Глава 22
— Лив, соберись, — голос Тома звучал раздражённо и нетерпеливо. — Ты же можешь, когда захочешь.
— Я не могу, — устало ответила я, опускаясь на холодный песок. — Ты меня измотал, я едва стою на ногах.
— Ты всё можешь, просто не хочешь.
— Том, ещё одно слово — и ты труп, — мои глаза злобно сверкнули, и я сжала кулаки.
— Вот! Вот это мне и требуется от тебя. Разозлись, разбуди в себе желание разорвать меня на куски и испепелить до пепла.
В этот момент я окончательно разозлилась и позволила негативу, который копился внутри меня, вырваться наружу.
Уже две недели я занималась с Томом, пытаясь научиться управлять своими силами. К сожалению, пока что не было никаких продвижений. Я всё ещё не могла контролировать свои способности и вызывать их в нужный момент.
Том был невероятно требователен. Он был даже хуже моего отца, когда тот учил меня кататься на велосипеде или водить автомобиль. Том никогда не давал мне послабления. Каждую тренировку я была выжата и, возвращаясь домой, без сил падала на диван и засыпала.
Теперь я понимала, о чём Том говорил мне вначале. Мои представления о силе богов как о чём-то само собой разумеющемся исчезли. Как и любую другую способность, эти силы нужно было подчинить и взять под контроль. С этим у меня были проблемы, и это не давало мне возможности приблизиться к моей конечной цели.
Я понимала, что пока не овладею своими способностями и не приму своё наследие, не смогу отправиться на поиски Скотта. Том и мама постоянно напоминали мне об этом, вызывая у меня сильную злость.
Мой отец был единственным, кому я могла пожаловаться на всё это и получить хоть небольшую поддержку. Мама начала заниматься со мной физической подготовкой, что было для меня полной неожиданностью. За две недели я даже не смогла научиться держать меч в руках.
Но каждый раз, когда мне казалось, что всё безнадёжно и не имеет смысла, я вызывала в памяти образ Скотта. Я вспоминала его самоуверенное выражение лица и мелодичный голос. «Ты всё сможешь, док. Даже не сомневайся в этом». Эти слова, произнесённые голосом Скотта, заставляли меня вставать и заново пробовать свои силы.
Сегодня мы с Томом отправились на безлюдный дикий пляж, который находится недалеко от загородного дома моего отца. Том решил, что сегодня я должна позволить себе проявить эмоции и попытаться изменить погоду. Я уже несколько часов пытаюсь вызвать хоть небольшую вспышку молнии или услышать гром, но пока мои попытки не увенчались успехом.
Том снова посмотел на меня с недовольством и начал что-то бормотать себе под нос. Я разозлилась и бросила в него небольшой камень, который нашла под рукой.
— Лив, твоя теория и диссертация основаны на эмоциях и том, что они должны заставить нейроны мозга работать на полную мощность, вызывая ментальную память в голове. Так почему сейчас ты не можешь применить свои знания на практике?
— Мне мешает твоя недовольная гримаса и твой невозможный тон!
— Ты никогда не была слабой и немощной. И разве ты не рассказывала мне о том, что никогда не сдаёшься?
— Я и не сдаюсь. Я просто устала.
— От чего? От сидения на белоснежном песочке на берегу океана? — спросил Том с сарказмом, что вызвало во мне ещё больше негативных эмоций.
— Том, не добивай меня.
— В таком случае, можем поговорить о тебе и Локи. Как получилось, что ты влюбилась в самого тяжёлого на характер существа во всех вселенных?
— Том, чего ты добиваешься? .
— Я хочу откровенного разговора и поддержать дружескую беседу.
— Дружеские беседы ведут с друзьями за бокалом вина или виски, но никак не с отцом, который требует от тебя невозможного, — сказала я.
— Лив, невозможное — это лишь твоё отношение и нежелание поверить в себя и свои силы. Ты всё ещё отрицаешь своё наследие и пытаешься мыслить как человек.
— Так я и есть человек!
Том подошёл ближе ко мне и сел рядом.
