Глава 19
Каэль Монтеро
Дорога до офиса тянулась непривычно долго из-за утренних заторов, которые всегда меня раздражали. Марк сидел за рулем, барабаня пальцами по кожаной оплетке в такт навязчивой мелодии из колонок.
Я смотрел в окно на проплывающие серые здания Пало-Альто, пытаясь выстроить график на ближайшие сутки, но мысли то и дело возвращались к событиям на парковке.
Кровь Билли Джексона на асфальте выглядела слишком хорошо, чтобы я мог об этом сожалеть. Какая же Аурелия умница. Эта картина никак не шла из головы. При желании я мог бы сделать так, чтобы она продолжала убивать. Конечно, на это ушло бы много сил и времени. Но нужно ли мне это? Вряд ли. Куда больше мне нравилось то, что моя любимая змейка начинала мне доверять.
Я должен был не играть с ней, а уничтожить. Но, если честно, я уже не был уверен, что хочу этого. Наверное, хочу — ведь она убийца. Она забрала мою Мию так же хладнокровно, как Билли.
Я надеялся, что Рели давно узнала во мне старшего брата своей покойной подруги. Либо Мия для неё действительно ничего не значила, либо Аурелия не помнит меня совсем. А ведь я помню всё: как проводил с ней время, какой красивой и умной она была... Маленькое солнышко. А теперь она должна стать моей жертвой.
Я заигрался. Но правда в том, что мне чертовски нравится эта игра.
— Черт, Каэль, совсем забыл, — Марк резко перестроился, заставив водителя соседнего седана возмущенно сигналить. — Утром, пока ты возился со своей... подопечной, звонили из Нью-Йорка. В главном офисе истерика. По бумагам пошел какой-то перекос, и если мы не явимся до полуночи, будет катастрофа. Нервные они там все. Тебе как владельцу нужно быть лично.
Я перевел на него взгляд. Марк выглядел расслабленным, но его выдавала нервная дробь пальцев по рулю.
— Вылет сегодня? — спросил я, прикидывая, как это ломает планы на Аурелию.
— В шесть вечера, — Марк усмехнулся. — Ну не хмурься. Может, возьмешь свою ненаглядную с собой? Ну и её подружку — чтобы мне не было скучно.
Идея была здравой. Копы скоро начнут искать Джексона. Пару вопросов от грамотного следователя — и Аурелия выложит всё, вплоть до того, какой кофе пьет по утрам. Она сильная, но ей не хватает опыта. Оставлять её здесь — всё равно что самому надеть на себя наручники.
К тому же, Аурелия была моей ошибкой, моей ненавистью и слабостью одновременно. Я ненавидел её взгляд — полный этой глупой надежды, граничащей с влюбленностью. Она не понимала, что я и есть та самая тьма, от которой она пытается бежать.
— Она летит с нами, — отрезал я. — Насчет её подруги не уверен. Спросим у неё.
Марк присвистнул, едва не вылетев на встречную полосу от удивления.
— О-о-о, круто! Вот бы она поехала. Ты видел её? Она как ангел. Такая красивая и милая. А как она смущается...
— Марк, я понял, что она тебе понравилась. Смотри на дорогу. Мне хватило того, что ты недавно разбил офисную машину. — перебил его я.
Доехав до офиса, я высадил его у входа. Мне нужно было собрать вещи. Выехав на шоссе, я набрал Аурелию.
— Я лечу в Нью-Йорк. Ты со мной. Вылет в шесть вечера, — сказал я вместо приветствия. — Летим на неделю. Собери вещи и предупреди родителей. Твой отец договорится с ректором насчет пропусков.
— Что? Каэль, ты с ума сошел? Почему каждый наш звонок такой безумный? Зачем в Нью-Йорк? — её голос дрожал от возмущения. — Какая неделя? У меня практика, у меня...
— Аурелия, — перебил я её ледяным тоном. — Если хочешь обсуждать свои права со следователем в камере предварительного заключения — оставайся. Если хочешь нормально жить — делай, что я сказал. И возьми Нэнси. Марк очень хочет её видеть, а мне нужно, чтобы ты чувствовала себя спокойно в чужом городе. Прости, что так резко.
— Ладно... я спрошу у родителей и перезвоню.
— До встречи, Meine Flamme.
Я сбросил вызов. Она приедет. Я знал.
Дома меня встретила миссис Холмс. Она суетилась на кухне, но, увидев мое лицо, мгновенно притихла. Эта женщина работала у меня давно и была близка моей матери.
— Мистер Каэль, вы уезжаете?
— Да, в Нью-Йорк на неделю. Подготовьте дом к консервации и, пожалуйста, приготовьте мои любимые оладьи. Я зверски голоден.
Я остановился у той самой двери в конце коридора, куда Аурелия едва не вошла. Там находилось то, о чем ей знать еще рано. Потом. Она узнает об этом позже.
Следующие несколько часов прошли в режиме контролируемого хаоса. Я заперся в кабинете, разгребая почту и отдавая распоряжения по видеосвязи. Нужно было подготовить все для нашего визита в Нью-Йорк.
Миссис Холмс, как я и просил, принесла оладьи. Они были именно такими, как я люблю: пышные, с золотистой корочкой и приятным ароматом. Я ел их быстро, прямо за рабочим столом, запивая остывающим эспрессо. Это была единственная спокойная пауза за весь день.
