Глава 23
— Поздравляю, мисс Уильямс, с получением степени магистра!
Я стояла и не могла поверить, что мой путь в науке завершён. Три месяца напряжённой подготовки и бессонных ночей не прошли даром. Я успешно защитила диссертацию, несмотря на то, что работа была полностью переписана.
Профессор Траст был удивлён, когда я прислала ему новый вариант исследования. Он читал мою работу несколько дней и только через неделю позвонил мне и сказал, что она достойна научного сообщества.
Всё, что я писала ранее, я изменила под обстоятельства своей жизни. Ранее я утверждала, что память человека можно вернуть, но теперь говорила, что это не всегда оправдано и необходимо. Иногда потеря памяти даёт человеку шанс найти себя заново и обрести новую, более счастливую жизнь.
Отчасти я была бы рада забыть некоторые моменты своей жизни и начать всё сначала. Но в глубине души я понимала, что моё прошлое и настоящее тесно переплетены и являются неотъемлемой частью меня.
Все эти месяцы я упорно тренировалась вместе с Томом и матерью. Наши тренировки были раздельными, потому что у Тома и матери были разные подходы к моему обучению. Не знаю почему, но это помогло мне впервые в жизни сблизиться с матерью и узнать её настоящую. Да, она всё ещё была строгой и немного высокомерной, но теперь она позволяла себе проявлять чувства и эмоции.
Теперь я поняла, почему она была такой и почему так яростно боялась за меня. Всё это время её подсознание пыталось защитить меня от потенциальных угроз. И её воспитание было направлено на выработку во мне сильной и волевой личности, за что теперь я была ей благодарна.
Том же был совершенно другим. Как и мой отец, он был тем другом, который не тянул на родителя. Я смотрела на Тома и до сих пор не могла увидеть в нём отца.
За эти месяцы я узнала много о мире, где жили мои родители. Я узнала их прошлое и историю любви. Том много рассказывал мне о своих способностях и прошлых приключениях. Я сидела с широко открытыми глазами, когда он рассказывал истории о похождениях Тора на просторах девяти миров.
Оказалось, он, мать и Локи часто навещали наш мир. Это помогло им быстро адаптироваться здесь и найти новую жизнь, даже без памяти. Во время своих рассказов Том намеренно избегал историй, где фигурировал Локи. Он видел, как при упоминании его имени моё лицо менялось и приобретало болезненный вид.
Я старалась не показывать своих чувств, но скрыть их до конца было сложно. Я была благодарна Тому за то, что он пытался поддержать меня и отвлечь от тревожных мыслей.
Несмотря на загруженный график, я продолжала заниматься частной практикой как психоаналитик. Теперь я смотрела на людей и их проблемы немного иначе. Даже мой подход к людям стал немного другим.
Мой отец купил себе отдельный дом, а наше прежнее жильё оставил матери. Я удивилась тому, что по итогу мать и отец остались в хороших отношениях. Теперь отец не испытывал негатива ни к матери, ни к Тому. Он даже пару раз приезжал на общий ужин и расспрашивал обоих об их прошлом в Асгарде.
Смотреть на свою семью в полном составе было немного странно, но и радостно для меня. В эти моменты я желала увидеть Скотта и его самодовольную ухмылку на лице как недостающее звено в нашей семье.
Том переехал к матери, и теперь они жили вместе. Я же осталась в своём прежнем доме, не желая вмешиваться в отношения моих биологических родителей.
Сэм и Хлоя были очень рады услышать мой рассказ и стали приезжать ко мне чаще. Наши отношения не изменились, а стали ещё теплее и ближе. Мне было приятно осознавать, что с друзьями я могу быть самой собой и не притворяться.
Из-за отсутствия Скотта на площадке сценаристам снова пришлось изменить сценарий и монтировать фильм без его участия. Но Сэм сообщил на площадке о том, что Скотт тяжело болен и срочно уехал в Европу для лечения. Я была очень благодарна ему за это.
Хотя такие мелочи и не были важны для богов, мне было приятно осознавать, что Скотт остаётся уважаемым членом съёмочной группы. В целом, жизнь вернулась в нормальное русло и стала более предсказуемой.
