Мое море, только для тебя.

- «Он до сих пор любит меня, как я мог в нем сомневаться, так стыдно!». Думал я

Я развернулся и посмотрел на того, по кому так долго страдало сердце.

- Бон, что ты сказал? Решил все-таки уточнит я.

Он встал с кровати и направился ко мне, я начал нервничать, потому что не мог предугадать его дальнейшие действия. Бон подошёл в плотную и крепко обнял, отрывая мои ноги от пола.

- Малыш, ты все, что мне нужно, скоро снова будем вместе, очень для этого стараюсь. Со всей лаской говорил Бон мне в шею.

Мне так хотелось его обнять, но находился в шоковом состоянии, не сделал этого, мои руки безжизненно висели вдоль тела.

- Прости! Все же сказал я с сожалением.

- За что? Удивился хулиган и отстранился от меня, чтобы взглянуть в лицо.

- За то, что усомнился в твоих чувствах, что сдался, не попытавшись удержать тебя. Говорил смотря прямо в глаза Бона, я знал, что он не видит их из-за темного капюшона.

Хулиган сжал меня еще сильней и заглянул в мой мир, он проник лицом в тень и поцеловал. Поцеловал так нежно и еле ощутимо, что мне сразу начало сносить голову, кончики пальцев закололо, воздуха резко стало не хватать и тут руки сами потянулись к его шее. Коснувшись участка тела, я почувствовал тепло, любимого человека, слезы подкатывали к глазам, но они были не от горя, а от счастья. Пока мы целовались, я прижал ладони к шее и проник пальцами под ворот рубашки хулигана. От этого Бон задержал дыхание и притаился, прервал поцелуй и стал стягивать с меня капюшон, очень медленно, наблюдая за моей реакцией.

- Боки, пожалуйста, доверься мне, не скрывайся, прими себя таким какой ты есть, не думай сейчас ни о чем. Как только снял капюшон, чувственно поцеловал шрам, от этого его обожгло, но не только шрам, но и моё сердце.

Мы смотрели друг на друга, а вокруг вращалось время, мы не замечали ни чего, хотели слиться друг с другом и не пускать ни единой души в наш мир. Мы оба учащенно дышали, слышно было сердцебиение, оно отбивало ритм в ушах, в комнате стало так душно и тесно, нужен был срочно глоток воздуха, а иначе мы сгорим и сожжём до тла эту комнату.

- Малыш, у меня все горит, я умираю от твоих глаз, от твоих сладких губ, нежного тела, прошу сказать что-то, мне плохо. Еле слышно говорил Бон и смотрел на мои губы.

- Бон, я очень хочу, чтобы ты целовал меня, обнимал и ласкал, как раньше, мне это так сейчас необходимо. Молил я, закрывая глаза и запрокидывая голову назад, оголяя шею.

В глаза Бона зажегся огонёк, словно спичкой чиркнули во тьме, уголок губ приподнялся в ухмылке. Прозвучал тихий, но опасный рык, Бон выдохнул горячий воздух мне в шею и лизнул ее кончиком языка. Меня словно убили и возродили вновь. Он схватил за плечи, повел в противоположную сторону от двери, наш взгляд не отрывался друг от друга ни на секунду. Вдруг ногой я задел кровать, и мы остановились. Руки Бона начали блуждать по моему телу, он словно проверял все ли на месте, поверх одежды, но даже так я таял словно мороженное. Его губы нашли мои, и мы слились в долгом, страстном поцелуи, нас было уже не остановить. Когда в легких не осталось ни капли воздуха, я разорвал поцелуй.

- Пожалуйста, сделай меня самым счастливым, прямо сейчас, я так этого хочу. Говорил я и потянулся за пуговицы его рубашки.

Но не тут-то было, раздался стук в дверь и голос Юона вернул нас в реальность.

- Бон, нет, он сейчас войдет. Шептал я и отталкивал от себя хулигана.

- Не могу остановиться, слишком поздно, я хочу тебя съесть, если он войдет, то будет уничтожен в эту же секунду. Злился Бон, но продолжал ласкать моё тело.

Его руки искали путь проникновения под мой балахон, я снова забыл о Юоне и поддался его темпу, внутри живота тянуло и щекотало, мне так нравилось это чувство. И вдруг горячие руки проникли и дотронулись моей спины.

- Ах! Достаточно громко выдохнул я и мои колени начали сгибаться.

- Бон ты еще тут, можно мне войти. Спрашивал Юон настороженным голосом.

Не отрываясь от меня Бон громки и злобно ответил:

- Нет, не входи сюда, запрещено. Рычал Бон, словно лев, который защищает свой прайм.

- Бок с тобой? Все не унимался мальчишка.

Бон стянул с меня кофту и жадно начал посыпать светлое тело влажными поцелуями, оставляя дорожки из красных пятнышек. Потом отстранился, положил ладонь на мой живот и подтолкнул, от чего я очутился на кровати, одним прыжком Бон казался сверху. Он сидел на моих бедрах и хорошо чувствовал, как желание росло и уже не могло скрываться в просторных штанах. Он провел рукой и остановился, и ощутил, как пульсирует, легонько сжал. От таких прикосновений вырывались стоны, но я их проглатывал, боясь, что могут услышать.

