Огонь Лейдена

Где-то в пустыне, находящейся на юге Континента Эйлос, на пересечении границы между суверенными территориями Геллуды (Аль‑Халудда) и Данайарии, человек уже зрелого возраста, почти тридцати лет, о чем говорят морщины и толстая черная борода, только проснувшись на закате, готовится развести слабый огонек, чтобы подкрепиться и отправиться в путь. Время уже близилось к ночи, но это не было для него проблемой, ведь ночь – его время, он – халуддин. Сначала он достал несколько ранее использованных угольков, сверху наложил сухие куски древесины пальмы. Затем, достав газовую зажигалку, он зажег листы какого-то пергамента, аккуратно положил на угольки и стал ждать, когда пламя дойдет до необходимой температуры.

Одет он в традиционную одежду почти без всяких излишеств: темно-синий короткий кафтан, на котором дополнительно кожаная жилетка для ночных пустынных холодов; штаны и плетеная обувь, доходящая до середины голени; на поясе у него светло-каштановая сумочка из кожи фенека со всем необходимым – каким бы странным ни казалось, это была кожа его питомца, единственного и любимого; помимо того на поясе он носил кривую саблю с раздвоенным наконечником и короткий ножик для бытовых дел, не уступающий в остроте сабле, а также пистолет – старинный, переданный от отца, выделялся на фоне остальных здешних пистолетов тем, что на ручке вместо символа луны был свежевыгравированный символ солнца – круг с пятью полукруглыми лучами, между которых пять точек, одна из которых заметно больше остальных; на голове был тюрбан с длинной чалмой на случай песчаной бури. Помимо одежды и пистолета, он носил броню: кожаные наплечники с металлическими квадратными пластинками, закрывающие как плечевой сустав, так и наружную поверхность области плеч; шею его плотно облегала белая ткань наподобие чалмы, на которую дополнительно возложены плотные кожные лоскуты с пластинами из металла; также защита была на локтях, коленях и тыльной поверхности стоп, но эта уже – скрыта за одеждой, чтобы застать потенциального врага врасплох.

Этот мужчина не был простым человеком, каким-нибудь торговцем или алхимиком, популярным в краях пустынного государства, он из ордена «высшей защиты Алькамара», группы высококвалифицированных профессиональных убийц, слепо защищавших честь бога-луны, главного в пантеоне геллудцев. Хотя точнее будет сказать, бывший член ордена. Почему же он здесь, на границе? Об этом еще предстоит узнать. После переосмысления ценностей, которыми он жил всю жизнь, он решил, что не может больше находиться в этом обществе, слепо веря «пустынным» идеалам, пока не изменит это своими собственными руками.

И вот этот халуддин здесь, сидит в одиночестве, в бегах, так как «за предательство грозит обезглавливание»... Оставшись честным с самим собой, перед уходом он решил написать письмо в трех экземплярах. Одно передал непосредственно человеку, кому письмо адресовано, второе – новостному изданию, максимально лояльному этому человеку, и третье – одной старушке, что так любила распространять слухи. Сам себя он убеждал, что таким образом о его решении узнает максимальное количество людей, и это внесет некое бурление в общество, необходимое ко времени его возвращения. Так как он был доверенным лицом в государстве, его просьбу открыть письмо только через день первые двое послушаются, а вот бабуля вряд ли станет, и на это был расчет. Сработает ли все так, как он задумал? Время покажет.

Единственное, о чем халуддин беспокоился особенно сильно, – это семья, которую ему пришлось бросить, чтобы убежать. Члены ордена «высшей защиты Алькамара» не покидают страну никогда и служат последним уровнем защиты Культа и «детей Алькамара», так что как только люди и Культ узнают о его предательстве, возьмут семью в заложники, угрожая их здоровью и жизням.

Пламя как раз разгорелось, треск костра пробудил его от погружения в собственные мысли. Мужчина достал свой медный кофейник и насыпал туда измельченных зерен кофе, заготовленных еще перед сном, затем медленно начал добавлять воду, доводя свой кофе до появления легкой пенки, но не кипячения. Когда кофе оказался готов, мужчина, подождав самую малость, выпил его прям из медного горячего сосуда. Человеку, побывавшему в Пустыне, бедуину (или же, как их называют чужаки, фримену), не страшны высокие температуры.

После того, как мужчина выпил кофе до дна, он достал свой футляр с водой и вылил в посудину немного, промыл и выпил то, что получилось – терять лишнюю воду в этих краях неприлично.

– Пора, – сказал он, встав на ноги и выпрямив спину до той степени, что послышался продолжительный, но очень приятный хруст.

Он собрал все вещи в сумку и разобрал установленную палатку. Посмотрев на звезды, ярко светящиеся в уже наступившей ночи, – а он очень хорошо разбирался в карте звездного неба – мужчина пошел на север на своих двоих, дабы набрать сил для выполнения задания, кое он считает своим предназначением. Это событие примерно совпало по времени с тем, как Даевин Лоост ушел в горы проходить обряд инициации.

Через два месяца. На севере Континента Эйлос, в Королевстве Лейд кипят свои события. Мигель Феррера, лучший друг Даевина, наконец выздоровел. Вернувшись с Корвином в Лейден, они напали на след отца Корвина. Незамедлительно, двое странствующих рыцарей решили приступить к делу. После событий в Ранеже Корвин решил купить черный сюртук, а также сменить всю остальную одежду в черные тона. Помимо этого, он и второй меч решил поднять с пояса на спину, хотя, как ему же раньше и казалось, удобнее, если только один меч на спине, когда другой на поясе. Сделал ли он это специально, чтобы быть похожим на отца, которого так ненавидит?

– Как твои рука и нога? Чувствуешь себя таким же, как раньше? – неловко спрашивает Корвин, так как вопросы о самочувствии других людей его вгоняют в стеснение из-за зажатого характера. Благо, с Мигелем самую малость легче.

– Почти, – Мигель тренировался с манекеном в университете, когда Корвин его нашел. Гвардейцам, выпустившимся из университета, не запрещается его посещать. Он остановился и продолжил. – Я бы сказал, что восстановился где-то на девяносто процентов из ста. Все еще не могу двигать левым плечевым суставом так, как раньше, и с ногой надо быть осторожнее, тазобедренный сустав начинает побаливать от долгих тренировок и движений больше, чем позволяет... эм... степень восстановления, – они не брезгали использовать анатомические названия областей тела, так как в гвардейском университете проходят анатомию.

– Ну, ты же перенапрягаешься, когда тренируешься, а врач рекомендовал «полный покой до полного восстановления».

– Так я просто завяну, нельзя расслабляться после того, что мы пережили. Да и пусть побаливает все, пусть мой организм привыкает к большим нагрузкам, – говорит он с доброй и наивной улыбкой, начиная упражнение в плече, чтобы размять перед продолжением тренировки.

– Я хотел сказать кое-что по нашему делу, но без лишних ушей, – добавил Корвин, осмотревшись вокруг.

Сев на лавочку недалеко от университета, где в данный момент никого нет, Корвин наклонился к Мигелю, будто их кто-то может подслушивать, он начал говорить с ним полушепотом.

– Мой отец был в Лейдене, выполнял какое-то дело.

– Твой отец был тут? – переспрашивает Мигель тоже полушепотом, но уже громче Корвина. – И как ты узнал об этом?

– Он точно выполняет какую-то секретную работу, как обычно, впрочем, – ответил он с раздражением. – Как мы знаем, отец никогда не задерживается в одном месте дважды, но одно я знаю точно, в Лейдене ему всегда что-то нужно. То ли он передает информацию, то ли кого-то нейтрализует, может, сопровождает и охраняет.

– Интересно, почему именно тут? И ты что, снова с утра по всему городу ходил и слушал людей на предмет встречи с человеком в черном с двумя мечами, один из которых черный?

– Я так понимаю, здесь у него есть какая-то интеграция в остальными в своей команде, так как из нашего родного города мы именно «по работе» сюда переезжали давно, да и очень часто, где бы он ни был, возвращается в столицу...

– Ты не ответил на второй вопрос...

– Ну-у, – Корвин выпрямил спину и посмотрел в сторону, – да-а... Но в этот раз я только восемь мест обошел, – хвастается он, поставив руку на спинку скамейки, попытался поставить одну ногу на другую, но от решения на полпути отказался, – и я кое-что услышал, да. Трое дешево одетых у рынка с удивлением говорили про «мужика, который ходил с двумя мечами». Один из них, короче, сказал, что тот вроде ходил как все, не особо спешил, но, отвернувшись на секунду, уже не увидел его на том же месте.

– Помимо этого, еще было что-то?

– Не-а.

– Ну, за две недели нашего нахождения тут, мы хотя бы на самую малость сдвинулись с места, что-то эдакое обнаружили, – подбадривает его Мигель, хлопнув по плечу, – ну, что будем делать?

– Пойдем туда и спросим про все детали. Надеюсь, они никуда не убежали...

Обогнув рынок, Корвин повел Мигеля за собой к мужчине, которого сразу узнал. Тот сидел и просил милостыню, а увидев Корвина, сначала даже испугался, но понял, что он гвардеец, так что выдохнул, угрозы можно не ждать. Первым делом, Корвин подбросил пять проз в дырявую шапочку бедняка, использующуюся как копилка. Далее он после небольшой «паузы зажатости» задал вопрос.

– Извините, господин. Я знаю, что неприлично... Но я, в общем, подслушал ваш разговор, – Корвин присел на корточки к нему, – и вы в нем сказали, что видели мужчину с двумя мечами, я бы хотел узнать больше про него.

– Ох, – бедняк сразу зачесал пальцем лоб в попытке вспомнить. – Да, я видел его. Но хочу понять, что вы ему не угрожаете, тот господин хоть и был мрачным, но я бы не сказал, что он плохой человек!

– Ну... – Корвин посмотрел на Мигеля, а тот на него с неловкой улыбкой, – знаете, я его сын. Он все время убегает, не хочет почему-то со мной увидеться и поговорить.

– Хм-м. Могу сказать, что между вами некоторое сходство точно имеется. Ла-адно, так уж и быть, – он улыбнулся и протянул шапку, – только вот бы что-нибудь освежило мне память...

– Ха-ха, – Мигель не сдержался, – стандартно.

– Ну, ради такого не жалко, – Корвин достал еще одну монету с десятью прозами и положил в его шапку.

– У него было два меча, оба за спиной, и, как мне показалось, один из них... черный?

– Да, это верно, черный.

– Шел он в ту сторону, – указывает бедняк на длинную улицу, – я видел его где-то на расстоянии двадцати-тридцати метров, отвлекся на секунду, и его прям как не было, испарился будто!

– Больше ничего не видели? На нем, или в нем, он один был?

– Хм, – он опустил голову и почесал подбородок, – шаги широкие у него были. Наверное, спешил?

– Наверняка. Ну, спасибо вам за помощь, – он легонько приклонил голову и встал. Следом Корвин указал Мигелю головой в ту сторону, где, по словам бедняка, прошел его отец.

Пройдя тридцать метров, они начали осматриваться. Мигель смотрел следы, которые были на уровне ног, а Корвин смотрел, есть ли что-то на уровне глаз. Раз отец Корвина пропал именно тут, что-то же должно быть здесь.

– Не нашел ничего? – спрашивает Мигель, пока сам осматривает под ступеньками ко входу к одному из домов.

– Нет, совсем ничего, что указало бы на него в этой улице. А ты?

– Не думаешь, что он мог зайти в этот дом? – он смотрит на деревянную дверь в здание, окна которого плотно закрыты шторами, а звуков не слышно.

– Может быть. Давай проверим.

Корвин подошел к двери и постучался. Никто не открыл, и тогда парни переглянулись. Через секунд десять он вновь постучался и приложился ухом к двери, закрыв пальцем другое ухо.

– Звуков вообще никаких, там, похоже, пусто, – и сразу открыл дверь, повернув ручкой.

– Эй, сто-... Ай, ладно, тогда проверим внутри, что есть.

Открыв дверь и войдя, они сразу наткнулись на трупы трех человек. Мигель машинально закрыл за собой дверь, чтобы люди, проходящие мимо здания снаружи, не увидели и не почувствовали ничего.

– Это отец их всех так? И совсем без звука? Кто-то же должен был слышать?

– Что бы тут ни случилось, надо осмотреться и уходить. Я пока осмотрю трупы, а ты проверь дом на наличие записок и всего прочего, что поможет выйти к твоему отцу. Только смотри, не наступи на кровь.

– Хорошо.

Мигель подошел к одному из трупов и начал смотреть: убит одним прямым попаданием меча в область шеи слева, а рана продолжается до нижней части тела грудины, почти доходит до мечевидного отростка, такая чистая траектория возможна только при использовании торианского меча или превосходном мастерстве владения обычным мечом из качественной стали. Этот человек умер мгновенно, но совсем недавно, не вся кровь успела остыть и свернуться, возможно, прошло около десяти-двадцати минут. Мигель осмотрел его карманы и не нашел ничего особенного, приступил к следующему: правой руки нет на месте, находится в метре от трупа, помимо этого, сквозная рана в области сердца. Тоже умер сразу и совсем недавно. Что у третьего: одна рана в области поясницы, доходящая от левого бока до середины живота, вторая находится в области нижних правых ребер, колотая. Все трое истекли таким количеством крови, которое этот гвардеец никогда раньше не видел, поэтому его лицо к концу осмотра изображало нескрываемое отвращение, так как запах крови имеет очень неприятные ноты.