Изменения погоды в Калифорнии были связаны с нашими с Томом тренировками. По телевидению начали выходить передачи о глобальном потеплении и его влиянии на климат. В такие моменты я смеялась про себя, думая о том, что обычные люди могут только предполагать причины таких явлений.
К моменту, когда моя диссертация была одобрена научным сообществом и готова к защите, я уже неплохо контролировала свои силы. Я видела, как с каждым моим успехом глаза Тома наполняются гордостью. Это мотивировало меня стараться ещё больше.
Сегодня я наконец-то защитила свою магистерскую диссертацию по психологии и получила научную степень. Не знаю, как это произошло, но сразу после защиты мне позвонила Рэйчел и поздравила меня. Я была очень удивлена её звонку, но от всего сердца поблагодарила её за внимание.
К поздравлениям Рэйчел присоединились все мои знакомые из Нью-Йорка. Джеймс, Стефани и даже профессор Уайт выразили свои поздравления и пожелали мне профессиональных успехов. Я была очень рада, что судьба свела меня с этими замечательными людьми, и теперь я могла смело называть их своими друзьями.
Я пообещала себе, что при первой возможности обязательно поеду в Нью-Йорк и навещу там всех своих знакомых в неформальной и непринуждённой обстановке.
Выйдя из стен Стэнфордского университета, я окинула внимательным взглядом столь родное моему сердцу здание и широко улыбнулась. Мои лучшие годы прошли именно здесь, и я всю жизнь буду с теплом вспоминать это беззаботное время.
Я понимала, что впереди меня ждёт неизвестность. Я не знала, что буду делать дальше, и как будет складываться моя дальнейшая жизнь. Особенно я не знала, как все недавно выясненные обстоятельства повлияют на мою жизнь.
Выйдя из стен университета, я увидела знакомый автомобиль, около которого стояла уже до боли знакомая и родная фигура.
— Я могу поздравить вас, доктор Уильямс, с получением степени магистра?
— Можешь. — Я широко улыбнулась и подняла свой диплом в руках. — Доктор Уильямс теперь имеет право работать самостоятельно и легально.
— То есть до этого ты не имела права работать психоаналитиком?
— Если быть до конца откровенной, то нет. Лишь степень магистра даёт право получить лицензию психоаналитика и проводить полноценные сеансы с пациентами.
— Доктор Уильямс, я разочарован. Вы и такие серьёзные правонарушения. Что скажут ваши родители? — Том засмеялся, усмехнувшись собственной иронии.
— Они скажут, что я копия своего отца, который поступает по своему усмотрению и никогда никого не слушает, — я была рада ответить Тому в его же манере.
— И они будут абсолютно правы в этом, — Том раскрыл свои руки и мягко произнёс: — Лив, я безумно рад за тебя и я горжусь тобой.
Я подбежала к Тому и кинулась в его тёплые объятия. Такой простой человеческий жест был чем-то волшебным для меня. Том крепко обнял меня и прижал максимально мертвой хваткой к своему сердцу.
— Ты большая молодец. И я сейчас не только о твоей научной деятельности говорю, а о тебе в общем.
— Спасибо, пап, — прошептала я, даже не поняв, почему я сказала эти слова Тому.
— Ты... — Том запнулся и, немного отстранившись от меня, прошептал: — Ты назвала меня пап?
— Эм. Я это как-то неосознанно сделала. Прости меня. Я...
— Нет, не извиняйся. Это был самый счастливый момент за всю мою долгую жизнь, — Том вновь прижал меня к своей огромной и каменной груди, при этом немного задрожав.
— Но давай все же вернёмся к нашему классическому «Том». А то будет странно называть своего ровесника «пап».
— Согласен, — Том вновь улыбнулся своей лучезарной улыбкой и отпустил меня из объятий. — Ну что, ты готова к поездке?
— А куда мы едем?
— В наш с твоей матерью дом. Там будет вечеринка в честь твоего сегодняшнего триумфа.
— Вечеринка? С кем?
— Все самые близкие, — Том подошёл к пассажирской двери своего автомобиля и открыл её передо мной. — Прошу вас, мисс Уильямс.
— Благодарю вас, о всесильный Бог грома и молний, защитник девяти миров и наследник трона Асгарда. Достойный поднять могучий Мьёльнир и обладать его безграничной мощью.