— Не совсем, — сказал он. — Ты нечто большее, чем просто человек. Ты потомок великих богов Асгарда и всесильных асов. Для тебя нет ничего невозможного.
— Но сейчас я не могу вызвать даже небольшую искру, не говоря уже о молниях и громе. Всё это никак не укладывается в моей голове, так же, как и то, что все вы реальны.
— В таком случае просто откинь эти мысли в сторону, — ответил Том. — Не думай ни о нас, ни о том, кто мы такие. Не думай ни о чём, что тебя пугает или чего ты не понимаешь.
— Тогда о чём мне думать? Как я должна подчинить себе силы, которые я не понимаю и которые для меня невообразимы?
— Думай о Скотте, — ответил Том, придвигаясь ближе ко мне. — Но думай о нём не как о Локи и боге обмана, а как о Скотте и о твоих чувствах к нему.
— Как это должно помочь мне подчинить погоду?
— Я тебе так скажу, когда мой отец учил меня управлять моими силами, он всегда говорил, что я должен чувствовать свои силы и своё превосходство над другими. Но знаешь что?
— Что?
— Этот метод не очень помогал мне в обучении. В итоге я нашёл свой метод, который работает всегда и намного лучше, чем методы отца.
— И что это за метод?
— Мой метод заключается в том, что я всегда думал не о своём превосходстве над другими, а о том, что я могу сделать для других. Я всегда считал всех равными, независимо от расы, сил или происхождения. В каждом живом существе есть и свет, и тьма, и не стоит вешать ярлыки по каким-то различным признакам. Я всегда контролировал свои силы, опираясь на желание защищать всех подряд и добиваться справедливости.
— Том... — я задрожала, а мои глаза стали влажными. — Я всегда считала точно так же и всю свою жизнь пыталась доказать матери такой же подход к жизни. Именно поэтому я и пошла учиться на психотерапевта, чтобы помогать людям находить себя.
— Я всё больше и больше поражаюсь твоему характеру и твоей схожести со мной, — Том положил свою руку на меня и прижал к себе. — Я безумно рад знать, что моя дочь стала такой сильной и настолько сильно похожа на меня.
— Том, можно странный вопрос?
— Давай.
— А у тебя правда был этот молот из легенд? Мьёльнир, кажется.
— Он и есть, — Том тихо усмехнулся, и его глаза вновь озарились разрядами тока. — Просто он остался на просторах Асгарда, погребённый где-то под руинами нашего дворца.
— Каким был Асгард? Он похож на то, что показывали в фильмах?
— Ты о супергеройских фильмах?
— Не поверишь, но я с раннего детства обожаю эти истории. Втайне от матери я скупала всевозможные комиксы и коллекционировала их в своём шкафу. И, кстати, я не считала Локи законченным злодеем. Он скорее был существом с двойственной природой, которое само выбирало свой путь. Если герои и злодеи были обречены на определённый жизненный путь и обязаны были совершать определённые поступки, то Локи был свободен и сам выбирал, как ему поступать. Этот момент меня восхищал, и отчасти я ему завидовала в этом.
— Хочешь, признаюсь тебе в том, в чём я никогда и никому не признавался?
— Конечно.
— Я завидовал Локи, сколько себя помню. Как раз моя зависть была связана с твоим мнением. Он был свободен в своих действиях и мог всегда поступать так, как он того хочет, а не как требовала от него судьба и его жизненный путь.
— Каким он был в твоём детстве? Неужели он действительно был эгоистом и всем портил жизнь?
— Скорее он любил лишний раз напомнить о себе и о своём свободном отношении ко всему. Своими поступками он всегда показывал, что для него не существует границ и что ему всё равно на все запреты и существующие законы.
— Но без законов может наступить анархия и разруха. Людей что-то, но должно сдерживать в их действиях и решениях.
— Слова истинной наследницы, — Том вновь прижал меня к себе и улыбнулся. — Но я с тобой согласен. Всегда нужно сдерживать толпу.
