Ангел моего забвения

Какая забавная маленькая птичка... Сидит в золотой клетке чужих тайн и думает, что она в безопасности.
- Рио и Рен.

Резкий, пронзительный треск телефонного звонка безжалостно разрезал утреннюю тишину спальни, заставив меня судорожно вздрогнуть под тяжелым одеялом. На экране мобильного ровным, холодным шрифтом светилось имя отца. Разговор вышел коротким и сухим: звучный, не терпящий возражений приказ явиться вечером на официальный прием. Нас снова обязывали присутствовать в особняке, принадлежащем семье Юны. Эта новость, ворвавшаяся в мое утро, окончательно отравила весь оставшийся день. Настроение стремительно падало по мере того, как стрелки часов приближались к назначенному времени.
Ближе к вечеру, когда солнце начало медленно тонуть в густой серой дымке над городом, мы с Кастиэлем наконец подъехали к огромным кованым воротам. Особняк утопал в огнях иллюминации и выглядел по-настоящему роскошно, подавляя своими масштабами. На парковке выстроились ряды дорогих автомобилей, а по безупречно ухоженным аллеям вальяжно прохаживались влиятельные бизнесмены в строгих смокингах в сопровождении своих холеных семей. Втайне от самой себя, вопреки здравому смыслу, я до последнего мгновения судорожно искала глазами в этой толпе один знакомый силуэт. Я отчаянно надеялась, что среди приглашенных мелькнет Тэйюн, но он так и не появился. В груди заныло от глухого, давящего разочарования. Почему я вообще так глупо и сильно надеялась увидеть его вновь? Какая невидимая, болезненная нить с каждым днем все крепче тянула меня к нему?
Официальный ужин тянулся невыносимо, удушающе скучно. Время словно застыло в этом огромном зале. Бесконечные, пустые разговоры взрослых о бизнесе, акциях и инвестициях сливались для меня в один монотонный, раздражающий белый шум. Я сидела, уставившись в свою тарелку, но кожей чувствовала, как с другого конца стола на меня то и дело обрушиваются полные отчаяния, умоляющие взгляды Юны. Я демонстративно, подчеркнуто игнорировала её присутствие. Осознание того, что человек, которого я искренне считала близким, так хладнокровно и осознанно скрывает от меня правду, кололо сердце ядовитыми иглами. Обида выжигала все внутри.
В какой-то момент дышать в помещении стало совсем тяжело, а фальшивые улыбки гостей начали вызывать тошноту. Плевав на правила приличия и косые взгляды родственников, я тихо поднялась со своего места и незаметно выскользнула из главного зала. Единственным моим желанием было остаться в одиночестве и затеряться в прохладной темноте ночного сада.
Я шла по широкому, бесконечно длинному коридору особняка, который в полумраке казался мне каким-то мистическим, бесконечным лабиринтом. Мои шаги беззвучно тонули в мягком ворсе дорогой ковровой дорожки, а высокие потолки давили своей монументальностью. Вдруг мои путаные мысли грубо и резко оборвал странный, свистящий звук. Ветер?.. В замкнутом, наглухо запертом пространстве дома это казалось абсолютным безумием. Возникло ощущение, будто прямо мимо меня на грани человеческих возможностей пронеслось что-то невидимое, оставив после себя резкий, ледяной воздушный поток, от которого поползли мурашки по спине.
Секундная вспышка смазанного движения и в следующее мгновение меня с силой впечатали спиной в холодную стену. Из легких махом вышибло весь воздух, в глазах на мгновение потемнело. Испытав дикий испуг, я судорожно открыла рот, чтобы закричать и позвать на помощь, но тяжелая, жесткая ладонь тут же намертво накрыла мои губы, заглушая любой звук.
Рен зажал меня всем телом, практически лишая малейшей возможности шевельнуться, и хищно наклонился к самому моему лицу. Его светло-голубые волосы небрежно падали на безумные, блестящие в темноте глаза. Он сделал едва уловимый, предостерегающий жест.
- Т-ссс... - едва слышно, обжигающе выдохнул он мне прямо в кожу, и только после этого медленно, словно нехотя, убрал руку от моего лица.