— Лив, прекращай это, — Том закатил свои глаза и усмехнулся. — Я же просил, не говорить так обо мне.
— Так я все правильно говорю. Или хочешь сказать, что это не так?
— Так. Но все же, оставим все эти титулы и регалии в стороне. Я сейчас простой парень по имени Том.
— Парень, который меняет погоду по щелчку пальцев и может испепелить все сущее.
— Испепелить все сущее я не могу. Это в состоянии сделать только одно существо во Вселенной.
— Ты о Скотте?
— Ну ладно. Два существа. Нельзя же не брать во внимание самого Дьявола.
— Так Дьявол существует?
— Предполагаю, что существует. Если мы также реальны, как и люди, почему он не может существовать?
— Вот чёрт. Тогда я попала.
— В каком смысле?
— В своей жизни я была не сильно праведной и успела знатно нагрешить.
— Могу тебя успокоить. Наши души попадают немного в иные места, чем обычный рай или Ад.
— Да? И куда же они попадают?
— В Вальхаллу. Но, как и люди, туда попадают только достойные души.
— Надо будет на досуге почитать все, что известно о вашем мире.
— О нашем. Лив, это такой же твой мир, как и Мидгард.
— Что даёт мне основание узнать о нем, как можно больше.
— Я вроде итак стараюсь тебя просвещать обо всем этом.
— Я не спорю с этим фактом, но я уверена, там ещё много всего, о чём я должна узнать.
— Здесь даже спорить не буду. Там историй хватит на несколько лет нескончаемого повествования.
За разговорами я и не заметила, как мы подъехали к дому моего детства. Я открыла окно и подставила лицо теплому воздуху. Лето в Калифорнии выдалось жарким, и воздух был раскалённым. Но я чувствовала невероятное удовольствие и радость от этого тепла. Теперь огонь и тепло напоминали мне о Скотте и его жарких поцелуях.
Когда мы с Томом подъехали к дому, я заметила несколько автомобилей во дворе. Я удивилась такой неожиданной компании, но ничего не сказала Тому. К моему удивлению, Том повёл меня не в дом, а на задний двор.
Когда я зашла на территорию заднего двора, я застыла в сильном удивлении. Там, прямо у бассейна, был накрыт фуршетный стол, вокруг которого была небольшая компания людей. Я сразу заметила моих родителей, которые стояли и активно разговаривали между собой. Недалеко от них были Сэм и Хлоя, которые общались с неизвестными мне людьми.
Когда я направилась к компании, я узнала в неизвестных мне людях Рэйчел и Джеймса.
— Джеймс, Рэйчел, откуда вы здесь? — спросила я.
— Лив! — все разговоры прекратились, и взгляды всех присутствующих обратились ко мне.
— Поздравляем с окончанием магистратуры и получением степени магистра! — Рэйчел встала со своего места и крепко обняла меня.
— Спасибо, Рэйчел, — я обняла подругу и удивлённо спросила: — Так откуда вы здесь?
— Прилетели поздравить тебя с таким важным событием, — Рэйчел улыбнулась своей фирменной улыбкой. — Или ты думала, что мы пропустим столь важное событие?
— Лив, от всей души поздравляю тебя со столь знаменательным событием, — к нам подошёл Джеймс и протянул мне свою большую и мускулистую руку. — Ты заслужила всё это.
— Спасибо, Джеймс, — я пожала руку Джеймса. — Но откуда в графике самого Джеймса Райта свободное время для столь незначительных событий?
— Для нас это событие важно. И мы хотели всеми силами поддержать тебя.
— Лив, почему ты не сказала, что твои друзья из Нью-Йорка такие классные? — ко мне подбежала Хлоя и обняла меня. — Поздравляю, подруга.
— Спасибо, Хлоя. Вы уже познакомились? — я окинула взглядом всю компанию, удивляясь.
— Да, — усмехнулась Хлоя, — и я была очень рада познакомиться с твоими друзьями.
— Как и мы, — подмигнул Хлое Джеймс. — Но вот твоего другого друга мы так и не узнали. Он придёт сегодня?
— Вы о Скотте?
— Я говорила Джеймсу, что Скотт теперь занят и у него, кажется, отдельная жизнь. Но он же не мог не поздравить тебя в такой день.
