Chapter 36
Pretty When You Cry - Lana Del Rey
Author's point of view
Согласно данным, опубликованным Всемирной Организацией Здравоохранения, до 20 процентов детей и подростков во всём мире страдают в той или иной форме от психического заболевания. Это на удивление очень большое количество населения, которое, как правило, стереотипно, считается здоровым.
Возьмём даже неконтролируемый гнев. Люди, не способные контролировать агрессию, зачастую неправильно понимают намерения окружающих. Им кажется, что по отношению к ним проявляют агрессию, даже когда это не так. При этом они не замечают слов и жестов, которые показывают, что никто на них не нападает. Никого не напоминает?
Таким был Гарри.
Он много лет считал, что все вокруг него - враги. Считал, что окружающие его люди не могут быть добрыми и отзывчивыми. Он думал, будто никому не нужен, кроме своей семьи и Ника. И был так слеп!
Ещё три месяца назад он был совершенно один, без поддержки и друзей, так необходимых ему. Однако позже у него все же появилась надежда на лучшее. Его выбрала совершенно странная, взбалмошная девчонка, которая знала всех и вся. И такой поступок перевернул жизнь Гарри на сто восемьдесят градусов, заставив дышать снова. Просто теперь он понимал, что у него появился кто-то, кто будет на его стороне.
Но тем вечером на его стороне не оказалось никого. Он оттолкнул всех и ушёл, не сказав ни слова своим друзьям. Может быть, ему нужно было время, чтобы все обдумать, а может он просто решил напиться - сейчас не об этом. Парень оставил за собой огромный хвост из недопонимания и косых взглядов. Тишина за столиком казалась невыносимой. Элли нервно застучала ногтями по деревянной поверхности и подняла взгляд на своих друзей:
- Ну, что?! Такое чувство, будто вы шуток никогда не слышали, - она горько усмехнулась, искренне негодуя, почему ее друг так поступил с ней. Скорее всего, хотел показать, насколько это больно, и отомстить заодно. Но разве он такой?
- Знаешь, я вот не думаю, что это шутка, - Зейн кинул в неё колючий взгляд, настойчиво не сводя с девушки глаза.
- Зейн, пожалуйста, - проныла она, устало вздохнув. - Можно мы поговорим позже?
- Нет, мы поговорим об этом сейчас! - причин злиться у пакистанца, на самом деле, не было никаких. Просто в груди загорелась сильная вспышка вины за то, что не замечал эти знаки, и ее нужно было срочно чем-то прикрыть. А кому вообще нравится чувствовать вину? Такая реакция была чем-то вроде защитной, и он уже привык к ней.
- Посмотрим, - девушка спокойно встала из за столика и, захватив сумочку, скрылась за дверьми бара. Она шла быстро и не оглядываясь, будто действительно куда-то спешила. На самом же деле, ей нужно было сбежать от этих проблем, от этой боли в собственной душе. Кто любил быть отвергнутым? Точно не она. И ее быстрая походка всегда появлялась тогда, когда ее что-то тревожило. Так было и сейчас.
- Стой, Эл! - крикнули позади. Она поморщилась, ускоряясь. - Эл, черт возьми! - уже ближе. Она собиралась начать бежать, как ее схватили за рукав и притянули к себе. - Я говорю, перестань убегать.
- Отпусти, - она пытается выдернуть свою руку из его, отчего не рассчитывает силы, перенося вес на левую ногу, и ее каблучок жалобно стонет, подрагивая, прежде чем сломаться. - Вот черт!
Малик заливается громким смехом, схватившись за живот. Ему было действительно смешно, потому что девушка выглядело очень мило и беззащитно. Необычно. Элли недовольно топает ногой, затем снимает туфли и идёт дальше, игнорируя Зейна. Он вовремя спохватывается и бежит за ней снова, подхватывая на руки. Она громко визжит на всю улицу, хлопая парня по плечам ладошками.
- Ты такой придурок, Малик! Отпусти меня! - наполовину смеётся, наполовину протестует она. Парень улыбается и несет ее по направлению к парковке, где стоит его машина.
- Знаешь, твой каблук решил все за тебя, - посмеивается он, заваливаясь в машину. Он поправляет свою кожаную куртку и зеркало дальнего вида, прежде чем завести машину и пристегнуться.
- Он просто предатель, и вы были в сговоре! - обиженно отвечает она, упрямо пялясь в окно.
- Ну, все. Перестань. Нам нужно серьезно поговорить, помнишь?
Ответ на свой вопрос парень так и не получил. Вздохнув, он нажал на педаль газа и резко сорвался с места, оставляя за собой лишь выхлопные газы. Он любил водить, как умалишённый. Ему нравилась скорость, нравился адреналин в крови. Но сегодня был не тот случай. Он гнал потому, что хотел прекратить развитие своих мыслей в голове. Не хотел думать о всём этом ужасе, что его охватывал каждую секунду, едва он представит себя на месте тех сопливых парней, которые бегают всюду с цветами и шампанским. Он чувствовал безысходность. И все, что ему оставалось - гнать так, словно от этого зависит его жизнь. Но укрывшись от своих мыслей, мы не можем укрыться и от реальности тоже. Её нельзя засунуть в далекий ящик и забыть. Она все равно придёт, рано или поздно. И только Зейну было решать когда именно.
