нем слышалась нотка гордости.
— Кто-то хотел нам зубы выбить. Это мы не жалеем?
Усмехнулся Майкл, демонстрируя большой палец вниз, его глаза озорно блестели.
— Ах ты!
Тренер Рейес шутливо показал кулак Майклу, а затем снял кроссовок и метнул его в шутника.
Майкл сделал вид, что испугался, выставив руки перед собой, но внезапно осознал, что столкновения не произошло.
Он открыл глаза и увидел перед собой Тайлера, который держал тот самый кроссовок в руках.
Тайлер повернулся к Майклу и улыбнулся ему своей обворожительной улыбкой.
Майкл почувствовал, как его щеки невольно начинают гореть, и резко отвел взгляд, пытаясь скрыть смущение.
— Ну Тай... Пусть бы тренер попал в него. Заслужил.
Усмехнулся Брэндон, закатив глаза.
— Че сказанул?!
Рявкнул Майкл, мгновенно накидываясь на Брэндона, и между ними завязалась шутливая перепалка.
Присутствующие издали тихие смешки, наблюдая за их привычной стычкой.
— Верните мне обувь!
— Ох, сейчас!
Тайлер неловко улыбнулся и подбежал, чтобы помочь тренеру надеть кроссовок.
Саймон несмело подошел к парням, его взгляд скользнул по наконец-то отцепившимся друг от друга Майклу и Брэндону, которых с трудом разняли Николас и Эндрю.
— Они частенько такие?
Тихо спросил Саймон у стоящего рядом Джаспера, в его голосе сквозило любопытство.
— Постоянно.
Закатив глаза, проговорил Джаспер, подтверждая его опасения.
— Кстати, отличные комментарии.
Сменил тему Джаспер, поворачиваясь к Саймону.
— Я как будто телевизор посмотрел, так живо и профессионально.
— Ах, спасибо большое, я стараюсь!
Смущенно пробормотал Саймон, его щеки слегка порозовели от похвалы.
— Ой, а кто это?
Внезапно его взгляд метнулся к двери, и он резко указал на вошедшего парня.
В помещение ступил высокий, статный юноша с хорошо сложенной фигурой, которую, впрочем, скрывало длинное черное пальто, развевающееся за ним как плащ. Его длинные белые волосы были собраны в высокий, элегантный хвост.
Его глаза, необыкновенно светлые, стремительно забегали по помещению, сканируя пространство, пока не остановились, обнаружив нужного человека.
Стоило ему лишь переступить порог, как все присутствующие ощутили странное, ощутимое холодное давление, словно сквозняк, пронизывающий до костей, и легкий ветерок, которого не должно было быть.
Джаспер посмотрел ему в глаза, и его тело замерло, скованное неведомой силой. Губы Хантера медленно расплылись в завораживающей, почти гипнотической улыбке.
Придя в себя, Джаспер резко ринулся к Хантеру.
— Джаспер.
Проговорил Хантер, наклонив голову вбок, его глаза прищурились.
— Что ты здесь делаешь? Как ты меня нашел?
Джаспер чувствовал одновременно волнение и неподдельную радость от того, что Хантер пришел к нему, но тут же принял свое обычное, невозмутимое выражение лица, пряча эмоции за маской спокойствия.
— Джаспер рассказывал мне о своем университете. Я воспользовался Вашим ноутбуком и нашел его
Пояснил Хантер, его голос был тих и размерен.
Джаспер испытал небольшое удивление, смешанное с легкой досадой. Было совершенно неожиданно видеть Хантера, а уж тем более то, что он вышел на улицу.
Джаспер представил лица людей, которые не могли оторвать свои взгляды от Хантера. Все-таки его внешность была немного сказочной, почти неземной. Он издал тихий смешок, едва сдерживая улыбку.
— Ладно, ребят. Мы пошли.
Произнес тренер Картер, собираясь уходить.
— Отлично сыграли. Завтра тренировка в 14:00.
И трое мужчин, попрощавшись, покинули помещение, оставив игроков наедине.
Парни крикнули прощания им вслед и смогли наконец-то расслабиться, почувствовав, как с их плеч спало напряжение.
— Джаспер, мы можем идти домой?
Спросил Хантер.
Джаспер уже хотел ответить, но тут раздался громкий голос Брэндона.
— Опа! Кто это?
К ним подошли остальные парни и Саймон, внимательно разглядывая Хантера, в то время как тот даже не удосуживался обратить на них внимания, его взгляд оставался прикованным к Джасперу.
— Это... Это мой знакомый, Хантер.
Представил его Джаспер, его голос был немного смущенным.
Затем он представил Хантеру своих друзей, и только тогда Хантер наконец-то одарил их своим пронзительным взглядом.
— Приятно познакомиться с друзьями Джаспера.
Проговорил Хантер, едва заметно улыбнувшись.
Но Джаспер сразу заметил, что за этой вежливой улыбкой скрывалось лишь полное безразличие. В глубине души он похвалил Хантера, что тот ради него хотя бы заговорил с незнакомыми ему людьми.
— Нам тоже! Друзья Джаспера — наши друзья!
Сказал Тайлер, широко улыбаясь и протягивая Хантеру руку для рукопожатия.
Хантер опустил взгляд на протянутую руку Тайлера, словно изучая ее.
Он медленно, с достоинством протянул свою руку в ответ, снова улыбнувшись своей загадочной улыбкой.
— Может пойдем в клуб?