Животный, липкий страх мгновенно сковал тело, мешая сделать нормальный вдох. Паника захлестнула с головой: я прекрасно понимала, что эти непредсказуемые близнецы способны абсолютно на любое, даже самое жуткое безумие, и никто в этом доме им не указ.
- Не паникуй ты так, мы, к нашему огромному сожалению, пришли просто поговорить. - из глубокой тени коридора бесшумно шагнул Рио. На его губах играла издевательская, высокомерная ухмылка. Он явно упивался моим ужасом, который я так отчаянно и безуспешно пыталась скрыть.
- Поговорить?.. - мой собственный голос прозвучал чуждо, он предательски дрожал, срываясь на шепот.
-- Ты ведь уже и сама прекрасно понимаешь, что твои дорогие, преданные друзья на самом деле - твои самые главные враги, м? - Рен заговорил снова. Его тон был леденящим, пугающе спокойным и абсолютно лишенным каких-либо человеческих эмоций.
- О чем... о чем вы вообще говорите? - я попыталась упереться руками в его грудь, чтобы вернуть себе хоть каплю личного пространства, но он даже не шелохнулся.
- А вот о том, что твоя ненаглядная Юна и твой драгоценный Тэйюн скрывают от тебя кое-что по-настоящему грандиозное. Нечто невероятно важное, солнышко... То, что по праву принадлежит только тебе одной. - ядовито подхватил Рио, расплываясь в пугающей, безумной улыбке, от которой внутри все сжалось в тугой узел.
Голова шла кругом от их слов. Сердце колотилось где-то в горле. Нужно было бежать, прорываться назад в зал, звать Кастиэля или охрану, но рассудок трезво твердил - вырваться не получится. Я уже знала, я видела, что у этих двоих есть особые, пугающие силы, полностью выходящие за рамки привычной реальности.
- Для начала... как вы вообще сюда попали?! Вас никто не приглашал, здесь везде охрана! - я яростно оглянулась по сторонам, выискивая хотя бы намек на спасение. Внутри все кричало: «Юна, пожалуйста, заметь, что меня долго нет! Ну же, выйди за мной! Ты ведь так часто ходила за мной по пятам, почему не сейчас?!»
- А нам не нужны приглашения, чтобы приходить туда, куда мы хотим, - отрезал Рен, и в его взгляде на секунду блеснуло опасное, мистическое превосходство.
Вдруг Рио резко подался вперед, стальной, бесцеремонной хваткой перехватил мой локоть и дернул к себе, заставляя смотреть прямо ему в глаза.
- Ты ведь хочешь знать правду. По твоим глазам видно, как сильно ты изголодалась по ней, как тебе надоело быть слепой куклой, - он хитро, по-змеиному прищурился.
- Видно-видно, - эхом отозвался Рен, делая шаг ближе и практически блокируя мне любой путь к отступлению.
-И знаешь, есть один мужчина, который расскажет тебе абсолютно всё. Без дурацких условий, загадок, контрактов и увиливаний.
- О ком вы говорите? - я из последних сил дернулась, пытаясь высвободить руку из цепких пальцев Рио, но хватка только сильнее врезалась в кожу.
- О Раэми, конечно. Если ты действительно хочешь докопаться до истины и узнать, кто ты на самом деле, - начал Рен, но брат перебил его, ловко и изящно вложив в мои онемевшие пальцы небольшую плотную карточку.
- Держи. Раэми справедлив. Он считает, что каждый имеет законное право знать свою правду, - тихо прошептал Рио.
Прежде чем я успела произнести хоть слово или выбросить этот проклятый кусок картона, воздух вокруг нас снова пришел в бешеное движение. Близнецы растворились в полумраке бесконечного коридора так же молниеносно и неестественно, как и появились. Единственное, что они оставили после себя - это затихающее эхо издевательского, безумного смеха и мимолетное, намеренно небрежное прикосновение к моим волосам, словно они поправляли локоны.
Грудь тяжело вздымалась. Пытаясь унять крупную дрожь в руках, я поспешно спрятала визитку на самое дно сумки и на неслушающихся, ватных ногах направилась обратно в душный банкетный зал. Мое отсутствие определенно затянулось, и это могло вызвать лишние вопросы.
Я почувствовала его раньше, чем услышала.
Воздух за спиной сгустился, став тяжелым, как перед грозой. Шаги. Мерные, чужие, но до боли знакомые. Я замерла, вцепившись пальцами в сумку, и сжала зубы, готовясь увидеть перед собой их лица - те же зеркальные ухмылки, от которых стынет кровь. Близнецы. Они опять вернулись.

