Часть 11
Машина остановилась перед пляжем — местом, которое Галф так хотел посетить. Мью ушел с работы раньше, чтобы выполнить просьбу любимого мальчика. Но прогул того стоил... он будет вознагражден множеством поцелуев.
Сегодня не выходной, поэтому на пляже гуляло всего несколько человек, особенно полчетвертого дня.
Галф вышел первым, убедившись, что вокруг никого нет. Он остановился рядом с машиной и подождал, когда мужчина присоединится к нему. Мью доставал пирожные, которые они купили по дороге, а также бутылку сока для юноши и чай для себя.
Он улыбнулся, увидев, что Галф ждет его, как послушный ребенок. Он был невероятно красив, а его волосы слегка развевались на морском ветру.
— Пойдем? — спросил Галф, протягивая Мью руку и улыбаясь. Он с любовью смотрел сквозь густые ресницы, которые покорили сердце мужчины.
Как обычно, он одной рукой держал юношу за руку, а в другой нес все необходимое. Галф был так счастлив, что радостно побежал к морю. Он не мог сдержать милой детской реакции, которая появлялась только тогда, когда Мью был рядом.
— Не подходи слишком близко к воде, а то заболеешь, маленький мой, — предупредил мужчина, сидя на небольшом расстоянии от волн. Галф надул губы и кивнул, но все равно подошел чуть ближе к воде. Каждый раз, когда приближалась волна, он убегал, но возвращался, как только она отступала.
Мью мягко улыбался, положив руки на колени и наблюдая за очаровательными действиями юноши. Он довольно вздохнул, испытывая сильное желание притянуть Галфа к себе и страстно поцеловать, признавшись в любви в пылу этого поцелуя.
Через полчаса Мью аккуратно разложил пирожные и напитки на небольшом пледе, выпрямился и пробасил:
— Галф, милый, иди сюда.
— Иду!
Юноша поспешно подошел и молча сел перед Мью, затем взял пирожное и принялся за еду.
«Я люблю тебя».
Эта мысль эхом отозвалась в голове Галфа, из-за чего щеки налились румянцем. Он опустил голову, не желая, чтобы мужчина увидел, как он краснеет.
На губах Мью заиграла ухмылка. Он аккуратно отодвинул все предметы, лежавшие между ними, оставив в руке только бутылку с соком, обнял Галфа за талию и усадил к себе на колени, прижав его тело к груди.
— Я все еще жду своих поцелуев, господин Галф, — прошептал он, глядя в застывшее лицо юноши.
Галф сглотнул и аккуратно положил ладони на широкие плечи. Румянец стал ярче, когда он встретился взглядом с мужчиной.
Он попросил отвести его на пляж, а взамен пообещал много поцелуев — и, как хороший мальчик, собирался сдержать обещание.
Он наклонился и нежно поцеловал Мью в левую щеку — легкое прикосновение, от которого мужчина закрыл глаза, наслаждаясь сладостью.
— Здесь, — прошептал он, указывая на правую щеку, желая новых нежных поцелуев по всему лицу, особенно на губах.
Галф вздохнул и поцеловал указанное место, затем оставил поцелуй на лбу и слегка отстранился, чтобы взглянуть в глаза напротив. Они пристально смотрели друг на друга, видя в глазах друг друга взаимную любовью. Для юноши было очевидно, что эти глаза сверкают, как звезды, отражая чистые эмоции Мью.
Взгляд упал на губы мужчины, слегка приоткрытые в приглашающем жесте. Галф застенчиво улыбнулся, а затем наклонился и нежно поцеловал их.
Но нежность длилась недолго. Мью пошевелил губами, перехватывая инициативу. Он прикусил нижнюю полную губу, жадно посасывая ее, наслаждаясь сладостью, и задвигался со страстью, которой мальчик не мог противостоять.
Их тела плотно прижались друг к другу, когда Мью лег на песок, а Галф оказался сверху. Жилистые руки крепко обхватили тонкую талию — как будто она была создана специально для него. Галф таял в объятиях любимого мужчины: одна рука обнимала его за талию, а другая — за шею, притягивая ближе.
Пальцы юноши вплелись в спутанные волосы и сильно потянул за них. Мью слегка нахмурился от боли.
Солнце садилось, пока несколько человек наблюдали за ними издалека, пока возлюбленные были поглощены страстными поцелуями.
Мью посасывал язык, из-за чего у Галфа по уголкам губ стекала слюна. Единственными звуками стали причмокивание и стоны юноши, пока Мью пожирал его рот.