Предложил Брэндон, его глаза озорно блеснули.
— Тебе вчера было мало? Даже сестра твоя пришла!
Воскликнул Майкл, напомнив о вчерашних приключениях.
— Заткнись!
Прошипел Брэндон, а затем, повернувшись к остальным, решительно произнес.
— Пошлите.
— Эм... Я, наверное, откажусь. Мне нужно...
Начал Саймон, но не успел договорить. Брэндон внезапно приобнял его, прижав к себе с силой.
— Отказы не принимаются!
Прикусив губу, Брэндон, словно тащивший добычу, вывел смущенного Саймона из спортзала.
Немного постояв, остальные парни, усмехаясь, направились к выходу. Им не помешало бы немного отдохнуть после такой напряженной игры и насыщенного дня.
Николас, придерживая дверь, обернулся и посмотрел на оставшихся Джаспера и Хантера.
— Вы идете?
Джаспер посмотрел на Хантера, и в его взгляде читался немой вопрос.
— Ты хочешь?
— Если Джаспер хочет.
Ответил Хантер, его голос был ровным, но в нем чувствовался намек на предвкушение.
Джаспер невольно закатил глаза, пытаясь сдержать улыбку, и направился к выходу, зная, что Хантер всегда будет следовать за ним.
Хантер, заметив его реакцию, ухмыльнулся и двинулся следом.
Тихая, но настойчивая пульсация басов пронизывала воздух, сливаясь с общим гулом голосов и смеха.
Клуб был наполнен до отказа: ни единого уголка, где бы не стояла или не танцевала хотя бы одна душа. Люди отрывались от повседневной рутины, отдаваясь во власть музыки и веселья.
В этом мире, утопающем в заботах, именно бары и клубы становились, пожалуй, самыми прибыльными прибежищами, ибо они дарили самое ценное — передышку, отстранение от гнетущих мыслей и погружение в одурманивающее, манящее расслабление.
Восемь парней уютно устроились за огромным столом, затерянным в укромном углу помещения. Стол был буквально уставлен разнообразной выпивкой, от искрящегося виски до пенистого пива, ломился от всевозможных закусок и пачек сигарет.
Атмосфера вокруг них была наполнена беззаботным весельем.
— Как давно вы знакомы?
Спросил Тайлер, его голос был полон любопытства, и все взгляды мгновенно устремились на Джаспера и Хантера.
— Не так давно.
Кратко ответил Джаспер, стараясь быть максимально уклончивым.
— Да ну?
Выпалил Брэндон, делая большой глоток виски, которое обжигало горло.
— Впервые вижу, чтобы ты так быстро с кем-то закорефанился. Ты обычно держишь дистанцию.
— Хантер, это твои волосы или это парик?
Спросил Николас, его брови удивленно поползли вверх.
— Мои.
Ответил Хантер, его голос был абсолютно ровным.
Брови Николаса взлетели еще выше. Он никогда не видел, чтобы у кого-то были белые волосы такой длины, особенно у парней. Это казалось чем-то невообразимым.
— Как вы познакомились?
На этот раз вопрос задал Майкл, его взгляд был проницательным.
— Ну... Встретились в спортзале.
Быстро выпалил Джаспер, его слова прозвучали немного скомкано. Это была первая мысль, пришедшая на ум, и он испытывал небольшую вину за то, что ему приходится лгать друзьям, пусть и из лучших побуждений.
— Хах, не удивительно.
Усмехнулся Брэндон, его взгляд скользнул по Хантеру.
— Учитывая его тело.
Он был прав. Даже длинное пальто не могло полностью скрыть стройную, но идеально подтянутую фигуру Хантера, в которой чувствовалась скрытая мощь.
— Заметно, что ты давно ни с кем не был, раз так на чужие тела реагируешь.
С холодной ухмылкой произнес Хантер, и в его голосе прозвучала едва уловимая насмешка.
— Че?
Брэндон поперхнулся, его лицо исказилось от возмущения.
— У тебя, видать, совсем сухо, если тебя моя движуха так цепляет!
Брэндон сжал ладонь в кулак до белых костяшек.
— Да, видимо, показалось. У меня человек есть, так что чужая «сухость» меня мало волнует.
Парировал Хантер, и в его голосе прозвучала нотка пренебрежения.
Джаспер, делая глоток пива, подавился и закашлял, услышав последнюю фразу. Его глаза расширились от удивления, и он едва не уронил стакан.
— Сочувствую этому человеку.
Пробормотал Майкл, едва сдерживая смешок.
— Может, вы заткнетесь?!
Выпалил Джаспер, его голос был полон отчаяния.
Брэндон лишь фыркнул и закатил глаза, но промолчал.
— Я с вас в шоке.
Усмехнулся Николас, качая головой.
Джаспер потер глаза, чувствуя, как внутри него нарастает головная боль.
Почему-то он так и думал, что будет какая-нибудь перепалка, ведь Брэндон никогда не мог держать язык за зубами, а от Хантера он вообще был в шоке, что тот знает такие выражения.
И когда Хантер упомянул «человека», Джаспер сразу догадался, что речь идет о нем самом, ведь Хантер находился рядом только с ним и никого другого не признавал.
Джаспер внутри немного смутился, ощущая странное тепло в груди. Он и подумать не мог, что имеет для Хантера такую значимость.
И все же он был благодарен, что Хантер не назвал его имени. Джаспер бы сгорел со стыда, и пришлось бы многое объяснять, а это было совершенно лишним.
