«Слишком громко для тишины»

Перед началом прочтения подпишитесь на тгк

https://t.me/okraaap

Там я выставляют отрывки к следующей главе , более подробные описания главных героев, .

Приятного прочтения!🫶

Утро выдалось прохладным. Воздух на базе пах хвоей и влажной землёй — таким чистым, что хотелось просто стоять и дышать. Солнечные лучи просачивались сквозь кроны сосен, рисуя на полу золотые линии.
Ханна, как обычно, проснулась раньше всех и уже что-то печатала в телефоне, сидя на подоконнике.

— Доброе утро, — пробормотала я, потягиваясь.
— О, ты живая, — улыбнулась она. — Вчера я думала, ты так и не уснёшь.

Я села на кровати, прикрывая глаза ладонями.
— Почти не спала, если честно.
— Слишком много впечатлений?
— Наверное... да. — Я не стала говорить, что всю ночь перед глазами стояло одно и то же лицо — холодное, непрошибаемое, будто высеченное из камня.

Ханна продолжила болтать о планах на день, но я слушала её вполуха.
Мы должны были встретиться у центральной площадки в девять — там начинался день активностей: лекции, мастер-классы, командные игры.

Я умылась, собрала волосы в низкий хвост и надела лёгкий серый свитшот, джинсы и белые кроссовки. Макияж был совсем лёгкий — немного тонального, румянец и прозрачный блеск.
Снаружи шумели голоса студентов, и я ощущала, как всё живёт, движется, смеётся.

— Кам, ты с нами на завтрак? — крикнула Ханна, застёгивая куртку.
— Да, конечно.

Столовая была наполнена ароматом кофе и булочек. Я взяла себе овсянку и латте, села за стол у окна.
Рядом присели две девочки с факультета экономики — Лили и Кейт.
— Привет, — сказала Лили. — Ты с права, да?
— Ага. Камила.
— Мы видели тебя вчера у костра. Ты такая спокойная, прям загадка, — улыбнулась Кейт.
— Просто устала, — я пожала плечами.
— Ну, не молчи сегодня! У нас сегодня будет квест по озеру и фотоконкурс, — радостно сказала Лили. — Думаю, тебе понравится.

Я кивнула, но внутри чувствовала лёгкое напряжение. Фотоконкурс. Камера. Объектив.
Когда-то я мечтала быть по ту сторону — не за, а перед камерой.

После завтрака мы собрались у площадки. Нас снова разделили на группы. Ханна попала в одну с ребятами с её факультета, а я оказалась с новой компанией — двое парней и девушка по имени Джесс.
Она сразу потянула меня за руку:
— Слушай, ты умеешь нормально ориентироваться по карте?
— Примерно, — засмеялась я.
— Отлично, будешь нашим мозгом.

Мы шли по тропинке вдоль озера, собирая «задания» и делая фото на телефон. Было солнечно, но прохладно. Листья падали на воду, отражаясь золотом.

— Кам, а ты откуда родом? — спросил один из парней, Нэйт.
— Из Нью-Йорка.
— Вау. Большой город, — протянул он. — Я бы там точно пропал.
— Иногда кажется, что я там и пропала, — вырвалось у меня.

Он посмотрел на меня с любопытством, но я перевела тему.
Всё шло легко — смех, разговоры, фотографии. В какой-то момент я действительно расслабилась.

Мы закончили квест ближе к обеду.
На обратном пути я задержалась у озера.
Вода у кромки берега была тёмной, почти зеркальной. Я стояла на камне, глядя, как тонкая рябь искажает отражение неба. Всё вокруг было до боли спокойно — тишина, редкий шелест ветра, щебет птиц где-то вдалеке.
Я думала, что если простоять здесь достаточно долго, то, может, внутри тоже станет тише.

— Осторожно, здесь скользко, — произнёс кто-то позади.

Я вздрогнула и резко обернулась.
Он стоял всего в нескольких шагах — высокий, с чуть растрёпанными волосами, руки в карманах.
Лиам.

— Я... просто смотрю, — пробормотала я, чувствуя, как в груди будто стало тесно.
— Можно смотреть и не рисковать шеей, — он говорил спокойно, но в голосе сквозил металл.
— Я справлюсь, — выдохнула я, пытаясь сохранить хоть тень уверенности.
— Не сомневаюсь.

Он чуть склонил голову, будто изучая меня, потом перевёл взгляд на мой фотоаппарат.
— Фотографируешь?
— Конкурс.
— Тогда совет — снимай не воду. Люди опаснее.

Он сказал это так буднично, будто фраза не имела смысла. Но для меня она прозвучала как предупреждение.
И прежде чем я успела что-то ответить, он развернулся и пошёл по тропе, растворяясь между сосен.