— Так ты расскажешь, почему в итоге ты примкнул к Локи, а не к своему отцу? Ты же, фактически, разрушил своё же королевство и лишил себя наследия.
— К чёрту такое наследие. Я всегда буду за свободу выбора и за частичную демократию.
— Странно это слышать от тебя.
— Лив, что для тебя значит Локи или, если тебе так привычнее, Скотт?
— Скотт? Он значит для меня нечто необъяснимое. С его появлением в моей жизни я словно ожила и начала чувствовать вкус жизни. Он наполнял её красками и эмоциями. От него всегда можно было ожидать чего-то нового, и это делало каждый день не похожим на предыдущий.
— Ого, довольно громкое признание. Но я предполагал услышать что-то подобное от тебя. Я помню нашу рождественскую вечеринку, и то, как он весь вечер прожигал меня взглядом.
— Тогда я этого не замечала. Но сейчас я вспоминаю все его слова, поведение и комментарии насчёт тебя и нас. Как же я не смогла распознать этого раньше?
— Обычно то, что мы пытаемся найти всю жизнь, находится прямо перед нашим носом.
— Ты сейчас дословно повторил мои слова. Это главная идея моей любимой книги, которую я перечитывала раз сто.
— Да? И что это за книга?
— «Алхимик» Пауло Коэльо. Я её знаю наизусть, но каждый раз читаю с восторгом.
— Надо будет тоже прочитать её и понять, что тебя в ней так восхищает.
Между мной и Томом повисла тишина. Каждый из нас был погружён в свои мысли. Я почему-то вспомнила о Скотте и о наших общих моментах. Перед глазами возникла наша первая встреча. Я помню, как стояла на пороге больничной палаты и увидела яркое пятно невероятно рыжих волос. Затем ко мне повернулось лицо, и я увидела два больших жёлтых глаза, смотрящих на меня.
Я вспомнила все наши сеансы и разговоры. Его комплименты и моя внезапно возникшая симпатия к нему. Наш побег в Нью-Йорке и его первый поцелуй. После этого я вспомнила нашу жизнь в Пало-Альто. Это было самое счастливое время для меня. Каждый день проводить время вместе, делиться мыслями и событиями — всё это было для меня новым опытом.
С наслаждением я вспоминала наши вечерние просмотры сериалов и фильмов. Его комментарии и возмущения по поводу Локи и его образа в фильме казались мне смешными сейчас, но тогда я была возмущена его недовольством.
Затем я ярко вспомнила наш Хэллоуин в доме Сэма и свой поцелуй в его сторону. Получается, я уже тогда испытывала к нему чувства, просто пыталась отрицать этот факт. Последним ярким воспоминанием были его огненные глаза на себе и слова, сказанные с любовью и нежностью: «Я же обещал тебе, что буду рядом, и если тебе понадобится моя помощь или компания на вечер, я всегда примчусь к тебе, несмотря ни на что».
А затем возник образ Скотта, полный боли и сожаления. Он крепко держал меня в своих объятиях и тихо шептал: «Я люблю тебя, Оливия, и буду любить всю свою жизнь. Чтобы тебе ни говорили другие, помни, я всегда буду думать о тебе и вспоминать тебя».
В этот момент меня охватила ярость от того, что я ничего не могу сделать и не могу исправить ситуацию. Скотт любил меня и думал обо мне всё это время. Но и я в свою очередь думала о нём и любила его с нашей первой встречи.
Внезапно я захотела сделать всё возможное и невозможное, чтобы вернуть Скотта и вновь увидеть его горящий и самоуверенный взгляд.
В этот момент небо, которое было голубым всё это время, резко затянулось тучами, и послышались громкие раскаты грома. После этого в небе сверкнули молнии, и мелкие капли дождя начали падать.
— Не знаю, что именно ты сделала, но теперь попробуй сохранить это в наших тренировках, — сказал Том.
— О чём ты? — Я повернулась к Тому с удивлением. — Это разве не твоих рук дело?
— Нет, Лив, это сделала ты, — ответил Том с широкой улыбкой на лице. Он подставил лицо каплям дождя.