— Брэндон, ты опять произвел плохое впечатление.
Проговорил Тайлер, его голос был полон осуждения, и он выразительно показал большой палец вверх в сторону Брэндона.
— Теперь Хантер будет относиться к нам настороженно.
— Лучше сразу показать себя, чем потом разочароваться.
Проговорил Эндрю, вставая на сторону Брэндона, его взгляд был твердым и непоколебимым.
— Парни, парни!
Воскликнул Саймон, его голос был полон тревоги, почти отчаяния. Он боялся, что словесная ругань, накалившаяся атмосфера, перерастет в нечто гораздо худшее.
— Мы пришли отдыхать, а не ссориться! Давайте переведем тему!
— Поддерживаю!
Николас зевнул, явно устав от напряженности.
— Мы с Хантером немного посидим и пойдем.
Проговорил Джаспер, делая глоток пива, его взгляд скользнул по Хантеру.
— У нас еще есть дела, довольно срочные.
— Конечно. Взаимная дрочка — это очень срочное дело!
Выпалил Брэндон, его слова прозвучали как взрыв. Он мгновенно вскочил со стула и, подхватившись, стремительно побежал в сторону танцпола, скрываясь в толпе.
— Че сказал?!
Джаспер, мгновенно покраснев, снова подавился пивом и, закашлявшись, молниеносно бросился за Брэндоном, полный решимости разобраться с ним.
Парни, кроме Хантера, разразились громким смехом, наблюдая за этой внезапной погоней.
— Я надеюсь, это неправда.
Сквозь смех проговорил Майкл, пытаясь перевести дух, на что Хантер лишь ухмыльнулся, его губы растянулись в загадочной улыбке.
Все сразу же заткнулись и замерли, ощущая внезапное напряжение, исходящее от Хантера.
Последующие несколько часов парни чуть не разгромили весь клуб.
Хантер и Брэндон еще пару раз сталкивались в словесных баталиях, словно два непримиримых полюса. Хантер все это время оставался удивительно спокойным, его лицо было непроницаемо, а Брэндон уже кипел от злости, его лицо наливалось кровью.
Майкл каждый раз громко смеялся над Брэндоном, но и сам не удержался, сцепившись словами с Хантером.
Видимо, им троим уж точно не быть друзьями — их темпераменты были слишком несовместимы. Их особенно бесило, что Хантер сохранял полное, леденящее спокойствие, в то время как они совершенно не умели сдерживать свои эмоции.
После Брэндон наконец-то отстал от Хантера и переключился на Саймона, который легко поддавался на его подколки и шутки.
Эндрю сидел в стороне, наблюдая за всем этим действом.
На удивление, Николас и Тайлер нашли общий язык с Хантером, их разговор был спокойным и непринужденным.
Джаспер вздохнул с облегчением, но в глубине души почувствовал странное, незнакомое чувство. Было непривычно, даже немного не по себе, что Хантер общается с кем-то, кроме него, словно его личное пространство было нарушено.
— Я в туалет.
Резко выпалил Джаспер, его голос был напряженным. Он быстро встал и стремительно направился в сторону уборной.
Он подошел к зеркалу, включил холодную воду и умыл лицо, пытаясь смыть с себя это странное ощущение. Его глаза медленно поднялись, осматривая себя в отражении. Опустив голову, Джаспер закрыл глаза, пытаясь разобраться в себе.
— «Что это за чувство такое... Ах, бесит!»
Промелькнула мысль в его голове.
— Джаспер.
Раздался бархатный, низкий голос прямо над ухом Джаспера.
Он резко поднял голову и встретился с пронзительными глазами Хантера. Тот прижался к нему сзади, его тело было холодным и сильным, а на губах играла хитрая, едва заметная улыбка.
— Вы себя плохо чувствуете?
Спросил Хантер.
От его голоса по спине Джаспера пробежал холодок, он сглотнул, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.
— Нет...
Джаспер отвел взгляд, избегая прямого контакта. Почему-то сейчас он не мог посмотреть ему в глаза, ощущая себя уязвимым.
— Вы уверены? Может, Вы хотите уйти?
Голос Хантера был мягким, но настойчивым.
— Мы же отлично проводим время.
Огрызнулся Джаспер, его слова звучали резче, чем он хотел.
— Зачем уходить?
— Джаспер.
Снова проговорил Хантер, его тон стал серьезнее.
— Да?
— Вы ревнуете?
Спросил Хантер, и в его глазах блеснул озорной огонек.
Джаспер резко поднял голову, и его щеки мгновенно окрасились в яркий красный цвет. Смущение только подчеркивало его золотистые веснушки, рассыпанные по носу и щекам.
— С чего ты это взял? Бред!
С недовольством проговорил Джаспер, резко отворачивая голову.
— Джаспер, кто бы со мной ни разговаривал — Вы останетесь самым дорогим мне человеком.
Сказал Хантер, его голос был удивительно нежным и искренним.
— Прошу прощения, если Вас задел наш разговор с Вашими друзьями. Мне показалось, что Вы хотите, чтобы я нашел с ними общий язык.
Его рука нежно взяла подбородок Джаспера, и он медленно, ласково повернул его голову к себе. В следующую секунду Хантер припал к персиковым, чуть приоткрытым губам Джаспера. Это был обычный, нежный поцелуй, без страсти и без языка, но он был наполнен искренностью и обещанием, которое Джаспер ощутил каждой клеточкой своего тела.