Он наконец отстранился, когда Галф, задыхаясь, произнес его имя, словно цепляясь за спасательный круг. Полные губы распухли и слегка повредились зубами, но Мью был опьянен сладостью своего Мальчика-Маргаритки.
Он сел, крепче обнял Галфа и уткнулся лицом ему в шею. Они сидели, прижавшись друг к другу, и наблюдали за последними лучами заходящего солнца.
— Я не хочу тебя покидать, Мью. Я хочу остаться здесь, где ты так меня целуешь. Я хочу, чтобы мы вместе ужинали, хочу смотреть, как ты рисуешь, хочу вместе ухаживать за маргаритками. Я хочу каждую ночь спать в твоих объятиях, слушать твои истории. Я не хочу остаться в одиночестве. Я хочу остаться с тобой, Мью.
Мужчина закрыл глаза, наслаждаясь голосом Галфа и его признаниями, от которых у него в груди распускались цветы. Он нежно поцеловал юношу в макушку и шею, с любовью прошептав:
— Что бы ни случилось, мы с тобой будем вместе всегда, моя Маргаритка.
***
После бесчисленных поцелуев на пляже они вернулись домой. Телефон мужчины не умолкал — директор университета звонил без остановки, потому что Мью уехал, не предупредив их, и пропустил лекции, чтобы исполнить желание Галфа.
После ужина юноша продолжал расхаживать по комнате, пока Мью заканчивал одну из картин. Затем владелец квартиры ушел в ванную принять душ, оставив его наедине с беспокойными мыслями.
— Давай, Галф, просто сделай это.
Он прошептал это себе под нос, стянул пижамные штаны и оставил только футболку оверсайз. Затем постучал в дверь ванной комнаты и, не дожидаясь ответа, вошел. Мью, расслабленно лежащий в ванне, нахмурился от неожиданного вторжения.
— Галф, милый, все в порядке?
— Я хочу искупаться с тобой, Бу.
Галф ответил прямо, не спрашивая разрешения. Мью несколько секунд непонимающе моргал, а затем на его губах появилась коварная улыбка.
— Иди сюда.
Его тон больше походил на приказ, чем на приглашение. Галф смущенно отвел взгляд и снял с себя оставшуюся одежду под пристальным взглядом.
Теперь Мью походил на грешника, опьяненного всем, что связано с этим мальчиком, — его Мальчиком-Маргариткой.
Галф забрался в ванну и сел между ног Мью, положив голову ему на грудь. Его дыхание стало прерывистым. Он чувствовал, как мужчина прижимается к нему всем телом.
— Ты забудешь меня, если я когда-нибудь уйду, Мью?
Галф нарушил молчание грустным вопросом, который задел мужчину за самую душу. Мью вздохнул, затем внезапно притянул его к себе за талию и тихо, спокойно ответил:
— Не забуду. Тебя невозможно забыть, милый. И если ты когда-нибудь исчезнешь, я буду искать тебя и верну в свои объятия.
От его честности Галф покраснел и опустил голову. От теплого дыхания на шее по коже побежали мурашки. Набравшись смелости, он повернулся к Мью, улыбнулся, обхватил обожаемое лицо руками, приблизив их лица друг к другу, и прошептал с нежным отчаянием в голосе:
— Если я когда-нибудь вернусь туда... пожалуйста, найди меня. Я не хочу быть далеко от тебя, Бу.
— Ш-ш-ш, не нужно умолять. Куда бы ты ни пошел, я найду тебя и верну домой. Ты — моя страсть, Галф. Ты понимаешь, что значит быть страстью, моя Маргаритка?
Галф заставил его замолчать нежным поцелуем в губы, мечтательно поглядывая ему в глаза. Мью предположил, что он не до конца понимает, что такое любовь.
Но Галф посмотрел на него из-под ресниц и кивнул с застенчивой улыбкой. Улыбка Мью померкла от удивления — юноша понял, что он имел в виду. Теперь все стены, которые он возвел, начали рушиться.
— Я влюбился в тебя, когда впервые представил в своем воображении. И был потрясен, когда увидел тебя лежащим в моей постели, — тихо признался Мью, наблюдая за реакцией Галфа. Тот нервно теребил пальцы, слегка дрожа, прежде чем ответить мягким, нежным тоном:
— Я всегда хотел, чтобы у меня были свои звезды... и теперь твои глаза — мои звезды, Бу. Я не знаю, как это объяснить, но, думаю, «я тебя люблю» говорит само за себя.
