Под солнцем правды

Главное событие недели было крайне неожиданным, но до ужаса приятным. Морально к приезду Агнес я готова не была, но внезапное сообщение о том, что она отпросилась у родителей и на следующий день я должна буду встречать её в Чарльстоне, было встречено мной бурной радостью. Мне по-настоящему не хватало её, не хватало тех отголосков чикагской жизни, по которым я так соскучилась. У нас с ней был всего один полный день вместе, и это меня порядком расстраивало — я была уверена, что этого не хватит, чтобы по-настоящему насладиться. Джуд, Пол и Кэтрин отреагировали на приезд гостьи вполне дружелюбно. Джуд, правда, сильно волновалась о том, не будет ли Агнес скучно в этом местечке, но я заверила её, что это всё мелочи. Агнес ехала не в Чарльстон. Она ехала ко мне.

Когда на подъездной дорожке несколько раз сигналит автомобиль, я, переполненная энтузиазмом и радостью встречи, выбегаю из дома. Агнес неумело паркует свой Ауди рядом с домом и машет мне через лобовое стекло. Я с широкой улыбкой спешу к машине, даже не стараясь скрыть собственной радости. Что на меня так повлияло? Чарльстон?

— Привет, крошка! — на весь двор восклицает девушка, вылезая из автомобиля.

— Привет, — я качаю головой и терпеливо жду, когда Агнес подойдёт ближе и обнимет меня. Она делает это тут же — её пальцы с силой сжимаются на моей спине. Я кладу ладони на её оголённую кожу и с шумом втягиваю аромат её французских духов.

— Ну у вас и захолустье, я еле нашла дорогу, — Агнес отстраняется и испускает картинный стон. Часть золотистых кудряшек была собрана в маленький хвостик на макушке. На ней розовый велюровый спортивный костюм и белые Puma. Её образ для первого дня в деревне был более продуманным, чем мой.

— Пойдём, — я без спроса достаю её рюкзак из машины и, крепко обхватив её ладонь, тяну девушку к дому.

Я по-хозяйски распахиваю дверь и завожу девушку внутрь. В прихожей появляется вся семья — с приветливыми мягкими улыбками. Картина была слегка натужной и неестественной, но я видела, как они все стараются.

— Агнес, познакомься, это... — неловко начинаю я, оглядывая семейство. Произнести это вслух. Признать. Породниться. Я ищу поддержку в глазах Кэтрин, и она без слов всё понимает.

— Я Кэтрин, это Джуд, Пол и Майло. Ты Агнес, да? Очень приятно познакомиться с тобой, — тараторит она.

Я благодарно улыбаюсь ей в ответ.

— Да, мне тоже приятно с вами познакомиться, — девушка широко улыбается моим родственникам.

— Пойдём, — я веду Агнес в свою спальню и плотно закрываю за нами дверь. — Я рада, что ты приехала, — я поворачиваюсь к ней и киваю. Искренне.

— Я тоже, подруга! — она плюхается на мою кровать и раскидывает руки в стороны. Я гадаю, были ли удивительны для неё мои слова — раньше я никогда не была готова ей в этом признаться. — Миленькая комната, так и не скажешь, что она твоей мамы.

Я вздыхаю и опускаюсь рядом с ней на кровать. Девушка с улыбкой смотрит на меня.

— Что мы сегодня делаем? — Агнес валит меня на кровать. Я зарываюсь носом в её волосы и прикрываю глаза.

— Надо спросить у Майло.

— А он и правда красавчик, — девушка подмигивает мне.

— У него есть девушка, а у тебя есть Люк, — я многозначительно поднимаю брови.

За весь этот учебный год Люк был четвертым парнем, по которому Агнес так отчаянно вздыхала. Капитан футбольной команды был слишком стереотипным выбором, слишком опрометчивым, но он был первым, с кем у Агнес по-настоящему что-то получилось. Я была за неё спокойна — пускай Агнес и отличалась более высокими показателями интеллекта, Люк сдувал с неё пылинки. То, что она заслуживала.

Раздается настойчивый стук в дверь, и на пороге спальни появляется Кэтрин.

— Согласно правилам хорошего тона, гостей с дороги принято кормить, — она снисходительно смотрит на меня.