Глаза Джаспера расширились от неожиданности, тело будто податливо соскользнуло под власть Хантера, и он остался неспособен оттолкнуть его. Похоже, алкоголь уже подействовал: сознание затуманилось, мысли превратились в разбросанные осколки, а веки тяжело прикрылись, словно окутанные мягкой пеленой дремоты. Губы Хантера, пухлые и манящие, пленительно притягивали. В их мягком прикосновении таилась сладкая сила, от которой невозможно было оторваться.
И вот их поцелуй с разрывом оборвался чмокающим звуком — столь громким, будто прохлопал по пустому пространству туалета.
Джаспер, будто пробужденный из оцепенения, уставился на Хантера с молчаливым изумлением. Слова не рождались, хотя внутри бушевали вихри вопросов: почему он позволил этому случиться? Почему одновременно недовольство и странное облегчение переплелись в душе? Ответы растворились в непроницаемой тишине.
А нужны ли они вообще?
— Давайте вернемся.
Мягко предложил Хантер, не спеша направляясь к выходу.
Он плавно открыл дверь и сделал приглашающий жест. Джаспер словно пробудился, кивнул в ответ и вслед за ним вышел из туалета.
Вернувшись, они застали оживленную сцену: Саймон укрывался за спиной Эндрю, а тот непоколебимо защищал его от навязчивых приставаний Брэндона. Уже давно не скрывался факт — Брэндон пытался уломать Саймона.
Эндрю, зная это, делал все, чтобы защитить его от очередной мимолетной связи.
Николас спокойно наблюдал за происходящим, как судья в тени, в то время как Тайлер и Майкл отсутствовали.
— Где Тай и Майкл?
Спросил Джаспер, озабоченно выглядывая в пространство.
— Они вроде ушли за выпивкой.
Ответил Николас, по виду — самым трезвым среди них.
— В последнее время они часто пропадают. Случайно не вместе?
Предположил Джаспер, хмурясь.
— Все впереди.
Загадочно ответил Николас, и парни лишь молчали, обдумывая свои догадки.
***
— Майкл... Мы должны были выпивку принести.
Тяжело дыша, проговорил Тайлер, когда Майкл отпустил его губы.
Они укрывались в тесном, почти заброшенном помещении — кладовке, где стоял небольшой стол, занимающий едва ли не все пространство, вокруг лежали ведра, швабры и чистящие средства.
Майклу пришлось сесть на стол, обхватив ногами талию Тайлера, прижимая его к себе с настойчивой нежностью.
Их тела были далеко не маленькими, поэтому теснота ощущалась особенно остро.
Майкл потянул Тайлера к себе и, словно вновь вернувшись в тот же туалет, начал целовать его — но теперь иначе. В этот раз не было прежней напористой страсти, а лишь мягкость, будто растворение в каждом мгновении, сгущение нежности, растягивание момента.
Тайлер, вновь поддавшись этому напору, про себя кричал от противоречивых эмоций.
Майкл был прав: если бы ему это не нравилось, он бы оттолкнул, но вопреки разуму, тело продолжало подчиняться чувствам. Единственное, что он мог сделать в эти минуты — отвечать на поцелуй, мысленно упрекая себя за легкомыслие.
— Тайлер, пожалуйста, дай мне шанс. Я обещаю, что буду всегда только с тобой. Прошлые похождения останутся в прошлом. Все будет по-другому. Я правда этого хочу...
Тихо, со всей серьезностью, признался Майкл.
Если бы Майкл из прошлого услышал эти слова — он наверняка бы просто захлебнулся от собственной глупости.
Возможно, он унижался, выглядел посмешищем, но ему было все равно.
Он чувствовал, что любит Тайлера — это тот человек, с кем он хочет разделить не только радостные минуты, но и тепло, и ложе... Все. Абсолютно все. Лишь бы это был Тайлер.
Тайлер посмотрел ему в глаза, но сразу отвернулся.
В его душе бушевал настоящий шторм — с множеством смешанных чувств, но среди них не было ни капли отвращения.
Ему было больно смотреть на Майкла, отдающего свою «любовь» человеку вроде него. Тайлер много раз мечтал о прекрасной девушке, семье, детях — счастливой жизни, которой он когда-нибудь будет полностью предан.
Но теперь что-то начало шататься в его убеждениях.
Он задумался: у него не было неприязни к отношениям между одинаковыми полами — для него это просто существовало, нейтрально и безоценочно. Но сейчас...
Майкл, заметив нерешительность в взгляде Тайлера, схватил его лицо в ладони и повернул к себе. Он не собирался сдаваться — сегодня он хочет дойти до своей цели любыми способами.
В глазах Майкла Тайлер видел непоколебимую решимость, и сам понимал: отступить — не вариант.
Но в глубине души он осознавал, что не хочет быть препятствием, который заставит Майкла тратить годы жизни на человека, не умеющего разобраться в собственных мыслях и чувствах.
— «Дать ему шанс?»
***
Тишину нарушил громогласный возглас Брэндона.
— Ну наконец-то! Думали, что останемся без выпивки!
Он словно вихрь налетел на Майкла, выхватывая бутылку виски и исчезая в мерцающем свете танцпола.
Майкл инстинктивно хотел отобрать свою добычу, но Тайлер протянул ему другую бутылку, предлагая мирное решение.
— Ребят, я пойду уже.
