Записки из дневника Йа Ним
Чон Чонгук.
Ах, теперь я знаю, каков он. Каков он настоящий. Отчасти фальшивый, образный и такой манерный. Сухого он из себя строит, когда в глазах бурлят волны эмоций. Я знаю, что все, что он делает, чтобы позлить меня. Заставить меня ревновать. Завести меня.
Как ребенок, не хочет проигрывать, когда приза у этой игры нет. Нет и конца. О начале все уже забыли, оно было столь неважным, что и не было знакомством.
Первое же действительное знакомство произошло тогда, поздним вечером, когда истинный Чонгук стоял у порога моей комнаты, криво опираясь о косяк. Тогда, когда раскосые глаза его пронзали меня, такую же обычно закрытую для его пронизывающего взора, мы и познакомились.
Настоящие мы. Не соревнующиеся друг с другом, а играющие в паре.
Теперь я вижу, как он чувствителен и чувственен. Как он глуп порой, а иногда даже чересчур умен. Я вижу его горечь не только в грубом взгляде собственника, но и в прикосновениях любовника.
Я знаю, что можно было бы уже миллион раз обжечься об эту твердую скорлупу его образа. Но...
Мне удалось расколоть его истинное нутро. Еще более колючее и жгучее ядро, которое сжигает меня похлеще оскорбительных слов.
Меня больше оскорбляет не обзывательство, выскользнувшее из его уст, а знание того, каким он может быть. Как он может меня касаться. Как он может разговаривать; но не делает этого. Совершенно иначе.
То, каким он может быть, но бывает очень редко.
Но самое дурацкое в этой ситуации. Это то, что я ловлю себя на тех же ошибочных действиях, что и он.
Не знаю, сколько мы еще сможем прикрываться страстью. Или только я ей оправдываюсь?
Мин Юнги.
Всегда повествователь, никогда - тот, о ком повествуют.
То, как он пишет. Никогда не было лирики в его писанине; никакой эмоциональности и чувственности. Лишь горькая правда в статьях. Никто никогда не знал, откуда он достаёт эту человеческую подноготную; но доказательств его словам не надо. Его слова и есть доказательства.
И то, как он сервирует и подает свои статьи, - искусство. Ткнуть в человека пальцем, не перейдя при этом на личность. Съязвить, оскорбить и засыпать сарказмом, но выйти сухим из воды.
Кажется, будто знаешь о нем все; знаешь его привычки, его намерения, его семью, его характер, ленивый стиль говорения и полное отсутствие жестов и манерности. Но всегда находится в его ящике тайна, до которой ты еще не докопался. И грязного белья в этом ящике так же навалом.
Самое интересное, что помимо своих секретов он хранит сотни чужих. Но хранит только те, которые либо принесут ему выгоду, либо не уничтожат его самого.
Он положительный антигерой, злой добряк, колючий и мягкий. Полагаю, он выпускает иголки из-за недоверия к обществу, которое сформировалось еще в детском доме. Кому ты сможешь доверять, если даже самые близкие люди оставили тебя, обидели тебя, уничтожили кусок твоей жизни. Сожгли твои документы, будто тебя не существует. Предали тебя.
Мне понятно его смятение, когда предательство повторяется снова. Когда, казалось, ты окреп после предыдущего падения, но тебя снова швыряют и давят.
И он понимает, что раздавят, если он вовремя не выпустит шипы.
Отец - его болевая точка. Его слабость. Гордость его и призрение направлены к нему. Все, что он сейчас делает, всё, что он говорит, то, как он себя ведет, то, о чем он думает, - всё это направлено только на отца. Вся его противоречивость - результат предательства, которого он никак не ожидал.
Он не хочет верить в то, что президент Мин - наркомафия, но знает, что это точный факт. Он не хочет верить в то, что тот оставляет его без наследства, хоть и понимает, что в нем не нуждается.
Но этот момент делает его уязвимым, делает его беспокойным и обиженным. Только тот факт, что ему не был предложен кусок невкусного пирога, заставляет его хотеть этот чертов пирог. Даже если он ему не по вкусу. Весь до единой крошки. Он должен быть его. Хотя бы формально.
Юнги не чувственен, это было сказано мной ранее. Он никогда не поддается порыву, он не идет по течению. Для него его не существует. Каждый его шаг, даже страстный и, казалось бы, неконтролируемый поцелуй и наваждение, - строго продуманный план.
Наша с ним «любовь» - строго оформленный деловой документ. Наше с ним «знакомство» - заранее оговоренный сюжет. Все наши встречи были изначально им предопределены. Держа меня за руку сейчас, он знает, что поцелует меня потом.
Он - не Чонгук. В этом его преимущество и, своего рода, недостаток.
Если Чон притворяется безэмоциональным, когда на деле ведом и вспыльчив, то Юнги - притворяется эмоциональным, скрывая свою бесчувственность.
Холодный расчет.
—————————————————————
Создано с целью прояснить разницу персонажей. Ибо, я полагаю, многие считают, что Чонгук и Юнги похожи. Надеюсь, этим сравнением я опровергла ваше мнение.