№3 Навсегда девушка плохого парня [Russian Translation]

— У тебя получилось! — На следующий день Бет улыбается от уха до уха, когда приветствует нас с Коулом в кафе в паре кварталов от моего дома.

— Ты, кажется, удивлена. — Я прижимаюсь к своему парню, который обнимает меня и прижимает к себе.

— Да, я, честно говоря, думала, что ты будешь занята чем-то другим. — Она подмигивает, и из груди Коула вырывается смех. Бет встаёт, чтобы обнять его, ведь они давно не виделись. После университета, или, скорее, после того, как мы закончили школу, нам становилось всё труднее и труднее регулярно встречаться. И всё же сейчас, по крайней мере, я ближе к Трэвису и Бет. Но есть и обратная сторона. Хотя сейчас я ближе к своей семье, Коул от меня дальше, чем когда-либо.

Ещё несколько лет, напоминаю я себе, всего несколько лет.

Трэвис возвращается после того, как принёс кофе для всех нас, и с энтузиазмом приветствует Коула. Они прошли долгий путь от двух людей, которые никогда по-настоящему не выносили друг друга.

— Как долго вы, ребята, планировали это? — Спрашиваю я, делая глоток своего макиато с орехами и сахаром.

— С тех пор, как ты определилась с днём своего переезда. — Бет улыбается. — Твой парень избавился от всей тяжёлой работы.

— Я думаю, что все эти туфли могли навсегда повредить мою спину. — Трэвис театрально стонет, и я швыряю в него салфеткой.

— Не волнуйся, Тесси, я позабочусь обо всём остальном и даже не буду жаловаться, как этот слабак. — Он кладёт руку на спинку моего сиденья, и я, в свою очередь, придвигаюсь к нему поближе. Я поняла, что мы стали той самой парой, над которой я раньше подшучивала, когда была по незнанию одинока. Я задавалась вопросом, почему два человека не могут вынести разлуки даже на то короткое время, пока они находятся на публике. Мой наивный пятнадцатилетний ребенок, возможно, не мог понять, что когда ты очень сильно влюблён в человека, тебе нужно каким-то образом поддерживать с ним контакт. И малейшие прикосновения, задержание его руки на твоей пояснице, поцелуй в щёку, поглаживание пальцами твоей ладони, всё то, что он делает, даже не задумываясь об этом, говорит о том, что парень абсолютно предан тебе.

Я смотрю на Коула и прикусываю внутреннюю сторону щеки. Это не должно быть похоже на то безумное чувство, которое охватывает меня всякий раз, когда я думаю о нём. Что говорят о медовом месяце? Я уверена, что мы преодолели тот период времени, когда должны были оставаться на этом этапе, и, честно говоря? Я всё ещё чувствую себя такой же влюблённой в него, как и пять лет назад. Для меня ничего не изменилось, никакие чувства не ослабли. Во всяком случае, со временем наши отношения выросли, превратились в нечто такое, что я считаю самым важным в своей жизни.

— Итак, когда тебе нужно будет вылетать? — Спрашивает его Трэвис, и я чувствую на себе его взгляд, когда он задаёт этот вопрос. Беспокойство, которое он испытывает, вполне ощутимо. Я знаю, что ему не нравится тот факт, что я живу одна.

— Я здесь до вечера понедельника. — Я вижу, как Коул стискивает зубы. — Технически, мне не нужно присутствовать на занятиях во вторник, но профессор очень суровый. Но, по крайней мере, я смогу проводить тебя в твой первый рабочий день. — Он улыбается мне, и я испытываю смесь восторга и нервозности.

Работа, настоящая взрослая жизнь и обязанности, которых я избегала в предыдущие годы. Я стажировалась то тут, то там, но, представляя себя в ситуации, когда я буду сидеть за рабочим столом с 9 до 5 и отвечать за что-то важное, я испытываю легкую панику. Процесс собеседования прошел гладко, и я подала заявления в несколько издательских фирм, но в конце концов, когда я получила работу ассистента редактора журнала о красоте, я, конечно, была ошеломлена.