Корвин, пока Мигель осматривал трупы, шел по дому и рыскал во всех шкафах, тумбочках и глубоких посудинах, чтобы найти зацепку. Увидел, что есть ступеньки на второй этаж, и поднялся. В единственной комнате, что там имелась, он нашел старого мужчину, скорее всего, из этой же шайки, без единого ранения, лежащего, держась за сердце левой рукой, а на лице его гримаса ужаса. Осмотрев его труп, он нашел записку, пишущую о мужчине с двумя мечами в черном.

– Это он! – сказал он вслух и побежал вниз. Увидел Мигеля, вытирающего пальцы о чистую столовую тряпку. – Узнал что-то от них? Фу, как ты такую вонь стерпел?

– Я просто реже дышал, – ответил он с неловкой улыбкой на лице. – А насчет этих бедолаг: все трое зверски убиты, а убийства, я так понимаю, произошли минут десять-двадцать назад, кровь на это указывает, да и признаков трупного окоченения еще нет. А ты что-то узнал?

– Смотри, письмо, тут про мужчину с двумя мечами, – передает его, в уже чистые руки Мигеля, и тот начал читать вслух.

– «К вам скоро придет тот самый мужчина с двумя мечами и в черной одежде. Код, который он должен сказать: «Перо Сальпинкса». Никого другого не впускаете. В конце сделки, получив, что нужно, набрасываетесь все четверо на него. Ни в коем случае не допускайте того, чтобы он достал мечи. Управляющий сказал, что этот мечник больше не пригодится. После завершения «сделки», идете в логово, лишних вопросов не задаете.» Значит, их было четверо?

– Четвертый находится наверху, заметно старше, чем эти трое. Умер, похоже, от сердечного приступа, на нем ни одного ранения.

– Твой отец настолько страшный, что последний просто умер от приступа? Ты правда думаешь, что можешь с ним сравниться, если мы его найдем?

– Э-эй, не принижай мои способности. На крайний случай, я перейду в режим демона.

– А твой отец так не может?

– Эм, – Корвин застыл, – ну, не видел.

– Кстати, смотри-ка, – Мигель указывает на приоткрытую дверь на задний двор. – Скорее всего, твой отец вышел через заднюю дверь, иначе тот бедняк точно заметил бы его второе появление.

– Ты прав. В письме пишется, что они должны вернуться в логово, да и вообще, там все в приказном тоне, без намеков на «сотрудничество». Эти четверо убитых – просто пешки, которыми пользовался кто-то более авторитетный. Некто «управляющий».

– Помнишь, как у нас было с Кулинаром? Все «особенные» задачи именно так и выглядели.

– Похоже, – Корвин чешет лоб, – все плохиши этим выделяются.

– Ага. Ну что же, давай пойдем дальше. Надеюсь, ты не наступал на кровь?

– Пф-ф, с трупами не я возился...

– А если проверим? – Мигель поднял по очереди свои подошвы, они оказались чисты. Корвин поднял свои, и под его правой ногой оказалось небольшое пятно крови.

– Да уж... – он начал вытирать ногу о ковер, чтобы избавиться от крови. – Кстати, – он поспешил к двери, у которой заметил кровавые следы, – да, он сам не вытер, смотри!

Мигель подошел и увидел следы от крови, продолжающиеся куда-то в даль. Он переглянулся с Корвином, и они побежали по следам. Пробежав несколько десятков метров, они завернули за угол и продолжили легкий бег по кровавому следу.

Бегая и смотря вниз, они не заметили, как дошли до тупика. Этот тупик показался невозможным, так как кровавые шаги просто завершались перед красно‑кирпичной стеной.

– Чего? Он что, в стену вошел? Такого же не бывает, – в замешательстве вслух спросил Корвин.

– Странно, надо бы осм-

– Ха-ха-ха! – Крикнул кто-то с крыши, и на самую малость Корвину показалось, что это его отец, но нет. Это был какой-то странный человек, сидящий на кортах на крыше и держащий в руках записку. Из-за того, что он со стороны садящегося солнца, виден только силуэт. – Не это ищешь?

– А что это? – всерьез не понимая, спрашивает Корвин.

– На местах преступлений желательно ничего не оставлять. Видимо, у кое-кого не так много мозгов, из-за чего он кое-что забыл и вернулся за этим.

С обратной стороны вышло трое человек, которые, как оказалось, ждали своего часа.

– Ну, с троими разобраться будет не проблема, – подбодрил Мигель. И тут же за теми двумя вышло еще трое, один из которых коренастый, больше остальных. – Оу... Семеро на двоих...

– Хи-хи-хи... – Корвин начинает смеяться. – Хахахаха! – что-то его заметно рассмешило, этот смех застал врасплох всех собравшихся. – Мигель, слушай, я расскажу тебе, когда закончу с ними, – он достает мечи из-за спины, вертит ими и ставит перед собой. – Можешь расслабиться.

– Ты уверен?

– Их всего шестеро, Мигель, хахаххах! Ой... блин, давно так смешно не было...

– Ладно, только постарайся не убивать их, – сказал он шепотом, подойдя ближе, – я буду следить за тем, который сверху, он не кажется таким простым, как эти шестеро.

– Хорошо, – Корвин развернул мечи, чтобы бить не лезвием, а обухом.

С жаждущими крови глазами и широкой улыбкой он побежал на своих врагов. Первым в очереди стоял худой бандит с мечом, на кого Корвин прыгнул. В прыжке он подготовил для удара левый меч, от которого враг закрылся, но Корвин все продумал заранее, поэтому, ударив по этому мечу и отодвинув в сторону, он обухом правого меча вдарил по голове, но не настолько сильно, чтобы череп треснул. Приземлившись перед ним, он ногой откинул первого ко второму, из-за чего повалил обоих, заднего после падения он дополнительно пнул по голове. Остальные четверо одновременно прыгнули к нему, собираясь ударить своими мечами, но Корвин пригнулся и сделал разворот с подсечкой, повалив троих, однако не справился с самым большим. Пока амбал отходил от боли, прыгая на одной ноге, Корвин вырубил первого лежачего металлическим концом рукояти меча, а второго –великолепным ударом с ноги по лицу. Коренастый оклемался и начал махать мечом. Было заметно, что он вообще не профессионал и надеется только на грубую силу, так что несмотря на тяжесть ударов, идеальное парирование каждого удара делало бой очень простым для Корвина. Отбив последний удар из серии из семи замахов, Корвин с криком накинулся на громилу, ударив его по лицу локтем, а затем запрыгнув на него, как он видел это у Даевина, и схватил его шею в мертвый захват, приступив к удушению. Последний из шестерки бандитов, видя это, достал пистолет, желая выстрелить в Корвина, но резкий выстрел Мигеля в ногу остановил его. К этому времени, громила потерял силы и упал от нехватки кислорода.

– Как я и думал, – продолжил человек с крыши, – шестеро бесполезных бандитов. Даже жаль, что вы пожалели этих ничтожеств.

– Что тебе нужно от нас? – спросил Мигель, все это время держа этого подозрительного человека под прицелом.

– От тебя, кто бы ты ни был, ничего, – отвечает он и прыгает вниз прямо между ними. В этот момент становится видной его одежда: серая, ветхая, с металлическими пластинками в областях предплечий и голеней. – У меня дело к этому мечнику, – он повернулся к Корвину. – Ты не мало раз помешал нашим людям в их работе, так что тебя велено убить, уж в этот раз никуда не сбежишь.

– Ты же знаешь, кто бы ты ни был, – ответил Мигель, – что я тебе не позволю ему навредить?

– Даю тебе предупреждение, – он показывает указательным пальцем наверх. – Первое и последнее. Мне на самом деле нет нужды тебя трогать, так что либо ты уходишь и забываешь об этом всем, либо умираешь вместе с ним.

В ответ на это Мигель лишь достал меч.

– Ты тоже из Бессмертных, да? – спросил Корвин.

– Раз вам сегодня умирать, то скажу – да, я один из Бессмертных.

– Вот как. А раз ты наемный убийца, так еще и из Бессмертных, то остановить тебя рациональнее всего именно твоим же методом. Мигель, ты же не против?

– Думаю, да, оставлять в живых его будет большим риском для всех.

– Ха-ха-ха, – разразился смехом Бессмертный, – как они заговорили!

После этого парни вдвоем побежали к наемнику. Корвин до него добежал первым и начал махать мечами, а враг – уворачиваться. Причем в мастерстве уворотов можно было лишь позавидовать ему. Оружия своего он еще не показал, так что можно было лишь гадать, что за секреты хранит этот убийца. Вместе с Мигелем они кромсали пространство вокруг него, но так и не попали в итоге ни разу. Около трех минут длилось сие представление, когда в идеальном танце Бессмертного возникла осечка, которую он не ожидал. Корвин притворился, что ударяет мечом, из-за чего наемник отошел назад, но в итоге отпустил меч, из-за чего тот завертелся и рукоятью ударился о лицо противника, а сам же Корвин, выждав момент, схватил его за ногу свободной рукой и потянул вниз, Мигель с другого конца ударил его по голове ногой с разворота. Следующую секунду убийца лежал, а оклемавшись, увидел Корвина, поднявшего свой меч над его головой, готовясь рубить с шеи.

– Подожди...

Только успел выкрикнуть наемник, как Корвин сделал замах, готовясь отрубить голову, но его меч, ударившись о шею, отдал такой вибрацией и звоном, что у гвардейца заболела рука и он рефлекторно освободил хватку, выпустив меч.

– Что за... – ему показалось, будто он настоящую скалу ударил, причем максимально неправильно. – Камень? Да нет, такой звук может быть только если железо ударится о железо.

– Ха-ха-ха... – наконец злобно рассмеялся, раскрывая свою сущность, будто ждал все это время. – Неужели вы подумали, что все будет настолько легко? Всего за две минуты расправитесь с Бессмертным? Два идиота... – пока парни дистанцировались от него, он встал и встряхнул с себя пыль. – Ну что, пора играть серьезно! Как и вы, так я, совершили ошибку – недооценили противника. И кому-то, – продолжил угрожающе, – придется за это расплатиться.

Мигель встал в стойку, Корвин побежал за вторым мечом, подняв первый. Подготовившись, стал ждать последующих действий наемника. Мигель, не дожидаясь, достал пистолет и сделал несколько выстрелов ему в живот и ноги, но все пули срикошетили в стороны.

– Ты что, и правда металлический?

– Можно и так сказать. Я могу превратить любую часть тела в металл. Рассказываю, так как вам теперь не уйти живыми, как тебе, черный, так и тебе, – говорил он, указывая длинным рукавом на гвардейцев. Затем он эту руку опустил, и из нее резко вышло лезвие меча. – И да, – он улыбнулся, – конечности во что-то металлическое я тоже могу превращать.

– Твою мать, – ответил Корвин, понимая, как они с Мигелем попали.

– Понимаю... Сделаем, что возможно.

Они вновь оба напали на него, нападая с двух сторон. Ими было замечено, что чем больше частей своего тела Бессмертный превращает в металл, тем медленнее он двигается. Корвин давил на него слева, бесконечно делая простые легкие удары, Мигель пытался обойти его и делать свои удары, изредка стреляя с пистолета. Наемник же, профессионально отбивался он Корвина, обращая затем внимание на Мигеля, ему было нелегко, поэтому он и вторую руку превратил в меч. Внезапно, перед последней атакой Мигеля, меч, который указывал на него, стремительно удлинился, и если бы не острая реакция, позволившая гвардейцу откинуть голову, была бы мгновенная смерть.

– Ах! – рефлекторно выдохнул Мигель.

Наемник, увидев откинутую голову, сделал свою ногу металлической и ударил по открытому животу Мигеля, откинув его прямо до стены. Сила удара была такой великой, что первой ударилась спина, смягчив столкновение затылка со стеной. У Мигеля перехватило дыхание, из-за чего тот начал задыхаться и жадно глотать воздух.

– Мигель! – отвлекся Корвин, ослабив хватку.

– Я не закончил! – выкрикнул и наемник, сделав этой же ногой удар по лицу Корвина с разворота, откинув его к другой стене. Второй гвардеец тоже пал, ударившись головой. Бессмертный решил не оставлять его и пошел добивать своими металлическими кулаками. Первый удар, второй, третий... Он все не останавливался, а лицо Корвина превратилось в непонятную кашу, из которой сочится кровь, один глаз вовсе вышел из глазницы, вторым, что весь в крови, он еле мог разглядеть происходящее вокруг.

Закончив с Корвином, Бессмертный медленным шагом направился к Мигелю, который только оправился от удара и бессильно наблюдал за другом упершись о стену, не мог даже и слова сказать. Подойдя ко второму гвардейцу, Бессмертный направил на него свою руку, готовясь превратить ее в рапиру с острейшим наконечником и удлинить, чтобы убить Мигеля. Момент длился словно вечность в глазах Корвина.

И прямо перед тем, как удлиненная заостренная конечность достигла Мигеля, ее намертво схватила чья-то красная рука, из-за температуры которой исходил пар. Наемник обернулся и увидел устрашающую картину: наполовину черное, наполовину красное лицо, полное ярости. Корвином вновь овладел демон, но уже намного больше, чем раньше. Рог на правой стороне больше, и половина лица, что была раздроблена, полностью восстановилась, но в черном виде. Он рычал, как голодный зверь, что наконец поймал добычу.