— Извини, пойдём, — мы одновременно поднимаемся с кровати и следуем на кухню.

Стол ломился от еды — панкейки, жареные яйца, пироги, свежие фрукты и овощи, хрустящий хлеб и хумус. Было немного более празднично, чем обычные завтраки, но масштаб всё равно поражал — казалось, такого завтрака с лихвой хватило бы на весь день.

— Ничего себе, у вас как на званом обеде у мисс Кларк, — Агнес качает головой и опускается за стол.

На замечание о маме никто не отреагировал. Жаль.

— Мы тебя ждали, — Джуд широко улыбается и поворачивается ко мне, многозначительно поднимая брови. — Эмбер ждала.

— Да неужели? — Агнес лукаво смотрит на меня, покачивая головой. Я так и знала, что она заметит.

Я с напряженной улыбкой киваю. На кухню залетает Майло — волосы мокрые после душа, прямо как и загорелое тело, на котором по неизвестной причине не было футболки. Я впервые видела его в таком виде. Тело у нег было хилое, стройное, без намека на такой необходимый рельеф. Я отвожу взгляд.

— Поедете вечером на костер? — он плюхается за стол и тянется к пирогу, но Джуд шутливо бьет его полотенцем.

— Молодой человек, ваш завтрак был в семь утра, — она ласково треплет внука по голове. — Кушайте, девочки. Эмбер, ты совсем ничего не ешь.

Я пожимаю плечами и беру из вазы персик. Кожица бархатистая, мягкая.

— Что за костёр?

— Вечеринка в лесу.

— Вечеринка? — Кэтрин сурово смотрит на сына, а потом переводит взгляд на меня. — Мне кажется, у нас ещё свежи воспоминания о вашей последней вечеринке.

— Мам, да я ходу туда с девятого класса. Не волнуйся, я прослежу за девчонками, чтобы сильно не напились как в прошлый раз.

Тётя качает головой и тяжело вздыхает.

— В благоразумии Эмбер я уже не сомневаюсь, а вот Вы, молодой человек, в прошлый раз после вечеринки проспали двое суток.

Агнес поднимает брови и с интересом смотрит на меня, но я отмахиваюсь. Об этой истории по телефону я стыдливо умолчала, и вообще надеялась больше её никогда не вспоминать. Я прекрасно понимала, расскажи я об этом Агнес, девушка будет припоминать мне это всю жизнь.

— Агнес, а чем ты занимаешься? — интересуется Пол, отпивая ароматный кофе из кружки. Он, как и Майло, отложил работу в поле и остался дома, чтобы встретить Агнес, чему я сильно удивилась.

— Я музыкант. Класс фортепиано, поступаю в Джуллиард.

— Как здорово. Вы с Эмбер долго дружите?

— С прошлого года. Она у вас крутая, просто офигенная.

Джуд и Кэтрин переглядываются, тепло улыбаясь друг другу. Мне не понравилось — то, как Агнес ярко выразила мою принадлежность к их семье. Я была не готова, не сейчас.

— А чем занимаются твои родители? — Кэтрин опускается рядом со мной, проводя рукой по моим волосам.

— А, они политики. Мама генеральный прокурор, а папа губернатор штата.

— Эм, ты нас отвезёшь? — Майло, предупреждая очередной вопрос от Кэтрин, поднимает на меня интересующийся взгляд.

Я отрицательно качаю головой. Уверенно, жестко. Мне очень не хотелось везти туда всю компанию, я искренне желала провести наедине с Агнес как можно больше времени.

— Всем места не хватит, езжайте сами. Ещё одна машина для подстраховки нам не помешает.

Майло недовольно поджимает губы и раздосадовано качает головой.

Мы завтракаем неспешно, Агнес с удовольствием рассказывает Кларкам всю свою биографию. Возможно, мне изначально стоило вести себя так же — открыто, дружелюбно и беззаботно, пускай это совсем не было в моём характере. Может быть они бы сразу мной прониклись. Так же, как Агнес и Рэйчел.

После завтрака Кэтрин обещает не тревожить нас до обеда, и мы с Агнес возвращаемся в спальню.

— А, твоя мама просила тебе кое-что передать, — Агнес хлопает себя по лбу и начинает активно рыться в своем рюкзаке, выкидывая оттуда все привезенные вещи. Их последующее местоположение её явно не интересовало.