— Люби меня, милый. Люби меня всегда, — прошептал Мью с улыбкой, которая едва не расколола ему лицо. Они пристально смотрели друг другу в глаза, пока мужчина не набросился на губы Галфа, жадно целуя его — или, точнее, пожирая его.
Юноша с громким стоном запрокинул голову, когда язык скользнул по его шее. Он продолжал стонать и вскрикивать, чувствуя, как боль внизу усиливается...
— Бу... Ах... Бу...
Имя мужчины прозвучало прерывисто, между стонами и ощущением пальцев, играющих с отверстием. Галф почувствовал, как его охватывает жар, и задышал чаще от сильного возбуждения. Руки Мью с нежностью скользили по его телу, а от движения их тел друг о друга в поисках удовольствия вода выплеснулась из ванны.
— Назови меня по имени, мой маленький.
Он хрипло прошептал это на ухо Галфу, тело которого продолжало дрожать от удовольствия. Прикосновения Мью иногда были нежными, лаская трепетное тело юноши, а иногда — грубыми, заставляя срываться на громкие стоны.
— М... Мью, ах, это... м-м-м, странно!!!
Он говорил дрожащим голосом, сжимая корни волосы, от чего Мью подрагивал от смеси боли и удовольствия, оторвав голову от груди Галфа. Соски покраснели и затвердели от интенсивности посасывания.
— Галф.
— Д... да?
Юноша чувствовал смущение и неловкость под пристальным взглядом Мью. Ресницы затрепетали, когда мужчина приблизился к нему вплотную, так, что их дыхания смешались, и прошептал ему на ухо:
— Позволь мне выразить свою любовь к твоему телу, мой маленький.
Затем принялся ждать ответа Галфа, лицо которого покраснело от смущения. Он попытался произнести хоть что-то, но замешкался, боясь, что любимый мужчина изменит свое мнение о нем. Серьезно?! Они собирались заняться любовью, а он переживал, что Мью изменит свое мнение о нем!
Галф нежно улыбнулся, растопив сердце мужчины, взял его за щеки и наклонился ответить:
— Давай займемся любовью, Пи'Мью.
Обладателю имени потребовалось время, чтобы осмыслить сказанные слова. Он несколько раз моргнул, широко раскрыв глаза, а затем нахмурил брови от боли, когда Галф прикусил ему верхнюю губу.
Вдруг Мью положил ладони на ягодицы и встал из ванны. Юноша выдохнул ему в губы и обхватил за шею, боясь упасть. Он попытался прервать поцелуй, чтобы посмотреть, куда они направляются, но понял, что они идут к кровати...
***
— Ах, да, вот здесь, Пи'Мью!
Он громко застонал, закатив глаза, когда мужчина надавил ему на простату, доставив огромное удовольствие, с силой и страстью вжимая его в себя.
Если Мью и узнал что-то новое о своей Маргаритке, так это то, что Галф был шумным в постели, и это его сильно возбуждало.
Галф не переставал лепетать и хныкать каждый раз, когда Мью выходил из него, но хватал ртом воздух, пока голосовые связки не начинали болеть, когда он с силой входил обратно, чувствуя, как внутренности расступаются, пропуская горячий орган внутрь.
— Я... сейчас кончу, а-а-ах.
Галф жалобно застонал в преддверии мощного оргазма, чувствуя, что его член вот-вот лопнет. Мью с удовольствием улыбнулся и положил ладони на бедра юноши, чтобы тот не упал.
Толчки становились все сильнее и быстрее. Оргазм накрыл Галфа с головой, заставив его вскрикнуть от интенсивности кульминации, которую он испытывал впервые, а Мью безжалостно брал его во время нее.
— А-а-а, боже мой, а-а-ах, черт, Мью!
Галф закричал с южным акцентом, выругавшись и высвободившись. Мью укусил его между плечом и шеей, и юноша почувствовал, как внутри него разливается жар.
Он уронил голову на плечо мужчины и посмотрел на него затуманенным взглядом. Мью взглянул на его густые ресницы, залитые слезами, с облегчением вздохнул и уложил возлюбленного обратно на кровать, оказавшись сверху. Его член все еще был внутри.
Мью улыбнулся, целуя каждые сантиметр лица любимого мальчика, шепча ему на ухо слова любви и нежности, вкладывая всю свою теплоту в его сердце, наполняя его любовью и теплом, завершая их вечер словами:
— Я люблю тебя, моя Маргаритка.