Как нечего делать, он выломал конечность наемника и ею же ударил его по лицу с такой скоростью, что от силы удара уже наемника откинуло на другой конец улицы. Корвин решил не оставлять все так и прыгнул за ним, враг уворачивался и отбивался, но было ясно, к чему все идет. Он уже знал, что ему не спастись, поэтому он использовал свой туз в рукаве: техника «съёжиться». Наемник позволил себя схватить и тут же все его тело обросло длинными шипами, из-за чего Корвин покрылся несколькими десятками сквозных колотых ран. Но убийца совсем не понимал, с чем ему пришлось столкнуться. Демонов боятся и опасаются не просто так. Все колотые раны в следующую секунду уже закрылись, идеально восстановившись. Корвин схватил его за предплечье и со всей силы швырнул в кирпичную стену, при этом рука, за которую он держался, оторвалась. Выбросив ее, он прыгнул за ним и с прыжка, приземляясь к наемнику, вдарил кулаком по его животу, и даже металлическая броня, которой он покрыл живот, не помогла, и он выплюнул часть пищеварительного тракта изо рта, а часть вышла снизу. Он уже был не жилец, но Корвин решил, что этого мало и схватил его шею, зажав ее так сильно, что голова вылетела и покатилась восвояси.

– Корвин! Успокойся! – послышался знакомый голос откуда-то снизу. Голос Мигеля еле вырвался из отбитых легких. – Уже все хорошо, со мной все нормально!

Корвин посмотрел на Мигеля, неловко улыбающегося и жестом зовущего к себе. Он спустился вниз и, выдохнув, вернул себе человеческий облик. Черная половина лица с рогом испарились, оставив после себя целое зажившее лицо.

– Извини, я... – не понятно, за что хотел извиниться человек, только что спасший Мигеля от смерти, но он упал без сознания.

– Извиняю, Корвин... – ответил Мигель, подхватив его в падении.

Через несколько часов, перед сумерками, Корвин проснулся, резко подняв голову.

– А? Что случилось?! Я...

– Ничего, мы в безопасности, – отвечает Мигель. Корвин замечает, что они находятся в палате. – Я отвез тебя в госпиталь и сказал, что там случилось несчастие, от которого нам, гвардейцам при исполнении, еле удалось сбежать. Как себя чувствуешь?

– Нормально, только голоден... Сейчас сдохну...

– Хе-хе, – Мигель открывает тумбочку рядом с кроватью Корвина, а там куча еды, килограмма три, из которых два – это мясо птицы и говядина. Аппетит после режима демона всегда высокий, так как тратится слишком много сил.

– О, спасибо!

Корвин начал с аппетитом все есть, а между делом, Мигель показал письмо.

– Смотри, это то самое письмо, которое наемник показывал. В нем непонятный для меня шифр.

– Мхм, – еле выговаривает Корвин с полным ртом, – фтоп... – он разжевывает еду, – да, это фыфр: текфт этот чафтично на трювейском языке, частично на валегарде, частично на общем лейденском, – наконец-то, он доел то, что во рту. – Тут написано: «Я знаю, что ты меня ищешь, Корвин, встретимся в пабе «Пожилая Химера». Жду.» Да!! – он поднял кулак с бедром курицы. – Наконец‑то, спустя столько лет, он сам захотел увидеться. Посмотрим, как он заговорит при встрече.

– Когда отправимся?

– Сейчас, я все быстро доем, а ты ел, кстати?

– Да, – Мигель улыбнулся. – Мне, к счастью, так много не надо.

По пути, он решил спросить у Корвина, случалось ли именно такое превращение раньше.

– В этот раз, – начал он, – твое лицо на половину было полностью черным, а рог длиннее. Глаз на черной половине полностью был горящим, ярко-красным, а не как на второй, где горели только зрачки. У тебя такое было раньше?

– Не знаю, я же за собой со стороны не могу наблюдать. А я был разумным тогда?

– Ты максимально жестоко расправился с наемником, чего раньше я не наблюдал, после чего откликнулся на мой крик и успокоился. Можно сказать, – он хлопнул друга по плечу, – хорошо держишься.

– Отлично! – он сжал кулаки.

У входа в паб Корвин заметил на лице Мигеля легкую улыбку. Это место ему сразу напомнило об одном человеке.

– А чего улыбаешься? Ты тут уже был?

– Да, с Даевином, он часто сюда заходил раньше. Это паб отца Клинта, его одногруппника, тут всегда шли какие-то слухи, и он себя чем-то занимал, чтобы не скучать между занятиями.

– Оу, тем-то и лучше, там знакомые.

Войдя в паб, они увидели, как много людей тут бывает по вечерам. В этой яркой теплой атмосфере было неожиданно встретить человека с двумя мечами в черном. Часть людей оглянулась на секунду в сторону Корвина и продолжила. Тем временем, второго человека в черном и с двумя мечами тут не оказалось. Подойдя к барной стойке, они встретили Клинта младшего на побегушках у отца.

– Добрый вечер, Клинт, и вам мистер Майер! – начал Мигель. – Нам пожалуйста... две грушевые газировки.

– Я не люблю грушевую газировку, – жалуется Корвин.

– А ты хоть пробовал?

– Э-э, нет... ладно, попробую, но, скорее всего, не понравится!

– О-о-о, Корвин, – приветствует его Клинт рукопожатием сразу после Мигеля, – не ожидал тебя увидеть. Ой, простите! Тут заказы на столах, не успеваю!

– Весь в работе, – с гордостью говорит Мигель, взяв газировку себе и вторую передав Корвину. – Корвин, у тебя как раз вопросы к мистеру Майеру.

– Да, мистер Майер, – неловко перебирает пальцами по бутылке газировки, и осматривается в помещении, – сюда не заходил мужчина с двумя мечами до меня?

– Можешь не спрашивать так, Корвин, я знаю твоего отца, хо-хо!

– Знаете?!

– Конечно, мы же старые друзья!

– Друзья? Он ничего не говорил про это, – отвечает Корвин, смотря невинными глазами на хозяина и на Мигеля.

– Да, знаю. Он же тебя избегает. Как раз заходил сюда несколько часов назад, ждал. Но, спустя где-то час, ушел, хотя ожидал, что ты придешь.

– Оу, это же из-за этого... – он снова смотрит на Мигеля. – На нас напал человек, когда мы шли по его следу. Он сильно меня ранил, из-за чего пришлось в больнице восстановиться.

– Ох, вот как, – он чешет свои рыжие усы с подозрением и ехидной улыбкой, – вот незадача!

– А он не говорил, куда уходит?

– Сказал, что у него дела в «вечно дождливом селе в Негледо». И еще сказал, что если хочешь увидеться с ним, просто дождись его тут, в пабе «Пожилая Химера», так как через несколько недель он точно вернется.

– Негледо?! Что он там забыл?

Негледо – это небольшое островное государство к западу от Королевства Лейд. Находится в нескольких тысячах километрах от Лейдена, включая и перемещение по морю.

– Знал бы я сам, – хозяин паба поднимает руки, – я без понятия, где и куда он пошел... На твоем месте, я бы остался здесь.

– Черт! Нет уж, я за ним, – он встал из-за стойки, прихватив газировку и подготовился уходить. – Мигель, если не хочешь, можешь остаться, убеждать пойти со мной я не буду.

– И не придется. Я пойду с тобой.

– Уверен? Это же точно продлится долго.

– Да, я обещал помочь найти его. Надо довести дело до конца.

– Спасибо, – ответил он, кивнув другу, – ой, вот вам за газировку! – он достал десять проз и кинул с большого пальца хозяину, а тот его ловко поймал. Они вышли наружу.

– Только, – добавляет Мигель, – раз мы уходим, и не известно, насколько, надо знакомых предупредить.

– Кого?

– Эдну и Логана, так как время от времени с ними виделся.

– Конечно, – кивнул Корвин и пошел за ним.

Через время. Постучавшись в дверь дома семьи Эдны, Мигель стал ждать. Корвин сидел на скамейке неподалеку. Дверь открыла сама Эдна и, приятно удивившись, напрыгнула на Мигеля с объятиями. Сразу позвала внутрь, так как ужин скоро будет готов.

– Прости, – застенчиво улыбнувшись, – на самом деле я прихожу попрощаться. Мы с Корвином собираемся в Негледо.

– Серьезно?! – жалуется она, скрестив руки на груди. – Мы же не виделись ни разу!

– Эй, вообще-то, четыре раза, – отвечал он, не понимая претензий девушки, влюбленной в него.

– Дело совсем не в этом! А что вам делать в этом Негледо?

– Я помогаю Корвину в поисках своего отца.

– Вечно ты кому-то помогаешь, нет бы о себе позаботиться! – она посмотрела на Корвина, у которого в этот момент газировка вышла через нос, и тот издал истошный стон.

– Да будет еще время, чего торопиться? – он улыбается и ставит руку ей на плечо. – Даю слово, как вернусь, сразу к тебе, хорошо?

– Да, – сказала она тихо, пытаясь не обижаться.

– На самом деле, я бы остался чтобы поужинать с тобой и твоей семьей, но зная Логана... Он просто места себе не найдет, если не сможет прокормить меня в путь.

– Да-а, он у вас такой, – Эдна улыбнулась, – чувствовать вину за то, что не накормил кого-то...

– Ладно, мы тогда пойдем, – он протянул к ней руки.

– Береги себя, – она сближается с ним, крепко обнимает, – тебе и так досталось.

– Обязательно, – поцеловал ее руку на прощание.

Попрощавшись, Мигель с Корвином пошел дальше. На подходе к общежитию, во дворе он заметил Логана, усердно тренирующегося в фехтовании. Было видно, что он тут далеко не первый час, так как он весь истекает потом так, будто только вылез из озера, учитывая то, что он в одной майке сверху, а погода уже давно не самая теплая. Кожа его стала жилистой, а на подбородке виднелся белесоватый пушок. Наконец-то, начала расти борода у мальчика!

– Эй Логан! – Мигель помахал ему, когда тот отвлекся.

– Мигель! Корвин! – он подбежал к ним, но левую икроножную мышцу схватила судорога, из-за чего Логан чуть не упал прямо на друга, но Мигель успел подхватить его. – Ой, извини... Мои мышцы убиты. Ну, почти...

– Ты с утра тренировался?

– Можно и так сказать. Не могу оставить тренировки, дел очень много, – он выпрямился и размял шею. – Пойдем внутрь?

– Да, пожалуй, стоит. Иначе заболеешь, а тебе еще этого не хватало!

– Да ладно, я вряд ли заболею. Уже второй месяц подряд так занимаюсь.

Они зашли внутрь, Мигель с Корвином устраивались на кухне, пока Логан купался. Выйдя, он присел к ним в одном полотенце, прикрывающим с пояса по колено.

– Итак, чего вы так поздно? Неужто куда-то уходите? Мы ведь даже не виделись толком...

– Да, – отвечает Мигель, – мы с Корвином отправимся в Негледо.

– Негледо? Это та страна на островах к западу от Лейда?

– Да.

– А что там?

– Мы туда по делу Корвина.

– Корвин? – он посмотрел на него, ковыряя пальцем ухо. – А что тебе там нужно? Скажешь?

– Ну, – он откинул волосы назад, – если без деталей, то у меня вопросы к отцу. Мы пойдем, поговорим и вернемся. Времени много это зайдет лишь по причине большого расстояния, я так думаю.

– Хм, – Логан кивнул, поняв, в чем дело, – а давайте мы поедим! В кои то веке, встретился со старыми знакомыми.

– Я не против, – кивнул с улыбкой Мигель, – ты, Корвин?

– Ну... почему бы и нет? – застенчиво ответил он.

– Вот и отлично. Я сейчас достану картофель. Сделаем пюре. Соус у меня уже есть.

Особенностью пюре, которое делал Логан, было то, что соли он почти не добавляет, но в самом пюре больше молока – где-то в полтора раза, – и сливочного масла – примерно в два раза, – чем обычно люди добавляют, благодаря чему оно получается чрезвычайно нежным и сливочным на вкус. Соль же приходит вместе с концентрированным соусом из мяса говядины, в котором измельченные сладкие перцы, красный лук и морковь томятся несколько часов в томатном соусе. Такое блюдо равнодушным не оставит никого. Положив на большие тарелки по два ковша пюре и достаточное количество соуса, они с аппетитом это поели. Даже Корвин, съевший за час до этого целых пять килограммов еды, не постеснявшись, облизывал тарелку в конце.

Перед уходом, после нескольких душевных разговоров, Логан все-таки решил задать вопрос, который хотел задать еще с самого начала.

– Мигель...

– Да?

– А о Даевине никаких слухов? – Мигель уже был в курсе того, что Даевин ушел в горы, дабы пройти обряд инициации. Но о нем или от него никаких новостей уже два месяца.

– К сожалению, ничего не слышно. Первым делом, когда прибыл в Лейден из Ранежа, пошел к резиденцию его госпожи, но его там не оказалось. Через неделю вновь туда пошел, а его нет как нет. Пару дней назад тоже посетил – никаких новостей.