Я поднимаю брови, склоняя голову на бок. Ни Агнес, ни мама не говорили мне о встрече.

— Ты виделась с моей мамой? — я скрещиваю руки на груди, опираясь на шкаф.

— Вчера случайно пересеклись в центре. Я рассказала ей, что еду к тебе, — девушка протягивает мне толстый бумажный конверт. Я настороженно открываю его. Наличка.

— Что это? — я хмурюсь, прижимая конверт к груди.

Мамин жест казался мне странным, опрометчивым — при всём желании она могла бы отправить деньги мне на карту. Агнес беспечно пожимает плечами.

— Тысяча баксов. Ровно. Она сказала, что у вас тут плохо с банкоматами.

— Да не особо, — я спешно убираю деньги в шкаф и качаю головой. — Она ничего не спрашивала?

— Спросила, надолго ли я еду, — Агнес вновь плюхается на кровать и прикрывает глаза рукой. — Ну у вас и жара тут. Так мы идем на вечеринку?

Я пожимаю плечами, опускаясь на край кровати. Я не уверена в том, что мне туда хочется. Скорее совсем не хочется, но я уверена в том, что Агнес уже настроилась на праздник — в отличие от меня её социальная жизнь в школе была более разнообразной, и вечеринки она посещала постоянно. Никакого употребления алкоголя — к счастью, в этом мы с ней были схожи, поэтому на костре мне будет гораздо комфортнее, чем с Рэйчел.

— Так-так, а что это за прошлый раз у тебя был? — девушка прикусывает губу и задорно улыбается.

Я тяжело вздыхаю и виновато смотрю на подругу.

— Я сходила на вечеринку. Выпила сидр, и мне стало плохо.

— Милая, это местечко тебя развращает. Никакого алкоголя на этот раз, я прослежу.

Я беспечно отмахиваюсь и ложусь рядом с девушкой, прикрывая глаза.

— Я думала, ты с мамой уехала, — вдруг начинает Агнес, поворачивая на меня голову. Её зеленые глаза светятся интересом.

Посвящать девушку во все подробности семейной истории в мои планы не входило. Я так хотела всего этого избежать, утаить, сделать вид, что всё происходящее абсолютно нормально. Я не хотела ей довериться. Я тяжело вздыхаю и сжимаю руки в кулаки.

— Она давно сюда не приезжает, — этой информации, очевидно, не хватает, потому что лицо Агнес становится ещё более озадаченным.

— А почему?

Я пожимаю плечами и перекатываюсь на живот, подпирая подбородок руками.

— Мне никто так и не рассказал. Она молчит, Кэтрин и Джуд тоже не говорят ничего внятного.

— А ты пыталась узнать без их участия?

Я поднимаю брови.

— Ну, я нашла её дневник. Смотрела фотоальбомы.

— Ну и ну, твоя мама не выглядит как человек, который когда-то вёл дневник, — Агнес усмехается. — А вообще я не про это. У них есть чердак или... кхм... подвал? Как будто в кино именно там хранят какие-то интересные штучки.

— У них есть подвал, но я не хочу спрашивать что там, — я развожу руками. — Как будто они не горят желанием делиться.

— Нет, подруга, всё не то. Джуд, Майло и Пол сейчас уйдут в поле, отвлечь Кэтрин для меня не составит труда. А ты сходишь туда и поищешь.

Я недоверчиво смотрю на девушку и не успеваю ничего сказать, как она уже вскакивает с кровати и тянет меня за обе руки.

— Пошли.

Мы идём на кухню, где Кэтрин старательно моет посуду. Казалось, я должна была помочь ей с уборкой, но было уже поздно.

— О, девочки, хотите ещё перекусить? — она с улыбкой поворачивается к нам, позволяя воде с хрупких кистей капать на пол.

— Не-а, — Агнес отмахивается. — Расскажите мне про свою работу! Эм, мне кажется, или ты забыла перезвонить маме? — девушка поворачивается ко мне и подмигивает.

Я часто киваю.

— Да, я сейчас приду.