- Асами?

Голос брата ударил по нервам неожиданной мягкостью. Я резко обернулась, и сердце на миг пропустило удар - нет, не они. Кас. Его глаза в полумраке казались двумя угольями, погасшими от беспокойства.

Он приблизился почти вплотную, и я услышала, как скрипнула под его ногой старая половица.

- Ты в порядке? Почему тебя так долго не было? - его шёпот царапнул тишину, как лезвие по стеклу.

Я сглотнула. В горле стоял ком из пепла и страха.

- Всё хорошо. - солгала я, чувствуя, как слова обжигают губы. - Идем.

Я развернулась и зашагала к тяжёлым дверям зала, стараясь не смотреть по сторонам. И только в этот самый миг, словно пелена спала с глаз, я осознала нечто пугающее.

Коридор перестал быть бесконечным.

Раньше он уходил в серую дымку, где время рассыпалось в прах. А теперь... теперь у него появился конец. Четкий, осязаемый, как граница между сном и явью.

И тогда меня накрыло ледяной волной понимания.

Эти близнецы. Их лица. Их голоса, звучащие в унисон.

Они не люди.

И я точно знала это теперь, когда коридор сжался в тиски реальности. Демоны. Они пришли не за мной. Они ждали, пока я сама пойму это.

До самого конца этого невыносимого вечера мои мысли плыли, превращаясь в сплошной ментальный хаос. Образы сменяли друг друга, в голову закрадывались самые жуткие думы. Может, эти сумасшедшие близнецы правы? Может, мне действительно стоит поехать по указанному адресу? Нет, это чистой воды безумие. Я видела Раэми всего один раз, от него веяло опасностью, ему ни в коем случае нельзя доверять. Но с другой стороны у меня просто не осталось иного выхода. Никто другой в этом проклятом, завравшемся мире не собирается открывать мне карты. Все молчат. Это мой единственный, пусть и отчаянный шанс наконец-то узнать правду о себе.
Уже поздно ночью, вернувшись в свою пустую, безмолвную квартиру, я без конца мерила шагами комнату. Я пыталась логически разложить все известные факты, вспомнить каждый странный момент за последнее время. Но пазл упорно не складывался, здравый смысл бессильно пасовал перед реальностью. Никаких логических объяснений происходящему просто не существовало.
Единственное, в чем я теперь была уверена на все сто процентов: мы с Тэйюном связаны чем-то куда более глубоким, чем просто случайное знакомство в университете. Мы определенно знали друг друга раньше, в каком-то другом прошлом. И в этом мире явно происходила чертовщина. Как иначе оправдать тот дикий факт с мгновенно зацветшей клумбой? А это внезапное появление близнецов прямо посреди охраняемого коридора? Это была магия. Или что-то гораздо более могущественное, древнее и страшное.
Раэми... Он пугал меня до дрожи, до покалывания в кончиках пальцев. Наша первая встреча вроде бы прошла поверхностно обычно, но от одного его присутствия и тяжелого взгляда по коже пробегал ощутимый, ледяной мороз. Так, в долгих, изнуряющих раздумиях, я так и не уснула завернувшись в одеяло. Внутреннее решение уже было принято, обжалованию оно не подлежало: утром я отправлюсь к Раэми.