— Мне жаль, но Скотт уехал три месяца назад, — я собрала всю свою волю и старалась говорить как можно увереннее. — Поэтому сегодня его не будет с нами.
— Как жаль. А я так надеялся познакомиться с парнем, который смог покорить сердце самой Оливии Уильямс, и о котором Рэйчел так восторженно рассказывала мне.
— Так Скотта не будет? А я так хотела узнать, как он сейчас живёт.
— Я думаю, он в порядке, — к нашей компании подошёл Сэм. — Он мой лучший друг, и я уверен, что он не пропадёт.
— Сэм, так ты и Скотт подружились? — Рэйчел перевела свой внимательный взгляд на Сэма. — Как так вышло?
— Лив привела его на вечеринку ко мне домой, где мы с ним довольно быстро нашли общий язык. Не так ли, доктор Уильямс?
— Если ты о том, что ты напоил моего пациента в первые минуты знакомства с ним, то да, всё так и было.
— Я не виноват, что Скотт оказался таким же алкоголиком, как и я, — Сэм подошёл ко мне и обнял. — Поздравляю с защитой диссертации, Оливка. Ты большая умница.
— Вот и я ей об этом говорю, — к нам подошёл Том и широко улыбнулся.
— Рэйчел, это Том. Он мой... — я резко осеклась, не зная, что я могу сказать своим друзьям. Сэм и Хлоя переглянулись и еле заметно усмехнулись между собой.
— Я её отчим, — в этот момент Джеймс покосился на Тома удивлёнными глазами, после чего повернулся ко мне.
— Отчим? Довольно неожиданно. Я помню, как вы, мистер Однер, были немного в ином статусе в нашу последнюю встречу.
— С того момента прошло больше полугода. Всё меняется, мистер Райт, — Том говорил уверенным голосом, что меня немного удивило. — А мы с матерью Лив довольно давно искали друг друга.
— Даже так? — Джеймс продолжал прожигать Тома пристальным взглядом. — Это довольно необычно на мой взгляд.
— Джеймс, ты же знаешь, в этой жизни нет ничего невозможного. И даже самая невероятная и сложно вообразимая вероятность может воплотиться в жизнь, — Рэйчел смирила Джеймса пристальным взглядом, который я видела от неё впервые.
— Это, вроде, слова профессора Уайта. Как он, кстати?
— Дэмиан заметно пошёл на поправку. Он сейчас в бессрочном отпуске, но активно занимается восстановлением своих знаний и навыков. Постепенно он возвращается к жизни и привыкает к новому ритму.
— Я очень рада это слышать. Надеюсь, у них со Стефани всё будет хорошо.
— У них уже всё хорошо, — с улыбкой сказала мне Рэйчел. Она открыла свою сумочку и протянула мне конверт. — Они оба просили передать это тебе.
— Что это? — спросила я, с некоторой опаской глядя на белоснежный конверт в руках Рэйчел.
— Открой и узнаешь, — переглянувшись, ответили мне Джеймс и Рэйчел, после чего оба улыбнулись.
Я взяла дрожащей рукой конверт из рук Рэйчел и начала аккуратно его открывать. Я не могла даже предположить, что там может быть внутри. Когда я достала из конверта красивую открытку, то увидела аккуратно выведенные слова, напечатанные золотистыми чернилами: «Мисс Оливия Уильямс, рады пригласить вас на церемонию бракосочетания Дэмиана Уайта и Стефани Элеоноры Пайнс. Торжественная церемония состоится двадцать седьмого октября в Нью-Йорке в ресторане отеля "Плаза". Будем рады видеть вас в этот торжественный день вместе с нами. С уважением, мисс Стефани Элеонора Пайнс и мистер Дэмиан Уайт». Я смотрела огромными глазами на открытку и не могла поверить своим глазам.
— Стефани просила передать тебе, что будет рада, если ты приедешь не одна, — мягкий голос Рэйчел звучал где-то за пределами моего сознания.
— И мы все надеемся, что вы сможете посетить это мероприятие, — добавил Джеймс.
— Я... — я не могла собраться с мыслями и поверить в происходящее. — Я не знаю, что сказать.
