Роза
— Чонгук? Ты что-то хотел? — Чеен не могла найти себе места, когда они с Чоном остались наедине. Она села на кровать, перебирая пальчиками низ своего пледа.
— Да. Хотел. Во-первых извиниться, — он потупил взгляд, замечая как нервничает Чеен, — а во-вторых... Ты можешь рассказать мне о своих родителях?
— Родителях? Зачем? — Чеен не на шутку испугалась, прокручивая в голове воспоминания, — Я не люблю говорить об этом.
— Пожалуйста, — он сжал ее маленькие пальчики в своей ладони, — это очень важно. У меня есть некоторая информация, касающаяся этого, но я хочу услышать сначала твою историю.
— Ну... Хорошо, — она не вырвала свою ладонь из его рук и продолжила, — я из интерната. Моя мама, Пак Чсис Су, умерла, кода мне было 6. Я помню, как пришла бабушка и сказала, что мамы больше нет, что ангелы забрали ее к себе на небеса, — Чеен всхлипнула, по ее щеке пробежала горячая слеза, — На следующий день у бабушки случился сердечный приступ, и она тоже меня оставила. Так меня забрали в интернат, где я прожила до 15 лет. Потом я познакомилась с Дженни и ее родителями, они разрешили мне жить у них. Тогда я работала официанткой, чтобы не быть содержанкой.
— А отец? — горло Чонгука пересохло, когда они подошли к самому главному.
— Я никогда его не знала. Я понятия не имею, кто мой отец, — Чонгук стер последнюю слезинку с щеки Чеен, и она посмотрела на него своими бездонными глазами, где сейчас читалась грусть. Ему так хотелось, что эти глаза больше не плакали, чтобы в них фейерверками светилась радость, — теперь твоя очередь, Гукки.
Он молча протянул ей папку с документами. Чеен внимательно читала, затем ее глаза округлились и снова наполнились слезами.
— Чон Ханьюл ведь... Ведь он твой отец... — голос Чеен перешел на шепот, — ты.... Ты мой брат!?
С ее губ сорвался стон, она закрыла лицо руками, чтобы не показывать свои красные от слез щеки.
— Что будет дальше? — прошептал Чонгук, сплетая их пальцы.
— Ничего. Нам придется забыть друг друга, как будто ничего и не было, — прошептала в ответ Чеен, уставившись на свои руки, которые находились в объятьях рук Гука.
— Можно я поцелую тебя? В последний раз. И мы разойдемся, как будто не знали друг друга.
— Да, — прозвучал в тишине шепот Чеен.
Его губы аккуратно коснулись холодных губ Чеен, которые пахли клубникой, после бальзама для губ. Он целовал ее так нежно, как будто еще секунда и Ченг раствориться в воздухе, как будто ее и не было вовсе. Он гладил ее щеки, которые горели от слез и огня, которые полыхал внутри нее. Она провела по его волосам, слегка оттягивая их, заставляя Чонгука посмотреть на нее.
Они соприкоснулись лбами и смотрели друг на друга в мерцающем полумраке комнаты.
— Прощай, — прошептал он ей в губы и оставил на них легкий поцелуй.
Хлопнула входная дверь, за стеной стихли голоса Дженни и Джису, а Чеен, обняв свои колени навзрыд плакала, стараясь успокоить ноющую боль в сердце.
Миновали осенние каникулы, где прошли соревнования между Сеульским Национальным Университетом и Университетом Искусств, которые со счетом 3:1 выиграла сборная СНУ.
Группа поддержки была, как всегда, неподражаема, во главе со своим лидером — Пак Чеен. Она снова была в строю, снова сияла среди всех, показывая на что способна.
Приближался конец ноября. Чеен и Чонгук общались, но только на уровне знакомых, здороваясь и мило улыбаясь. Чеен не хотела мучить его, поэтому специально отдалялась.
Гораздо сложнее были отношения между Дженни и Шугой. Иногда они по несколько часов сидели в студии разговаривали и пели, а иногда не разговаривали вовсе. Чеен наблюдала за этим издалека, не понимая, что между ними происходит.
В данный момент Чеен сидела в салоне красоты, а на ее голове была красно-вишневая краска. Ей так захотелось что-то поменять в себе, но отстричь свои длинные волосы она не решилась.
«НЕ ПРОПУСТИТЕ! Уже через три недели пройдет ЗИМНИЙ БАЛ, напоминаем, что обязательный дресскод это бальные платья и костюмы»
Чеен вчитывалась раз за разом в это сообщение, не ощущая никакой радости. Идти туда без пары абсолютно не хотелось, но идти хоть бы с кем тоже. Хоть и прошло два месяца, ей нужен был только один мужчина на этой планете. Мужчина, который является ее родным братом.
Лиса уехала в Таиланд, чтобы оформить документы для перевода и уже с января вновь вернуться на учебу в СНУ.
Дженни бежала по мокрому асфальту, а на ее лицо аккуратно приземлялись снежинки. Она спешила на встречу с Джису, чтобы вместе выбрать подарок Джину, а затем вместе с Чеен пойти в кино.
Казалось, что жизнь принимала свои прежние обороты, сердце все еще болело, но медленно заживало.
— Джису, как тебе эта пижама? — девочки вместе с Чеен решили подарить Джину пижаму, зная как сильно он их любит.
— Может вот эту лучше? Она розовая. И на пуговках, — Джису хотела, чтобы подарок был идеальным.
Дженни подняла руки в жесте «сдаюсь». Она не стала бы спорить с Джису, которая знает Джина лучше всех зак исключением его друзей.
— Как думаешь, Чеен уже закончила или нет? — Джен пила клубничный молочный коктейль, мешая его трубочкой, — иначе мы опоздаем в кино.
— А вот и я! — Чеен торжественно сняла шапку и расправила волосы, — Ну как вам?
На языке Дженни вертелась фраза, что теперь она настоящая роза, но сказать ее она не решилась, чтобы не напоминать подруге про Чонгука. Слишком долго она зашивала раны на своем сердце. Она зашивала, но швы раз разом расходились и Ченг тихо плакала у себя в комнате, игнорируя даже еду.
— Просто вау! Чеен ты красавица. Я бы не решилась, — первая от шока отошла Джису, вскочив со стула.
— Просто шик, — поддержала ее Дженни, — пойдем?
— Да, конечно. Покажите, что купили!
Кинозал был пустым. Девочки со смехом приземлились на свои места, расставляя пакеты на полу, чтобы они не мешали просмотру. С шумом в зал забежала еще одна компания, стряхивая снег с капюшонов. Чеен подняла свои карие глаза и встретилась с пронзительным взглядом Чонгука. Чимин, Джин и Шуга замерли, понимая в какой ситуации они оказались, Дженни выронила попкорн и мило помахала рукой.
— Ну... Привет?