Глава 6. Тунисский кинжал
Я встретил инспектора у двери кухни.
– Ну, как она, доктор? – спросил он.
– Уже пришла в себя. С ней ее мать.
– Отлично. А я допросил слуг. Все утверждают, что к черному входу никто не подходил. Не могли бы вы поточнее описать вашего незнакомца?
– Боюсь, что нет, – поджал я губы с сожалением. – Ведь уже стемнело, а у него был поднят воротник, шляпа нахлобучена на глаза.
– Хм, похоже, хотел скрыть лицо. Вы уверены, что не видели его прежде?
Я ответил, что нет, но не очень уверенно. Я припомнил вдруг, что голос показался мне знакомым, и нерешительно сообщил об этом инспектору.
– Вы говорите, голос у него был грубый, простонародный?
Я подтвердил. Но тут мне стало казаться, что грубость была как бы преувеличенной. Может быть, он прятал не только лицо?
– Вы не откажетесь пойти со мной в кабинет, доктор? Мне надо задать вам один-два вопроса.
Я изъявил согласие.
– Теперь нас не побеспокоят, да и не подслушают тоже, – сказал он мрачно. – Объясните мне, что это за шантаж.
– Шантаж? – воскликнул я в крайней растерянности.
– Паркеру пригрезилось? Или в этом что-то есть?
– Если Паркер говорил о шантаже, – медленно промолвил я, – значит, он подслушивал у замочной скважины.
– Более чем вероятно, – кивнул Намджун– Я наводил справки о том, чем занимался Паркер в этот вечер. Дело в том, что его поведение мне не понравилось. Он что-то знает. Когда я начал расспрашивать, он перепугался и наплел мне о каком-то шантаже.
Я мгновенно принял решение.
– Я рад, что вы об этом заговорили, – сказал я. – Сначала я не знал, как мне лучше поступить, а потом решил открыть вам все и только искал удобного случая. – И тут я сообщил ему все, что произошло в этот вечер, – все, что описано здесь.
Инспектор изредка прерывал меня вопросами.
– Ничего подобного мне слышать еще не приходилось, – выдал он, когда я закончил. – И вы говорите, что письмо исчезло? Скверно, скверно. – Шумно выдыхая, он покачал головой.– Вот то, чего нам недоставало, – мотив. Вы говорите, что мистер Чон намекнул, будто он подозревает кого-то из своих домашних? Довольно расплывчато!
– А может быть, это сам Паркер? – предположил я.
– Возможно. Он явно подслушивал у двери, когда вы вышли. И потом мисс Лалиса встретила его, когда он намеревался войти в кабинет. Предположим, что он вошел, как только она ушла. Заколол Чона, запер дверь изнутри, вылез в окно и вошел в дом через боковую дверь, которую открыл заранее. Правдоподобно?
– За исключением одного, – медленно ответил я. – Если Хосок прочел письмо сразу после моего ухода, он не стал бы сидеть час, размышляя. Он тут же вызвал бы Паркера, обвинил бы его и поднял шум. Хосок был человек решительного склада, не забывайте.
– Но он мог и не прочесть письма. Ведь в половине десятого с ним кто-то был. Если этот посетитель явился сразу после вас, а потом вошла мисс Лалиса пожелать дяде доброй ночи, он, возможно, до десяти часов еще не взялся за письмо.
– А телефонный звонок?
– Звонил, конечно, Паркер. А затем, подумав про запертую дверь, открытое окно, решил все отрицать. Вот так!
– Пожалуй, – протянул я с сомнением.
– Ну, про телефонный звонок мы выясним. Если окажется, что звонили отсюда, значит, Паркер. – Невольно длинными пальцами он тёр губу. – Конечно, это он. Но молчите, иначе мы вспугнем его раньше времени. А для отвода глаз сделаем вид, будто нас интересует ваш незнакомец.
Он встал из-за письменного стола и подошел к неподвижной фигуре в кресле перед камином.