Я выныриваю из кухни и спешу к лестнице. В подвал стараюсь спуститься бесшумно, и к моему удивлению, увесистая синяя дверь не была заперта. Я толкаю её и захожу в помещение. Опасливо закрываю за собой дверь и щёлкаю выключателем. Оглядываюсь. Около противоположной стены расположился потрепанный серый диванчик — наверняка он раньше стоял в гостиной. Вокруг него десятки картонных коробок разного размера, в углу пристроился старый холодильник, на котором, покрытый толстым слоем пыли, стоял квадратный телевизор. Я слабо понимала, зачем Агнес вообще меня сюда отправила — все фотографии я уже видела, да и мамин дневник не пестрел особыми подробностями или неизведанными фактами. Коробки были выборочно подписаны — детские вещи Майло, игрушки, посуда. Эдди. На этой коробке стояли ещё две — увесистые и тяжелые. Несмотря на труднодоступность, она интересует меня больше всего — неужели в ней всё посвящено маминому бойфренду? Может быть там фотографии, или его одежда, или какие-то мамины воспоминания? Зачем они хранили это столько лет? Что в нём было такого особенного?

Я встаю на подлокотник дивана и вытягиваю руки, чтобы снять самую верхнюю коробку. По ощущениям, внутри посуда. Я хватаю коробку и наступаю обратно на диван. Нога подгибается, и я теряю равновесие. Руки отпускают коробку, и она летит на пол в то время, как я падаю на диван. Звон стекла был оглушительным. Мне страшно смотреть на пол — сотни блестящих мелких осколков. Внутри всё обрывается — план остаться незамеченной провалился. Ещё минута, и Кэтрин будет здесь. Вот чёрт.

Я вскакиваю с дивана и оглядываю обстановку. Ни веника, ни швабры. Дверь с грохотом распахивается и на пороге появляется ошарашенная тётя, за спиной которой вырастает такая же изумленная Агнес.

— Эмбер... — выдавливает Кэтрин, качая головой. — Ты в порядке?

Я подхожу ближе к тёте и вымученно киваю. Я оказалась не способна даже просто поискать что-то в гараже. Мне интересно, если Кларки и правда что-то скрывали и хранили я подвале что-то важное, закроют ли они для меня сюда вход.

— Кэтрин, прости меня... Я не хотела, давай я куплю новый сервиз, — я виновато потупляю взгляд и скрещиваю руки за спиной. Я боялась её реакции, искренне боялась.

— Я давно сказала маме, что его пора выкинуть, — женщина сжимает мои плечи и мягко касается губами моих волос. Страх вмиг уходит. — Что ты тут делала? — её взгляд мрачный и серьёзный, она вновь и вновь смотрит на осколки бокалов на полу.

Оправдание в голове появляется тут же — глупое и неестественное, но как будто времени на раздумья у меня нет.

— Майло сказал, у вас тут хранится варенье. Я думала испечь вишнёвый пирог. Я зашла, а коробка упала.

Женщина хмурится, скрещивая руки перед собой. Я не думаю, что она мне поверила. Вряд ли.

— Нет, милая, ты что-то перепутала, варенье у нас хранится в гараже. Идите в спальню, я всё приберу. Идите, идите.

Агнес хватает меня за запястье и тащит вверх по лестнице, с силой сжимая мою руку. Я представляю, насколько она была разочарована.

— Ты что, с ума сошла, какое варенье? — девушка захлопывает дверь спальни и звонко смеётся, падая на кровать.

— Это первое, что пришло в голову, — я опускаюсь на пуфик и зарываюсь пальцами в волосы. Провал.

— Конспиратор из тебя конечно никакой, — девушка хлопает себя по лбу. — А я только её разговорила.

— Ты думаешь, она что-то заподозрила? — я обнимаю себя обеими руками и прикусываю губу. Тётя выглядела мрачной и не особо радостной, мне казалось, в её голову всё-таки закрались подозрения.

— Не знаю, подруга, врёшь ты не очень убедительно.

Я согласно киваю. Врать я не умею от слова совсем.

***

— У тебя так много классной одежды, — Агнес качает головой, настойчиво перерывая весь мой шкаф. Топы, рубашки и юбки летают по комнате, прячась в самых укромных её уголках.

— Мы с Кэтрин ездили по винтажным магазинам, — подсказываю я девушке, облокачиваясь на стену и скрещивая руки перед собой.