Ближе к обеду мне позвонила Аурелия.
— Каэль, я поговорила с родителями, — её голос звучал уже спокойнее, но в нем всё еще чувствовалось напряжение. — Отец, на удивление, быстро согласился. Нэнси тоже в деле. Её родители сначала сомневались, но когда узнали, что я еду, отпустили. Правда они не знают, что вы тоже будете.
— Хорошо, — коротко ответил я, чувствуя, как внутри расслабляется какая-то тугая пружина. — Ждите тогда. Заедем за вами через пару часов.
Остаток дня я потратил на сборы и финальные инструкции для службы безопасности дома. Я проверял всё дважды: от камер наблюдения до системы консервации помещений. Мне нужно было знать, что, пока меня не будет, здесь не появится ни одна лишняя душа.
Лишь под вечер, к дому подъехал минивэн. Марк уже сидел внутри, довольно щурясь в телефон и явно предвкушая веселое путешествие в компании Нэнси. Мы двинулись к дому Аурелии.
Когда мы остановились у аккуратного особняка родителей Аурелии, я почувствовал легкий укол чего-то неприятного.
На пороге нас встретила её мать. Увидев меня, она нацепила фальшивую светскую улыбку.
— О, Каэль, как хорошо! Рели говорила, что это ей надо для работы. Я так волнуюсь, она никогда не уезжала так спонтанно.
Аурелия стояла позади матери. На ней были леггинсы, выгодно подчеркивающие её ягодицы, и спортивная куртка.
— Не беспокойтесь, миссис Росси, — я вежливо кивнул, играя роль джентльмена. — Она будет в полной безопасности.
— О, я знаю! — мать приобняла дочь. — Присмотрите за ней. Она у нас сильная девочка. Знаете, Маттео хотел назвать её Матильдой, что обозначает — «могущественная в битве», но я настояла на Аурелии.
Я замер, глядя на Аурелию. Она густо покраснела, умоляя мать замолчать. Мне захотелось рассмеяться.
— Матильда... — повторил я, улыбаясь. Не представляю её с таким именем. — Очень интересно. Но нам пора, миссис Росси, иначе опоздаем.
Как только двери машины захлопнулись и мы тронулись, я не выдержал и засмеялся.
— Еще одно слово про Матильду — и я тебя ударю, — прошипела она.
— Сильно? Стоит ли мне бояться?
Я думаю, мне бы понравилось, если бы ты сидела на мне и пыталась ударить, Meine Flamme, — усмехнулся я.
Мы заехали за Нэнси. Она вылетела из дома с огромным чемоданом и восторженным визгом. Марк тут же оживился, пуская в ход весь свой флирт. В машине стало шумно, и этот шум давил на виски.
В частном терминале всё прошло гладко. Мы шли к самолету под гул двигателей, который мешал дышать.
— Дай я сам донесу, — я потянулся к её чемодану. — Он тяжелый, ты его не поднимешь по трапу.
Аурелия дернула сумку на себя, едва не отдавив мне ноги.
— Я сама, Каэль. Я не инвалид, чтобы ты мне постоянно помогал.
— Не упрямься. Дай сюда.
— Я сказала — нет!
Я поднял руки в жесте капитуляции.
— Ладно. Неси сама.
Она фыркнула и потащила чемодан к ступеням. Она была зла на меня из-за того, что всю дорогу сюда я подкаливал её. Я шел следом, наблюдая, как она наваливается на него всем телом. На первой же ступеньке колесико зацепилось.
Аурелия вместо того, чтобы поправить его, с силой рванула ручку вверх. Чемодан качнулся, она потеряла равновесие, и тяжелая сумка с грохотом полетела вниз. Замок не выдержал, чемодан приоткрылся.
— Черт! — Аурелия замерла.
Я остановился рядом, засунув руки в карманы.
— Ну что, донесла? Очень эффектно, Meine Flamme.
Она резко развернулась, и я увидел, что её глаза блестят от злых слез.
— Знаешь что? Иди ты к черту, Каэль! Я никуда с тобой не полечу. Забирай свой самолет, свой Нью-Йорк и катись!
Она стояла на ступенях — растрепанная, злая и чертовски красивая в своем гневе.
— Сядь в самолет, Аурелия, — мой голос стал тихим и опасным. — У меня нет времени на твои детские истерики из-за чемодана.
— Это из-за тебя! Ты меня бесишь! — выкрикнула она.
— Ты сейчас поднимешь вещи, пройдешь в салон и пристегнешься. Или я занесу тебя туда на плече.
Она вдруг улыбнулась.
— Ну так занеси. Я не хочу идти.
Мы сверлили друг друга взглядами. Секунду спустя я просто обхватил её за талию и перекинул через плечо.
— Каэль! Аккуратнее! — крикнула она.
Я чувствовал её вес, её волосы щекотали мне шею.
— Марк, подбери её вещи, — бросил я.
— Вижу, дипломатия прошла успешно, — донеслось веселое хмыканье сзади.
Я быстро поднялся по ступеням и в салоне буквально сбросил её в широкое кожаное кресло.
— Ну спасибо. Правда, можно было бы и аккуратнее, — проворчала она, поправляя одежду.