— По-моему, выбор очевиден, — сказал Сэм, глядя на меня с широкой улыбкой на лице. — Передайте молодожёнам, что она обязательно придёт на их праздник.
— А если она даже и не сможет этого сделать самостоятельно, то мы её лично доставим к вам в Нью-Йорк, — добавила Хлоя.
— Вот о чём я и говорила. Твои друзья, Лив, замечательные!
— Я так понимаю, за меня уже всё решили, — сказала я.
— Именно, — кивнул Том. — И я тоже считаю, что тебе стоит поддержать друзей в столь важный для них день.
— Том, ты же знаешь, что я могу не попасть на этот праздник, — сказала я, покосившись на Тома с лёгким укором, безмолвно намекая ему на предстоящее нам дело.
— Мне кажется, ты сможешь найти на это время. Не стоит пренебрегать друзьями и их обществом, — ответил Том.
— А ты, оказывается, не так плох, как я считал, — усмехнулся Джеймс, глядя на Тома. — И тебе стоит послушать своего отчима, Лив.
— Давайте прекратим эту тему. Я сегодня не настроена обсуждать подобные вопросы, — сказала я.
— Правильно. Пора нам всем выпить.
Хлоя взяла меня под руку и повела к столу. Там меня уже ждали мои родители, которые, как и друзья, поздравили меня с успешной защитой диссертации и получением долгожданной научной степени.
Мне было непривычно вести себя подобным образом при друзьях, особенно в присутствии Джеймса и Рэйчел. Мои родители были очень активны и тепло общались со всеми присутствующими.
Когда вечер уже наступил, а солнце начало медленно клониться к горизонту, Джеймс попросил меня отойти с ним в сторону и поговорить наедине. Я была удивлена такому предложению, но без колебаний согласилась.
Мы оставили шумную компанию немного в стороне. Джеймс повернулся ко мне и внимательно посмотрел на меня.
— Лив, могу я задать тебе странный вопрос? — спросил он.
— Задавай, — ответила я, глядя на него с некоторым напряжением, не зная, что он может спросить.
— Том и ты. Какие у вас сейчас отношения?
— Ты же слышал, что он теперь вместе с моей матерью, и он является моим отчимом. А почему ты спрашиваешь?
— Знаешь, как бы это сейчас странно ни звучало, но вы довольно сильно похожи между собой.
— Все так говорят, — я попыталась сообразить в голове правдивую ложь. — Но я не могу объяснить, с чем это связано.
— И почему мне кажется, что ты сейчас немного лукавишь, — Джеймс покосился на меня с некоторым укором. — Лив, скажи правду. Кто он тебе?
— Джеймс, я сомневаюсь, что мои слова ты сможешь понять. У меня всё сложно, и здесь история не на пять минут разговора.
— Это я уже понял. Ты изменилась за эти месяцы. Что-то поменялось в тебе.
— О чём ты?
— Я о том, что от тебя исходит другая энергия. И ты ощущаешься по-другому.
— Что? Что это значит?
— Давай так. Ты мне расскажешь о себе, а я тогда уже поделюсь информацией о своей небольшой тайне.
— Тайне? Джеймс, я не понимаю, о чём ты.
— Лив, серьёзно, ты всё прекрасно понимаешь. Но прикидываешься ты довольно правдоподобно. Если бы не твоё учащённое сердцебиение, то я бы в жизни не распознал твою ложь.
— Джеймс... — я начала дрожать, не понимая, что сейчас происходит и как мне стоит вести себя в подобной ситуации.
— Лив, я не требую от тебя ответов. Но я всё же хочу понять, что с тобой происходит и как возможно то, о чём я думаю.
— А о чём ты думаешь?
— Например, о том, что твой, так называемый отчим, по всем признакам твой брат или твой настоящий отец. Вы с ним имеете прямое родство. Хотя, по факту, вы с ним не сильно разнитесь в возрасте, и он выглядит ненамного старше тебя самой. Так пояснишь, как такое возможно?
— Откуда ты... — я осеклась, находясь в полной растерянности.
— У всех у нас есть свои секреты, — Джеймс слабо усмехнулся, а затем уверенно произнёс: — Или ты скажешь мне, что я не прав?
— Прав, — прошептала я неуверенно. — Том действительно мой биологический отец.