— Ммм, винтаж. Тебе тоже нужно что-то классное, ты такая красивая, ещё и загар просто улёт, — она мечтательно улыбается. — Это? — Агнес трясет в воздухе белый летящий короткий комбинезон на тонких бретелях, который я как раз купила здесь.

Я забираю у подруги комбинезон и пожимаю плечами. Она выбирает для себя одно из двух привезенных с собой цветочных платьев, и мы начинаем собираться. Агнес включает Бейонсе, начиная подпевать в расческу, и весело прыгает по комнате. Я наблюдаю за этой картиной с улыбкой. Не снисходительной — счастливой. Искренние разговоры, смех и безграничное спокойствие. Она была тем, кого мне так здесь не хватало.

Около восьми часов вечера мы под серьёзные наставления Кэтрин покидаем дом. Майло уехал на своей машине чуть раньше, перед отъездом всё так же упрашивая его отвезти, но я была непреклонна.

Вечеринка проходила в лесу, где-то на окраине города. Как сказал Майло, неподалеку от карьера, куда в скором времени мы должны были поехать купаться. Тот самый карьер, где погибла Натали Робинсон. После рассказа Кэйдена найти информацию об этой истории не составило труда. Новостных постов было не так много, а вот комментариев к ним более, чем достаточно. Комментариев с оскорблениями Кэйдена — это была настоящая травля, о которой он умолчал.

Агнес опускает окно и наполовину вылезает из машины навстречу свежему воздуху. Я отъезжаю от дома и с улыбкой смотрю на девушку.

— Может, ты останешься? — я с надеждой смотрю на неё. Подобная сентиментальность не была мне свойственна. Мне искренне казалось, что это место меня раскрепощало, что я научилась более-менее открыто выражать свои чувства и мысли. К сожалению, я прекрасно понимала, что эта магия на маму не распространялась.

— Милая, я не могу. Родители и так не хотели меня отпускать, — она качает головой и вздыхает. — Но я понимаю, насколько тебе здесь скучно.

Я вздыхаю тоже. Я этого и ожидала. Её семья мало чем отличалась от моей. Отправлять единственную дочь в незнакомый и не самый ближний пригород надолго Джун и Конраду очевидно не хотелось.

Едем мы на ощупь, Майло не дал нам четких координат. Сообщил лишь, что на окраине города нужно свернуть в сторону леса. Мы с Агнес идем прямиком в лес, на свет фонариков и оглушающий звук современной поп-музыки. Огромная поляна, посередине которой расположилось каменное кострище. Огонь разгорелся не на шутку, искры активно летели в воздух. На поляне было человек тридцать, если не больше. Все общались, разговаривали и смеялись. В воздухе витал запах дыма, перемешанный с запахом алкоголя. Музыка играла современная, но как будто бы малоизвестная, клубная.

Я оглядываюсь в поисках Майло, Рейчел и девочек. В сумраке лица удавалось разглядеть с трудом. Кузена поблизости не было, а вот компанию девочек я обнаружила уже через пару минут.

— Привет! — на весь лес верещит Рейчел, как только замечает меня. Несмотря на высокий каблук босоножек, девушка ловко перепрыгивает камни и выступившие корни деревьев, и бежит к нам. Она крепко обнимает меня за шею, но я резко отшатываюсь, смущенно поглядывая на Агнес.

— Привет. Это Агнес, моя подруга из Чикаго.

— Привет, — Агнес протягивает ей бледную ладонь.

— Чума, вы там в городе все так одеваетесь?! — она широко улыбается, резко притягивая девушку поближе.

Мы с Агнес переглядываемся.

— Девчонки, что вы будете пить? Давай как в прошлый раз?

Я качаю головой. Что-то подсказывало мне, что Рэйчел не будет настаивать при Агнес.

— Я пас. Что-то безалкогольное имеется?

— Нэйтан сказал, что привезет газировку, — Рэйчел отмахивается. — А ты, Агнес?

— Нет-нет, — Агнес поднимает руки и качает головой. — Я поддержу Эм.

Я слабо улыбаюсь ей в ответ. Вот оно. Понимание и принятие, которого я ждала.

