part 11
Факультет международных отношений выглядел утром особенно парадно: с фасада стекали редкие солнечные блики, как золотая глазурь на чём-то фундаментальном. Массивные деревянные двери, стеклянные витражи лестничных пролётов, старинные перила, отполированные до блеска руками студентов разных лет — всё это казалось на удивление уютным, несмотря на академический масштаб.
Дэви в этот день оделась чуть иначе, чем обычно. Вместо классической однотонной рубашки — светло-бежевая, чуть приталенная, с французским воротником, глубоким вырезом и едва заметной вышивкой на манжетах. Джинсы сидели идеально, а пальто цвета сливочного латте она накинула небрежно, как будто вовсе не думала над образом. Но думала. Конечно, думала. Она сама себе не признавалась, но подкаст Алехандро всё ещё сидел у неё в голове.
Алехандро Гарсиа Морено должен был вести сегодня семинар в аудитории 309 — стеклянной, с круглыми столами и большим экраном. Она пришла чуть раньше, заняла место у окна и достала тетрадь с кожаной обложкой. Остальные начали подтягиваться через несколько минут: кто с кофе, кто с мешками под глазами, кто с улыбкой. Но она смотрела на дверь.
Он вошёл, как всегда, без лишнего шума. Темно-серый костюм, безупречно выглаженная рубашка, тёмный ремень — всё как по учебнику «стильно, но не вызывающе». Только часы — дорогие, вероятно, швейцарские, с изящным циферблатом — слегка выдавали уровень, на который большинство студентов не могли даже претендовать.
— Buenos días, — начал он, включив проектор. — Сегодня мы поговорим о структурах желания в испанском языке.
Глаза его скользнули по аудитории и... задержались на ней. На долю секунды дольше, чем надо. Она заметила это. И он понял, что она заметила. Это был не взгляд «проверяю, кто пришёл», а скорее: «ты поняла, о чём я говорил?»
Она ответила лёгким кивком. Ничего больше. Ни улыбки, ни флирта, ни демонстративной заинтересованности — только признание того, что она услышала.
Урок шёл в привычном темпе, но интонации Алехандро были тише, мягче. Он будто говорил не в аудиторию, а каждому лично. Когда дошло до упражнений — глаголы с subjuntivo, третье лицо, гипотетические желания — он дал группе составить предложения в парах, а сам прошёлся между рядами.
— Señorita Khatri, — тихо произнёс он, наклоняясь ближе. — Ваше домашнее задание было особенно точным. Спасибо.
— Gracias, profesor, — так же спокойно ответила она. В её голосе не дрогнул ни один нерв.
Но внутри... сердце пошло чуть быстрее. Он смотрел на неё немного дольше, чем стоило. В его глазах не было ничего неприличного. Только... внимание. Очень сфокусированное внимание.
— Надеюсь, подкаст оказался полезным.
— Был интересен. Особенно последняя часть.
— Рад это слышать. — Он слегка улыбнулся. Губы почти не двигались, только уголки рта поднялись — как у человека, который знает: его поняли.
И всё. Он пошёл дальше, к другим партам. Она осталась сидеть с ощущением, что воздух в аудитории стал плотнее.
***
После пары она вышла последней. Пальто уже было на плечах. В коридоре стояла гулкая тишина: занятия ещё не начались в других аудиториях. Алехандро вышел чуть позже, закрыв за собой дверь. Она остановилась на лестнице, глядя вниз, будто собиралась спуститься — но замешкалась. Он подошёл сзади, не торопясь.
— Вам понравился пример с "el deseo no dicho"?
— Пожалуй, слишком, — с лёгкой улыбкой сказала Дэви, не оборачиваясь. Только бросив взгляд через плечо. — Честно говоря, я слушала его дважды.
— Тогда мне стоит быть осторожнее с выбором тем. Вы... воспринимаете их слишком чувствительно.
Это была почти игра. Почти.
Она повернулась к нему полностью.
— А вы выбираете их слишком точно.
Пауза. Не напряжённая. Наполненная.
— Tal vez sea coincidencia.
(Возможно, это просто совпадение.)
— O tal vez no.
(А может, и нет.)
Он впервые за всё время выглядел неуверенно. Но в хорошем смысле — так, будто шагнул за черту преподавательской нейтральности.
— До следующей лекции, señorita.
— До неё, профессор.
И они разошлись — он повернул направо, она налево. Но оба шли с тем чувством, что что-то, казавшееся гипотетическим, стало реальнее. Словно глаголы сослагательного наклонения начали менять лицо.
***
Питер дышал по-осеннему — влажно и мягко. Тонкий туман цеплялся за фонари, и даже днём свет казался рассеянным, словно проходил сквозь марлю. После пар Дэви решила пройтись пешком до дома. Зонтик она не взяла, но капли были лёгкими, почти декоративными. Она накинула капюшон, достала наушники и включила «August» — её любимую у Тэйлор в пасмурные дни.