— Я? Но как? Я же ничего не делала!
— Ты сейчас о чём-то думала, и твои эмоции и мысли были настолько сильны, что погода изменилась под них и подстроилась под твоё эмоциональное состояние.
— Но я не думала ни о чём таком. Я лишь вспомнила наше со Скоттом прошлое.
— Поэтому старайся сохранять эти воспоминания как можно ярче, — Том взял меня за руку и мягко сжал её. — Они и есть источник твоей силы и источник твоего внутреннего контроля.
— Я постараюсь.
Я успокоила свои нервы, и вскоре погода вновь вернулась в своё прежнее ясное состояние. Солнце ярко осветило всё вокруг, а вода приобрела свой небесно-голубой оттенок. Мы с Томом ещё какое-то время просидели на берегу океана, наслаждаясь безмятежностью прибоя и его лёгким шумом. С каждой нашей новой встречей я всё больше проникалась к Тому тёплыми чувствами. Нет, я не могла их назвать отцовскими, но что-то схожее с этим чувством я явно начинала испытывать.
Когда я вернулась домой, то обнаружила, что дом пуст и безжизнен. Отец решил вернуться к своей обычной работе и теперь проводил дни и ночи в офисе. Он поддерживал меня и старался быть рядом, но я видела, что он пытается забыться в делах, чтобы отвлечься от всего произошедшего. Я не могла винить его за это и отчасти понимала его стремление.
Я сама старалась заполнить своё свободное время активной деятельностью. Я осознала, что должна написать в своей диссертации и какие выводы сделать. За несколько месяцев до защиты я решила переписать всю работу и построить свою теорию на новых принципах.
В этот вечер мне не хотелось оставаться одной, и я пригласила своих друзей домой, чтобы провести вечер в радостной и тёплой компании. Сэм и Хлоя с радостью согласились, но Сэм долго говорил о том, что хочет увидеть Скотта после его поступка. Я понимала, о чём он говорит, но не стала ничего говорить раньше времени.
Сегодня я решила поступить так, как советовал Том. Он сказал, что Хлое и Сэму может грозить опасность из-за Скотта и их связи со мной. Поэтому я решила предупредить их и защитить от возможных угроз.
Эти мысли внушили мне уверенность в моих действиях, и я решила быть решительной.
Когда в доме раздался долгожданный звонок, на пороге я увидела до боли знакомые лица Хлои и Сэма с обеспокоенными лицами. Я крепко обняла своих друзей и пригласила их войти. Когда мы разместились в гостиной, Хлоя и Сэм стали пристально смотреть на меня, и мне стало немного неуютно.
— Я не знаю, чего вы добиваетесь, но это явно не работает.
— Я хочу, чтобы ты ответила, где Скотт и почему он не отвечает на мои звонки! — впервые на моей памяти Сэм был так зол, его лицо было напряжено.
— А я хочу узнать, что происходит и что заставило тебя собрать нас всех вместе.
— А разве мне нужен повод, чтобы пригласить своих самых близких друзей? — я пыталась оттянуть момент нашего разговора, поэтому старалась говорить на отвлечённые темы.
— Лив, не уходи от ответа, — Сэм снова пристально посмотрел на меня и нахмурился. — Где Скотт?
— Сэм, мне сложно это объяснить, но ему пришлось уехать, — поняв, что мне не уйти от ответа, я тяжело вздохнула и начала свой рассказ. — Скотт не хотел уезжать и не планировал этого делать. Но у него не осталось другого выбора, и ему пришлось всё бросить.
— Что значит «ему пришлось всё бросить»? Он что, уехал навсегда?
— Не знаю, как навсегда, но я предполагаю, что он уехал надолго, — мой голос снова дрогнул, и я отвела взгляд в сторону. — Это сложно объяснить, но я думаю, что ему было очень жаль, и он явно не хотел бросать тебя и наше дело.
— Но как... Он же... — Сэм начал заикаться, словно в приступе шока. Я смотрела на его бледное лицо и потерянный взгляд. В который раз мне стало невероятно больно от всего происходящего.