– Он же не мог умереть?.. Честно говоря, я в смятении. В некотором роде, мне даже страшно...

– Д-да, – проговорил Мигель, смотря куда-то в звездное небо. Его ответ был прерван внезапно поступившим комом к горлу. – Мне в это не верится... Это Даевин, он не может просто так умереть.

– Он обещал не умирать, – с небольшой надеждой в голосе добавил Логан, – а Даевин никогда не отказывается от данных слов.

– Ты прав, – Мигель поворачивается к нему с широкой улыбкой, но грустные глаза этой улыбкой не скрыть. – Я надеюсь, он вскоре вернется.

– Раз вас не будет, навещать резиденцию его госпожи буду я, – он вытер свои глаза. – Вы на Железнодорожную Станцию?

– Да. Там определимся с картой, как и куда поехать, чтобы выплыть в Негледо.

– Понял. Ладно, больше задерживать не буду. Давай, Мигель, – он обнял Мигеля, – и ты, Корвин, удачи, – ему пожал руку и приобнял.

– Давай, братец, не хворай.

– Удачи, Логан.

Черт, придется все делать одному!

Логан уже две недели преследует одну местную группу мошенников, собирающихся нажиться на подставном бою, ему как раз не помешали бы лишние пары рук в окончании этого дела, так как с каждым днем все становилось только хуже.

Почти две недели назад. Логан, дабы не опоздать на занятия со старшим братом Дорадом, зацепился за карету, мчащуюся в нужную ему сторону, и еле удержался так, чтобы не упасть. И тут он случайно стал свидетелем подозрительного договора.

– Деньги держи наготове, мы едем напрямую к месту встречи, – говорит один из троих, сидевших в карете.

– Да, сэр, – отвечает второй спокойным голосом.

– Проверьте пистолеты на случай «непредвиденных обстоятельств». Черт бы побрал того мальчика, из-за которого мы чуть не перевернулись, и пришлось остановиться, чтобы решить проблемы с его тупой мамкой, теперь опаздываем!

– Мне кажется, или мы стали ехать чуть медленнее?

– Дорок, поторопи водителя, с ними медлить нельзя!

Что же делать?! – думал Логан. – Может, вообще отцепиться? Хм, – он оглянулся: скорость езды кареты была слишком высокой, и без травм не обойтись, если спрыгнуть. Так что даже если отцепиться, то ближе к концу, когда сбавят ход. – Ладно, останусь пока здесь, стало интересно, что они собираются делать.

Через некоторое время они доехали до переулка, Логан максимально, насколько возможно, вцепился в заднюю стенку кареты, чтобы его не было видно. Доехав до места назначения, карета остановилась аккурат прямо в направлении к ожидающим людям, это позволит ему не быть обнаруженным.

– Быстрее-быстрее, – сказал главный, выйдя первым.

Все трое буквально вылетели и пошли к людям, которые ждали на месте встречи. Первый был толстым и невысоким, имел тонкие длинные усики и ходил с тростью, второй, вышедший за ним, был с чемоданом, третий рядом для подстраховки. Логан начал наблюдать за происходящим через заднее окошко кареты в переднее окошко, которое чуть шире, из-за чего не весь обзор закрывается спиной кучера.

– Итак, господа, – начинает толстяк, – предполагаю, менеджер ваш уже знает, в чем дело? С нас деньги, с вас гарантия.

– Об этом и я знаю, – жестко отвечает мужчина с широкой челюстью с противоположной стороны, который, видимо, главное действующее лицо некоего представления, что здесь готовится. – Что именно конкретно мне нужно сделать?

– Думаю, в представлении не нуждаетесь, Лестер Гронт, или мне лучше называть вас «Вердке»?

Вердке? Неужели это он, тот самый? – думает Логан. – Один из лучших боксеров подпольных боев, насколько мне известно. На что он соглашается?!

– Так вот, – продолжает толстяк, – в общем-то, ничего сложного от вас не требуется, кроме поражения в третьем раунде. Через две недели будет ваш бой с каким-то дренейцем. Нужно, чтобы вы продолжали давить его до третьего раунда, но не настолько, чтобы нокаутировать, и когда в третьем раунде не останется сомнений в вашей победе, вам нужно будет пропустить мастерский удар противника, – говорил он активно жестикулируя. – Мы узнали у организатора боев, что на вас уже поставило столько людей, что у противника коэффициент 6.34, причем многие ставят на победу еще в первом раунде, поэтому в случае проигрыша, а конкретно – проигрыша на третьем раунде, мы увеличим деньги в тринадцать раз!

– Допустим, я согласен, – ответил боксер через некоторое время размышлений, – но у меня двадцать семь побед и два поражения, так что специально проигрывать я буду только в случае очень солидного гонорара...

– Хех, это разумно, господин Вердке! – он указывает тростью на своего подчиненного, чтобы тот показал содержимое чемодана, придержав в конце от поднятия крышки кейса. – Сколько вам заплатили бы за этот бой, учитывая ставки?

– За сам бой я получу семьдесят тысяч проз при победе, тридцать – при поражении. От ставок мне на счет идет тридцать процентов.

– Отлично. Смотрите, господин, – чемодан открывается, и в нем видны свежие купюры, собранные в пачки по сто, набив весь чемодан, – в чемодане пятьдесят тысяч проз, это будет вашим авансом. Можете хоть здесь и сейчас уделить время на то, чтобы проверить каждую купюру, среди них ни одной липовой!

– М-м, – боксер подошел и начал в быстром темпе проверять каждую пачку. – Насколько могу судить именно я, все чисто. И сколько процентов на проигрыше я получу от ставок?

– Если вычесть комиссию в десять процентов, еще минус пять процентов отсыпать шептунам, еще минус пять за организацию всего процесса, чтобы не возникло ни одного подозрения, минус пять еще для рекламной кампании... Короче говоря, семьдесят пять процентов чистой прибыли, из которых двадцать получите вы.

– Двадцать? – боксер призадумался.

– Эй-эй, эти двадцать процентов будут раз в десять больше тех тридцати, что вы получили бы от победы! Тем более, что есть аванс, который сам по себе чего стоит! Вы же еще от боя получите тридцать тысяч при поражении.

– Хм... Хорошо, дельно. Я возьму эти деньги и проверю у своих на наличие фальшивых купюр. Считайте, соглашение есть, только никому не сообщайте. И еще, за день перед боем встретимся в этом же месте. Это на случай, если фальшивки все-таки будут, ибо даже если будет одна фальшивая купюра, соглашение отменяется.

– По рукам, – с гордостью ответил толстяк, зная, что все деньги честные, так как прямо перед сделкой обналичил счет в банке. – Приятно иметь с вами дело. Встретимся через две недели.

Без слов, боксер пожал ему руку. Когда толстяк повернулся к карете, его взгляд мигом остановился на чем-то странном в заднем окошке кареты.

– А у нас, похоже, гости, – он щелкнул пальцами два раза, и все, кто там был, включая боксера и одного его подручного, начали медленно подходить к карете с разных сторон.

Твою же мать! Что делать?!

Обойдя с двух сторон карету, они все заметили мальчика в обмундировании гвардейца, который невинно улыбался, поняв, что его заметили.

Как бы Дорад поступил?! А что сделал бы Даевин?!

Логан пытался медленно спуститься, но за что-то зацепился и плюхнулся о землю. Поднявшись, он увидел, что выход наружу прикрывает только один человек, а в непосредственной близости находится второй.

Ладно, главное, не допустить ошибок...

– Мистер, – обращается он к ближайшему охраннику, – а вам удобно с развязанными шнурками?!

– А? – тот посмотрел вниз, но там все было нормально. – У меня все...

В момент, когда тот поднял голову, Логан кинул ему в глаза пыль, которую собрал, когда специально упал, следом он побежал к выходу, достав меч. Охранник, что стоял у входа, готовился остановить сорванца своим мечом, но Логан парировал его на бегу и в развороте дал под зад, выйдя из этого переулка, побежав к брату.

– Чертов мальчишка! – говорит толстяк. – Ай ладно, от того, что один пацан узнает наш замысел, ничего не изменится. Планы не меняются.

– Он же в гвардейской одежде? – спросил боксер.

– Судя по его молодому лицу, это еще студент, молодой гвардеец. Так что никакой угрозы нам и нашему делу: университетская детвора всегда всего боится.

Логан все бежал и бежал, только через два километра бега успокоился и отдышался, идя пешком, так как во всеоружии бегать намного тяжелее, чем в простой одежде. Дойдя до резиденции Эквила, он побежал к брату, рассказывать все.

– Хахаха, Логан, ты что, только сейчас узнал, что бои в подпольных аренах не всегда честные? – Дорад искренне не понимал недоумения младшего брата.

– Ну и что? Там одни гонорары по тридцать-семьдесят тысяч, это немалые деньги, еще и подставные бои, из-за которых остальные люди попадут в западню!

– Семьдесят? Это не мало... – Дорад призадумался. – Может, и мы поучаствуем?

– Да Дорад! Нельзя так делать. Люди же в долги потом попадут, будут кредиты выпрашивать, лезть в еще большие долги.

– А наш банк им эти кредиты выдаст, – ехидно добавил старший брат.

– Я с тобой больше не буду разговаривать!

– Ладно-ладно, – смеется Дорад, – я просто не могу не подшутить над такой умиляющей детской наивностью. Ты в такие моменты похож на Даевина, все время ему не сиделось на месте, дай какое-нибудь задание, чтобы его эго носителя справедливости утолить. Правда, Даевин бы точно не убежал от «всего лишь пятерых противников» и начал драться со всеми. Кстати, он так и не вернулся?

– Не-а.

– Уже больше месяца прошло, – Дорад недоволен, – а его все еще нет.

– Надеюсь, он не умер...

– Да брось. Думаешь, я не знаю этого засранца? Наверняка отдыхает где-то вместо того, чтобы проходить свой обряд.

– Даевин не из таких.

– Не из таки-их? Ха! Поэтому вместо тренировок, после университета он постоянно шел на свою любимую скамейку, чтобы поспать.

– А ты об этом откуда знаешь?

– Пф, сложнее будет найти человека, который об этом не знает, – Дорад закатил глаза, – Даевин все сам рассказывал, спрашивать не приходилось. Такой надоедливый.

– Хе-хе, а у тебя в голосе нелюбви к нему больше нет, раньше ты прям по-настоящему ненавидел его.

– Не то, чтобы прям ненавидел. Я же сам не против выделиться. Просто его методы были очень назойливыми и навязчивыми, поэтому его половина студентов называла выпендрежником, хотя люди знали, что он на самом деле хорош. Так что, – Дорад переключается на ставки, – ты хочешь что-то сделать? Помешать им как-то?

– Да. Что думаешь насчет того, чтобы найти противника этого Вердке? Сказали, что это какой-то дренеец. Если найти его и рассказать о планах, вдруг он что‑то надумает?

– Надо будет тогда его найти, – кивнул он, – а он вообще в Лейде?

– Вот не знаю, надо пойти в то место, где вообще подпольные бои происходят, только я в душе не чаю, где это место находится, до меня всегда лишь слухи доходили.

– Тебе повезло, я знаю, – с гордостью ответил Дорад.

– Откуда? Я бы ни за что не подумал, что ты этим увлекаешься...

– То, что мы из семьи банкиров, не означает, что у нас не может быть своих интересов. Тем более, Логан, чисто по секрету, – он приблизился к брату и на ухо шепнул, – раньше отец давал очень мало денег, так что я шел на риски, чтобы увеличить свой капитал.

– О-о-оу... – Логан был неслабо впечатлен. – А если я расскажу все дяде?

– И не вздумай, – он дал легкого щелбана по лбу младшему брату, совсем не больно, – это уже в прошлом. Значит, тогда пойдем после тренировки.

– Прям сразу?

– А чего ждать? Через две недели меня тут уже не будет, отец отправляет в командировку.

– Э-э? А мне ничего не говорили.

– А ты еще не завершил обучение.

– А как я буду всем заниматься один?

– Так ты всегда можешь отказаться что-либо делать, м?

– Ну уж нет. Давай, я уже умираю от нетерпения. Я стал сильнее!

Потренировавшись, они искупались и вышли, одевшись в простую экипировку, так как белое привычное одеяние семьи Эквила бросалось в глаза каждому – таково решение Дорада. Темно-синее студенческое обмундирование, которое Дорад давно не надевал, наконец пригодилось.

Путь их лежал в один из внутренних дворов на юго-востоке Лейдена. Это не единственное место, где проводятся бои, но самые дорогие, которые стоят больше тридцати тысяч проз, всегда проходили тут. Подойдя к толстой деревянной двери, Дорад постучал восемь раз, сделав паузу после первого стука, а после пятого сбавил темп. Прозвучало это как начало марша. В двери была металлическая решетка, за которой имеется закрытое металлом окошко, и после восьми правильных стуков, окошко открылось. Никаких звуков или слов не последовало оттуда.

– Нет чести места там, где правда на стороне денег, – красиво сказал Дорад, в его голосе почувствовалось презрение.

Дверь открыли и впустили их обоих.

– Запоминай на всякий случай, Логан: восемь стуков, пока окошко закрыто, и фраза, когда окошко открыли.

– Ты так пафосно выглядишь! – с восхищением говорит Логан, идя позади.