Я долго стояла неподвижно.
«Люди опаснее воды...»
Почему-то именно это застряло в голове.
Я посмотрела на отражение в озере — расплывшееся, неясное, будто и я сама не до конца существую.

Солнце уже клонилось к закату, золотя вершины деревьев. Я подняла фотоаппарат и сделала снимок — воды, света и того самого камня, с которого всё началось.
А потом, наконец, вернулась на тропу.

Дорога к кампусу заняла минут двадцать, но показалась бесконечной.
Всё время я думала о нём — о голосе, взгляде, об этом спокойствии, за которым будто прятался шторм.
Кто он вообще? Почему его взгляд будто насквозь?

Я шла медленно, глядя под ноги. Земля местами была мокрой, и в кроссовках шуршали мелкие камешки.
Когда вышла на территорию базы, солнце уже почти село, окрашивая всё вокруг в тёпло-розовые оттенки.
На лужайке перед корпусами стояли группы студентов — кто-то играл в фрисби, кто-то фотографировался, кто-то просто сидел на траве.
Я на секунду остановилась, глядя на них.
Смех. Беззаботность. Простая, настоящая жизнь.

Мне захотелось быть частью этого, но ноги сами понесли в противоположную сторону — туда, где меньше людей и шума.
Наверное, это и есть мой способ существовать: рядом, но не внутри.

У комнаты меня встретила Ханна — уже переодетая и явно в предвкушении.
— Кам! Где ты пропала? Все тебя ищут! Сейчас у костров начинается вечер знакомств, пошли скорее!
— Я гуляла, — ответила я, стараясь говорить спокойно.
— Гуляла? Одна? — она округлила глаза. — Ты ненормальная, там медведи или старшекурсники, что ещё хуже!

Я усмехнулась:
— Думаю, я выжила.

Переодевшись в чёрные джинсы и светлую рубашку, я вышла вместе с ней. Пока шли по дорожке, где-то вдалеке уже звучала музыка. Воздух пах дымом и корицей — кто-то жарил зефир.

На поляне уже собралось человек сто. Костры горели ровными языками пламени, над ними искрились звёзды.
Все смеялись, пили какао, кто-то играл на гитаре. Атмосфера была теплая, почти домашняя.
Я села рядом с Ханной и двумя ребятами, которых видела утром.

— Кам, ты выглядишь как героиня инди-фильма, — пошутил один из них.
— В каком смысле?
— Такая тихая, но с загадкой. В следующей сцене ты, наверное, спасёшь мир или убьёшь монстра.

Я улыбнулась.
— Пока максимум, что я могу спасти — это чашку горячего шоколада.

Ребята засмеялись, разговор потёк легко. И всё же я чувствовала себя немного отдельно — будто всё это не про меня.
Мои глаза то и дело скользили по лицам, ища — сама не знаю кого.
Но Лиама нигде не было.

И всё же ощущение его присутствия не уходило.
Внутри оставалось это странное, колючее напряжение, которое ни музыка, ни смех не могли растворить.

Я посмотрела на огонь — пламя то разгорается, то гаснет, словно дышит.
И подумала, что, может, я тоже такая — горю, но тихо, чтобы никто не заметил.

Позже, когда люди начали расходиться, я пошла в сторону корпуса. Воздух стал прохладным, и на стекле окон блестела влага.
С каждым шагом я чувствовала усталость — не физическую, а ту, что сидит где-то под кожей.

В комнате Ханна уже лежала, уткнувшись в телефон.
— Ты быстро вернулась, — сказала она, не поднимая взгляда.
— Просто захотелось тишины.

Я села у окна, прислонившись к холодному стеклу.
С улицы доносился шёпот ветра и далёкий смех.
И опять — перед глазами всплыло его лицо. Ровное, закрытое, чуть уставшее.
Что-то в нём было пугающе знакомое.
Наверное, это чувство одиночества, которое я узнаю с первого взгляда.

После этого я достала свой старый дневник.
Обложка уже потёртая, уголок надорван — как и я сама.
Я взяла ручку и начала писать, будто каждое слово вынимало изнутри кусочек тяжести.

21 сентября, поздний вечер.

Все вокруг смеются.

Я улыбаюсь тоже, но внутри будто кто-то выключил свет.

Когда я была ребёнком, я мечтала стать моделью. Не ради славы. Ради красоты.
Я хотела создавать одежду, чтобы она не просто украшала, а говорила — что-то о душе, о свободе.

Но мама сказала, что это "пустая трата времени".
А отец сказал, что "умные девушки не позируют, а защищают клиентов".

Они выбрали за меня всё: школу, университет, жизнь.

И я позволила.