— Лив, куда и почему он уехал? — Хлоя взяла Сэма за руку, но смотрела на меня таким же болезненным взглядом.
— Куда он уехал, я не знаю, а сделал он это, чтобы защитить и спасти меня.
— Спасти тебя? От чего?
— От моей, скажем так, заново обретённой семьи, — я замялась, пытаясь найти наиболее подходящие слова. — Сэм, Хлоя, могу я довериться вам и рассказать кое-что личное?
— Конечно, — Хлоя держала Сэма за руку. — Мы дружим большую половину наших жизней. Мы успели через многое пройти все вместе, поэтому секреты для нас точно не являются проблемой.
— А если эти секреты выходят за рамки нормального и покажутся вам сумасшествием?
— Лив, я не понимаю, что здесь происходит, но чтобы ты ни хотела нам рассказать, мы примем любую правду и постараемся понять тебя, — Сэм посмотрел на меня своим мягким и заботливым взглядом, который я видела в нём с самого раннего детства.
— И мы всегда тебя поддержим и поможем тебе, — Хлоя подвинулась ближе ко мне и мягко улыбнулась. — Ты можешь доверять нам.
— Я знаю, — я обречённо вздохнула, собираясь с мыслями для предстоящего разговора. — И именно поэтому я и начала этот разговор. Я должна вас предупредить и защитить.
— Защитить? — Сэм и Хлоя переглянулись между собой, после чего вновь стали внимательно смотреть на меня. — От чего?
— От моего деда. Настоящего деда, — я говорила тихо, перейдя практически на шёпот. — Он полоумный маньяк, который одержим идеей подчинения и захвата власти.
— Чего? — Хлоя смотрела на меня безумным взглядом. — Это у твоей матери нашлись подобные родственники?
— Нет. Это всё родня отца. Моего настоящего и биологического отца.
После моих слов в комнате воцарилось тяжёлое молчание. Хлоя смотрела на меня с недоумением, а Сэм — пристально и внимательно, но в его взгляде было заметно сильное напряжение. Я же про себя пыталась представить, как пройдёт наш разговор, и придумать наиболее подходящую версию истории для своих друзей. Не придумав ничего лучше, чем сказать им правду, я снова тяжело вздохнула и нервно поджала губы.
— А теперь давай подробнее об этом моменте, — голос Хлои прозвучал где-то за пределами моего сознания.
— Мой отец, на самом деле, мне не родной, — сказала я тихо и отрешённо. — Моя мать вышла замуж, будучи беременной от другого мужчины.
— А твой отец знает об этом?
— Знает. Но его отношение ко мне никак не изменилось. Когда папа узнал обо всём, он заявил мне, что для него я всегда была, есть и буду его дочерью.
— Ричард смог принять измену Синди?
— Это была не измена. Мама спасалась от страшных вещей и сбежала сюда, будучи беременной мной. Отец не знал об этом, но недавно всё открылось, и моя мать призналась во всём.
— Так кто же твой настоящий отец? Она сказала тебе?
— Она не просто сказала мне, кто он, она нас познакомила, как и моего отца.
— Да ладно? Ты видела своего настоящего отца? — Сэм и Хлоя смотрели на меня огромными глазами. — И кто он?
— Вот это, как раз, самая невероятная вещь, — я замолчала, боясь продолжить свою мысль. — Но прошу вас, выслушайте меня и постарайтесь поверить мне.
— Лив, о чём речь?
— Мои родители не отсюда. Они, скажем так, не совсем земного происхождения и являются выходцами из другого мира.
— ЧЕГО? — Сэм воскликнул это слишком громко, что немного напугало меня. — Что это значит?
— Что они, вроде как, какие-то божества из скандинавской мифологии, — я подняла глаза на друзей и состроила виноватое выражение лица. — Мои родители — богиня Сив и Тор громовержец.
— Лив, я понимаю, у тебя был тяжёлый год, и ты пережила много разных событий, которые потрясли тебя, но тебе следует обратиться к специалисту...