– Оружие должно помочь нам, – заметил он. – Похоже, это какая-то редкостная диковинка.
Ким нагнулся, внимательно рассматривая рукоятку, и удовлетворенно хмыкнул. Потом очень осторожно извлек лезвие из раны. По-прежнему зажимая кинжал так, чтобы не коснуться рукоятки, он поставил его в фарфоровую вазу, украшавшую каминную полку.
– Да, – заметил он, кивая. – Настоящее произведение искусства. Наверное, других таких существует немного.
Да, это было красивое оружие. Тонкое сужающееся лезвие и изящная витая рукоятка.
Инспектор осторожно прикоснулся к лезвию и одобрительно хмыкнул.
– Чертовски острая штука! – воскликнул он. – Этим кинжалом и ребенок может заколоть взрослого мужчину. Опасная игрушка, если не держать ее под замком.
– Можно мне теперь как следует осмотреть тело? – спросил я.
Он кивнул:
– Валяйте.
И я произвел тщательный осмотр трупа.
– Ну? – нетерпеливо спросил инспектор, когда я кончил.
– Пока обойдемся без медицинских терминов. Удар был нанесен правой рукой сзади. Смерть наступила мгновенно. Судя по выражению лица, удар был внезапен. Возможно, он умер, не зная, кто его убийца.
– Дворецкие умеют ходить, как кошки, – заметил Намджун. – Все довольно ясно. Посмотрите на рукоятку!– Я опустил глаза на предмет.– Полагаю, для вас они незаметны, но я их вижу совершенно отчетливо. – Он понизил голос: – Отпечатки пальцев рук, – и отступил на шаг, проверяя, какое впечатление произвели эти слова.
– Я так и думал, – сказал я кротко.
Не понимаю, почему меня следует считать непроходимым идиотом. В конце концов, я читаю газеты, детективные романы. Вот если бы на рукоятке были отпечатки пальцев ног – другое дело: я бы выразил безграничное изумление и восторг.
Инспектор, казалось, рассердился на меня за отсутствие ожидаемой реакции. Он взял фарфоровую вазу с кинжалом и предложил мне пройти в бильярдную.
– Может быть, мистер Ким что-нибудь знает о кинжале, – объяснил он.
Мы вышли, заперли за собой дверь и направились в бильярдную, где и нашли Тэхена. Инспектор протянул ему кинжал:
– Вы когда-нибудь видели этот кинжал, мистер Ким?
– Но... ведь это... да, да, этот кинжал был подарен мистеру Чону майором Чон. Марокканский, нет – тунисский. – подумав, ответил он.– Так его закололи этим кинжалом? Какая невероятная история! Просто не верится. –выпучив глаза он удивленно спрашивал.– Но второго такого кинжала нет... не может быть. Пригласить майора? – Не дожидаясь ответа, он убежал.
– Симпатичный юноша, – заметил инспектор. – Очень честное, открытое лицо.
Я согласился. За те два года, которые Тэхен работал секретарем у Хосока, я ни разу не видел его в дурном настроении. И к тому же он зарекомендовал себя как отличный секретарь.
Через минуту Ким вернулся вместе с майором.
– Я прав! – воскликнул он. – Это тот кинжал.
– Но майор еще не видел его, – возразил Намджун.
– Я узнал его, как только вошел в кабинет, – сухо объяснил Чонгук.
– Но промолчали? – с подозрением воззрился на него инспектор.
– Момент был неподходящий, – спокойно ответил майор. – Болтовня не вовремя приносит зачастую много бед.
– Вы абсолютно уверены, что это тот самый кинжал, сэр?
– Да. Ни малейшего сомнения. – Майор невозмутимо встретил взгляд инспектора.
Тот наконец что-то буркнул, отвел взгляд и протянул майору вазу с кинжалом.
– А где он обычно хранился? Вам известно, сэр?
– В витрине с редкостями в гостиной, – вмешался Тэхен.
– Что? – воскликнул я.