– Только не смотри на меня так! Подумают, снычи какие-то.

Во дворе было достаточно просторно и ухожено, имелось несколько деревянных столов и стульев, за которыми сидели и что-то обсуждали люди. Дорад, не сбавляя темп хода, направился к широкому спуску из каменных ступенек куда-то вниз, Логан не отставал. Пока они спускались вдвоем и рядом никого не было, Дорад решил дать совет:

– Не показывай слабость, во всех смыслах. Цитата, использующаяся на входе, вполне оправдывает здешних людей. Если к тебе пристанут, помни, что ты сильнее большинства здесь. Бояться – позорно для сына семьи Эквила. И лицо сделай менее впечатлительным, выглядишь совсем не статно, как малыш.

Спустившись достаточно глубоко, они оказались в какой-то клоаке, круглом подземном Колизее, огражденном железными прутьями, чтобы обезопасить смотрителей и не дать бойцам бежать с ринга. Сам ринг был достаточно большим, на глаз – пятнадцать метров в диметре, а благодаря концентрически расположенным сидениям, Клоака выглядела огромной для подземного строения. Стены не были ничем отделаны: кирпичная кладка подземных ходов уже несколько сотен лет справляется со своей работой. Здесь довольно много людей: в основном, это мужчины в возрасте за тридцать, часть из них выглядела очень солидно, часть – как оборванцы. Дорад все еще не сбавлял ход, он шел к конкретному человеку, через которого здесь все совершалось. Находился этот человек в кабинете, дверь от которого не особо-то и отличалась от остальных.

Открыв ее, Дорад вошел, за ним вошел и Логан. Младший сразу обратил внимание на четырех человек в охране главного человека и бухгалтера, сидящего по левую руку от главаря, пространство по правую руку от него пустело, но там точно кто-то должен быть. Сидели они на плоских подушках, гостям были только рады.

– Добрый день, Чернокрыс, – Дорад легонько поклонился. На ним повторил Логан. – Полагаю по вашему выражению лица, вы меня помните, но представлюсь, Дорад Эквила, – этому представлению удивилась только часть охраны, другие уже знали, что «Эквила» далеко не новичок в деле ставок.

– Белоснежка пожаловал! – говорил он без намека на насмешку, скорее, это звучало как старая дружеская кличка. – А с ним, погляжу, Белоснежка младший? Рад вас видеть, в любом случае! Ну что, готов на что-то ставить?

– До меня дошли слухи, что Вердке собирается драться через две недели.

– Это правдивые слухи, – кивнул Чернокрыс. На лице у него была не сходящая никогда улыбка.

– Ух ты! – он очень естественно изображает азарт. – А кто его враг?

– Некий Казимир Поддубный из Цева.

– Цева? – вставил Логан.

– Самоназвание для Восточнодренейской Империи, – ответил Чернокрыс, – но, как видишь, это название ужасно длинное. Не бы оставить Цев как есть, но официалы решили иначе.

– Казимир Поддубный, – Дорад начал думать, – а он уже тут, в Лейдене?

– Нет. Передали, что прибудет только за неделю до боя.

– Что у него по статистике?

– Одиннадцать боев. Девять побед и два поражения.

– Звучит неуверенно. Думаю, наш победит, все же, имя Вердке известно даже тем, кто никогда его не видел, – говорит он, указывая большим пальцем на младшего. – А что по коэффициентам?

– За победу Вердке 1.59, за победу Поддубного 7.11.

– Нехилое различие, – кивает он, – а в этом бою можно ставить на победу в конкретном раунде или конкретным способом?

– Конечно! Гонорар за бой сто тысяч проз, – он широко улыбнулся, радостно подняв руки. – Тут все включено! Тебе, как старому знакомому комиссия в пять процентов за ставку на победу, но братцу твоему – десять, как всем остальным.

– Понимаю, я совсем не осуждаю. Расскажешь, какие сейчас коэффициенты?

– Они, – с разрешения Чернокрыса отвечает его бухгалтер, сидящий слева, – поднимаются с 1.41 за победу нокаутом в первом раунде Вердке до 2.66 на втором и 3.11 за победу в третьем раунде. За победу в первом раунде Поддубного коэффициент... 20, что является максимумом, втором – 16.11, третьем – 13.28.

– А победы по очкам нет? Неужели, все ставят только на нокаут?

– Согласно подсчетам, да.

– Отлично, я уверен в нашем бойце, а ты? – спросил Дорад Логана.

– Честно говоря, я тут впервые. Не знаю точно, но о Вердке слышал много раз, думал, это городская легенда...

– Хахаха! – рассмеялся Чернокрыс. – Ох, эти новички всегда такие смешные.

– Есть такое, – кивнул Дорад и достал из сумочки тысячу проз купюрами по сто. – К сожалению, не довелось видеть ни одного из бойцов последние полгода, так что поставлю просто на победу Вердке. И еще, – он достал еще сто проз, – это – на победу Поддубного в первом раунде нокаутом.

– М-м? – удивился Чернокрыс. – Необычное решение.

– Считай это надеждой на редчайшее чудо, а так, ста проз не жалко, – он передал деньги бухгалтеру. – Будет тебе, чем отпраздновать! А ты будешь ставить?

– Я? – ответил Логан, будто не был уверен, что обращаются к нему. – Да не, в следующий раз, возможно... Просто посмотрю бой, когда придет время.

– Вполне разумное решение, – отвечает Чернокрыс, наклонившись ближе к гостю, – всегда важно знать, на кого ставишь.

Попрощавшись, они вышли из кабинета. Не задерживаясь, Дорад повел Логана к выходу. Прямо у ступенек, Логан замечает тень и знакомую походку толстяка, спускающегося снаружи, из-за чего отходит назад и поворачивается спиной. Дорад это замечает и понимает, в чем дело. Он тоже отходит назад, прикрыв младшего брата, прислонившись о стену. Толстяк проходит, смотрит на Дорада и сначала даже путает его с сорванцом, которого ранее днем видел. Но лицо более уверенного в себе и высокого гвардейца точно дает знать, что с ним лучше не контактировать, тем более – думая, что ты «больше», чем он. Он плюнул куда-то в сторону и прошел дальше, за ним и его двое сопровождающих.

– Они ушли, – спокойно сказал Дорад, – пойдем.

– Спасибо, что прикрыл.

– Будто я мог поступить иначе, братец.

Спустя неделю с небольшим, когда Дорад отправился в командировку, Логан оставлен самому себе, еще и учеба началась... Все, что он знал, это имя бойца – Казимир Поддубный. Посчитав логичным, он начал ходить по гостиницам, чтобы найти этого самого Поддубного.

Логан потратил два дня свободного времени на то, чтобы обойти все гостиницы города, но ни в одной из них не оказалось никого с таким именем, редко где вообще были другие дренейцы.

– Черт, – уселся он в районе старого Бастиона, – да где демоны носят этого Поддубного? Неужели я не найду его... До боя всего четыре дня.

– Вижу, ты от чего-то в смятении? – спросил знакомый женский голос, спустившийся будто с небес в самый нужный для него момент.

– А? О, Хейли? – он выпрямился. Это была та красивая рыжая подружка Даевина, которую тот учил фехтовать и стрелять. – Не ожидал тебя увидеть. Что делаешь?

– Помогаю соседям в разных делах, – он показывает на ящик, который точно весит не меньше десяти килограмм судя по тому, с каким запыхавшимся лицом она его держит. – Оказывается, мама совсем не хочет отпускать меня в свободное плавание как странствующего рыцаря, приходится теперь помогать всем нашим знакомым семьям за небольшие деньги. А ты что? Ищешь кого-то?

– Вообще-то, да! Ты не видела никого с именем Казимир и фамилией Поддубный?

– М-м... – она начала вспоминать. – Точно! Две женщины с моей улицы как раз говорили об одном усатом и громадном дренейце, посетившим Лейден. Хочешь, пойдем со мной, они соседки мои.

– О, конечно, – он встал и пошел с ней. – Не могу все-таки смотреть на это, давай, я понесу ящик, видно же, что ты уже устала.

– Спасибо, – она передает и выпрямляет спину, – ох-х! Как спина болит.

– Конечно! Сколько в этом ящике веса... Удивительно, как ты его вообще носишь.

– Как тебе новый учебный год?

– Сойдет. Вообще, я сейчас таким делом занят, не до учебы. Даже для тренировок времени нет.

– А, Поддубный. А зачем тебе он, если не секрет?

– Я услышал, как его хотят использовать для махинации на ставках в бою на подпольной арене. Надо ему передать и решать, что делать дальше. Суммы там идут за сотни тысяч проз за бой. Слишком много людей будет обмануто.

– Воу, – она посмотрела прямо на него с удивлением, – а ты хорош. Кому-то еще рассказывал?

– Только старшему брату. Он мне в этом немного помог даже, но уехал в командировку, так что теперь я один.

– Эх, жаль, я бы была рада помочь, но дел по горло, не успеваю нигде.

– Да ладно тебе, – он машет свободной рукой, – не думаю, что дальше возникнут сложности. Да и скорее дела обстоят так, что помощь нужна тебе.

– Есть такое. А ты, кстати, не знаешь, где Даевин? Я на прошлой неделе посетила резиденцию его госпожи, а там его нет, только Букер, наш сокурсник, который сказал, что он на «чрезвычайно важном задании».

– Он проходит обряд инициации в торианских горах. Его нет уже полтора месяца, хотя обещал вернуться через неделю.

– Полтора месяца? – Хейли от услышанного остановилась. – Ты же не думаешь, что он...

– Не думаю, – сказал он, повернувшись к ней, – даже Дорад уверен в нем, а это что-то да значит. Так что продолжу ждать, хотя сомнения берут с каждым днем все больше...

– Блин, только решилась впервые за несколько месяцев увидеться с ним, а его нет.

– А у тебя к нему дело какое-то?

– Можно и так сказать.

– Может, я смогу чем-то помочь?

– Хех, ты, Логан, конечно, хороший парень, но Даевин – совсем другое дело...

– Я вообще-то все эти полтора месяца тренируюсь в усиленном режиме, хотя ожидал, что он придет через неделю и я с этим закончу. Я стал намного сильнее, я точно один из сильнейших на нашем курсе. Ну и вообще, я думаю, я сильнее тебя.

– Сильнее меня-то? – Хейли восприняла это как вызов. – И что ты сделаешь, если проиграешь девчонке?

– Соглашусь, что я еще слаб, не буду спорить.

– Этого мало.

– Ой, ты это говоришь так, будто заранее знаешь, что победишь.

– Хорошо, в один из своих свободных дней я сама найду тебя и вызову на дружескую дуэль «до первого касания».

– Всегда готов, девчонкам я не проигрываю!

– Даже тем, кого сам Даевин с первого курса учил?

– Ну... да, без исключений! И он меня тоже многому научил!

Дойдя до нужной улицы, Хейли, поблагодарив Логана, отнесла ящик в соседский дом, затем, выйдя, постучалась в другой дом, подозвав гвардейца. Дверь открыла женщина, которая, узнав Хейли, сразу обняла ее и позвала внутрь. Она же сказала, что совсем нет времени, но попросила помочь молодому человеку, опосля сразу удалилась по своим делам.

– Здравствуйте, мисс. Меня зовут Логан, я молодой гвардеец.

– Ну здравствуй, молодой гвардеец Логан, что интересует?

– Хейли сказала, что вы говорили о некоем дренейце с фамилией Поддубный. Вы знаете, где он сейчас находится?

– Конечно, он гостит у знакомого в доме в соседнем дворе, его там все видели, ни с кем не перепутаешь, такой огромный мужик! Одна его рука как моя голова!

– Спасибо большое, вы очень помогли! – он поклонился и помахал на прощанье.

– Конечно, удачи, молодой человек.

Ну и зачем я тратил целых два дня?! Столько времени впустую. Почему некоторые вещи нельзя знать заранее? Ладно, благо хоть, что нашел.

Пройдя к соседнему двору, он спросил живущих там людей, где живет гость-дренеец. Как оказалось, этот «усатый гигант» пришел сюда погостить к своему другу, а еще у него рекордного размера бицепсы.

Постучавшись в нужную дверь, Логан попросился внутрь, увидев не скрывающегося усатого мужчину втрое больше, чем он сам.

– Спасибо, что позволили войти. Вы еще больше, чем я себе представлял.

– Располагайся, гвардеец, чувствуй себя как дома, – ответил хозяин дома. – Принести чаю?

– Нет, спасибо, я тут не на долго.

– Что интересует? – спросил с заметным акцентом сам Поддубный, устроившись удобно на диване. – Вы выглядите так, будто знаете то, чего другие не знают, и спешите об этом доложить...

– Так и есть. Я знаю, что вы сюда приехали драться с Вердке, здешним чемпионом. Кстати, ваш друг знает?

– Да, – ответил он после небольшой паузы, сев ровно. – Так что, вам есть, что сказать?

– Я где-то неделю назад по случайным обстоятельствам услышал, что ваш бой с тем Вердке купили.

– Купили? Хех, послушай-ка, Кайле, – говорит он громче, чтобы услышал его друг, – что говорит этот малец. Купили мой бой, а мне при этом не сообщили!

– Ха-ха-ха! Они хоть знают, с кем связались? – слышится из кухни. Следом друг приносит поднос с тремя чашками чая, хотя Логан отказывался. – Ты же не откажешься? – с невинной улыбкой спросил он.