— Я говорю правду. Мой отец — Тор, а точнее Том, которого вы оба знаете и видели. Он со Скоттом прибыл сюда пять лет назад, находясь в беспамятстве из-за устроенного им Рагнарёка. Они хотели остановить моего деда, который оказался Одином.
— Лив, я всё же настаиваю на том, чтоб ты...
Я резко встала и, вспомнив все эмоции, которые испытывала днём на пляже, вызвала за окном громкий звук грома. Мои глаза заискрились, а из пальцев ударил слабый разряд тока.
Сэм и Хлоя взвизгнули и вжались в свои места. Их глаза были полны ужаса и страха.
Я взяла себя в руки и прекратила своё небольшое представление, а затем села на своё прежнее место.
— Вы всё ещё считаете, что я сошла с ума? Или у нас коллективное помешательство? — спросила я.
— Что это, чёрт возьми, сейчас было? — спросил Сэм.
— То, что наши любимые фильмы оказались правдивы, — ответила я. — Я дочь скандинавского Бога грома и потомок царей Асгарда.
— Охренеть, — прошептала Хлоя, дрожа. Её слова были едва различимы в окружающем пространстве.
— Я сама об этом всём узнала не так давно, — сказала я с виноватым выражением лица. — Когда Скотт признался мне, кто он на самом деле, тогда моя мать мне всё рассказала. Том до этого момента тоже не помнил своего прошлого и только недавно обрёл память. Тогда мы выяснили, что он мой настоящий отец.
— Получается, ты встречалась со своим отцом? — спросил Сэм.
— Получается, что так. Но между нами ничего не было. Максимум, мы пару раз целовались.
— Ты целовалась со своим отцом? — Хлоя громко визжала. — Фу! Как же это ужасно звучит!
— Нас с Томом стошнило, когда мы всё это осознали, — сказала я. — Но сейчас мы с ним пытаемся найти общий язык, но только как друзья.
— То есть, Том — это Тор из всех этих сказок, который является твоим биологическим отцом? — спросил Сэм.
— Всё так, — ответила я. — А мой полоумный дед жаждет захватить все миры во вселенной. Из-за этого мои родители потеряли память и пожертвовали своим домом, уничтожив его.
— Так Асгард уничтожен? Как в «Торе»? — спросил Сэм.
— Как рассказал Том, в общих чертах всё было примерно так же, но в жизни Асгард можно восстановить, — ответила я.
— Охренеть, — теперь Сэм сидел с отрешённым и потерянным лицом. — А что насчёт Скотта? Ты сказала, он рассказал тебе, кем он был на самом деле. Что это значит?
— А вот это самая интересная часть моей истории, — сказала я. — Скотт на самом деле Локи. Настоящий Локи.
— ЧТО? — одновременно воскликнули Сэм и Хлоя, что вызвало во мне некоторый дискомфорт.
— Что слышали, — ответила я. — Скотт — это Бог коварства и обмана Локи. Но он также является Богом огня, а уже потом Богом обмана.
— Твою же мать, — сказал Сэм, дрожа. — Я дружил с Богом и с настоящим Локи из сказок и легенд.
— А он с тобой, — сказала я, пытаясь защитить Скотта перед друзьями и вернуть их расположение к нему. — Но он не знал правду о себе и в тот момент считал себя самым обычным парнем.
— Теперь понятно, почему он так искусно играл свои роли, — сказал Сэм. — И почему он так любил применять образ Локи в жизни. Он же постоянно на площадке применял этот дурацкий образ. Я ещё смеялся, что ему надо было обратиться к Кевину Файги с запросом о замене Тома Хиддлстона в роли Локи.
— Но как оказалось, Скотт был ближе всех к этому образу с самого начала, — вновь разговоры о Скотте вызвали во мне боль и обречённость. — Но он ушёл ради меня и моей безопасности.
— Ты расскажешь, что произошло на самом деле? — спросил Сэм.