Все посмотрели на меня.
– Пустяки, – объяснил я смущенно. – Дело в том, что, когда я пришел сюда сегодня вечером, я услышал, как крышка витрины в гостиной захлопнулась.
– Как это понять – вы слышали? И что захлопнулась именно эта крышка? – недоверчиво и даже подозрительно спросил инспектор.
Пришлось объяснять. Долгое, скучное объяснение, которого я с громадным удовольствием избежал бы.
– Когда вы рассматривали витрину, кинжал был на месте? – спросил инспектор, выслушав меня до конца.
– Не знаю, – ответил я. – Я не заметил кинжала, но, может, он и лежал там.
– Позовем экономку, – строго произнес инспектор и позвонил. Через несколько минут Паркер привел мисс Чон Сомин.
– Я к витрине не подходила, – ответила она на вопрос инспектора. – Я проверяла, не увяли ли цветы в вазах. Да, вспомнила: крышка витрины была открыта, что не положено, и я закрыла ее, проходя мимо. – Она воинственно посмотрела на инспектора.
– Так-так, – сказал тот. – А не припомните ли вы, этот кинжал был тогда на месте?
– Не знаю. – Мисс Чон равнодушно посмотрела на кинжал. – Я не глядела, я торопилась уйти, так как господа могли войти в любую минуту.
– Благодарю вас, – кивнул Намджун.
В его голосе было некоторое колебание, как будто ему хотелось продолжить вопросы, но Сомин, сочтя его слова за разрешение уйти, вышла из комнаты.
– Внушительная дама, а? – заметил инспектор, глядя ей вслед. – Ну-ка дайте сообразить. Судя по вашим словам, доктор, эта витрина стоит перед окном.
– Да, у левого окна, – ответил за меня Тэхен.
– И это окно было открыто?
– Да. И второе тоже.
– Не думаю, чтобы была особая нужда дальше копаться в этом. Кто-то мог забрать кинжал в любой момент, и то, когда он его забрал, не имеет ни малейшего значения. Утром я возвращусь с начальником полиции, мистер Ким. А до тех пор оставлю ключ от этой двери у себя. Я хочу, чтобы полковник Ли увидел все как есть. Он, кажется, сейчас отсутствует и вернется только завтра утром.
Инспектор взял вазу с кинжалом.
– Это надо завернуть поосторожнее, – заметил он. – Важнейшая улика! Причем во многих отношениях.
Когда несколько минут спустя мы с Тэхеном вышли из бильярдной, он вдруг тихо рассмеялся и дернул меня за рукав. Инспектор Ким протягивал Паркеру свою записную книжку и спрашивал, как она ему нравится.
– Слишком уж явно, – шепнул Тэхен. – Так, значит, подозревается Паркер! А не снабдить ли нам инспектора набором и наших отпечатков пальцев?
Поблёскивая хитрыми глазками, он взял со стола две визитные карточки, вытер их платком и передал одну из них мне. Затем, ухмыльнувшись, протянул их инспектору.
– Сувениры, – сказал он. – Номер один – доктор Мин, номер два – ваш покорный слуга. От майора Чона пришлем поутру.
Юность жизнерадостна. Даже зверское убийство его друга и хозяина не могло надолго удручить Ким Тэхена. Может быть, так и следует. Не знаю. Сам я давно утратил подобную эластичность.
Когда я вернулся домой, час был весьма поздний, и я надеялся, что Айю легла. Какая наивность!
Она ожидала меня с горячим какао и, пока я пил, извлекала из меня все подробности, но о шантаже я ничего ей не сказал, ограничившись описанием фактов, связанных с убийством.
– Полиция подозревает Паркера, – сказал я, поднявшись. – Против него, кажется, набралось порядочно улик.
– Паркер! – фыркнула моя сестрица. – Чушь! Этот инспектор – круглый идиот. Паркер! Выдумают тоже! Так я и поверила! – И с этим несколько расплывчатым заявлением она удалилась на покой.