— Что и требовалось доказать. Так ты расскажешь, как так получилось?
— Я боюсь, что мой рассказ будет сложен для твоего понимания, и ты с большой вероятностью не поверишь мне.
— Ты так думаешь?
— Я уверена в этом. Это что-то за гранью твоего понимания, и я бы сказала, это всё связано с чем-то сверхъестественным.
— В таком случае я хотел бы тебе кое-что показать.
Джеймс повернулся ко мне и пристально посмотрел. Я заглянула в его карие глаза и вдруг увидела нечто невероятное: глаза Джеймса вспыхнули странным огнём и изменились. На меня смотрели два волчьих глаза, словно они принадлежали какому-то зверю. Я вскрикнула и чуть не упала, но Джеймс быстро подхватил меня на руки. Я тяжело дышала, глядя на него безумным взглядом.
— Ты... Ты... Что это было?
— Это? Мой обычный взгляд, — ответил Джеймс, и его глаза снова стали карими. — Хотя человеческий взгляд для меня немного непривычен.
— Человеческий? Кто ты такой? — я затряслась от ужаса.
— Я? Успешный банкир и владелец Банка Америки, — улыбнулся Джеймс. — Но в свободное от работы время я бываю человеком в волчьей шкуре.
— Ты оборотень? — спросила я, не веря своим ушам.
— Да. И являюсь им последние тридцать пять лет, — ответил Джеймс. — Теперь я бы хотел узнать правду о тебе и о том, что здесь происходит.
Я решила быть откровенной с Джеймсом и рассказала ему всю свою историю. Я не утаила ничего и не опустила никаких подробностей. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось быть с Джеймсом максимально откровенной. Он слушал меня внимательно, не перебивая. Когда я закончила, на его лице появилась слабая улыбка, а в глазах — странный отблеск.
— Вот теперь всё встало на свои места.
— О чём ты? Что и куда встало?
— Я о тебе и о твоей истории, — ответил Джеймс. — Всю свою жизнь я чувствовал в тебе что-то странное. Я не мог понять природу твоей энергии, и уж тем более я не мог предположить подобный исход. Ты дочь Бога грома и молний из скандинавской мифологии. Кто бы мог подумать.
— Тебя разве не удивляет подобная информация и правда обо мне?
— Честно? Не удивляет, — ответил Джеймс. — Лив, я пережил такое, что ты бы сошла с ума, узнав всю правду о моей семье.
— О твоей семье? А что с ней не так?
— Начнём с того, что вся моя семья — оборотни.
— И Стефани? А профессор Уайт? Он мне показался довольно странным, и в нём чувствовалась странная энергия.
— Стефани и Дэмиан — стопроцентные люди, — сказал Джеймс. — По крайней мере, я на это надеюсь.
— Что это значит? — спросила я, вспоминая все истории и слова профессора Уайта и самой Стефани. — Они как-то связаны со всей этой сверхъестественной историей?
— В моём случае они были её главными героями, — ответил Джеймс. — Но они обрели своё счастье и оставили всё это позади. Дэмиан заслужил покой и спокойствие после всех страданий, что он пережил за свою долгую и непростую жизнь.
— Джеймс, что всё-таки случилось с профессором и кто он такой? Он тоже кто-то не совсем человеческого вида?
— Я не могу тебе этого сказать, — ответил Джеймс. — Это не моя тайна и не моя жизнь. Знай только одно: Дэмиан заслужил своё счастье со Стефани, и я надеюсь, что они проживут достойную жизнь.
— Я тоже на это надеюсь. Хоть я и не знаю всей истории профессора Уайта, но что-то мне подсказывает, что она довольно трагична, но и красочна.
— Всё так и есть, — согласился Джеймс. — Но что на счёт тебя? Ты расскажешь, что на самом деле стало с твоим загадочным другом?
— Ты про Скотта?
— Вроде как про него, — ответил Джеймс. — Он тоже кто-то из подобных вам божеств?
— Когда ты так говоришь, то я считаю себя каким-то фриком.
— Я рассказал тебе, что я оборотень, а ты считаешь себя фриком? — Джеймс громко рассмеялся, и это немного разозлило меня.