Моей мечтой всегда было работать в издательстве, находить книги и писателей, чьи истории заслуживают того, чтобы их рассказывали. Я хотела выпускать самые волшебные и незабываемые книги, которые останутся с читателем навсегда. Я хотела, чтобы эти книги сыграли такую же важную роль в жизни кого-то другого, какую книги, которые я читала в детстве, сыграли для меня.

На самом деле я знала, что смогу продвинуться по службе, что эта работа - только начало. Я могла бы поработать здесь некоторое время, прежде чем искать работу в другом месте. На бумаге работа сама по себе великолепна и могла бы помочь мне накопить на будущее, но мысленно я определённо попадаю в ситуацию "Дьявол носит Прада".

— Эй, ты в порядке? 

Коул слегка толкает меня локтём в бок и прерывает мой мыслительный процесс. Я оглядываюсь и вижу три очень обеспокоенных лица.

— С тобой всё будет хорошо, Тесс. Только не говори мне, что ты всё ещё беспокоишься о том, как вписаться в общество?

Бет бросает на меня многозначительный взгляд. Она явно обеспокоена тем, что её ободряющая речь на меня не подействовала.

— Последние пару дней я подписывалась на все бьюти-каналы на YouTube. Ты понимаешь, насколько сложным стал макияж? — Я поворачиваюсь к Коулу. — Ты буквально готовишь себе новое лицо. Какой в этом смысл?

Он выглядит слегка испуганным.

— Значит, ты размазываешь муку по всему лицу?

Бет фыркает.

— Ты уже достаточно близок к разгадке. Но, Тесс, перестань волноваться. Нет ничего, чего бы ты уже не знала, а если не знаешь, то всегда можешь погуглить. 

— Просто...Я никогда не представляла себя работающей в индустрии красоты. Мне приходилось покупать всю эту модную одежду и спецодежду для работы, хотя всё, чего я когда-либо хотела - это работать в каком-нибудь престижном издательстве, где на работу можно приходить в толстовках. 

Я вздыхаю.

— У тебя всё получится, Тесси, я верю в тебя, — мой парень успокаивающе гладит меня по спине. 

***

После завтрака мы расходимся, строя планы на завтрашний вечер. Я слишком устала после вчерашнего переезда и знаю, что Коул, должно быть, чувствует себя не в своей тарелке после перелёта, поэтому планирую немного вздремнуть, прежде чем идти на свидание позже вечером.

Вы говорите, что мы скучные, а я говорю, что у нас стабильные отношения.

— Подумать только, я живу в трущобах, в квартире, где нет отопления и горячей воды и всегда пахнет китайской едой навынос. — Он стонет, падая на мою кровать. Я смеюсь и устраиваюсь рядом с ним.

— Эй, ты сам выбрал эти трущобы. Ты можешь позволить себе жить в лучшем районе, но я понятия не имею, зачем ты так поступаешь с собой.

— Если я сэкономлю сейчас, у нас будет больше шансов найти жильё в этом городе. Ну, знаешь, место, где я не буду чувствовать себя так, будто принимаю подарки от твоего отца на халяву.

У меня теплеет на сердце. Чёрт возьми, почему он всегда говорит правильные вещи?

— Я понимаю, ты же знаешь, что я тоже стараюсь экономить. Но если ты попытаешься найти какое-нибудь место, где ты не рискуешь превратиться в человеческое мороженое, я смогу лучше спать по ночам.

— Я уверен, что есть одна вещь, которая тебе определенно нужна для хорошего ночного сна, но которой тебе здесь будет не хватать.

— Нет, думаю, я в порядке. Я имею в виду, ты трогал этот матрас? А подушки? Это настоящие облака, а ты бы не потратил деньги даже на хорошие подушки.

Я помогла ему приобрести кое-какую мебель перед переездом, и, чёрт возьми, я думаю, он действительно серьёзно относится к идее "накопить денег на квартиру в Нью-Йорке".
С другой стороны, именно тот факт, что он так усердно работает на нас, заставляет меня влюбляться в него снова и снова.