Иногда думаю — может, так легче? Просто плыть по течению.
Но сегодня я стояла у воды и впервые подумала, что хочу выбрать берег.

Сегодня я встретила человека, который напомнил мне, что я ещё живая.

И если это опасно — пусть.

Лучше сгореть, чем снова стать тенью.

После дневниковой записи я долго просто сидела, держа тетрадь на коленях.
Чернила уже подсохли, но слова будто ещё звенели внутри, как если бы я их произносила вслух.

За окном ветер усилился. Ветви деревьев били по стеклу, и в какой-то момент мне показалось, что этот шум напоминает шаги.
Я вздрогнула — сердце резко ухнуло вниз.

Телефон завибрировал.
Экран осветился знакомым именем.

Мама.

Я выдохнула и несколько секунд просто смотрела на экран.
Если не ответить — будет хуже.
Если ответить — всё равно будет плохо.

Я нажала на приём.

— Алло, — тихо.
— Почему ты не взяла трубку с первого раза? — голос холодный, колючий, будто лезвие.
— Я писала...
— Что ты писала? Опять свои глупости в дневник? Камила, тебе девятнадцать лет, пора перестать тратить время на ерунду.
— Это не ерунда, — ответ сорвался сам, и я тут же пожалела.

На том конце повисла тишина. Потом — тихий смешок.
— О, у нас появились принципы? Неужели Гарвард уже так тебя испортил?

Я сжала пальцы, чувствуя, как внутри всё кипит.
— Мама, я просто... устала. Учёба, поездка, адаптация...
— Устала? — её голос стал резче. — Камила, усталость — для тех, кто работает. Ты просто сидишь за партой. Тебе повезло родиться в семье, где всё решено за тебя. Так что будь благодарна.

Я закрыла глаза.
Те же слова. Всегда одни и те же.

— Я благодарна, — произнесла я, хотя каждая клетка тела противилась.
— Вот и молодец. Завтра свяжешься с отцом — он хочет обсудить твоё расписание. И, Камила...
— Да?
— Надеюсь, ты не выглядишь, как очередная девочка с TikTok. Гарвард — это не подиум.
— Нет, мама.
— Хорошо. Спокойной ночи, дорогая.

Связь оборвалась.
Я уставилась на потухший экран, чувствуя, как горло перехватывает.

"Очередная девочка с TikTok."
Может, я бы и хотела быть такой.
Смеяться, танцевать, жить без страха.

Я положила телефон на стол и снова посмотрела в окно.
Луна висела низко, чуть прячась за облака.
В отражении стекла я увидела себя — растрёпанные волосы, усталые глаза, лёгкая помада, смазанная от слёз.

Всё это так напоминало клетку — только теперь она стала прозрачной.

Я легла поздно, почти под утро.
Сон пришёл не сразу — рваный, тревожный, с фрагментами лиц, воды, света.
Мне снилось, будто я иду по тонкому льду. Под ногами трещины, но я всё равно шагаю дальше.
И в конце вижу его — стоит в темноте, не шевелится.
Лиам.
А потом — треск. Падение. Вода.
Тишина.

Я проснулась резко, с пересохшим горлом.
Сердце колотилось, будто я и правда только что тонула.

На улице уже светлело. Где-то вдалеке щебетали птицы.
Я посмотрела на часы — 6:43.

На утро все снова готовились к активностям.
Кто-то уже бегал вдоль берега, кто-то завтракал на веранде. Я собрала волосы в небрежный хвост, натянула спортивный костюм и вышла на улицу.

У озера стояли несколько человек — старшекурсники, судя по уверенным движениям. Среди них — он.
Лиам.

Он стоял чуть в стороне, в чёрной толстовке и с бутылкой воды в руке. Солнце только поднималось, освещая его профиль — резкий, сосредоточенный.
И я поймала себя на том, что не могу отвести взгляд.

Он вдруг повернулся — и наши глаза встретились.
На секунду — не больше.
Но этого хватило, чтобы внутри что-то дрогнуло.

Он не улыбнулся. Просто кивнул.
И я тоже.

Спортивная программа началась с разминки, потом — соревнования по бегу и волейболу.
Сначала я старалась держаться в стороне, но потом Ханна потянула за руку:
— Кам, пойдём! Хватит прятаться, покажи хоть раз, что ты живая!

Я не хотела, но в итоге поддалась.
И впервые за долгое время — смеялась.
Не из вежливости, а по-настоящему.

Бег, холодный воздух, вкус адреналина — всё это будто отрезало меня от мыслей.
Я чувствовала себя не кем-то, а просто собой.

И всё же, где-то вдалеке, стоял он.
Скрестив руки на груди, наблюдал, как будто видел больше, чем я хотела показать.