- Бон, я же слышу, что ты в комнате, можно зайти? Бок еще у тебя или уже ушел? «Что за настырный мальчишка» Подумал я, а Бон промолчал.

Он отпустил меня и встал с кровати, быстро помчался к двери и защелкнул замок.

- Иди домой, завтра я тебе позвоню. Огрызнулся хулиган и быстро направился ко мне.

Мои ноги стояли на полу, а тело лежало на кровати, извиваясь от прикосновений, которые до сих пор ощущались, хотя Бон стоял и смотрел на меня возле кровати.

- Это так возбуждает. Сказал Бон облизываясь. Ему нравилось смотреть на меня в таком состоянии.

Он медленно подкрался и встал между моих ног, опираясь на выступающие мои косточки бедер, тем самым сильнее вдавливая в кровать. Моя грудь вздыбилась, а поясница прогнулась. Громкий выдох не заставил себя долго ждать. Бон наклонился к моему лицу и очень тихо попросил:

- Стони ...

Его слова были словно стартовой лентой для меня, и я тут же еле слышно застонал от удовольствия. Бон резко выпрямился, схватил меня за талию и поддернул все моё тело на кровать. Рукой он накрыл мой пульсирующий орган и начал сдавливать, стоны усиливались.

- Бон, я больше не могу, пожалуйста, хочу тебя ощущать внутри себя, мне это нужно, прямо сейчас. Умолял я и обвил ногами его талию. После этого он разом стащил с меня всю оставшуюся одежду и погружал в море любви.

Мы погружались до самого дна, пока не начинали захлебываться, потом всплывали и лавировали на волнах давая отдохнуть и перевести дух и потом с новыми силами ныряли в пучину исследуя все новое и делая открытия. Это первый человек, которому я показал свое море, пусть и не такое большое и красивое, но все же, только для одного человека. Оно было чистым и безмятежным или буйствовало и штормило, только от его взгляда и прикосновения.

Полностью вымотавшись мы уснули вместе в объятьях друг друга. На утро, когда солнце было в зените, я проснулся, но не от солнца, а от пристального взгляда.

- Доброе утро! Ласково проговорил Бон и поцеловал в нос.

- Выспался? Или еще полежим? Интересовался хулиган.

- Сколько времени? Спросил я

- Пол первого и уже после полудня. Усмехался он.

- Мама, как же завтрак? Она нас звала? Со страхом спрашивал я, кутаясь под одеяло.

- Она приходила, я ей открыл и сказал, что мы придем только к обеду. Говорил Бон, и запустил руки под одеяло.

- Как открыл, а я ... она меня видела? Забеспокоился я.

- Конечно, как можно было тебя не увидеть, ты лежал еле прикрытый растянувшийся на пол кровати. Давился от смеха Бон.

Я заглянул под одеяло и обнаружил, что совершенно голый, впрочем, как и Бон.

- Ужас, как я теперь покажусь ей на глаза? Она не должна была видеть нас. Паниковал я.

- Но мама улыбалась и сказала, чтобы мы отдыхали, было бы плохо, если за всю неделю ты так и не остался у меня в комнате, вот тогда бы она переживала. Сказал Бон, под одеялом он развернул меня к себе спиной и притянул вплотную, мы соединились обнаженными телами.

- Давай так еще полежим пять минут и пойдем собираться на обед, а то я голодный. Посылая поцелуи мне в затылок говорил хулиган.

Спустившись к столу, родители уже покушали и смотрели телевизор.

- Давайте за стол, все уже остывает. Ласково сказала мама и приобняла меня.

- Выспался? Шепнула мне на ухо.

Мне стало так стыдно, как представил себя голым на кровати ее сына.

- Да, спасибо, мама! И бегом поскакал к столу.

Догнав Бона, я толкнул его локтем и злобно фыркнул, он засмеялся вслух и приобняв меня, усадил на свои колени.

- Что ты творишь! Быстро спрыгнув с него сел рядом на стул.

- Бон, сынок, как твои курсы, все сдал? Спрашивала мама Бона.

- Да, я все сдал с отличием, а документы будут готовы на следующей недели. Радостно говорил он и хлебал куриный бульон из тарелки.

Я ничего не понимал, что за курсы и для чего документы?

- А мне расскажите, что вы затеяли. Спрашивал я и судорожно смотрел на маму и Бона.

- Этот тюфяк занимался на столько усердно, что смог поступить в твой университет. Ухмылялся отец.

- Он развел тут лужу слюней, соплей и слез, как только ты уехал и через пару дней, когда уже выглядел как приведение древнего замка, прибежал к нам и сказал, что попробует поступить в твой университет. Нам эта идея не понравилась, так как думали все это ложные надежды, потому что умом наш сын не был наделен. Но всего полгода и он все осилил и сдал вступительные тесты, его приняли. Хихикал папа, поглядывая на Бона через плечо.

В этот момент ложка вывалилась из рук и со звоном упала на пол.

«Не может быть! Теперь мы будем вместе всегда!» Моему счастью не было придела. Я вскочил и запрыгнул на Бона.

- Я люблю тебя мой хулиган.Одними губами сказал я.