Проговорил Саймон, поднимаясь на ноги. Его слегка пошатывало, но в голосе звучала искренняя благодарность.
— Спасибо, что позволили провести с вами время.
— Ты сможешь дойти один?
Обеспокоенно спросил Николас, его взгляд был внимательным.
— Да, да! Пока всем!
Саймон поспешно направился к выходу, бросая осторожные взгляды на Брэндона, чтобы тот его не заметил.
Парни разразились смехом, наблюдая за этой забавной картиной.
— А ведь Брэндон хотел лишить этого паренька невинности.
Проговорил Майкл, его голос был полон иронии.
— Если бы это узнал тренер, Брэндона уже бы никто не увидел.
Мрачно заметил Джаспер.
— Возможно, это было бы к лучшему.
Усмехнулся Хантер, и в его глазах блеснул холодный огонек.
— Ха-ха, да!
Согласился Майкл.
— Но, к сожалению, мы не можем изменить наклонности Брэндона.
— Мне вот интересно, он всегда был таким?
Спросил Тайлер, аппетитно съедая куриную ножку.
— Да, со школьных времен.
Выпалил Эндрю, и его взгляд стал неожиданно мрачным, словно он погрузился в неприятные воспоминания.
— А ты откуда знаешь?
Подозрительно спросил Майкл.
— Я учился с ним в одной школе.
Все присутствующие, кроме невозмутимого Хантера, расширили глаза от услышанного. Эндрю же, недоумевая, оглядел лица парней, не понимая их реакции.
— Серьезно? Мне этот придурок никогда не рассказывал такого.
Произнес Майкл.
— Какое совпадение...
Тайлер и Майкл переглянулись.
— Ничего такого.
Поспешно проговорил Эндрю, в его голосе слышалась горечь, будто у него сейчас могли пойти слезы, но он скрыл это за натянутой, кривой улыбкой.
— Мы не были близки в школе. Не удивительно, что он не запомнил.
— Да этот болван ничего не запоминает! Он мое день рождения только спустя несколько лет запомнил, а я его лучший друг с детства!
Выпалил Майкл.
— Соглашусь.
Со смешком произнес Тайлер, кивая в знак согласия.
Джаспер слушал разговор парней, когда почувствовал легкое, но настойчивое прикосновение к своей руке. Он опустил взгляд и увидел руку Хантера, лежащую на его руке и нежно сжимающую ее.
Джаспер поднял взгляд, встречаясь с пронзительными глазами Хантера. На его лице было привычное, непроницаемое выражение, не выдававшее никаких эмоций.
Но сейчас Джаспер ясно чувствовал, что Хантер хочет уйти, словно между ними возникла невидимая связь. Он и сам понимал, что пора уже заканчивать эту шумную ночь.
— Мы домой.
Решительно произнес Джаспер, поднимаясь.
— Уже?
Удивился Тайлер.
— А, точно, у вас же дела. До скорой встречи!
Добавил он, нервно улыбнувшись, а Майкл издал тихий смешок.
Джаспер попрощался со всеми, ощущая на себе их взгляды, и вышел с Хантером из клуба.
Прохладный и освежающий ветер мгновенно охладил их лица, словно смывая остатки духоты и запахи вечеринки.
Джаспер глубоко втянул воздух и расслабленно выдохнул. Голова, затуманенная алкоголем, немного прояснилась, но мысли все еще были в беспорядке.
Солнце уже почти скрылось за кромкой горизонта, окрашивая бескрайнее небо в глубокие, бархатистые оттенки индиго и фиолета.
В некоторых местах, сквозь наступающую синь, робко проглядывали первые, мерцающие звезды, рассыпаясь бисером по небесному своду. На улицах вспыхнули огоньки фонарей, отбрасывая мягкий, теплый свет на дорожки. Вывески магазинов, ресторанов и клубов горели неоновыми огнями, переливаясь всеми цветами радуги и маня редких прохожих в свои объятия.
Вечерний город был тих и безлюден, создавая идеальную атмосферу для уединения, где можно было сбросить с себя груз дневных забот и погрузиться в негу безмятежного спокойствия.
— Я хочу сходить в одно место.
Проговорил Джаспер, поднимая взгляд на рядом идущего Хантера.
В который раз он ловил себя на мысли, что красота Хантера была поистине завораживающей, почти неземной. Его взгляд словно притягивался к нему, не желая отрываться.
Неважно, насколько прекрасным мог бы быть другой человек, будь то модель с обложки глянцевого журнала или звезда экрана, Хантер, не прилагая ни малейших усилий, мог затмить их всех своей сказочной, почти кошачьей внешностью.
В этот момент Джасперу хотелось лишь одного: спрятать его от всего мира, укрыть от чужих глаз, чтобы никто другой не мог смотреть на него, не видеть его, не знать его тайны.
— Хорошо.
Кивнул Хантер, его губы изогнулись в легкой, едва заметной улыбке.
Джасперу пришлось признаться себе, что ему чертовски нравилась эта улыбка.
Неважно, какое выражение лица было у Хантера, его улыбка всегда казалась удивительно теплой и искренней, словно редкий цветок, распускающийся на льду.
Джаспер развернулся и направился в свое укромное убежище, в то потаенное место, где можно было забыть обо всем на свете.
Хантер безмолвно последовал за ним.
Он медленно протянул руку и нежно коснулся ладони Джаспера. Та инстинктивно вздрогнула, но не протестовала.
