Часть 3
Цзинь Гуанъяо свернул на знакомую широкую улицу. Магазины, модные бутики, кафешки и кофейни и, наконец, «Безночный город». Махина. На ярко освещенной улице раскинулся массивный комплекс, сразу же цепляющий взгляд необычным сочетанием темных цветов, пилястрами и цветами на балконах, затемненными стеклами и виднеющимися за ними тяжелыми бархатными шторами.
Мэн Яо обогнул здание и шмыгнул в калитку, ведущую на задний двор. Здесь на перерыве курили двое молодых официантов в темно-бордовых жилетках. Сначала недоверчиво покосившись на посетителя, они быстро узнали его, приветливо кивнув. Мэн Яо улыбнулся им в ответ, но поспешил в другую сторону от заднего входа в ресторан, а именно ко входу в клуб.
Дверь ожидаемо была отперта, днем все равно гостей здесь не ждали, поэтому мужчина беспрепятственно поднялся по боковой лестнице, минуя бар и танцпол, и сразу же попал в святая святых — к владельцам этих прекрасных заведений, работающих под одним названием.
Дернув за ручку массивную черную дверь, которая неожиданно не поддалась, Цзинь Гуанъяо качнул головой и бегло набрал шесть цифр на большом кодовом замке. Дверь все еще была закрыта.
Тут же раздался ровный голос:
— Вы не предупреждали о визите, господин Яо. Господин Вэнь вас не ждет.
— Я выслал три письма, на которые мне так и не ответили, — возмутился мужчина, — поэтому сам решил…
— Если на них не ответили, значит, не посчитали нужным, — перебил непоколебимый голос.
— Вэнь Чжулю! — вырвалось у Мэн Яо. — Это не терпит отлагательств! Или ты хочешь, чтобы какие-то придурки выбили из меня информацию?! А они уже на верном пути! — Напряженные пальцы машинально прислонились рядом с замком, будто создавая дополнительную опору.
Несколько секунд молчания, и Мэн Яо услышал гудок, оповещающий, что связь прекратили с той стороны.
«И это все?» — лишь успело пронестись у него в голове, как дверь открылась ему навстречу.
Вэнь Чжулю смерил его оценивающим взглядом.
— Спасибо, — тут же улыбнулся Мэн Яо, пытаясь как можно быстрее юркнуть внутрь.
Мужчина пропустил его, не отрывая от Цзинь Гуанъяо каменного взгляда.
— Ты должен был предупредить, — произнес он, усаживаясь за стол из черного дерева, за которым стояло несколько тонких мониторов.
В комнате не было окон, но имелись две массивные железные двери: та, через которую пришел Цзинь Гуанъяо, и еще одна сбоку, обитая бархатом.
— И ты не оповестил о приходе консьержа.
— Дверь просто была открыта, — виновато улыбнулся он. — Мне нужно поговорить с господином Вэнем.
Вэнь Чжулю подвинул на край стола листок.
— Запиши свою просьбу здесь и убирайся.
Все так же улыбаясь, Мэн Яо вернул листок личному секретарю и по совместительству телохранителю Вэнь Жоханя.
— Мне нужно поговорить лично. Я писал уже несколько раз. И все бестолку, представляешь? — он поднял брови, как будто жалуясь на несправедливость постороннему человеку, а не как раз тому, через кого проходит любое обращение к господину Вэню.
Но Вэнь Чжулю подвинул к нему листок еще раз, сверху положив ручку.
— Пиши.
— Как только я выйду отсюда, — начал Цзинь Гуанъяо тоном, которым обычно рассказывают сказки маленьким детям, — меня сразу же встретят те, кто уже знает, где я живу. — Он подхватил листок и, аккуратно складывая его на манер оригами, продолжил: — Они были недовольны товаром, который по случайнейшему стечению обстоятельств передал мне молодой господин Вэнь Чао. И были недовольны настолько, что захотели бы узнать, кто и каким образом поставляет такой товар. — Он поднял глаза обратно на Вэнь Чжулю. — Я могу предположить, что дело, касающееся жизни и здоровья сына господина, должно быть обсуждено именно с господином.
На секунду два черных, словно угольки, глаза застыли, почти прожигая в Цзинь Гуанъяо дыру.
— Ты лжешь.
— Не лгу! — с чувством прошептал он.
— Преувеличиваешь. Нагнетаешь.
