Глава 80.
Открывая глаза, я пытаюсь вспомнить произошедшее прошлой ночью. Не помню ничего ровно с того момента, как запила белый порошок водой.
Смотрю в потолок, рассматривая его так внимательно, как только могу, но моё сознание расфокусировано.
Не могу сосредоточиться.
Страшно... Это действительно страшно.
Сажусь, проводя руками по лицу. Голова кружится и раскалывается, будто мне зарядили чем-то тяжёлым.
Дверь открывается, издавая тихий, но противный скрип, заставляя повернуть голову и обнаружить вошедшего парня.
- Ты хоть помнишь, что вчера натворила? Кто тебя домой притащил? - сразу начинает повышать голос Булаткин, а я тяжело вздыхаю, помещая руки на виски.
- Расскажешь? - усмехаюсь, откидываясь на подушку.
- Конечно, ты не помнишь! Ты была бухой в доску да ещё и под наркотой, а притащил тебя Владимир! - кричит он, заставляя зажмуриться.
- Ну, не убил же он никого, значит, всё хорошо, - пожимаю плечами, переворачиваясь на живот и зарывая голову в подушки. - И не кричи, пожалуйста! - поднимаю левую руку, жестикулируя ему, а позже смотрю на запястье, обнаруживая не самое лучшее, что может быть.
Чёрными буквами по бледной коже то, что может сдать меня со всеми потрохами. Выходит, этой ночью я думала не тем местом, которым должна.
На глаза наворачиваются слёзы, а я ещё раз пробегаюсь по надписи: "25.06.2011 г. Люблю урода!"
Та самая дата, когда он совершил ошибку.
Срываюсь с места, направляясь в ванную, надеясь, что татуировка ненастоящая.
Но у двери меня перехватывают, сжимая именно эту руку. Глаза Егора мгновенно пробегаются по заковыристому шрифту. Он замирает, и я, пользуясь моментом, убегаю в ванную, где смачиваю мочалку, размазываю по нужному месту мыло и начинаю тереть изо всех сил, что только есть.
Я просто была пьяной и не понимала, что делаю. Вот и всё!
У этого нет смысла.
Смываю пену и пробегаюсь глазами по надписи. Уже не так видно. Радует, что мне хватило мозга на то, чтобы сделать её временной.
Но теперь вся ночь формируется в общий пазл: наркотик, гонки, тату-салон, гонки, клуб, алкоголь и кальян, улица, Владимир, его указы... Антон...
Что с ним?
Вспоминается диалог Булаткина и Ковалёва. Егор обещал папе присмотреть за мной, но почему он сказал про Владимира?
Вот теперь время рассуждать, как никогда раньше.
Закрываю дверь ванной на защёлку и сажусь на пол, не сдерживая себя от рыданий.
"Уничтожу вас троих," - эхом отдаётся в голове.
Что я наделала?
- Уже вернулись? - раздаётся голос Егора, и я понимаю, что там, за дверью, жизнь продолжается.
- Да, там очередь маленькая была! Женщина такая добрая попалась! - весело отвечает Наташа, а тётя Нюра смеётся. - А где Юля?
- В ванной, ей сегодня не очень хорошо, - отвечает Булаткин, а я, горько усмехаясь, открывая воду, чтобы набрать ванну.
Залезаю в "лодочку", не снимая нижнего белья. Смеюсь сквозь слёзы, понимая, что у меня есть всего-навсего полчаса, максимум - сорок минут. Открываю воду ещё больше, добавляя горячей.
Нужно согреться.
Дожидаюсь, когда ванна наполнится почти до краёв, и выключаю воду. Беру в руку бритву, предназначенную совершенно для другого дела, но я не сверну с выбранного пути.
Надавливая на кожу с нужной стороны, я провожу вдоль руки. Зубы сжимаются в своеобразном шипении.
Вторая полоска.
Без меня этому миру будет куда лучше.
Третья...
- Тётя Нюра, сделайте, пожалуйста, чай, - произносит Наташа, а я слышу краем уха, как начинает смеяться Булаткин.
Его обман... Его игра... Его чувства...
Тихонько-тихонько начинаю напевать песню, которую мы пели вместе сегодня ночью, опуская руку в горячую воду, моментально приобретающую алый оттенок.
А кому я нужна? Егору? Глупо. Наташе? Может быть, чтобы поболтать. Глебу? Ну, возможно, нужна. Денису? Он, пожалуй, один из немногих, кто заботился обо мне круглосуточно. Алисе? Нет, если только телефон дать поиграть. Она, скорее всего, забудет меня через пару месяцев. Маме? Наоборот, ей нервов меньше изводить. Про папу даже думать не хочу. Возможно, нужна поклонникам группы, потому что я пыталась дать им советы, старалась дружить с каждым, хоть и давалось это тяжело.
Веки тяжелеют, а глаза постепенно закрываются.
Конец?
- Юля, ты там долго ещё сидеть будешь? - легонько стуча по дереву, спрашивает Егор, но его голос звучит очень отдалённо.
Молчу, потому что у меня нет сил, чтобы ответить.
- Юля, у тебя там всё в порядке? - он дёргает ручку двери и вновь ударяет. - Открой немедленно, или я её выбью к чёртовой матери! - теперь Булаткин кричит, а я улыбаюсь, словно сумасшедшая.
- Егор, что случилось? - обеспокоенно спрашивает Наташа.
- Она закрылась и молчит! - криком отвечает парень.
- Ломай дверь, Егор! Быстрее! - срывается тётя Нюра, которой сейчас хочется выразить благодарность за всё, что она сделала за эти несколько дней.
С грохотом Булаткин пытается пробить защёлку.
Не выходит.
Попытка номер два... Три... Лишь с четвёртого раза дверь поддаётся, открываясь на распашку.
- Звоните в скорую быстрее! - снова кричит Егор, подходя ко мне и вытаскивая из воды. - Помогите мне! - просит он уже много спокойнее, а я открываю глаза, когда что-то мягкое касается моих плеч.
Чувствую, что сил больше нет, поэтому закрываю глаза, роняя голову на плечо Булаткина.
Всё кончено. Всё уже в прошлом.