Хантер осторожно сплел их пальцы, и сквозь прохладу своей ладони он ощутил живое, трепетное тепло Джаспера.
Тело Джаспера всегда было теплым, уютным, как согревающий вечер, пахнущий чашкой какао, укутанный мягким пледом и подложенной под голову подушкой. От него исходило ощущение спокойствия и утешения.
Это создавало поразительный контраст с холодной, почти ледяной аурой Хантера, от которого веяло хаосом и скрытой жестокостью.
Его присутствие ощущалось как зимний вечер, когда вокруг бушует сильная метель, а ты стоишь один, окруженный пустотой, где нет ничего, кроме снежной мглы.
Думая об этом, Джаспера охватывал внезапный, пронзительный страх. Страх, что Хантер лишь играет с ним, что все это внимание было фальшивым, обманчивым миражом.
Но одновременно с этим страхом его душу охватывало неутолимое желание заполнить эту зияющую пустоту. Пробудить то, что либо было глубоко забыто, либо же и вовсе неизведанно.
Стать тем самым лучиком света, который сможет растопить лед в сердце Хантера.
— «Джаспер, Вы уже стали для меня спасением…»
Они вышли за пределы города, углубляясь в густой лес, пробираясь сквозь его самые потаенные чащи. Ни один обычный человек не рискнул бы ночью ходить так далеко в лесу, а днем им бы не открылось то, что можно было увидеть только при свете полной луны.
Весь путь занял у них пару часов, которые они преодолели в полном молчании, ни разу не проронив ни слова. Миновав плотные, почти непроходимые заросли, они наконец-то вышли к небольшой, скрытой от посторонних глаз поляне.
Луна уже полностью взошла над горизонтом, заливая поляну мягким, призрачным светом.
Поляна была усеяна диковинными цветами, которые под лунным сиянием излучали нежное, серебристо-синее свечение. Трава вокруг тоже, казалось, отражала свет луны, приобретая удивительный голубоватый оттенок, создавая иллюзию сказочного ковра.
Вокруг царила идеальная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шуршанием цветов, колеблемых легким ночным ветром.
Джаспер повел Хантера к самому сердцу поляны, где в лунном свете таилось небольшое, но чарующее озеро.
Вода в нем была кристально чистой, прозрачной до самого дна, и свет луны придавал ей глубокий, лазурный оттенок, словно драгоценный камень.
Стоило Джасперу и Хантеру подойти к озеру, как по его поверхности, будто приветствуя их, пробежал серебристый блеск, легкая рябь.
Джаспер застыл, наблюдая за этим зрелищем с открытым ртом. Сколько бы он сюда ни ходил, никогда прежде не видел ничего подобного.
Его взгляд невольно упал на Хантера, чьи глаза, казалось, будто засветились внутренним светом, отражая магию момента.
Хантер молча смотрел на озеро, затем отпустил руку Джаспера, наклонился и медленно провел ладонью по воде.
Озеро мгновенно отреагировало: там, где прошла рука Хантера, появились тысячи мельчайших частиц, излучающие нежное голубоватое свечение, поднимаясь из глубины.
Джаспер в оцепенении уставился на Хантера, его разум отказывался понимать происходящее.
Было ощущение, что это Хантер привел его сюда, чтобы показать ему эту неземную, скрытую красоту, доступную лишь избранным.
Хантер повернулся к Джасперу, делая едва заметный жест, приглашая его тоже коснуться воды.
Джаспер медленно и неуверенно присел на корточки, его палец робко коснулся прохладной поверхности озера. Появилась лишь одна, мимолетная крупица света, которая тут же исчезла.
Но Джаспер уже не мог остановиться. Он провел ладонью по воде, немного разбрызгав ее, и в этот раз он ясно мог видеть те же таинственные частицы, что появились у Хантера, только у Джаспера они были ослепительно золотистого цвета.
На его губах невольно расцвела широкая, искренняя улыбка, и он издал тихий, счастливый смешок.
Тишину, сотканную из шороха лунных цветов и шепота ветра, нарушил бархатный голос Хантера, который опустился на колени рядом с Джаспером.
— Джаспер, как Вы узнали об этом месте?
Спросил он, его взгляд был полон неподдельного любопытства.
Джаспер, уже удобно устроившийся на мягкой траве, медленно и расслабленно заговорил.
— Были морально тяжелые дни. Душа требовала уединения, и я просто ушел ночью в лес. Долго бродил, пока не наткнулся на эту поляну и озеро. Стоило мне сюда прийти, как я почувствовал покой, которого мне так не хватало. После этого я частенько сюда возвращался. Просто сидел, делал задания, рисовал. Удивительно, что вся эта магия видна только ночью. Я один раз попробовал прийти днем, но поляна ничем не отличалась от обычной лесной. Не знаю, с чем это связано, но это прекрасно.
— Хорошо, что Вы нашли эту поляну. Она особенная.
Произнес Хантер, после небольшой паузы, устраиваясь поудобнее рядом с Джаспером.
— Откуда ты знаешь?
Джаспер вопросительно посмотрел на него.
— Чувствую.
Просто ответил Хантер, его взгляд был спокойным и глубоким.
Джаспер уставился на Хантера, пытаясь прочесть что-то в его непроницаемых глазах.
— Джаспер, что Вы чувствуете?
Неожиданно задал вопрос Хантер, встретившись взглядом с Джаспером. Тот остолбенел от такой прямоты и на мгновение замялся, пытаясь подобрать слова.