— А что, если все выйдет так, как я говорю? Это же действительно может произойти? Да ведь? Что тогда?
Вэнь Чжулю с силой отодвинул стул и, не глядя на Цзинь Гуанъяо, подошел к обитой двери. Он набрал сочетание клавиш на замке.
«Пусть войдет», — послышалось из динамика, и мужчина открыл перед Мэн Яо толстую дверь.
В просторной темной комнате свет падал лишь на дубовый стол, за которым на роскошном кожаном кресле сидел человек в дорогом костюме. Он печатал что-то на небольшом ноутбуке, одновременно черкая ручкой в толстом блокноте, и не обратил на Мэн Яо ни малейшего внимания, как будто не самолично разрешил своему секретарю впустить его секунду назад.
Цзинь Гуанъяо просеменил к столу, останавливаясь на почтительном расстоянии. Он молча ждал.
Наконец, мужчина закрыл блокнот, отодвинул компьютер и защелкнул ручку. Только после этого он поднял взгляд на пришедшего.
— Господин Вэнь, — склонил голову Мэн Яо.
— Цзинь Гуанъяо, — Вэнь Жохань произнес имя низким голосом, отдающим императорским величием. — Неужели ты думаешь, что в твоих проблемах виноват мой сын?
— А-Яо такого не говорил, господин, — вжал он голову в плечи.
Мужчина глубоко вздохнул.
— Но ты это подразумевал. Что же, не будем об этом. Будь краток.
Мэн Яо кивнул и поднял глаза на Вэнь Жоханя.
— В прошлый вторник я забрал у младшего господина семь пакетиков l-метадона, к сроку я принес их на место, но заказчики через несколько дней пришли ко мне в квартиру, требуя обмена, потому что это оказался d-метадон. Младший господин отказал мне в обмене товара, потому что с его стороны ошибки быть не должно было. После этого люди выследили меня и угрожали расправой, и не только, поэтому мне пришлось…
— Стоп, — перебил его мужчина, и Мэн Яо тут же замолчал, так и не добравшись до самого важного. Вэнь Жохань подвинул к себе ноутбук и что-то быстро набрал на клавиатуре. — Ты сам проверял, что внутри упаковки? — тем же ровным голосом спросил он.
От этого вопроса у Мэн Яо аж брови на лоб полезли.
— К-как это возможно, господин Вэнь? — запнувшись, пролепетал он. — Разве могу я вскрыть упаковку? Да и если бы мог, то как проверить, что именно?..
— А это ведь ты виноват в собственных проблемах! — неожиданно усмехнулся Вэнь Жохань. — Как у тебя с господином Ланем? Опять никак? А вот было бы «как», не было бы таких казусов.
Цзинь Гуанъяо, подняв на господина Вэня напуганный взгляд, удивленно спросил:
— Но, господин Вэнь, как это может быть связано?
— Я думал, ты умный мальчишка, — вскинул брови Вэнь Жохань, откидываясь на спинку стула и сплетая пальцы в замок. — Клиника нужна нам не только для медуслуг после очередных разборок. Самое главное — у нас нет своей лаборатории. Мы можем проводить опыты в слишком ограниченном объеме. Поэтому если бы ты старался лучше и вопрос про господина Ланя не вызывал бы у тебя такой запуганной реакции, то мы бы, возможно, могли проверять каждую партию, а не выборочно. Понимаешь, о чем я?
— Да, господин Вэнь, — вздохнул Мэн Яо. — Кажется, я и правда виноват. Но… что же мне теперь делать? У моей квартиры околачиваются агрессивные выбивалы, и один раз я уже по счастливой случайности унес от них ноги, но теперь…
— Тебе что, негде жить? Так попросись к господину Ланю! А там, видишь, и ваше «как» перетечет в нужное русло. Убьешь двух зайцев одним выстрелом.
Цзинь Гуанъяо прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Да, это действительно отличный вариант, но только со стороны Вэнь Жоханя, а с его, со стороны Мэн Яо, это был бы очень опрометчивый шаг. Тем более… тем более было и то, что рассказывать господину Вэню он не собирался.
— Мы не настолько близки с господином Ланем, — произнес он. — Я вас понял. Тогда я, пожалуй, пойду, — он бегло поклонился и поспешил к двери, когда услышал сзади голос.
— Цзинь Гуанъяо, а ты ничего больше не хочешь мне сказать?
