Глава 9.
~ Полина ~
Сразу после разговора с Владом, я первым делом забрала документы с универа. Во-первых, в связи с недавними событиями, на меня стали смотреть как на серийного убийцу, во-вторых, жить мне теперь негде, значит и учиться по сути пока тоже нет возможности и в-третьих, я потеряла совершенно все, что тоже кое-как, но влияет.
Я решила не медлить и пошла забирать свои вещи. Как и пообещал мой братец, все мои шмотки валялись в подъезде, небрежно скиданные в чемодан.
Глаза предательски зажгло, и не выдерживая и минуты возле квартиры, которая была мне фактически дома, я схватила ручку чемодана, и ринулась вниз, следом выбегая из подъезда. Я не знала куда идти, я просто шла, шла сама не зная кула, и сама не зная зачем. Может, сдохнуть по дороге, никто и не расстроится.
С усилием я волокла тяжёлый чемодан, и вскоре моих нервов не хватило, и зайдя на мост, и без раздумий, раскрыла чемодан, выуживая от туда все вещи, которые мне будут не нужны, даже если я буду жить на вокзале. Платья, чулки, пиньюары, все я сгребла в огромный ком и швырнула с моста, отправляя их в бурлящую пену волн.
Слёзы жгли щеки. Очередная порция одежды полетела вслед за предыдущей. То уже оказались кружевное нижнее бельё и короткие топы с глубоким декольте. Пошло оно все к черту. Жизнь поломана, не успев начаться. Кто знает, вдруг завтра я уже буду сидеть в колонии, а лет через пятнадцать выйду и вообще не найду ни работу, ни молодого человека, никогда не заведу семью и буду навеки одинока.
Конечно, я драматизировала, но факт остаётся фактом. Это то, чего я боюсь. Я не хочу отступиться на пол пути, так ничего и не достигнув.
Я закрыла полупустой чемодан и взяв за ручку, снова пошла, не зная куда. Того и гляди, из города выйду. Время уже близилось к ночи, а я так ничего и не придумала, и шла совершенно наощупь, наверное, веря в чудо.
~ Влад ~
После недавнего происшествия ладони жгло адским огнём, а голова болела, будто неделю пил, не просыхая. Хотя, так наверное было бы легче. Ещё час езды по городу, и я совсем поник, ничто не смогло разбавить ту ярость, которая кипела внутри, грозясь разорвать меня на части.
Невольно вспомнился момент из детства, когда отец бросил мою мать. Конечно же я знал, что она тяжело больна, но будь тогда пятилетним ребёнком, я понимал, какую ошибку совершает отец, бросив её и забрав у неё меня. Я надолго запомнил налитые слезами глаза мамы.
Я хотел её найти, найти и поговорить, но отец категорически запретил мне это делать, а сейчас, оставшись без отца, я яро хотел найти мать и быть хоть кому-то нужным. Кому-то... Я горько усмехнулся и наконец понял, что стало моим спасительным кругом. Я думал о Полине, никогда не подозревал, что меня будет так сильно тянуть к кому-то, что я буду так хотеть кого-то. А кто знает, вдруг если я стану жить одной мыслью о ней, то может мне станет хоть немного легче.
И тут как по волшебству, я увидел на обочине знакомую фигуру, везущую за собой чемодан. Подъехав ближе, я узнал эти каштановые волосы, острые скулы и пухловатые губы. Остановившись, я вылез из машины, и как можно громче позвал, а может и спросил:
— Полин?
Шатенка обернулась и её карие глаза пронзили меня насквозь.
— Почему ты так поздно на улице, тем более одна, и тем более с чемоданом? - я выгнул бровь, смотря на её громоздкий и черный, как смоль чемодан.
— Я..просто.. - промямлила Полина, явно не зная что сказать. И тут до меня дошло:
— Не думал, что твой брат такой урод.
— Какой есть, - оправдала брата девушка, переминаясь с ноги на ногу.
— Так что же случилось? - не унимался я, подходя к Полине, медленно, стараясь укрыть от всего.
— Он сменил замки, и выгнал. - одинокая слеза скатилась по белоснежной щеке, и не дав ей упасть, я смахнул её пальцем, кладя ладонь на щеку шатенки.
— Поехали ко мне, поживешь у меня.
Полина застыла от этих слов, и казалось, не оживет больше никогда:
— Н..нет, я так не могу, - наконец проговорила она.
— Предпочитаешь спать на улице? - усмехнулся я, наблюдая за нерешительностью девушки.
— Влад... - тихо прошептала она, и тут я понял, чего же на самом деле хочу, и чего всегда хотел. Незаметно для самого себя я склонился к ней и наши губы почти соприкасались:
— Я хочу тебе помочь, Полин, дай возможность спасти твою жизнь, - прошептал я, смотря в глубину её тёмных глаз.
— Я ведь не ограничиваю тебя, я не имею права, - также тихо прошептала она, и я отчётливо услышал её учащенное сердцебиение.
Наклонившись ещё ниже, я наконец нашёл её губы и они соединились с её в одно целое. Тёплые, мягкие, нежные. Таких чувств я никогда не испытывал, мне хотелось целовать её ещё и ещё, ещё и ещё, не останавливаясь ни на минуту. Она нежно ласкала мои губы, будто боялась сделать что-то не так, но я то знал, что плохо она не сделает. Наши губы сливались в одно целое, и наконец я понял, что же происходило со мной все это время, пока я скитался туда-сюда, не зная как быть. Я влюблялся, и наконец влюбился бесповоротно, и навсегда. Я любил и плевать, если не взаимно, я просто хотел любить и не важно, что потом будет больно. Я целовал её губы, боясь отпустить, а она обдавала их своим тёплым дыханьем и я дышал с ней одним воздухом.
У нас был один кислород на двоих.