— Пойдемте к девочкам, — Рейчел хватает нас за руки и тащит к дереву, под которым расположились Блэр, Бри и Кендалл. На всех трех короткие юбки — я не представляю, насколько холодно и неудобно им было сидеть на сухой шершавой коре поваленного дерева. — Девчонки, это Агнес, подружка Эмбер. Держу пари, такая же классная.

Агнес смущенно улыбается.

— Всем привет.

Все трое перекидываются неясными для меня взглядами. Оценивающими, недовольными. Но их лица строги и безразличны, я не могу даже догадаться, что они думают о нас. Да и стоило ли? Казалось, их отношение ко мне было более чем ясным.

— Привет. И надолго ты в Чарльстон? — хмыкает Блэр, скрещивая руки перед собой. В её руках красный пластиковый стакан. Девушка прикладывает его к губам, оставляя на поверхности бледно-розовый отпечаток губ. Я изучаю её лицо — загорелое, резкое, контрастное. Такой оттенок помады явно ей не шёл.

— До завтра, — Агнес беспечно пожимает плечами, обнимая меня за талию одной рукой. — Майло сказал, у вас тут классные вечеринки.

— Ещё какие, — Рэйчел часто кивает и широко улыбается. — А чем ты занимаешься?

— Я музыкант.

— А я танцор! И куда ты будешь поступать?

— В Джуллиард.

— Ашалеть, вы там все такие умные?

— Скорее всего такие богатые, — Бри прикусывает губу.

— Не без этого, — Агнес безразлично кивает, и судя по реакции девочек, её хладнокровие не было им по душе. — Эм, пойдём потанцуем.

— Она никогда не танцует, — Рэйчел самоуверенно качает головой, серьёзно глядя на меня.

Агнес лишь выдавливает язвительный смешок и ведёт меня поближе к костру, уводя от компании. Им не известно всё, вот о чём она думает.

— Они какие-то странные, — подруга украдкой поглядывает на девочек. — Без обид, я знаю, тут не с кем тусоваться.

Я растерянно пожимаю плечами. Стоило ли мне открыто соглашаться? Я точно не испытывала теплых чувств к этой компании, даже к самой Рэйчел. И дело было не в том, откуда они, а в их поведении.

— О, Эмбер, привет, — голос Нэйтана позади заставляет меня обернуться. На нем фиолетовая рубашка с закатанными рукавами и те самые круглые очки. Волосы на этот раз были зачесаны ещё выше — казалось, на прическу ушла целая банка лосьона. В его руках коробка с бутылками газировки, которую парень держит с трудом. — Хочешь колу?

— Давай две, — я с улыбкой киваю и самостоятельно вытаскиваю из коробки две стеклянных бутылки. — Нэйт, знакомься, это Агнес, моя подруга из Чикаго.

— Очень приятно, — он кивает Агнес и вновь переводит взгляд на меня. Она интересовала его совсем так же, как девочек. Никак. — Веселитесь?

— Мы только пришли.

— Там опять пьяные игры и конкурсы. Хочешь посмотреть?

Я со вздохом качаю головой. Я не должна была иметь никаких ожиданий по поводу этого события. Несмотря на описания Майло и его убеждения, что эта вечеринка отличалась и вкусом, и размахом, реальность была куда мрачнее. Всего лишь дурацкая пьяная вечеринка. Одна из многих.

— Чем это отличается от других подобных сборищ?

— Танцевальным батлом в конце, — Нэйтан сияет улыбкой. Ну, может и не из многих.

— Ну и ну! — взвизгивает Агнес. — Я обязана в этом поучаствовать, рассказывай всё.

— Вон та девушка, Маргарет, занимается музыкой, — Нэйтан указывает куда-то в сторону костра. — Она всё тебе расскажет.

— Эм, ты знаешь её? — Агнес поворачивается ко мне.

Я мотаю головой.

— Нэйтан, давай ты меня познакомишь! — Агнес берёт парня под руку и ведёт к костру. Какая чуткость и тонкое понимание того, что я не очень хотела с кем-либо общаться.

Я вздыхаю и оглядываюсь. Я не знала здесь никого. Майло почему-то поблизости не было, но взгляд цепляется за группку Вольных. Тут как тут. Вместе с Кэйденом. Он сразу ловит мой взгляд и улыбается. В его руках пластиковый стакан, и на этот раз я уже уверена, что там не алкоголь. Он отходит от компании и решительно направляется ко мне.