Мэн Яо так и застыл на месте, а его сердце свалилось куда-то в район желудка. На секунду прикрыв глаза, он медленно обернулся к господину Вэню.
— Или, вернее, ничего ли ты не хочешь спросить? — с какой-то недоброй усмешкой протянул мужчина.
— Простите, я не понимаю…
— Что ж ты так? А у меня ведь есть для тебя новости о твоем отце, — ухмыльнулся Вэнь Жохань.
Глаза Мэн Яо на секунду вспыхнули, и он сделал несколько уверенных шагов к боссу.
— А-Яо слушает вас.
— Международные поставки — дело тонкое, поэтому без греха там не обойтись. Есть у нас информация, что водится за Цзинями пара грешков в некоторых сферах. Гуаншань не тот человек, который выкинет финансовые документы, даже если они будут стоить ему головы. Но в их офисе ничего точно нет. Поэтому в ближайшее время вышлем тебе образец пакета документов, которые ты должен будешь достать. Вероятнее всего, они хранятся дома. Так что планируй в ближайшее время напроситься в гости к своим родственничкам. Достанешь — и поможем с восстановлением твоих нарушенных прав, — Вэнь Жохань выделил последние слова.
— Да, господин Вэнь, я все сделаю, — уверенно произнес Цзинь Гуанъяо.
— Вот такой настрой мне нравится гораздо больше. Все, свободен, — сказал Вэнь Жохань, подхватывая жилистыми пальцами дорогую ручку и опуская глаза в ноутбук.
Цзинь Гуанъяо коротко поклонился и вышел.
Вэнь Жохань поднял на дверь задумчивый взгляд и приложил палец к подставке для ручки.
— Вэнь Сюй, позови ко мне Вэнь Чжулю и пришли развернутые отчеты по продажам за прошлый вторник. А еще подготовь для Цзинь Гуанъяо пакет компрометирующих документов по Цзиням. Пора подмять этих паршивцев. И легче всего это сделать руками их обиженного сыночка.
***
Как только закрылась дверь, оторвав парней от внешнего мира и впустив их во что-то мягкое и сокровенное, Вэй Усянь и Цзян Чэн наконец-то почувствовали, что они дома.
Стены и вещи пропахли ушедшим детством и любимой едой. Вэй Усянь медленно разулся. Весь мир словно замер, сосредоточившись в одной точке.
— А-Чэн! А-Сянь!
В коридор вбежала Цзян Яньли в милом фартучке и с заколотыми волосами. Цзян Чэн бросился ей в объятия, будто не видел несколько лет. Вэй Усянь повесил ветровку и сгреб руками их обоих. От ребят пахло дождем и улицей, а от девушки вкусной едой.
— Поздоровайтесь с родителями, а я вас позову, — сказала Яньли, не прекращая касаться своих братьев.
Она тоже скучала по ним и не могла нарадоваться, что видит ребят вне учебы и в обычной одежде, а не в медицинских халатах. В ее глазах плескалось так много чувств, что Вэй Усянь утихомирил свой пыл, хотя изначально хотел налететь на сестру с расспросами про Цзысюаня.
В гостиной их встретила мадам Юй, бережно протирающая пыльные статуэтки Будды в стеклянном шкафу.
— Уж думали, не дождемся вас.
Юй Цзыюань всегда и особенно сейчас выглядела очень молодо для своих лет, даже появляющиеся со временем морщинки коснулись ее лица лишь в уголках глаз. По одному взгляду на нее можно было уверенно сказать, что она непредсказуемая. Ее тело пахло здоровьем и силой, а сдвинутые к переносице брови показывали стойкий характер. И только в кругу семьи, рядом со своими детьми и мужем, Цзыюань таяла и цвела, как свежие лотосы.
— Как же мы пропустим вкусный ужин? — прыснул Вэй Усянь.
— Не переживай, мне все равно достанется порция больше, — закатил глаза Цзян Чэн.
— А дома, поди, питаетесь всякой отравой. Надо будет в дорогу сложить вам парочку контейнеров с домашней едой, — запричитала Юй Цзыюань.
Они с Вэй Усянем расположились на японских футонах — дзабутонах, которые прислали дальние родственники еще несколько лет назад.
— Труднее учиться стало? Все-таки скоро подготовка к сессии, второй курс.
На круглом стеклянном столике стоял темный сервиз, поэтому мадам Юй поскорее разлила по чашкам травяной чай.