— Я бы хотела, чтобы ты позволил мне купить тебе кое-что, не превращая это в серьёзную проблему. — Я смотрю на его профиль, и чувство вины переполняет меня изнутри. Вот она я, живу роскошной жизнью, в то время как он работает и надрывается от учебы.

— Ты хотела купить мне кровать за тысячу долларов, и это, очевидно, было проблемой.

— Если бы ты на минуту перестал думать о себе, то понял бы, что эта кровать так же важна для меня, как и для тебя. Теперь, когда бы я ни прилетела навестить тебя, я буду спать на твоей кровати, что равносильно тому, чтобы лежать на земле.

— Как бы ни было, принцесса, мы с тобой оба знаем, что всё, что связано с тобой, мной и кроватью, не повлечет за собой долгого сна, поэтому то, насколько удобной будет мебель, на самом деле не является прерогативой.

Он одаривает меня своей порочной ухмылкой, от которой у меня закипает кровь и учащается сердцебиение, да, даже пять лет спустя.

— У тебя очень хорошо получается менять тему. — Говорю я ему слегка хрипловатым голосом. На мгновение я забываю о том, каким усталым он выглядит, каким измученным и вымотанной была его речь за последние пару недель. То, что он прилетел повидаться со мной, пусть даже всего на два дня, сказывается на нём, но я загоняю чувство вины поглубже, потому что не позволю ему испортить то время, которое мы проводим вместе. Поэтому, когда Коул притягивает меня к себе и целует до изнеможения, я думаю о нём и только о нём, а не о том факте, что прямо сейчас я понятия не имею, какую жизнь он ведёт в одиночестве.

***

Коул отключается на целую вечность. Всё время, пока он спит, его телефон просто сходит с ума, и я вижу, что он постоянно загорается. Поэтому, хотя у меня и нет привычки проверять телефон своего парня, я всё равно это делаю, потому что, пока его нет в живых, может случиться что-то непредвиденное.

Первое, что я вижу - это куча сообщений в групповом чате. Название группы звучит как название курса, который он, возможно, посещает в этом семестре, и появляющиеся сообщения подтверждают мои предположения. Несколько человек обсуждают какую-то юридическую терминологию, которую я мимоходом изучала в университете, но, что более важно, я вижу пару сообщений о том, как они расстроены из-за того, что Коул бросил их посреди группового проекта. Я не успеваю дочитать до конца, потому что слышу шаги позади себя и Коула, выходящего из спальни.

Я не дергаюсь и не притворяюсь, что не просматриваю его сообщения.

— Итак, я полагаю, тебе было не так-то просто совершить это путешествие, не так ли?

Он выглядит восхитительно взъерошенным после сна. В его глазах всё ещё читается усталость, и я клянусь, что прослежу, чтобы он хорошо отдохнул, прежде чем отправлю его домой, но сейчас нам нужно кое-что обсудить.

— Почему ты так говоришь? — Он подходит ближе и смотрит на свой телефон, который я держу в руках.

— Ты продолжал получать сообщения, я проверила, чтобы убедиться, что дома всё в порядке, и...

— Ты же видела, что люди, с которыми я хожу в университет - дивы.

— Они кажутся довольно сердитыми.

— Они взрослые мужчины и женщины, которые закатывают истерики. — Он берёт телефон из моих рук и просматривает сообщения, по мере того, как он продолжает, выражение его лица становится всё более хмурым. Я вижу, как он сдерживает ругательство, но затем выключает телефон и выбрасывает его.

— Проблема решена.

Коул берёт мое лицо в ладони и крепко целует.

— Я знаю, ты волнуешься. Знаю, что ты слишком много думаешь и придумываешь сотни разных причин, чтобы винить себя за то, что я здесь, но знаешь что? Я хочу быть здесь, когда могу. Эти люди? Я выполнил свою часть проекта намного раньше срока, потому что планировал эту поездку несколько недель. Если они не могут взять себя в руки и выполнить свою часть работы, не мне с ними нянчиться. Пожалуйста, перестань беспокоиться.

Я прикусываю губу.