— Говорите честно.
Настойчиво прошептал Хантер.
Джаспер сжал кулак, в его голове бушевал вихрь мыслей и эмоций, которые он испытывал.
Сказать об этом было невероятно трудно, но Джаспер пришел к выводу: была не была.
Нужно многое прояснить, и, возможно, это единственный шанс расставить все по полочкам и, наконец, определиться со своими чувствами.
— Необходимость тебе довериться. Необходимость раскрыться тебе.
Начал Джаспер, и его голос постепенно набирал силу.
— Но в то же время страх от того, что ты появился так неожиданно и сразу же привязался ко мне. Обычный человек, узнав, что ты наполовину человек, наполовину кот, сразу же оттолкнул бы. Но я этого не сделал. Даже в мыслях не было, что для меня очень странно. Все это для меня странно. Я позволил тебе остаться, позволил делить мой дом, делить одну кровать, позволил узнать обо мне, и это меня пугает. Подобного я не испытывал даже, когда был в отношениях, хоть их было и немного. Хантер... кто ты вообще такой? Как ты можешь так владеть моими чувствами?
Тон Джаспера постепенно повышался, его голос дрожал от нахлынувших эмоций.
Он был похож на девушку, которая изливает душу своему парню, только не хватает слез. Но их не будет.
Сердце начало стучать быстрее, неистово колотясь в груди, а тело покрылось холодным потом.
В его голове проносились моменты, проведенные с Хантером: их разговоры, совместные трапезы, тот недавний поцелуй... Все это было таким новым, таким непривычным.
Быть может, это был знак, что Джасперу нужно измениться, повзрослеть, и именно поэтому божества подкинули ему такого странного, загадочного парня?
Он не знал ответов, но чувствовал, что его жизнь уже никогда не будет прежней.
Хантер спокойно внимал каждому слову Джаспера, не отрывая от него пронзительного взгляда. На его лице, как и всегда, не промелькнуло ни единой эмоции, оно оставалось непроницаемым полотном, но глаза же отражали глубинное понимание того, что чувствовал Джаспер, улавливая каждую его дрожь.
Хантер медленно наклонился к лицу Джаспера, отчего тот инстинктивно подался назад, оставляя между ними лишь пару томящих сантиметров.
Джаспер ощутил, как сердце его вздрогнуло, а дыхание замерло в ожидании.
— Джаспер...
Прошептал Хантер, и его голос обволакивал, будто шелк.
— Отдайтесь моей преданности... Доверьтесь мне без остатка... Позвольте мне стать Вашим спутником, исследуя вместе с Вами неизведанные тропы жизни, раскрывая тайны каждого рассвета и сумрака... Позвольте мне познать Вас до самого сокровенного, жить Вашим дыханием — ощущать, как оно струится по моей коже, наполняя меня, становясь моим воздухом... Ощущать ритм Вашей жизни — каждый трепетный удар сердца, каждый глубокий вздох, словно мои собственные... Клянусь, что последую за Вами даже в ад, если туда унесет Вас судьба. Позвольте стать Вашей тенью, Вашим слугой, Вашим... питомцем, преданным до кончиков костей и последнего вздоха. Ваша судьба — моя судьба, предначертанная свыше. А моя душа?.. Она уже стекает по Вашим пальцам.
Лицо Джаспера налилось обжигающим жаром, оно горело, как никогда прежде.
Джаспер ощущал холодное дыхание Хантера ощущал каждое его слово, проникающее в самую глубь, чувствовал, как по венам пробегал электрический заряд, от которого Джаспер невольно сжался, объятый странным оцепенением.
Где-то внизу он ощущал приятную, тягучую тяжесть, которая пугала и притягивала одновременно. Он прикусил губу, все это время, не отрывая взгляда от глаз Хантера, в которых читалась непоколебимая решимость.
Джаспер чувствовал себя словно маленькая мышка, загнанная в тупик между бездной и огнем, без единого шанса на спасение.
Было два выбора: сбежать, бросившись в небытие, или поддаться, раствориться в этом наваждении. Но Джаспер решил выбрать третий путь — путь столкновения.
— Говоришь сейчас как маньяк...
Голос Джаспера прозвучал на удивление ровно, с ноткой сарказма.
Губы Хантера изогнулись в хищной, почти звериной ухмылке, и он приблизился к уху Джаспера, его шепот обволакивал, проникая прямо в сознание.
— Я не властен над своими чувствами, Джаспер. Они словно неукротимые силы, что ведут меня к Вам. Это не просто влечение — это зачарованность, неотвратимая магия, которая тянет меня в Ваш омут. Что ж, видимо, я и есть тот самый маньяк любви, о котором говорят легенды.
Его голос звучал так, будто он принимал это новое определение с наслаждением.
Джаспер чувствовал давление от Хантера, способное раздавить его, испепелить, но оно не уничтожало, а лишь давило, создавая ощущение всеобъемлющей власти и контроля, которое Джаспер ненавидел больше всего. Хотелось сопротивляться, вырваться из этих невидимых цепей, но тело не слушалось, прикованное к месту.
Впервые в жизни он ощущал себя настолько беспомощно, словно бабочка, пойманная в сачок.
Это чувство, парадоксальное и противоречивое, было хуже всех предыдущих, но одновременно... чертовски приятным. Приятно было осознавать, что этот неистовый человек, эта дикая сила, зависела от него, была одержима им.