***

Асами ведет себя всё более странно, отстраненно, и это пугает меня до осознания собственного бессилия. Моя интуиция буквально кричит об опасности. Когда она резко поднялась из-за стола и молча вышла из зала прямо посреди праздничного ужина, я осознанно приняла решение остаться на месте и не идти за ней следом. Я побоялась натолкнуться на её очередной холодный взгляд. И теперь, кусая губы от предчувствия беды, я понимаю: это была моя самая роковая, самая главная ошибка за весь вечер.
Внутри всё буквально горит от паники. У меня есть стойкие, подкрепленные страхом подозрения, что Рио и Рен всё-таки нашли лазейку и смогли пройти через установленный барьер. Как бы я ни из кожи вон лезла, как бы ни старалась просчитать каждый шаг и обеспечить максимальную безопасность, всё вокруг с треском рушится и идет прахом. Защита не выдерживает. Это значит лишь одно - эти чертовы близнецы стали в разы мощнее, чем были раньше, и за их возросшей силой явно стоит тень этого монстра.
Мне жизненно необходимо поехать к Асами, увидеть её, поговорить лицом к лицу. Если она действительно столкнулась в коридорах особняка с близнецами, они стопроцентно заронили в её душу яд. Они явно не порекомендовали ей ничего полезного или безопасного. Мне нужно во что бы то ни стало оставаться рядом с ней, контролировать каждый её шаг, чтобы успеть перехватить удар. Но она шлет меня к черту. Она вообще не хочет со мной разговаривать после той глупой ссоры. Даже если я приеду к ней домой прямо сейчас, посреди ночи, она просто выставит меня на порог, даже не выслушав.
Значит, придется действовать иначе, более расчетливо. Я обязана приехать к её дому ранним, предрассветным утром. Я должна незаметно, тенью караулить её у подъезда. Подстрою «случайную» встречу прямо на улице, когда она выйдет, и мы вместе, как ни в чем не бывало, пойдем на пары. Главное просто быть в зоне доступа. Пожалуйста, Асами, только не твори глупостей, не лезь в пекло.
И всё же... сидеть в четырех стенах и бездействовать до утра оказалось выше моих сил. Паника окончательно сорвала мне тормоза. Я сорвалась с места прямо посреди ночи и поехала к её дому, отчаянно надеясь на чудо вдруг она всё-таки перестала злиться и впустит меня поговорить по душам? Но чуда не произошло. Как только я оказалась у неё под дверью и тихо постучала, Асами холодно отказалась открывать. Всё вышло именно так, как я и ожидала в глубине души. Дверь осталась запертой, разделяя нас глухой, непреодолимой стеной из тайн, лжи и взаимных обид.

***

Я проснулась глубокой, глухой ночью, когда весь город еще спал, погребенный под толщей тяжелых снов. До рассвета оставался примерно час то самое зловещее время, когда тьма становится максимально плотной перед тем, как окончательно уступить место первым солнечным лучам. Внезапный импульс прошил сознание: нужно ехать прямо сейчас. На секунду в голову закралось сомнение, но я решительно отбросила его. Времени на долгие раздумья не было.
Я поспешно накинула куртку и вызвала городское такси через приложение. Нашего личного семейного водителя беспокоить не стоило. Этот человек был бесконечно предан моему отцу и тут же доложил бы ему о моем столь раннем, незапланированном отъезде, да еще и в совершенно незнакомое, подозрительное место.
Пока машина мчалась по пустынным, залитым тусклым неоном улицам Сеула, я неотрывно смотрела в окно, а в голове крутилась одна и та же навязчивая мысль. Единственное, что казалось мне по-настоящему странным и даже пугающим .Это внезапный ночной визит Юны. Она ведь приехала ко мне всего несколько часов назад, посреди ночи, отчаянно пытаясь помириться, и даже настойчиво предложила остаться на ночевку. Сейчас, анализируя её поведение в холодной тишине автомобильного салона, я понимала, что это выглядело максимально нестественно. Словно Юна каким-то мистическим образом узнала о моем тайном разговоре с близнецами в коридоре особняка и пыталась удержать меня дома. Эта мысль только укрепила мою решимость: от меня действительно скрывают слишком многое.
Солнце еще не взошло, когда такси затормозило у нужного адреса. Стоило мне выйти из машины и осмотреться, как из груди невольно вырвался тихий, испуганный вздох. Я буквально ахнула от удивления и замерла прямо у тяжелых кованых ворот, не в силах сделать даже шаг вперед.