— Но ты должен пообещать, что скажешь мне, когда в университете станет слишком тяжело или когда у тебя не будет времени. Я люблю тебя за то, что ты прилетел повидаться со мной, но ты не можешь продолжать в том же духе. Я хочу, чтобы ты сосредоточился и надрал там всем задницу. Ты ведь понимаешь, что ты в версии юриста - это то, из чего состоят мои фантазии, верно?

Его глаза округляются, и он притягивает меня к себе.

— У тебя есть фантазии об адвокате?

Я закатываю глаза.

— А у кого нету?

— Я впервые слышу об этом,  Пирожок. Итак, что обычно подразумевают эти фантазии?

Я чувствую, как горят мои щеки, и опускаю голову, чтобы не смотреть на него. Иногда я склонна излишне делиться, и это был бы как раз один из таких случаев.

И да, есть такая вещь, как откровенность с парнем, который видел тебя обнаженной.

К счастью, звонок спасает меня от разглашения новых секретов, и обещания еды оказывается достаточно, чтобы заставить Коула отпустить меня.

— Ты же знаешь, что я всё выясню, с очень ярким описанием.

— Извращенец, — бросаю я ему, отправляясь за едой.

— Никогда не забывай, что я твой извращенец. — Он мягко отводит меня в сторону, чтобы убедиться, что в конечном итоге мне не придётся платить за еду.

— Иди выбери фильм, любой. Прости, что я заснул и разрушил наши планы. Дай волю тому историческому романтическому кошмару, который ты бы хотела, чтобы я посмотрел.

— А что, если это мюзикл?

— Это ещё более подходящее наказание, — он стыдливо опускает голову. — Я вытерплю это и, если понадобится, даже спою с тобой песню. Но завтра мы сделаем всё, что ты запланировала для нас вместе, хорошо, Пирожок?

— Договорились!

***

Время, пока он здесь, пролетает слишком быстро, и с наступлением субботы я чуть не плачу, что заставляет меня чувствовать себя нелепо, потому что я думала, что нашла способ справиться с постоянной тоской по нему. Но я думаю, что это во многом связано с тем временем, когда мы не виделись, с тем временем, когда то, по чему я скучала, не было прямо передо мной. Но за то короткое время, что он здесь, я уже поняла, что то, что я не была с Коулом каждый божий день, лишило меня чего-то очень важного в моей жизни. Это заставило меня осознать, насколько сильно мое счастье связано с тем, что я окружена им.

Словно поняв, что я не сплю и думаю о чём-то не очень приятном, Коул крепче обнимает меня и прижимает к своей теплой обнаженной груди.

— Который час, Тесси? — Он не открывает глаз, но его рука нежно поглаживает мою поясницу, и он точно знает, что только так моё тело расслабится.

— Около 5 утра.

— Ты чувствуешь необходимость совершить утреннюю пробежку?

Я содрогаюсь при мысли.

— Даже в самом страшном сне мне не могла прийти в голову такая возможность.

— Тогда ложись спать, детка. — Его голос хриплый, на лице сексуальная пятичасовая щетина.

— Что, если я хочу полежать и посмотреть на твоё лицо?

— Это было бы жутко. К тому же из-за недостатка сна ты становишься раздражительной, я бы не хотел, чтобы ты сегодня изрыгала пламя на каждого, кто к тебе приближается.

— Ты верно подметил.

Он слишком хорошо меня знает.

— Иди сюда. — Говорит он своим сексуальным, хрипловатым голосом, и я прижимаюсь к нему ещё теснее, если это возможно. Единственное, что на мне надето - это его рубашка, потому что я просто не могу спать голой, а тонкая ткань практически не создает барьера между нашими телами. Его тепло проникает в мою кожу и убаюкивает меня. Последняя мысль, которая приходит мне в голову перед тем, как снова заснуть, - это то, что он испортил мне эту кровать. Я никогда не смогу спать в ней, не думая о том, насколько лучше было бы, если бы он был здесь, рядом со мной.

***

— Так как вчера я разрушил наши планы, я подумал, что сегодня мы могли бы сделать что-нибудь особенное.

На следующее утро Коул готовит нам завтрак. Ну, на самом деле, уже второй день, как мы решили немного поваляться.