Я начала свой рассказ, стараясь ничего не упустить и быть максимально подробной. Я начала с того момента, как приехала в Нью-Йорк и попала в психиатрическую лечебницу. Затем я рассказала о том, что произошло со мной после расставания со Скоттом. Я закончила свой рассказ на моменте, когда узнала правду о своих настоящих родителях и теперь пытаюсь принять их наследие и овладеть своими силами.
— Теперь вы понимаете, почему я вам всё это рассказала. Мой дед может в любой момент прийти за вами, чтобы заставить меня подчиниться ему.
— Да уж. Никогда бы не подумал, что за мной будет охотиться скандинавский бог, — сказал Сэм с долей сарказма, что означало принятие моей истории.
— Лив, если всё так, как ты говоришь, как нам быть? — спросил он.
— Вы в любом случае должны быть осторожны, — ответила я. — И всегда должны быть готовы вызвать меня.
— Вызвать тебя? — переспросил Сэм.
— Да. Том обучает меня своим силам и учит брать их под контроль. Пока у меня не очень хорошо получается, но я очень стараюсь это исправить. Всем своим существом я желаю вернуть Скотта и помочь родителям в их миссии.
— Охренеть, Лив. Ты теперь стала своеобразным мстителем! — неожиданно для меня Сэм громко рассмеялся, чем сильно удивил меня и Хлою.
— Видимо, стала, — ответила я, не в силах сдержать улыбку. — Но я прошу вас быть аккуратными и всегда готовыми вызвать меня на помощь.
— Знаешь, после твоего рассказа мне как никогда хочется увидеться со Скоттом и задать ему миллион вопросов, — сказала Хлоя, бегая глазами по моей фигуре. — И я хочу теперь увидеться с Томом. Ой, с Тором!
— Я зову его Том. Мне как-то привычнее использовать более простые и понятные имена.
— Лив, как ты думаешь, все эти рассказы про безумного бога Локи правда? Мне Скотт не казался таким уж злодеем.
— Как я поняла из рассказов обоих моих родителей, Скотт не злодей и никогда им не был. Наоборот, я бы назвала его своеобразным героем, который из антагониста вырастает в лучшую версию самого себя. Он, в итоге, спас все девять миров и он до сих пор пытается это сделать.
— Что ты собираешься делать дальше? — спросила Хлоя.
— Я планирую защитить свою диссертацию, получить долгожданную научную степень, овладеть своими силами и найти Скотта. Я спасу его от деда любой ценой.
— Вот это решительность! — лицо Хлои озарила её классическая самодовольная улыбка. — Теперь ты та Оливия Уильямс, которую я знаю и помню.
— Она не Уильямс, — замялся Сэм. — По факту, она Оливия... А как тебя правильно называть?
— Я Уильямс, Сэм, и всегда ею буду. Несмотря на то, что мой отец — всесильный бог скандинавской мифологии, мой земной отец дал мне всё в жизни, и я всегда буду хранить его наследие и гордиться им.
— Лив... — Хлоя подорвалась со своего места и крепко обняла меня. — Не зависимо от всех этих обстоятельств ты моя самая близкая и лучшая подруга, и всегда ею будешь.
— Как и моя, — Сэм подошёл к нам и обнял нас обеих. — Ведь наша компания нерушима, и её не сможет разлучить даже норвежское божество.
— Спасибо вам, — я крепко вжалась в тела своих друзей, наслаждаясь их близостью. — Вы самое лучшее, что могло со мной случиться.
— Я бы поспорил с этим фактом, — громко ухмыльнулся Сэм. — Мы явно на втором месте после правды о твоих родителях и о твоём парне.
— Скотт мне не парень, — ответила я. — Мы не успели завести полноценные отношения.
— Как бы это странно ни звучало, но я уверена, у вас всё ещё впереди, — сказала Хлоя.
— Я на это надеюсь, — ответила я. — И я обязательно верну его.
Реакция друзей вселила в меня неимоверную уверенность. Теперь я как никогда верила в свой успех и в то, что смогу со всем справиться. Кто бы что ни говорил, но ощущение близости близких и дорогих сердцу людей давало неимоверный заряд и уверенность в завтрашнем дне.