— Кларк, — он салютует мне и усмехается. Глаза его искрятся, отражая далекое пламя огня. На нём объёмная зелёная куртка, которую он тут же снимает и бросает на ближайшее поваленное дерево.

— Привет, — несмело киваю в ответ.

Он садится на дерево и хлопает по куртке. Его радушие меня удивляет, кажется забавным, непривычным. Я оттаскиваю куртку и несмело опускаюсь на неё.

— Я всё узнал, — Кэйден довольно кивает и потирает ладони. — У деда.

Я поднимаю брови и обнимаю себя обеими руками. Я не просила его об этом, и сейчас не была уверена в том, что я этого хотела. Это была не его история, не его правда.

— Про мою семью?

Кэйден кивает вновь.

— Зачем?

— Я подумал, что он расскажет мне больше. Честно, я мало что понял. Он лишь сказал, что твоя мама уехала намного раньше, не шестнадцать лет назад.

— Она училась в университете.

— Да, но он сказал, что она и после него не часто приезжала, он редко видел её здесь. Её отношения с родителями стали портиться гораздо раньше.

— А в чём причина?

— Он назвал имя. Эдди. Я не вникал, так и не понял кто это, но ситуация там была напряженная. Ты знаешь, кто это?

Я поднимаю брови. Я вновь слышу это имя. Эдди. Как выяснилось, мамина первая любовь играла не последнюю роль в её отъезде и решении оборвать все связи с родителями. Она всё же уехала с ним против воли семьи? Что произошло?

— Это вроде её парень из школы, — я неуверенно развожу руками. — Так это всё?

— Дед сказал, что Джуд и Пол сами не любят об этом говорить, а он не хочет лезть в чужую семью.

— Именно поэтому он не рассказал бы мне ничего?

— Он считает, что твоя семья должна сама рассказать тебе о том, что произошло, — Кэйден кивает. — Это какое-то очень темное дело, Кларк. И может быть, если они не хотят тебе рассказывать, у них есть на то причины?

Я разочарованно вздыхаю.

— Спасибо за информацию, Кэйден, но я приехала сюда за четкими ответами. И к сожалению, я так их и не получила.

— Почему это так важно для тебя, Кларк? — парень хмурится, скрещивая руки перед собой.

Я пожимаю плечами.

— Моя мама скрывала от меня мою семью шестнадцать лет. Она не только не приезжала сюда вместе со мной, но и ничего о них не рассказывала. Я очень хотела узнать, что произошло, почему она так противилась нашей встрече.

— И ты не узнала вообще ничего?

Я качаю головой.

— Ты сам сказал, что это темное дело.

Я поднимаюсь с дерева и оглядываюсь в поисках Агнес. Девушка всё ещё стоит рядом с Нэйтаном и увлеченно обсуждает с Маргарет предстоящий танцевальный батл.

— Возьми куртку, Кларк. Ночью холодно, — бросает Кэйден и отходит к своим друзьям. Куртка так и остаётся лежать на бревне.

Я игнорирую его просьбу и спешу к Агнес.

— Ну что вы выяснили?

— О, подруга, мы будем батлиться с Рэйчел, — Агнес потирает ладошки и закидывает руку мне на плечо. — Пойдем пройдемся.

Девушка сжимает моё плечо и уводит меня в сторону леса.

— Этот красавчик несколько раз спросил меня о том, куда тебя можно пригласить. Почему ты вообще молчала, что он из Гарварда?

Я пожимаю плечами и без особого интереса смотрю в сторону Нэйтана. Несмотря на то, что он был бесспорно хорошим, галантным и умным, он не вызывал во мне никакого трепета, никакого желания о нём рассказывать.

— Если вы поженитесь, ты знаешь, какие красивые дети у вас могут быть? Мулатики с рыжими волосами, обалдеть!

— Ты ведешь себя как Рэйчел, — я обнимаю себя обеими руками и поднимаю брови. Её желание свести меня с каждым первым встречным меня всегда немного раздражало и отнюдь не радовало.

— Ну что за оскорблимент, — Агнес вздыхает и качает головой. — Ты же поболеешь за меня?

— Разумеется, — я киваю. — Это будет очень серьёзно.