- То, что он сказал - это правда? - Зейн сложил руки на столе, ясно смотря на девушку перед собой, которая нервничала так, что не могла спокойно сидеть. Парень не успел даже заметить, как пил ароматный чай с мятой и сидел на кухне своей квартиры.
- Даже если и так, то что? - голос Элли, на удивление, был ровным и уверенным. Она медленно подняла свой упрямый взгляд на него и стала ждать ответа. Внешне она ещё держала себя в руках, но в голове задавала себе постоянные вопросы, ответы на которые не решалась озвучивать.
- Ну, это многое меняет, - хмыкнул Зейн, тоже пытаясь держать себя в руках. Если не для себя, то для неё.
И они замолчали. Казалось, оба слушали, как капает вода из крана, шумят соседи за стеной и ездят машины за окном. Вот пронеслась скорая с мигалками, и Элли привычно произнесла в голове: «Спаси кого-нибудь», искренне желая, чтобы этот человек в машине выжил. Затем затопали соседи сверху, а Зейн проворчал про себя: «Ну, что за слоняры!». Наконец Эл все это надоело, и она громко выдохнула, подавляя желание сбежать:
- В общем, я не знаю, что ты думаешь об этом, но это правда. Ты нравишься мне. И давно. Просто я не собиралась говорить тебе, ведь очевидно, что тебе плевать. А теперь мне пора идти. Гарри, наверное, плохо себя сейчас чувствует, - она встала на ноги и стряхнула с себя невидимые пылинки, пытаясь тем самым отвлечься от прожигающего взгляда Зейна, который хотел было сказать что-то, даже открыл рот для этого, но так ничего и не произнёс, молча наблюдая за её действиями. Он выбрал «поздно».
- Пока, Зейн, - только и сказала девушка, разворачиваясь на каблуках. Почему-то она чувствовала себя настоящей дурой. Ей хотелось убить Малика и закопать его труп в чьей-нибудь клумбе. Но её останавливало то жгучее чувство внутри, пожиравшее все на своём пути. Ей было больно. Чувствовалось так, будто душу выжгли, ничего не оставив взамен, выкрали сердце, и заставили кровь остыть. На секунду она даже остановилась в подъезде, прислонившись головой к стене на лестничной клетке. Мыслей больше не было. Их забрали вместе с сердцем и душой. А может быть, они просто были связаны, понимаете? Сейчас ничего нельзя было сказать точно. Она лишь знала, что нужно идти. Идти туда, где ей станет хоть немного лучше, туда, где в ней нуждаются. Она сжала веки, сдерживая в себе отчаянный вопль обиды из-за вселенской несправедливости, и отошла от стены, сильнее сжимая ручку сумки.
А несколькими этажами выше сидел одинокий Зейн, схватившийся за волосы. Он оттягивал их пальцами назад с каждой глупой мыслью, появляющейся у него в голове. Они все были чересчур глупыми. Наконец, ему осточертели предложения, типа «Сбежать», «Убраться из страны», «Прикинуться дурачком» и «Сменить внешность», и он резко поднялся на ноги, игнорируя головокружение, появившееся от слишком неожиданных действий. Следом на пол полетела вся кухонная утварь: поварешки, кастрюли, ложки, вилки, кружки. Под руку попался даже бедный тостер, включённый в розетку и бездвижно повисший на шнуре.
Его злили его собственные чувства. Он не хотел быть трусом. Он ненавидел им быть и осуждал таких людей. Но с другой стороны была она. Ответственность. У него даже никогда не было хомяка, потому что он не мог быть уверен, что накормит его и напоит, когда нужно. У него не было необходимости заботиться о ком-то, ведь он жил сам по себе всю свою жизнь. Не было надобности смотреть за сёстрами, как Луи, потому что у него была старшая, приглядывавшая за всем. Ему не нужно было заботиться ни о ком, кроме себя. Он никогда не отдавал часть себя кому-то ещё. Да, это смешно до боли в животе, но это было так. Во всех его отношениях именно это было проблемой - девушки хотели от него заботы, отдачи, а он не был готов их гарантировать. Зейн просто не привык к такому. Раньше в этом не было необходимости и, честно говоря, те девушки тоже были так себе, но Элли заставила его серьезно задуматься на его «маленькой» проблемкой.
Кстати, вернёмся к ней. В квартире было пугающе пустынно. Ничего не подавало признаки того, что Гарри был здесь. Было такое чувство, будто он совсем сюда не заходил после их ссоры в пабе. Или действительно не заходил? Она стянула с себя туфли и пальто, проходя в гостиную, и села на диван, задумавшись. Куда так мог запропаститься Гарри? Он явно не с Луи, потому что тот звонил Элли пару минут назад, спрашивая, можно ли заехать. Она сомневалась, что парни могли действительно помириться, ведь голос Луи звучал понуро и тускло. Наверное, он хотел ещё раз поговорить с кудрявым. Только что-то вышло неправильно. Что-то вышло плохо. И куда только он запропастился?
Ну, и как вам такой стиль написания? 😄 Надеюсь, вы не будете кидаться помидорами. В любом случае, я жду ваших комментариев насчёт моего «супер офигенного» сюжета😂
xAll the love