Вэй Усянь взял себе одну из чашек и задумался. Стоило ли рассказывать матушке о произошедшем между сестрой и Павлином? Или о явных провалах Цзян Чэна в учебе?
Он перевел взгляд на брата и заметил, как тот напряг челюсть до желваков.
— В универе все нормально, — только и смог выдавить Цзян Чэн.
Понятно, что и мадам Юй заметила его испортившееся настроение. Она встретилась взглядом с Вэй Усянем и попыталась молча спросить, в чем дело, дернув бровями. Но парень лишь покачал головой и отпил из чашки.
Учеба была болезненной темой младшего Цзяна.
С самого поступления в медицинский университет ему не удавалось вытянуть оценки на максимальный балл, сколько бы он ни старался. Каждый предмет, связанный с медициной, давался Цзян Чэну очень тяжело. Но он никогда не рассказывал об этих проблемах семье, предпочитая держать все в себе и не разочаровывать родителей.
Но об этом поговорим позже…
Сейчас было куда важнее выкинуть из головы все лишние мысли и расслабиться. Ведь с каждым годом все труднее сохранить в спокойствии и умиротворении их семейный очаг.
— Все путем, матушка. Мы с А-Чэном прекрасно справляемся с университетскими трудностями, — Вэй Усянь приобнял брата за плечи, улыбаясь солнечно и широко. — Только вот очень не хватает отдыха, нас дико запрягают.
Юй Цзыюань прищурила глаза и, кажется, поверила.
— Что там насчет личной жизни? У вас не появились девушки?
О черт… Разве прошло действительно так много времени с их предыдущих семейных посиделок, чтобы спрашивать об отношениях? В прошлый раз ведь было четко сказано, что они ближайшие пять-семь лет не собираются никого заводить, потому что, во-первых, учеба этого не позволит из-за плотного графика, а во-вторых, особо желания встречаться с кем-то не было ни у Вэй Усяня, ни у Цзян Чэна.
— Мам… если что-то и будет, то ты узнаешь об этом первой, — напряженно сказал младший Цзян. И Вэй Усянь кивнул на его слова, пытаясь взять себя в руки.
Юй Цзыюань строгим, но понимающим взглядом окинула ребят и поднялась. Шелковые полы ее домашнего халата заструились вслед резким движениям. В дверях она столкнулась с Цзян Фэнмянем, который, видимо, на всех парусах мчался из библиотеки в гостиную, чтобы поприветствовать детей. Они с женой тихо рассмеялись, и Цзыюань направилась в кухню, а Фэнмянь тепло посмотрел на двух парней. Вэй Усянь и Цзян Чэн подскочили с футонов.
— Дядя Цзян!
Вэй Усянь толкнул брата и кинулся обнимать дядюшку. Цзян Чэн хотел было снова разозлиться, но приятное чувство долгожданной встречи с отцом все перебивало. Он потеснил Вэй Ина.
— Аха-ха, мальчишки. — Цзян Фэнмянь потрепал ребят по макушкам.
Как же давно он не видел их, не обнимал. И в каждый такой момент вспоминаются далекие времена, когда А-Чэн, А-Сянь и А-Ли еще были совсем маленькими. Как своими крошечными ручонками они обнимали родителей, как по-детски пахла их здоровая кожа.
А теперь остается только и делать, что вспоминать. Дети выросли во взрослых людей со своими проблемами.
— Папа…
Волна горьких чувств подползла к горлу. Как же не хватает родительских объятий в последнее время. Поэтому ощущать себя в надежном кольце рук отца сейчас сродни глотку воздуха.
Они стояли бы так еще долгое время, если бы с кухни не раздался голос Цзян Яньли:
— Время ужинать!
Девушка торопливо накрывала большой стол. Вся семья, кроме мадам Юй, наконец-то уселась, ожидая, когда принесут главное — суп из корня лотоса и свиных ребрышек.
Цзян Чэн похлопал брата по плечу, сказав, что сейчас придет, и направился в сторону ванной комнаты. Улыбаясь веселым голосам родных с кухни, он отворил деревянную резную дверь и замер на пороге. Юй Цзыюань, только заметив сына в отражении зеркала, замешкалась и сгребла мелкие склянки в пластмассовый контейнер.
— Кыш! — шикнула женщина, закрывая дверь прямо перед носом Цзян Чэна.