— Я покажу этой Чарльстонской самодовольной танцорше, что в Чикаго тоже умеют танцевать. Так, а вообще я не поняла, с каким головорезом ты там болтала?

— Это Кэйден, мой сосед. Я катаюсь на лошадях на его ферме.

— И что он там так увлеченно рассказывал, что ты смотрела на него с открытым ртом?

— О том, что знает его дедушка по поводу нашей семьи.

— Так что, этот красавчик помогает нам расследовать дело?

— Господи, Агнес, какое дело? Я просто спросила, что ему известно.

— Такие помощники нам нужны, — Агнес часто кивает, на что я лишь закатываю глаза.

Последующий час был наполнен не самым увлекательным общением. Если с Агнес мы ещё успели обсудить произошедшее за всё время моего отсутствия в Чикаго, то когда к нам наконец присоединился Майло и девочки, найти общие темы для беседы оказалось трудновато. Я познакомилась с парой новых человек и встретилась с теми, кого впервые увидела на вечеринке. Мне не было особо весело, но именно этой атмосферой я прониклась. Лес, шум и запах костра, и знакомый, почти родной человек рядом. Время словно замедлилось, и в моей голове как в подростковом кино проплывали эффектные кадры — природа, живое активное общение, молодость.

Танцевальный батл в конце казался не очень уместной вставкой. Я ожидала увидеть что-то в духе первой серии Ривердейла и испытать жуткую неловкость, пускай выступать должна была не я.

— Итак, а сейчас долгожданный дэнс-батл, — Майло становится около костра и раскидывает руки в стороны. — Итак, у нас непревзойденная Рэйчел-н-ролл, которая и откроет сегодняшний батл, и незнакомка из мегаполиса Чикаго Агнес!

Из колонок начинает раздаваться популярный американский рэп, фанаткой которого Агнес совсем не была, но девушку это ничуть не смущает. Я смотрю на неё с удивлением и искренним восхищением. Такой, как она, мне никогда не стать. Как и сказал Майло, начинает Рэйчел. Задорно и уверенно. Каждый шаг, каждый взмах рукой, каждое движение головой резкое, словно взрыв. Черные кудри взметаются вверх и волной перелетают из стороны в сторону. Рэйчел не гнушается и элементами обольщения — то и дело двузначно изгибается или присаживается. Агнес наблюдает за этим скрестив руки, с лёгкой тенью самоуверенности. Я без понятия, что решила показать она. Девушка всегда отличалась музыкальностью — в первый же год она успела вступить в школьный оркестр, сыграть в мюзикле и занять второе место в танцевальном конкурсе, но отдельной любовью к танцам она как будто никогда не отличалась. Вскоре я перестаю следить за Рэйчел и оглядываюсь. На подобное событие собрались посмотреть даже Вольные. Я спешно отворачиваюсь, поймав на себе взгляд Кэйдена, и Рэйчел наконец заканчивает. Агнес подходит к Маргарет и что-то шепчет ей на ухо. Песня включается другая — что-то из Бейонсе, и я ловлю себя на мысли, что это было не совсем в правилах батла. Лицо Рэйчел тоже загорается недоумением, но возразить она не успевает — Агнес начинает танцевать. После информации о наличии у меня семьи, способности Агнес были для меня огромным открытием. Её пластика и грация, её чувство музыки, магия её движений. Это было по-настоящему пленяюще и завораживающе, девушке без труда удалось собрать на себе взгляды всех присутствующих парней. Изгибы её рук, талии, бёдер. Прекрасно было всё. Победа казалось безоговорочной.

Через две минуты вся поляна взрывается аплодисментами. Я широко улыбаюсь, присоединяясь к волне всеобщего восторга.

— Ты видела, как я её сделала? — Агнес с хохотом бросается мне на шею.

— Я удивлена, где ты такому научилась?

— Вот будешь ты влюблена, у тебя появятся свои секретики, — она игриво подмигивает мне и обнимает за талию. — Да, у вас тут может и не так тухло, я знатно повеселилась, глядя на её расстроенное лицо.

— Ты очень жестока.

— Что? Я просто умею привлечь к себе внимание, — Агнес широко улыбается. — Поучись тому же, подруга. Тут слишком много красивых парней...