– Ладно, спасибо большое за гостеприимство, – он взял чашку и сделал один легкий глоток. – Так вот. Вердке этот – чемпион, даже я, не будучи ни разу в подполье, слышал о нем. Дело в том, что многие уверены, что он победит, поэтому подавляющее большинство людей поставило на него. Но его купил какой-то низкорослый толстяк, убедив проиграть в третьем раунде, из-за чего с коэффициентом в тринадцать с лишним, они уйдут оттуда, выиграв немыслимое количество денег.

Двое мужчин, один из которых имел необычайно гигантские размеры, смотрели на Логана с недоумением, и наконец один спросил:

– Три раунда... Кайле, думаешь, он столько вообще протянет?

– Что? – уже с недоумением спросил Логан. – Протянет? А вы уверены, что вы и победите? Но у вас же девять побед, а у него двадцать семь, он легенда...

– Девять побед – это слух, который я специально распустил в этих краях. На самом же деле, все одиннадцать боев я победил. И не абы кого. Парень, ты слышал когда-нибудь о цевских богатырях?

– Богатырях? Не-а, не припоминаю, а кто это?

– Богатырями кличут такой редкий вид мужей, когда в человеке сочетаются острый ум, могучая сила и великий рост! Одиннадцать таких богатырей я уложил, и внезапно какой-то глупец с прозвищем Вердке, собирается выстоять три раунда боя? Знаешь, – обращается он к Кайле, своему другу, – если расскажу такое дома, все со смеху лягут просто, – и начинает смеяться.

– То есть, – немного разочарованно добавляет Логан, – вы бы все равно победили? А еще утверждаете, что в первом раунде? Коэффициент вашей победы в первом раунде – 20, и это просто возможный максимум, выше некуда.

Тут Логан вспомнил, что Дорад на всякий случай поставил сто проз на первый раунд победы за Поддубным. Будто что-то знал!

– Хо-ох, совсем меня тут не знают, – с наигранной грустью ответил богатырь. – Ну что, парень. Неприятно разочаровывать тебя и их, но я не дам этому Вердке даже одного раунда.

– Хм, это решает проблему, – Логан пожал плечами. – Раз свою задачу я выполнил, пойду к себе. А-то я вас искал по всему городу два дня.

– Два дня? Чтобы передать это? Секунду, парень, – он оперся локтями о колени. – За тобой была слежка? Угрожал, может, кто?

– Нет, мне такое не грозит, я же гвардеец. При мне меч, у меня были хорошие учителя, и сейчас есть...

– Вот, держи, – с заднего кармана штанов он достал какой-то камешек.

– Что это? – Логан протянул руку.

– Когда будешь в опасности, просто сожми его. Он хрупкий, сломается сразу.

– А что это сделает?

– Увидишь, если наступит такая возможность. Все же, не могу я оставить добромолодца совсем без внимания.

Логан взял мелкий камешек в руку, диаметр его был меньше сантиметра, помещался между указательным и большим пальцами, имел яркий космический синий цвет с вкраплениями белого.

– Значит, просто сжать? – он подкинул и схватил в полете. – Будет сделано! Благодарю, а теперь пойду, – допив уже остывший чай залпом, он встал, – всего хорошего, удачи в бою!

– И тебе всего хорошего, парень, – он помахал на прощанье.

Последнее, что Логан увидел перед выходом, это то, как Поддубный удобно усаживается на диване, тесном для такого гиганта, как он.

Следующие несколько дней, он, сразу как завершал одиночные тренировки во дворе университета, ближе к вечеру шел в подполье, чтобы смотреть бои. К сожалению, боев Вердке не было, а ему очень хотелось посмотреть, как тот покажет себя.

Следя за один боем, за два дня до боя Вердке, он так увлекся, что начал выкрикивать фразы: «Давай! Не так! Слева нападай! Бей по боку! Апперкот!» Его кое‑кто заметил. Почувствовав стук чего-то деревянного по плечу, он отвлекся. Это был тот самый толстяк с двумя сопровождающими. Лицо его было недоброжелательное, но Логан не подал устрашенного вида.

– Вам что-то нужно? – спросил он так, будто видит их впервые.

– Не знал, – медленно проговорил толстяк, уперевшись о свою трость, – что молодых гвардейцев сюда пускают, не выглядишь надежным.

– Надежным? Вы о чем? А так, я тут совсем недавно.

– Будешь придуриваться и притворяться, что нашей встречи за каретой не было? – он нетерпеливо перебивал трость из руки в руку с важным видом, хотя было заметно, что что‑то его злит. – Может, напомнить тебе?

– У меня хорошая память на лица, так что я бы вас точно узнал. Смотрите, – он показывает на бой, – я анализировал этого бойца всю неделю, что нахожусь тут. Думаю, что в следующем бою поставлю на него.

– А? Думаешь? – он подошел к решетке, чтобы посмотреть за боем. – Хм, да, он неплохо себя показывает. И какая у него статистика, кто будет следующим противником, знаешь? – спросил он, повернувшись к Логану, а его след простыл. – Подлец! Снова сбежал! Быстро поднимитесь, – приказывает своим охранникам, – может, еще достанете его. Точно что-то замыслил против нас, я это чую!

Логан, сразу же как отвлек, сначала тихим шагом, затем ускоренным, пробежал к выходу. Выйдя из закрытого двора, погнал в сторону общежития. Снова он бегал, бегал до тех пор, пока онемевшие ноги не сдались, и он упал. Далее продолжил пешим ходом.

У них все еще есть ко мне вопросы, точно что-то задумали сделать со мной. Я-то думал, уже все кончено!

Логан решил, что на всякий случай нужно проследить за ними в следующий день после полудня, когда тройка этих мошенников вновь увидится с Вердке, узнать, состоится ли их сделка вообще. Лучше всего будет подождать их с крыши одного из зданий, откуда все видно.

Сразу после занятий в университете, прихватив в лавочке один пирожок с картошкой, поднялся по пожарной лестнице на крышу четвертого этажа того здания, напротив которого и должна совершиться сделка. Через два часа ожидания, Логана пробил голод, из-за чего он открыл пакетик с уже холодным пирожком и начал есть. Внизу он заметил движение: двое человек, один из которых выше и массивнее другого, судя по очертаниям лица и большой челюсти – это тот самый Вердке. Через несколько минут неспеша на карете прибыла другая сторона. Из кареты вышло четыре человека... или три?

– Хм... Показалось, там было четыре человека. Ладно, проследим.

С такого расстояния Логан ничего не слышал, но судя по поведению и рукопожатию с улыбками в конце, ясно – все прошло гладко.

– На что это ты смотришь? Подглядываешь за частной сделкой?

Логан резко встал и обернулся. Там был человек в облегающей форме, напоминающей офицерский костюм, поверх которого надет широкий шарф, напоминающий плащ. На лице у него очки-авиаторы с солнцезащитной пленкой, из-за чего глаза не видны. Вид угрожающий. Молодой гвардеец сразу подумал, что ему не просто так сначала показался четвертый человек.

– Вы все неправильно поняли! – отвечает он, подняв руки. – Я здесь случайно.

– Очень случайно, – полном иронии голосом продолжает таинственный мужчина, – объявляется молодой парень в гвардейской одежде, со светлыми волосами, голубыми глазами, легким пушком на подбородке, который точно так же следил за сделкой две недели назад.

– Я все объя-

Мужчина схватил молодого гвардейца и протянул к углу крыши, где более плоская часть сменялась на пологую. Посмотрев вниз, Логан чуть не потерял сознание, ноги его еле держали.

– Эй-эй-эй! – он инстинктивно схватил его за руку намертво. – Выслушайте хотя бы, я вам точно не враг, клянусь! Не делайте этого!

– Говори. Зачем ты следишь за сделкой? Кому ты о ней рассказывал?

– Мне казалось, они что-то надумали сделать со мной, поэтому я хотел проверить на всякий случай! А в прошлый раз я просто зацепился за карету, так как опаздывал, но... из-за высокой скорости езды я не мог отцепиться. И когда доехали до нужного места, то есть сюда, я побоялся просто выйти...

– И? – мужчина протянул Логана ближе к краю, он уже держался лишь на кончиках пальцев. – Зачем ты сюда пришел второй раз? Ты не ответил на вопрос.

– Подождите, давайте я скажу вам кое-что, чего вы не знали.

– И чего мы не знали?

– Поддубный не простой соперник! Он сказал мне, что он настолько силен, что наш Вердке не выстоит с ним даже одного раунда! Я видел Поддубного, он в полтора раза больше Вердке, а два проигрыша, про которые шли слухи, – фальшивые! Вам нужно пересмотреть ставки, если еще не ставили! Он сказал, что даже одного раунда не даст нашему бойцу!

– Откуда мне знать, что ты не врешь?

– Я отвечаю за все слова. Только прошу, – добавил он с заметным страхом в голосе, – не убивайте, ни в одном из слов я не солгал.

Мужчина наконец дернул Логана обратно. Тот полетел к середине крыши и упал. Обернувшись, чтобы поблагодарить, Логан не увидел никого. Куда он пропал?! Как? Не было ни единого пути спуститься, кроме как по лестнице этого дома или соседнего, но он исчез без звука.

Теперь оставался один вопрос: «Что делать?»

С этим вопросом, Логан пошел к себе в общежитие. Пришел к выводу, что завтра расскажет обо всем Поддубному. Было бы неплохо иметь кого-то для подстраховки, но рассказывать соседям по комнате в общежитии не вариант – они малы и слабы, Дорад не в городе, Хейли занята, Даевин проходит обряд...

Надо найти завтра днем Мигеля, чтобы попросить его пойти со мной, он как раз в Лейдене, – думал Логан. Но что произошло потом, когда стемнело, мы уже знаем, поэтому молодому гвардейцу Логану Эквила придется все делать одному.

Следующим днем после занятий в университете и тренировки Логан пошел домой к другу Поддубного, но его там никого не оказалось. Значит, уже вышел. Побежал в бойцовский квартал. Делал он это уже перед сумерками, так как известно, что самые важные бои происходили в 19:00. Еще был час до начала, так что можно было не спешить. А вдруг, они что-то сделали Поддубному?! Черт, я совсем не подумал об этом! Эта мысль поторопила Логана к месту боев.

– Я уже совсем не понимаю, что происходит и как происходит, – говорил он вслух так, чтобы слышал только он один. – Черт, во что я ввязался? Лучше бы просто забил на это! Но уже нельзя не предупредить Поддубного, вдруг, ему угрожали или задумали что-то ужасное.

Уже внизу, когда до боя оставалось совсем немного, он начал гулять по подполью в поисках кабинета, где к бою готовится Поддубный. У одной из дверей он увидел громилу со знакомым лицом, это был друг Казимира Кайле. Он, увидев знакомого гвардейца и поняв просьбу, впустил Логана внутрь.

– О, это ты! – встречает его богатырь, поправляя усы после выпитого молока. – Какими судьбами?

– Мистер Поддубный, я бы хотел извиниться, я рассказал обо всем им.

– Что ты имеешь в виду? – он сказал и протянул руку в сторону диванчика, чтобы гвардеец присел рядом.

– Вчера я все-таки решил с крыши проследить, подтвердится ли сделка. В конце, когда я уже – кстати, сделка состоялась окончательно! – собрался уходить, меня поймал какой-то мужчина, которого не было за мной секунду назад. Он держал меня над пропастью и угрожал скинуть, поэтому пришлось рассказать, что вы собираетесь нокаутировать его в первом раунде. Извините, пожалуйста, я не держал язык за зубами, делал от страха!

– Успокойся, мальчик, – ответил Казимир совсем без злобы.

– Просто он ушел сразу, как я это сказал. Вдруг, хотел вам навредить? Он исчез сразу, как отпустил меня. Испарился!

– Хм-м, – богатырь поник в мысли, – вполне может быть. Но, как видишь, все хорошо. Я не дам всяким злочинцам навредить себе. Скоро мой бой начнется, а ты иди, займи себе место, дай богатырю хорошенько подготовиться, – он улыбнулся, обнадежив Логана.

– Эх, – гвардеец чешет макушку, – скверно получилось. Я думал помочь, а в итоге только накосячил, – он подошел к двери.

– Не думай об этом, все знать заранее нельзя. В тебе есть богатырский дух. Ну... тельце оставляет желать лучшего, конечно, но ты понял меня.

– Спасибо, мистер Поддубный, желаю вам победы на ваших условиях, со всеми знаниями, которые я предоставил.

– В этом ты абсолютно прав.

Выйдя к рингу, Логан прислонился к решетке, смотря на бой двух не известных ему бойцов. Боясь ответственности за свои поступки, он, не желая видеть этого боя, прямо перед оглашением двух легендарных бойцов пошел к выходу. Поднявшись по ступенькам, он увидел, что во дворе, где обычно всегда много народу, все поторопились внутрь, и даже не вниз, где скоро будет происходить, наверное, самый дорогой бой за все время существования кулачных боев. В центре просторного двора стояла уже знакомая тройка из толстяка и двух охранников. Видимо, он и отозвал весь народ, чтобы показательно унизить меня.

– Третий раз вижу тебя, мальчишка. Не хочешь ничего рассказать?