— Ты не обязан, Коул. Я вполне довольна тем, что остаюсь дома, к тому же мы всё равно встречаемся с Трэвисом и Бет, чтобы выпить позже вечером.

— Но я бы хотел провести немного времени вместе, чтобы твой брат не смотрел на нас обоих, как на бомбы замедленного действия.

— Это не так! Подожди, это ведь не так?

— Они беспокоятся, Тесси, все беспокоятся, и мне надоело говорить им, что у нас всё получается.

Первая, кто приходит мне на ум - это Кассандра. Прошло много времени с тех пор, как у нас с мачехой Коула всё испортилось, но иногда мне всё ещё кажется, что это произошло только вчера. С тех пор как Кассандра сказала мне, что из-за меня развалилась её семья, а позже извинилась передо мной за это, она изо всех сил старалась исправить своё поведение, и я изо всех сил старалась не расстраивать её из-за этого, но наши отношения с тех пор были напряжёнными и неловкими. По её мнению, Коул встал на мою сторону, а не на её, когда всё пошло наперекосяк, и я до сих пор чувствую её обиду. Учитывая тот факт, что я не хочу вносить раскол в отношения семьи моего парня, я вижу её не так часто, как раньше. Я знаю, что это расстраивает Коула, но он не совсем невежественен и знает, что мы с его мамой не в лучших отношениях.

— В следующий раз, когда мои родители заикнутся о расставании, я объясню им, что они те же самые люди, которые хотели, чтобы между нами было хоть что-то. — Говорю я Коулу и молча пускаю слюни, представляя, как он стоит на кухне. Обтягивающая майка, которая на нём надета, не оставляет простора для воображения, и я могу сказать, что в последнее время он немного усердствует в спортзале.

Пять лет изменили нас обоих, и хотя я изо всех сил стараюсь вести здоровый образ жизни и не набирать лишние килограммы, которые я с таким трудом сбросила, тело Коула стало...как бы мне ещё описать нечто настолько декадентское?

Несмотря на то, что он перестал профессионально заниматься футболом, это не помешало ему стать абсолютным фанатом фитнеса. Его высокая фигура определённо стала более рельефной, мышцы стали шире, грудь стала ещё более накаченной, а о предплечьях и говорить нечего.

Я всегда питала к ним слабость, и даже сейчас, когда он их сгибает, я не могу удержаться от того, чтобы не упасть в обморок.

Его волосы немного длиннее на макушке и падают на глаза, что, я знаю, он терпеть не может. Должно быть, он забыл записаться на приём к парикмахеру, что я обычно делала за него. Странное, меланхоличное чувство возвращается к моему желудку. Интересно, всё ли с ним в порядке, интересно, есть ли у него кто-нибудь, кто присмотрит за ним, интересно, есть ли кто-нибудь, с кем он может поговорить, когда меня нет рядом?

Я знаю, что у меня не должно быть таких мыслей, но я прожила с этим парнем последние почти четыре года своей жизни. Я знаю его распорядок жизни вдоль и поперёк, я знаю его самого вдоль и поперёк. Я знаю, как легко ему увлечься своей работой и забыть о том, что нужно хорошо заботиться о себе. Как команда, мы хорошо работали вместе, и я каким-то образом уравновешивала его склонности к трудоголизму, а он всегда побуждал меня напрягаться сильнее, когда я позволяла своей прокрастинации брать надо мной верх.

Мы по-прежнему команда, но из-за того, что мы так далеко друг от друга, работать вместе становится еще сложнее.

— Хочешь пойти в Центральный парк?

— Что? 

Я снова погрузилась в свои мысли.

— Я спросил, не хочешь ли ты чем-нибудь заняться?

— На самом деле, даже не знаю чем, — ломаю я голову. Моё время с ним ограничено. В понедельник он уедет, и я буду думать о тысяче разных вещей, которые хотела бы испытать с ним. Я много раз бывала в Нью-Йорке, но никогда не жила тут подолгу.

— В Метрополитен-музее есть выставка, которую я действительно хотела увидеть.

Он кивает.

— Тогда туда и пойдём.

Я бы хотела, чтобы жизнь всегда была такой простой.