Передо мной во всей своей мрачной красе возвышался особняк огромный, темный и настолько величественный, что на мгновение я совершенно забыла, как дышать. Он словно материализовался из старинного готического кошмара или жуткой легенды, которую рассказывают шёпотом поздней ночью, чтобы нагнать страху.
Над чёрными, острыми шпилями крыш медленно и лениво плыли тяжёлые грозовые тучи, полностью скрывая за собой блеклую луну. Из-за этого депрессивного отсутствия света колоссальное здание казалось ещё более зловещим и неприступным. Высокие каменные колонны поддерживали массивный, давящий фасад, а бесчисленные окна смотрели на меня сверху вниз тёмными, абсолютно пустыми глазницами. Лишь в некоторых из них, где-то на верхних этажах, едва заметно мерцал тусклый, золотистый свет, создавая иллюзию того, словно внутри этого огромного склепа кто-то затаился и пристально наблюдает за каждым моим мимолетным движением.
Я невольно поёжилась от пробирающего до костей холода и сделала шаг к проходу.
Поместье было поистине исполинским. Его огромные крылья уходили далеко в стороны и плавно растворялись в наползающем с низин ночном тумане. Из-за этой густой, липкой дымки было практически невозможно понять, где заканчиваются границы частной территории. Казалось, что это зловещее владение простирается бесконечно, поглощая собой всё пространство вокруг.
Перед главным входом, посреди пустой площади, находился старинный, потемневший от времени фонтан. Тёмная, застоявшаяся вода в его чаше почти не отражала блеклый свет редких уличных фонарей, а широкие каменные бортики покрывал тонкий, скользкий слой влаги. Всё вокруг выглядело одновременно заброшенным и в то же время пугающе ухоженным будто кто-то невидимый тщательно, до безумия следил за каждым сантиметром этого места, но никогда в жизни не показывался людям на глаза.
Резкий, порывистый ветер пронёсся по двору, заставив ветви старых деревьев тихо, предупреждающе зашелестеть. Пересилив внутренний трепет, я заставила себя поднять взгляд выше, к самой крыше.
Там, на самой вершине центральной части особняка, в предрассветных сумерках четко виднелся темный силуэт статуи. Или живого человека.
Сердце мгновенно пропустило удар, в горле пересохло. Я испуганно моргнула, зажмурилась на секунду, но когда снова открыла глаза загадочная фигура осталась абсолютно неподвижной, сливаясь с темнотой неба.
- Просто показалось... Это от усталости, - тихо пробормотала я себе под нос, пытаясь успокоить бунтующий разум.
Но почему-то собственный голос в этой звенящей тишине прозвучал на редкость слабо и неубедительно. Чем дольше я всматривалась в давящую архитектуру этого особняка, тем сильнее и отчетливее меня охватывало странное, иррациональное чувство. Словно этот колоссальный дом был самым настоящим живым организмом. Словно он, затаив дыхание, изучал меня так же внимательно и пренебрежительно, как я изучала его.
И всё же, несмотря на подступающую к горлу панику, я физически не могла отвести от него взгляд. В этом проклятом месте было что-то глубоко пугающее, первобытное... и одновременно с этим невероятно, магнетически притягательное. Будто стоило мне сделать лишь один шаг, переступить этот порог, и моя привычная жизнь уже никогда, ни при каких обстоятельствах не станет прежней. Назад дороги не было. Несмотря на сильное волнение, перерастающее в откровенный страх, я напомнила себе: я уже пришла сюда, я стою здесь и я просто не имею права так быстро сдаться и сбежать.
Когда я наконец решительно толкнула тяжелую входную дверь и вошла внутрь, меня без лишних слов встретил слуга. Судя по его безупречной выправке и строгому виду, это должен был быть дворецкий. Старый, подтянутый мужчина с аккуратными седыми усами, облаченный в безукоризненно отглаженный костюм, он лишь молча поклонился и жестом приказал следовать за ним.
Мы пошли по гулким, полутемным коридорам, пока не остановились перед массивной дубовой дверью кабинета. Дворецкий вежливо открыл её перед со мной, оставил меня на самом пороге, а сам тихо, словно растворившись в воздухе, удалился обратно в темноту.
Я нерешительно сделала шаг вперед и сразу же заметила эту яркую, вызывающую вишнево-красную макушку волос, которую невозможно было перепутать ни с чем. Раэми вальяжно лежал на роскошном диване, расположенном прямо напротив огромных панорамных окон, за которыми медленно бледнело ночное небо. В комнате царил идеальный, глубокий полумрак, и в этой темноте его силуэт казался частью самого дома. Он определенно ждал меня. Он с самого начала знал, что я приду.
- Асами, проходи. Присаживайся, дорогая.- красивый, бархатистый голос Раэми прозвучал в тишине кабинета мягко и вкрадчиво.
Он общался со мной настолько непринужденно и тепло, будто мы были старыми, близкими друзьями, у которых нет друг от друга никаких секретов. Когда я, преодолевая внутреннее сопротивление, прошла чуть ближе вглубь комнаты, он легким движением руки указал на свободное место рядом с собой.
Я молча опустилась на диван, не зная, что сказать. Раэми повернул голову в мою сторону и мягко, едва заметно улыбнулся. И в ту же секунду от этой его понимающей, пронзительной улыбки у меня по коже пробежал отчетливый ледяной мороз.