Тук-тук-тук. Сердце начало колотиться с бешенной скоростью.

– Что рассказать?

Сердце Логана забилось так быстро, что он испугался, не будет ли приступа.

– О чем ты говорил с дренейцем?

Тук-тук-тук-тук. Ноги пошатнулись.

– Да ни о чем, просто пожелал удачи...

Несмотря на простой ответ, было заметно дрожание в его голосе.

– Сначала, – говорит он сквозь зубы, еле сдерживая гнев, – ты появляешься и узнаешь о нашей сделке, но не забываешь о ней, а решаешь что-то с этим сделать! Потом, вчера я внезапно узнаю, что, как оказывается, победить легендарного Вердке собираются в первом раунде! Сначала я поставил две сотни тысяч проз на победу дренейца в третьем раунде, потом, из-за твои слов, поставил триста тысяч проз – а это, считай, мои последние деньги! – на победу в первом раунде, но ты и на этом решил не останавливаться! Теперь ты зашел к дренейцу, и точно что-то другое придумал! Что ты вчера сказал? «Я за каждое свое слово отвечаю»? Так что теперь ты тихонько разворачиваешься, – указывает он с тростью, – и идешь смотреть бой вместе с нами. Если что-то пойдет не так, как ты сказал... Одной смертью, малец, ты не отделаешься. Лейденские водоросли покажутся не самым худшим итогом.

«Лейденские водоросли» – неофициальное название трех десятков внезапно обнаруженных трупов в реке Лейден, прикованных кандалами к тяжелым камням и сброшенным в реку еще живыми, когда дно реки решили очистить.

– А вот и нет, – с улыбкой в лице говорит Логан, доставая данный ему Поддубным камешек и сжав его между двух пальцев. Трое врагов всполошились, думая, что сейчас что-то произойдет. Но... разбившись на мелкие кусочки, камень исчез, не приведя в итоге ни к чему.

Громкий смех обуял троих бандитов. Толстяк указал тростью в сторону ступенек. Логан, потеряв надежду, повернулся.

Тук-тук-тук-тук-тук. Страх почти обуял все тело.

Не показывай слабость, во всех смыслах, – словно ударом колокола слова старшего брата пронеслись в голове. – Если к тебе пристанут, помни, что ты сильнее большинства здесь. Бояться – позорно для сына семьи Эквила.

– Дорад... – тихо проговорил Логан, – брат...

Бояться – позорно для сына семьи Эквила!

– Чего ты так бормочешь? – рявкнул усач. – Двигай давай!

Позорно!

– А что, если нет? – гневно отвечает Логан и достает меч. Так же медленно, как он повернулся в сторону ступенек, он повернулся обратно, встав в защитную стойку.

– А?! – буркнул толстяк. – Что значит «нет»?! Заставьте его, – обратился он к своим.

Сверхинстинкт, за работу, – говорит про себя Логан и ждет малейшего угрожающего действия в свою сторону. Первым на него побежал правый охранник. Подняв свой клинок, он замахнулся прямо в шею гвардейца, но тот ловким движением руки парировал удар, выведя из равновесия противника, следом рукой достал его за шкирку и швырнул в сторону ступенек, и тот полетел вниз. Истошный крик в конце дал понять, что он не встанет. Повернувшись, Логан стал ждать второго. Лицо толстяка уже было не таким уверенным, но отступать он не собирался. Второй охранник, побежав к Логану, притворился, что делает такой же замах, как предыдущий, но остановил удар на половине пути и с разворота совершил выпад. Логан, зная такие трюки, толком не отреагировал, а выпад он парировал изящным движением меча вправо, после чего сделал подножку и, после падения охранника, вбил его головой о каменный пол. Тот сразу потерял сознание.

– Я что, боялся этих двух профанов все это время? – с лежачего охранника он переключился на толстяка и начал к нему подходить. – Твоя очередь, толс-

Внезапный удар по печени ногой отбросил Логана вбок. Осмотревшись после падения, он вновь увидел человека в сером офицерском обмундировании, черным шарфом и авиаторами на глазах. Гвардеец сразу встал и вновь подготовил меч для защиты.

– Ты что, правда думаешь, – враг оказывается в метре слева от места, где был, – что сможешь, – снова телепортируется вправо, – в меня... – в мгновение ока оказывается прямо перед Логаном, лицом к лицу, – попасть?!

Логан судорожно взмахнул, но не успел попасть по нему, так как он снова телепортировался, уже назад, к толстяку.

– Что ты вообще такое?! Как ты это делаешь?! – спрашивает он, впервые видя такое чудо своими глазами. – Это магия?!

– Хахахахаха! Тебе нет смысла знать, как меня зовут. То, что ты это видишь, уже означает, что тебе осталось жить совсем чуть-чуть.

– Только попробуй, последствия для тебя и тебя, – смотрит на толстяка, – от семьи Эквила окажутся непоправимыми!

– Ой-ой! Как страшно!

Логан вспомнил про пистолет на груди. «Крайняя мера» настала. Он достает пистолет и, подобно Даевину, совершает несколько выстрелов в офицера с авиаторами: все, кроме одной, летят в воздух.

– Ай, блядь, – толстяк упал, держась за ногу, – моя нога!!

Черт, я вообще собирался попасть по этому телепортирующему ублюдку!

– Так тебе и надо, жиртрест! – ответил он, будто все пошло по плану.

Мужчина в авиаторах снова начал телепортироваться и, телепортировавшись из стороны в сторону, ударил ногой Логана в грудь, откинув к деревянным перилам.

Думай, как остановить его!

Логан упал без сознания. Толстяк начал себя перевязывать.

– Вот сукин сын! Возьми его, убивать пока не надо. Я лично об этом позабочусь.

– Проверю сначала, спит ли.

Он подошел и, достав из сумочки на поясе метательный ножик, воткнул его в заднюю поверхность бедра Логана. Нога дернулась, но ничего не последовало.

– Эй! А если он умрет? Ты что творишь?

– Я попал правильно, ничего важного не задел. Перевяжу.

Подняв Логана после перевязки на свои плечи, свесив ноги слева, голову и руки справа, он только собрался уходить вниз за толстяком. Ловким быстрым движением гвардеец достал метательный ножик и воткнул несколько раз в бок этого телепортирующегося наемника. Тот телепортировался в сторону, а Логан, оказавшись в воздухе, упал на свое место.

– Кусок дерьма! – он вновь телепортировался к Логану и начал избивать его тяжелыми ударами ноги по животу, спине, ногам и рукам. Глядя на это, даже сам толстяк промолчал.

– Ну хватит уже, – слышится знакомый голос.

Логан только успел посмотреть вверх, как увидел Поддубного, ударившего по голове наемника с такой силой, что тот мгновенно потерял сознание, далее богатырь схватил его за ногу и швырнул по каменную стену. «Приземлился» он лицом о нее. Логан, найдя в себе силы встать и подойти к телепортирующемуся противнику, задал вопрос:

– Спасибо, мистер Поддубный... вы мне жизнь спасли... Честно говоря, я думал, что камешек, который вы мне дали, не сработает...

– Что? А, ты про тот красивый камешек. По правде говоря, он и не должен был сработать.

– Что?! – Логан с удивленным лицом посмотрел на богатыря.

– А как, по-твоему, это должно было сработать? – смеется он.

– Не знаю... А как вы тогда пришли ко мне на помощь? Вы же драться должны были.

– Никому я не должен, мальчик. Как ты и говорил, я победил на своих условиях, я просто сдался в самом начале боя.

– Что-о?! – слышен чуть ли не визг с другой стороны двора. – Вы проиграли? О нет, о нет, о не-ет!! Да чтоб вы все сдохли! Мои деньги... Я остался вообще ни с чем... – толстяк упал на колени и больше не проронил ни слова.

– Могу представить, как ему тяжело... Но он это заслужил. Только вот что делать с ним? – Логан указывает на телепортирующегося врага. – Это была какая-то сверхсила? Он из одного места мгновенно перемещался в другое. Никогда такого не видел.

– Решай ты, – Поддубный постучал по его плечу и направился к выходу, а за ним и его друг, – я не из тех, кто убивает людей.

Оставшись наедине с врагом, Логан подошел к нему, повернул его лицом к себе. Открыв его одежду, чтобы увидеть раны, он достал повязку из своей сумки и закрыл ею две ножевые раны в боку наемника. Часть зубов выпала от удара о стену, но судя по глазам, он был в сознании, хоть и помутненном, не мог ничего сделать, лишь наблюдал за тем, как Логан латает его. Ничего холодного под рукой не оказалось, поэтому он достал ножи с сумки наемника, свернул их в ткань и прикрепил к нижней челюсти.

– Эй ты, – крикнул он толстяку, – вызови человека из лазарета, я видел, внизу имеется, – тот встал и поспешил вниз, а Логан продолжил, вынудив его на минуту остановиться. – Я пойду, но предупреждаю! Раз эта встреча стала несравненным жизненным опытом, я буду готовиться еще сильнее к тому, что придется столкнуться с такими, как он. Не советую меня преследовать, тебе же лучше.

– Да какой теперь смысл говорить? – срывается в слезах толстяк. – Из-за тебя я упал на самое дно, хотя сегодняшний день должен был стать лучшим днем в моей жизни. Видеть тебя не хочу.

Логан ничего не ответил и ушел. Нет места чести там, где всем правят деньги, – проговаривал он про себя. Шел он хромая, держась за болеющий лоб. Несмотря на спорный исход, он был полон гордости. Оставшись самому себе, без кого-то из близких, он наконец не струсил. Это все нужно будет рассказать Дораду, когда он вернется, и... Даевину! Логан резко изменил пункт назначения и, подловив такси-карету, направился на запад, в резиденцию Гайис.

Он впервые тут. Красивый сад из разнообразных цветов ему понравился больше всего. Позвонив в домофон, он сказал, что это Логан Эквила звонит, и он пришел повидаться со своим другом Даевином. Его впустили внутрь. У входа в здание его ждал Марцин Баттовски – личный и главный королевский защитник семьи Гайис.

– Здравствуйте, – со вздохом проговорил Логан.

– Добро пожаловать. Для меня честь приветствовать члена семьи Эквила.

Внутри резиденции были Ева и Букер, единственные, кто хорошо знал Даевина. Они провели его на кухню. Букер, отметив, как Логан похож на своего старшего брата, начал вспоминать тяжелый нрав старшего Эквила. Меж тем, Логан поближе с ними двумя и познакомился, но рассказать о том, что с ним только что произошло, не решился.

– Говорите, о Даевине никаких слухов? – с грустным выражением лица.

– Сначала я сама грустила, а теперь я знаю, что если он вернется, я ему все зубы ему выбью!

– Два месяца ожидания сводят с ума, – добавил Букер, намекая на психующую Еву. – Кто только к нам не пришел: Мигель несколько раз, один раз даже с Корвином, Хейли, некий Роберт Кен – его знакомый – присылал письмо, теперь и ты, даже его отец, посетив резиденцию три раза, в первую очередь спрашивал про сына, а новость о том, что он не вернулся, удручала все больше, это было видно по тому, как он реагирует. В первый раз он просто вздохнул и сказал, что верит в сына, во второй – он сначала в замешательстве спросил, не шутка ли это, начал думать, приставив пальцы ко лбу, в третий – даже переспросил, а потом добавил...

– Букер... – вставила Ева.

– Извиняюсь. Ну, ты понял, Дорад младший.

– Я вообще-то Логан! У меня свое имя есть.

– Хе-хе, – он поставил одну ногу на другую, – я знал, что у тебя будет именно такая реакция.

– Не обращай внимания, – Ева машет рукой в его сторону, – ему только дай шанс, будет выпендриваться наблюдательностью и тем, как он читает людей и знает их поступки наперед.

– Совсем не выпендриваюсь... В общем... Даевина нет. Со всеми остальными ждем и надеемся, что он наконец вернется.

– Блин, – он хлопнул свое здоровое бедро от безысходности. – Ладно уж, тогда пойду. Если вернется, скажите, что я заходил, пожалуйста. Мне есть, что ему рассказать такого...

– Обязательно, – кивнул Букер, – думаю, у него самого тоже будет, о чем рассказать.

Попрощавшись, он ушел в общежитие, так как с утра надо уже на учебу.

А Букер решил повторить свой план Еве перед выходом, чтобы продолжить свое расследование и вызнать, где находится один из заговорщиков. Ведь когда он найдется, надо будет его нейтрализовать – таково задание отца Даевина.

С тех пор, как Даедвин Лоост начал присматривать за Букером, ему было рекомендовано не выходить на улицу днем, а на ночные вылазки идти в одиночку и с броней. Такой способ «безопасной» жизни был странным, но за все два месяца жизни, никто за ним не пришел, так что этот ритуал имел смысл.

Итак, в эту ночь Букеру Дэвидсону нужно пойти по следам группы заговорщиков, встречающихся в доме по адресу, который Даедвин Лоост выдал на листочке детективу и предупредил не произносить вслух его.

– Мне сказали, – передает Даедвин Лоост перед уходом, – что встреча должна пройти там, – протягивает листок, – но точно я не знаю, о чем там будут говорить, и будет ли там нужный нам заговорщик. И да, не смей произносить вслух этот адрес. У них есть некий всеслышащий, который слышит определенные фразы на неимоверно большом расстоянии, насколько бы тихо они ни были сказаны вслух.