Погода внезапно изменилась, в небе прогремел гром, и сверкнула молния. Джеймс замолчал и начал опасливо оглядываться по сторонам.
— Это ты сделала?
— Да, — ответила я. — Твой смех меня немного разозлил.
— Прости меня, Лив. Я не хотел тебя обидеть и задеть твои чувства. Может быть, ты вернёшь солнечную погоду?
— А ты обещаешь больше не издеваться?
— Я и так не издевался над тобой. Я не хочу получить двести двадцать вольт электрического тока, — сказал Джеймс.
Я постаралась успокоиться. Вскоре погода снова стала хорошей, на небе засияли яркие звёзды и появился диск луны. Джеймс снова посмотрел на небо внимательным и удивлённым взглядом.
— И всё же, что случилось с твоим Скоттом?
— Он ушёл вместе с моим дедом восстанавливать Асгард.
— То есть, твой дед Один захватил твоего пациента, чтобы восстановить другой мир? Я правильно понял?
— Да, всё так. Но Скотт не просто пациент. Он был тем, кто разрушил Асгард и лишил Одина сил. А также он оказался скандинавским богом огня и обмана из легенд.
— Подожди, ты хочешь сказать, что твой Скотт — скандинавский бог коварства и обмана Локи?
— Я смотрю, кто-то немного разбирается в скандинавской мифологии, — сказала я.
— Есть такое. Но я не понимаю, как такое возможно.
— Так же, как и существование оборотней в нашем мире. Джеймс, если ты оборотень и вы существуете, значит, вампиры тоже могут существовать?
— Лив, они не просто могут, они существуют, — ответил Джеймс.
— А ты, получается, убиваешь их?
— С чего ты взяла? Наоборот, я много лет дружил с одним вампиром, а с другим даже встречался.
— Ты встречался с вампиром? — я вздрогнула от шока. — Но разве вы не кровные враги?
— Нет, я пересмотрел своё отношение к вампирам после некоторых событий в своей жизни. Я считаю, что не стоит делать поспешных выводов о человеке, пока не узнаешь его и не разберёшься в мотивах его поступков. Всё может оказаться намного сложнее и неоднозначнее, чем можно было предположить изначально.
Услышав слова Джеймса, я немного растерялась. В моей голове возникло слишком яркое воспоминание. Перед глазами возник образ профессора Уайта, сидящего за столом в пустой аудитории и говорящего мне строгим голосом:
— Не стоит делать поспешных выводов о человеке, пока не узнаешь его и не разберёшься в мотивах, что им движут. Всё может оказаться намного сложнее и неоднозначнее, чем вы могли предположить изначально.
— О чём вы? Что вы имеете в виду?
— Я говорю о том, что иногда стоит рискнуть, несмотря на страх и сомнения. Иногда нужно довериться своим чувствам, а не здравому смыслу.
Я посмотрела на Джеймса и увидела, что он говорит то же самое, что говорил профессор до того, как потерял память. Это означало, что профессор был связан с этим загадочным миром и, возможно, пострадал из-за чего-то необъяснимого.
— Джеймс, скажи честно, что случилось с профессором? Это же была не просто авария?
— Да, это был его выбор, и выбор Стефани, за который я их обоих уважаю.
— Джеймс, можно личный вопрос?
— Конечно.
— Как ты думаешь, нормально ли любить монстра и чудовище? Если все эти легенды о безжалостном, эгоистичном и самовлюблённом Боге Локи правдивы, как я могу любить такое существо?
— Лив, поверь моему опыту: никогда не вешай ярлыки заранее и не полагайся на мнение большинства. Думай только своим сердцем и своим умом. Если ты веришь, что Локи не так плох, как его описывают, и что он достоин твоей любви, то не отказывайся от этих чувств. Поверь мне, даже самый кровожадный монстр может измениться ради любви и любимой женщины.
— О чём ты?
— Просто поверь мне. Я это видел своими глазами. Настоящая любовь может изменить даже самых жестоких существ и превратить их в лучших людей, — сказал Джеймс.
Я обняла его и прошептала:
— Спасибо. Я сделаю всё возможное, чтобы вернуть себе Скотта.
— И у тебя всё получится. А если тебе нужна будет помощь, ты знаешь, где меня найти и как со мной связаться.