Это пугало, безусловно, никто не спорил, но Джаспер ощущал глубинное удовлетворение от того, что он может управлять и властвовать над таким существом, даже если это существо также держало его в своих невидимых тисках.
Контроль одержимости против контроля его, Хантера.
Парадокс власти: властвовать, будучи рабом собственного удовольствия, и быть порабощенным, удерживая при этом нити управления.
— Маньяк любви... забавно.
Проговорил Джаспер, его взгляд стал более острым.
— Хантер, ты перевернул мою жизнь с ног на голову, ворвался в нее, как хаос в идеально отлаженную систему, тщательно выстроенную годами. Это раздражает, разрушает мой привычный порядок, вызывает приступ той самой беспомощности, которую я ненавижу всей душой. Но одновременно... я испытываю к тебе странную, почти болезненную заинтересованность. Твоя одержимость... она необычна, пугающе сильна, но в ней есть нечто, что цепляет, что не позволяет отвернуться. Я никогда не чувствовал ничего подобного, никто не заставлял меня чувствовать себя... особенным. А я себя таким никогда не считал, был лишь обычным человеком, живущим по своим правилам. Готов ли ты отдать себя такому человеку, как я — холодному, не умеющему проявлять истинные чувства, способному быть равнодушным? Человеку, который, возможно, будет использовать твою одержимость. Человеку, который будет сопротивляться и бороться до последнего, не желая поддаваться твоему влиянию, даже если его сердце уже шепчет иное?
Джаспер, собрав остатки воли, резко оттолкнул Хантера, а затем, воспользовавшись мгновением его замешательства, ловко пересел на его бедра, возвышаясь над ним.
Одной рукой он сплел их пальцы, и в воздухе, казалось, зависли два мощных потока: желание одного подавить, а другого — подчинить.
Была ли это любовь, или же вечное противостояние двух равных сил, стремящихся к доминированию? Но, учитывая, что каждый из них по-своему понимал это слово, это, несомненно, будет их странная, дикая любовь, которую будут понимать только они двое.
— Да, Джаспер.
Проговорил Хантер, его голос звучал твердо и решительно несмотря на то, что он находился в «подчиненном» положении.
— Я готов. Я знаю, что Вы холоден, что Вы боретесь с тем, что чувствуете. Я вижу это, ощущаю это давление, эту невидимую стену, которая исходит от Вас. Но это не важно. Это лишь делает Вас еще более притягательным, еще более желанным. Ваше сопротивление... Ваша борьба... это не недостатки, это часть Вас, часть того, что так сильно меня к Вам тянет. Я готов принять Вас таким, какой Вы есть, со всеми Вашими острыми углами и скрытыми гранями. Можете использовать меня, как Вам вздумается. Я готов отдаться этому... хаосу, который Вы принесли в мою жизнь. Потому что это... мой хаос, и я выбираю его вместе с Вами, добровольно и без сожалений. И помните, Джаспер, Вы можете остановить меня в любой момент, если что-то Вам не понравится, если почувствуете, что перешли черту. Вы всегда можете контролировать меня, если захотите.
Хантер поднял их сплетенные руки к своим губам и нежно, почти благоговейно поцеловал каждую косточку на пальцах Джаспера.
От этого прикосновения по телу Джаспера пробежал холодный электрический разряд, заставляя его вздрогнуть.
Хоть Хантер и говорил, что Джаспер может контролировать и властвовать, но все же главным манипулятором и властелином, истинным кукловодом, оставался Хантер.
Однако Джаспер сам решит, когда он окончательно сдастся, а когда позволит Хантеру владеть собой без остатка. Сейчас он чувствовал себя невероятно незащищенным и обезумевшим от нахлынувших чувств.
— «Это все алкоголь... под названием "Хантер"»
Промелькнула мысль в голове Джаспера, и он закрыл глаза, прикрыв пылающее лицо свободной рукой.
Его лицо было все еще ярко-красным, казалось, что все его тело превратилось в спелый, налитой соком помидор.
Хантер, глядя на смущенного Джаспера, тихо засмеялся. Видеть такого открытого, такого обезоруженного и смущенного Джаспера было для него величайшим удовольствием, редким зрелищем.
Джаспер, услышав смех Хантера, резко выдернул свою руку.
— Чего смеешься? Это ты виноват!
Вырвалось у него.
Джаспер попытался встать с бедер Хантера, но руки того вцепились в его бедра, крепко удерживая на месте.
— Хорошо-хорошо, это моя вина!
Проговорил Хантер, и в его голосе прозвучали нотки нескрываемого торжества.
— Я заставил Вас раскрепоститься, позволил Вам быть собой, пусть и таким смущенным.
Его одна рука переместилась на талию Джаспера, а вторая поднялась на его спину, прижимая Джаспера еще ближе к себе. Между их лицами осталось всего лишь несколько томящих сантиметров, и Джаспер ощущал дыхание Хантера на своей коже.
— Тебе не кажется, что ты малость разошелся в своих действиях?
Голос Джаспера был напряженным, но в нем уже не было прежней жесткости.
— Но Вы же не сопротивляетесь.
Хантер улыбнулся, его взгляд был полон лукавства.
Джаспер закатил глаза, отворачивая лицо, чтобы скрыть свое смущение, но в глубине души он нежно, почти неслышно усмехнулся, осознавая, что это странное, дикое притяжение между ними лишь набирает обороты...