– Оу, – он взял листок и решил не открывать. – Буду знать, спасибо... А что делать, если там будет нужный заговорщик?

– Если сильно уверен в себе, то можешь убить его, – он стоял спиной у Букеру, но по тону было понятно, что смеется, – а так, если серьезно, просто вызнай, куда он направляется, где будет находиться. Мне нужно, чтобы он оказался один, без остальных людей заговора, чтобы его убить.

– А какое он занимает место в их среде?

– Место в их среде? Он как бухгалтер, но заправляет людским капиталом. У него гнилая натура, а поддерживается она постоянным потоком денег и утолением его бесчеловечных желаний. Он пример того, что делают деньги со слабовольными людьми. Но что отличает его, он очень умен и почти никогда не ходит один: либо он в среде остальных заговорщиков, либо с несколькими профессиональными подчиненными, среди которых еще и Бессмертный, помимо тех – еще этот всеслышащий, который формально Бессмертным не является, но имеет ранг особо подчиненного, так как владеет сверхсилой.

– Как же много этих волшебных людей, неужели, так всегда было?

– Вообще, да, но мало. Лишь в последнее время их число растет стремительнее, так как некоторые казусы, в части из которых вы поучаствовали, вынудили их защититься сильнее.

– Ладно, – он засунул листок в карман. – Завтра выполню. Только отошел от прошлого задания, надо передохнуть, а-то уже третье задание подряд меня утомит окончательно.

Букер имел в виду задание, которое он выполнял с Даевином, и задание, связанное с таинственной девочкой.

– Так-то у тебя и выбора нет, встречаются люди там именно завтра ночью. Ладно уж, я тогда пойду. Смотри, только не попадись им, удачи, детектив, – сказал он так, словно это уже имя нарицательное.

– Постараюсь, мистер Лоост! И вам удачи.

Через сутки. Когда Букер подошел к району, в котором находится нужный дом, он сначала осмотрел улицы на наличие людей. В такое время, как правило, взрослые уже не выходят на улицу, а детей укладывают спать. Достав свой монокуляр, он настроил степень приближения, чтобы внимательно разглядеть крыши домов и окрестные улицы. Совсем никого, как показалось, поэтому он медленно на корточках прошел возле стены смежного дома.

Подойдя впритык, он услышал приближающиеся шаги: звуки от четырех пар ног, одна из которых – особенно тяжелая – укреплена металлом. Он резко отпрыгнул в сторону кустов и стал ждать в положении лежа прямо за изгородью, чтобы его было сложно заметить, даже если высунешь голову проверить.

– Здесь точно кто-то есть, – говорит мужчина с очень басистым голосом. – Я разведаю окрестности, проверю, нет ли никого, кто может нам помешать.

– Давай, – послышался осиплый голос, – после этого сразу присоединяйся к нам, мы должны подготовиться до прихода Мистера Дж. Дверь оставлю незапертой, поторопись.

Что за Мистер Дж? Заговорщик?

– Будет сделано, – сказал он, и послышался какой-то *вжух*, порыв ветра, будто он взлетел. Букер посмотрел наверх, и увидел, что этот человек прыгнул на крышу здания, где что-то и должно произойти, остальные поднялись по ступенькам внутрь. Звук при приземлении на черепицу крыши отдал металлическим оттенком, значит именно этот и был тем четвертым, у кого металл на обуви, а одежда его была серой, ветхой, мешковатой. Имела некоторые металлические пластинки и другие вставки на поверхности, лицо его было прикрыто темно-серой маской. Образ этого человека напомнил ему внешность того Бессмертного, который вместе с Горху напал на него и Даевина в тот вечер: тот изменял реальность в некоторых пределах и создавал свою фантомную копию в ней.

Черт, здесь Бессмертный, а значит, что-то важное в самом деле должно произойти.

Букеру пришла в голову идея войти внутрь. Но как такое провернуть?

Он начал ползти в сторону ступенек, но Бессмертный, который начал осматривать окрестности, заметил какое-то движение под растительной изгородью. Спустившись вниз, он начал осматривать травку за кустами. Букер был в шаге от того, чтобы быть обнаруженным. Сердце забилось сильнее, и он начал думать, что делать. Бессмертный выглянул из-за куста и увидел лежачего человека.

– Кто ты? Что здесь делаешь? – грозно прозвучал он.

– Аэ-эа- икъ! Ха-ха, милок! – из-за возникшего страха, смеющегося алкоголика изобразить оказалось не сложно. – Ты наконец принес – икъ! – дядьке выпить? Ы-ы-аэ, уф...

– Ничтожество, – пренебрежительно ответил Бессмертный и снова прыгнул на крышу, дабы продолжить осмотр окрестности.

– Э-эу, ты – икъ! – куда-а?!

Поверил!

Букер медленно, выйдя ползком к ступенькам, прислонился к стене. На всякий случай, чтобы Бессмертный раньше времени не вернулся, он взял два мелких камешка и кинул, выглянув за угол здания, в сторону, обратную двери вовнутрь, и поспешил по ступенькам наверх.

Медленно повернув ручку до предела, он потянул дверь к себе – слава небесам, она не заскрипела! – и, сначала заглянув краешком глаза, вошел внутрь. Свет горел только в одной комнате. Проанализировав эту комнату из тьмы, Букер решил, что лучше всего будет спрятаться под кроватью, как она плохо просматривается даже с другой комнаты, но как это обеспечить? Надо выключить свет! Обойдя комнату справа, он увидел, что выключатель находится прямо за той дверной рамой, которая видна со входа. Пока трое заняты чем-то своим – один сидит на кровати и читает какую-то газету, второй смотрит в окно, третий, закрыв глаза, чего-то ждет, – Букер медленно подошел к левой дверной рамке, дотянулся до выключателя и переключил. Свет погас, и все трое сначала не поняли, что произошло. Когда же один из них подошел и включил свет, зашел Бессмертный.

Букер успел залезть под кровать, а еще он схватился за нижнюю поверхность кровати и приподнялся, чтобы Бессмертный, который только вошел, не заметил его. На всякий случай.

– Где тебя так долго носит? – спросил мужчина с осиплым голосом.

– Выполнял заданную миссию, – пренебрежительно ответил Бессмертный. Видимо, раздражен тем, что ему дали задание проследить, а потом пожаловались, что это заняло слишком много времени.

– Никого не было вокруг?

– Сначала показалось, что есть, но это был какой-то бухой вонючий бездомный.

Эй, я не вонял!

– Скоро он должен прийти, готовьтесь. Ты, – сиплый обратился к Бессмертному, – спрячься где-нибудь на случай, если решит учудить. Этот Мистер Дж даже своим не доверяет.

– Зачем мне прятаться? Ты сомневаешься в моей силе?

– Нет. Если ты нападешь неожиданно, то его застанем врасплох. Я ему тоже не доверяю.

– Застать врасплох? – думает он. – Тогда шкаф будет подходящим местом.

Фух, хорошо, что не под кровать.

Когда Бессмертный зашел в шкаф, в то же мгновение в воздухе, в середине комнаты, что-то прошипело, что привело сиплого в ужас.

– А-а-а-а!! – выкрикнул он и тут же успокоился. – А?

Вылетев из шкафа, показывая свою силу, которую Букер не мог увидеть, Бессмертный тоже удивился. Это был всего лишь листок, взявшийся из ниоткуда, упавший на пол. Достав его с пола, сиплый сказал:

– «За вами следили, полудурки, переместитесь на два квартала к северу, там есть нужный дом с запряженной белой каретой». Эй, – он посмотрел на Бессмертного, – ты же сказал, что никого нет!

– Я проследил за всем, за каждым возникшим шорохом, никого не было! – злостно отвечает он.

– Ла-адно, не горячись. Я верю тебе, Элэл. Пойдем тогда... «на два квартала к северу,» – продолжил он, подсмотрев в листок. Букер подумал, что он слаб на кратковременную память.

Они ушли, выключив свет. Букер выждал еще минуты три перед тем, как выйти, чтобы не нарваться.

– Значит, на два квартала к северу, дом с запряженной каретой, – мысли вслух. Он подошел к двери и в момент, когда захотел открыть ее, ее открыл кто-то другой и увидев человека в тканной маске, ударил пистолетом по лицу и пинком с ноги откинул к стене.

– Я знал, что ты был где-то внутри, – Букер пригляделся, это был довольно худой и высокий мужчина с прямыми блондинистыми волосами и мелодичным голосом, тот самый, который ждал чего-то, закрыв глаза. – Думал, что тебя не слышно? Думал, что ты самый умный? Когда ты близко, я слышу даже твои мысли.

– Подожди, как ты...

Три выстрела, все прямо в грудь. Букер упал бездыханно, а всеслышащий, подув в дуло, сначала подождал, затем пошел к месту назначения.

На месте его ждали остальные. Он им сообщил, что враг был вообще внутри здания, и если бы не его способность слышать определенные фразы, то его бы не обнаружили.

– Ты запомнил, как он выглядел? – спросил заговорщик.

– Нет, он был в маске. Все три выстрела я сделал в грудь, даже подождал минуты две, чтобы понять, не притворяется ли он. Но он обычный человек, поэтому умер, истекая кровью.

– Ладно, тогда подождем.

Вскоре с ними встретился человек Мистера Дж, в ходе заговора стало ясно, что они собираются действовать в день аукциона в поместье Мараан (ударение на третью гласную), так человеку Мистера Дж и сообщили. Сам аукцион должен пройти через месяц, а поместье Мараан находится на юго-западе от Лейдена в гористой местности за чертой города, откуда видна почти вся столица и Цитадель, тоже находящаяся на возвышенности, размеры и высота которой еще сильнее выделяют ее на фоне остальных зданий.

Договорившись, они разошлись каждый по своим делам. Но никто из них и не понял, что обычный человек, коим Букера ошибочно назвали, подслушивал их из окна, приложив к нему стетоскоп, обычно использующийся в медицинских целях. Спрятавшись, он подождал еще несколько минут, и затем, не произнося ни одного слова вслух, пошел домой.

– Похоже, я сломал ребро, – говорит он Еве после объяснения всего, что вызнал. – Давящую повязку наложил, но надо в больницу пойти, что я сейчас и сделаю.

– Боже, – Ева была в шоке от предусмотрительности Букера, – ты же мог умереть... Как ты догадался взять с собой броню?

– Это кевларовый нагрудник прямиком из Ранежа! – он сказал это так, будто цитировал. – И на самом деле, это идея мистера Лооста. Он подозревал, что меня все же могут обнаружить. Не знаю, благодушие ли богов это, но все три выстрела этот всеслышащий сделал прямо в грудь, не в голову или руки и ноги. И мало того, в ткани бронежилета красная жидкость, напоминающая кровь, поэтому выстрелы оказались убедительными. Мистер Лоост, признаюсь, намного хитрее, чем я думал.

– Откуда он его достал? – спросила Ева про нагрудник. – Он же был в Лейдене все это время!

– Возможно, в мастерской Цитадели, там же все самое лучшее.

Букер прямо ночью пошел в больницу. Хирург, дежурящий в это время, осмотрел его и предложил прооперировать прямо на месте, проведя диагностику: скорее всего, у Букера была трещина в пятом ребре слева, без перелома, так как ни одного абсолютного признака перелома не наличествовало. Так и оказалось. Очистив рану, чтобы не произошло инфицирования, он отпустил Букера, сказав вернуться через неделю, чтобы проверить швы.

На полное восстановление Букера ушло две недели. Между тем, отец Даевина вернулся, и детектив рассказал ему все, включая Мистера Дж. Даедвин, видя сомнение и страх в выражении лица и словах Букера, не смог промолчать.

– Не падай духом, детектив! Я знаю, быть при смерти страшно, особенно, если даже деться некуда... Но ты выжил, и пусть это будет самой грубой ошибкой, которую всеслышащий совершит. Мое следующее для тебя задание, которое не обязательно к выполнению, но желательно – устранить и его. Рано или поздно, мой сынок вернется и столкнется с ним, но если ты сможешь это сделать, я буду только рад.

– Даевин вернется? А как вы узнали?

– У меня с ним особая кровная связь. Если бы он умер, я бы не продолжал борьбу с заговорщиками, так как он единственный, кто сможет – если меня убьют – закончить дело. Никого сильнее, чем он, я не знаю и не взращивал.

– Особая кровная связь?

– Если расскажу, ты точно не поверишь. Поэтому... просто верь в него, – он улыбнулся и почесал затылок застенчиво, что было для него не характерно.

– Хорошо. Тогда буду ждать его и точно построю несколько планов по устранению всеслышащего. Кстати, он может нас сейчас подслушивать?

– Нет, такое прозвище придумал я, а официальное название у него другое, имя тоже, все-таки, на самом деле он слышит далеко не все. Иначе бы сошел с ума.

– В этом вы правы, – Букер подвел кулак к губам и начал размышлять.

– Вижу, ты уже начал строить планы, – он смеется. – Хорошо, мешать не буду, пойду, с Лизой поговорю.

Но действия в мире, разворачивающиеся в отсутствие Даевина Лооста, не ограничиваются его близкими друзьями. В вечно-сером городе Немесма главный королевский защитник Роберт Кен начал выполнять первую миссию своего отряда богоубийц. Значит ли это, что он и правда убьет бога?