Она шла по набережной, уткнувшись в мысли. По правде говоря, с тех пор как она поговорила с Алехандро в коридоре, что-то внутри стало сдвигаться. Он казался слишком сдержанным — но не холодным. Его манера говорить, глядеть, выбирать слова — всё это было как будто специально создано, чтобы оставаться профессионалом. И всё же... Всё же. В том «вы воспринимаете слишком чувствительно» слышалось нечто совсем другое.
Подумав, что хочет кофе, Дэви свернула к маленькой кофейне, спрятавшейся в арке старого дома. Там всегда было уютно: кирпичные стены, латте с розовым перцем и женщины за стойкой, которые запоминали заказ со второго раза. Она заказала латте и овсяное печенье, уселась у окна и достала книгу — нет, не по испанскому. На сегодня хватит. Это был «Маленький друг» Донны Тартт, и она как раз подошла к моменту, где всё становится тревожным.
Звякнула входная дверь. Она не сразу обратила внимание. Но потом — словно внутренний радар сработал. Она подняла глаза.
Алехандро.
В другой одежде — кашемировый свитер тёплого терракотового оттенка, тёмно-синие свободные джинсы, аккуратное пальто через плечо. Он увидел её почти сразу. На мгновение на его лице промелькнуло то самое выражение, с которым люди встречают неожиданно знакомых, но в неловкой обстановке. Не дома и не в офисе. Не в учебной аудитории.
— Señorita Khatri, — он чуть улыбнулся и поднял бровь. — Что за приятное совпадение.
Дэви тоже улыбнулась — искренне, но с ноткой смущения.
— Питер маленький, — он подошёл ближе. — И мир, как оказывается.
— Если хотите, присядьте, — вежливо предложила девушка. — Кофе здесь хороший, а столиков немного.
Преподаватель омедлил, но всё же поставил бумажный стакан на её столик и сел напротив. Они оказались ближе, чем обычно — не за партами, не за кафедрой. Просто — люди, пьющие кофе.
— Вы здесь живёте рядом? — поинтересовался Алехандро.
— Почти, — ответила Дэви. — В доме за поворотом. Район приятный.
— Студенты нечасто живут в этой части города. — Он кивнул. — Обычно они подальше от центра, попроще.
— Ну, можно сказать, мне повезло, — девушка хмыкнула. — Или папе — он когда-то вовремя вложился в недвижимость.
Алехандро усмехнулся — не насмешливо, а будто отметил для себя: да, уровень у семьи приличный. Но она не хвасталась — просто факт. Он тоже ничего не сказал. Не стал спрашивать, кто её отец и чем занимается. Он был человеком, умеющим чувствовать границы.
— Надеюсь, вы не считаете меня навязчивым, — он приподнял уголок губ.
— Только если вы спросите, закончила ли я задание на понедельник.
— Тогда я промолчу. — Усмехнулся мужчина. — Хотя могу дать ещё один подкаст, если интересно. Только... не столь профессиональный. Я иногда записываю небольшие монологи — про культуру, про личное восприятие языка.
— Про невысказанные желания? — Улыбнулась девушка.
— Например. — Он рассмеялся — тихо, коротко, но с теплом. — Хотя, думаю, следующая тема — тоска. La nostalgia. Очень по-испански.
— Подходит к погоде. И к состоянию.
Алехандро посмотрел на неё чуть внимательнее. В его взгляде не было флирта. Только... интерес. Он будто хотел понять — что за девочка с такой выдержкой и такими глазами. Почему она не перебивает, не глупит, не пытается понравиться. Просто — держится, как будто у неё за плечами уже многое.
— Вы часто бываете здесь? — спросил мужчина.
— Не слишком. — Помотала головой Дэви. — Обычно, когда хочу остаться наедине. Или случайно встретить преподавателя.
— Тогда я, пожалуй, не буду задерживаться,— он снова усмехнулся, — чтобы не мешать уединению. Но, — он достал из кармана визитку и положил её на стол, — если захотите обсудить испанскую литературу или... тоску — пишите. Там рабочая почта. Но я часто её проверяю.
Он встал, взял стакан и, прежде чем выйти, посмотрел на неё ещё раз:
— Nos vemos, señorita.
(Ещё увидимся, сеньорита.)
— Seguramente.
(Обязательно.)
И ушёл. Тихо, как вошёл. А Дэви смотрела на визитку. Бумага плотная, кремовая. Без лишнего — только имя, логотип университета, электронка и номер с испанским кодом.
Девушка прикоснулась к краю визитки пальцами. Потом аккуратно положила её в обложку книги и сделала глоток кофе. Внутри поселилось чувство, которое невозможно было сформулировать.