Глава 79.
Тусовка в клубе в самом разгаре, но я выхожу на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. В здании, конечно, очень весело, но там жутко воняет кальянным дымом, потом и алкоголем.
Сажусь на лестницу, зарываясь руками в волосы, которые распустила после гонки.
Настроение почему-то приобрело самые весёлые нотки. Возможно, из-за порошка, что сейчас растворяется внутри меня.
- Бестужева, иди сюда! - доносится чья-то команда, а я поднимаю голову с колен, рассматривая человека, но вижу лишь какое-то сборище мужчин в чёрном.
Не без труда узнаю Владимира Ковалёва, а осознание этого заставляет подняться на ноги.
Неужели я так перебрала с алкоголем?
Мужчина делает шаг вперёд, а я срываюсь с места, отправляясь в забег вокруг клуба.
- Догоните её! - доносится до ушей.
Пытаюсь ускориться, но, кажется, моё тело отяжелело и не хочет поддаваться моим командам. Спотыкаюсь обо что-то и падаю на асфальт, пачкая джинсы. Хочу подняться, но меня уже берут за руки, отводя в сторону равнодушного Владимира. Дёргаюсь, надеясь вырваться, но не выходит.
Люди Ковалёва выводят из клуба нескольких парней, а сам он спокойно ходит туда и обратно. Мужчина кивает своим подопечным, чтобы те отпустили меня, но сам он хватает меня за руку.
- Посмотри на каждого из них и скажи, кто привёз тебя сюда! - шипит Владимир, а я беглым взглядом смотрю на Антона и опускаю глаза вниз, не желая выдавать его. - Юля, скажи мне, иначе будут убиты все! - угрожает Ковалёв, а я вздыхаю и киваю головой в сторону виновника моего нетрезвого состояния. - Связать и в багажник! - командует мужчина, отводя меня к машине и запихивая на заднее сиденье.
Сам садится рядом и скрещивает руки на груди, ожидая, когда остальные займут свои места.
Внезапно чувствуя дикую усталость, я облокачиваюсь на дверь.
- Иди сюда, - тепло произносит Владимир, хлопая себя по плечу, и я зачем-то делаю это.
Он обнимает меня за плечо и почему-то становится комфортно.
Закрываю глаза, представляя своё будущее.
Если я в руках монстра, то это значит, что я вряд ли доживу до утра.
Но как ни странно, я проваливаюсь в сон.
***
Открыть глаза мне удаётся, когда меня уже поднимают в лифте, выносят из него, и я узнаю подъезд, в котором временно проживаю.
Владимир нажимает на кнопочку, из-за двери доносятся тяжёлые шаги, а сама она распахивается чуть позже, открывая заспанного парня.
Булаткин отступает, пропуская Ковалёва внутрь. Мужчина ставит меня на пол, и я, сонно зевая, пытаюсь пройти расстояние до комнаты, только вот ноги подкашиваются, но меня удерживают.
Егор помогает дойти до комнаты, раздеться до белья и лечь в кровать, накрывает одеялом.
- Удалась вечеринка, да? - ворчит он, а я киваю, осматривая его.
Тяжело вздыхая, парень выходит прочь из комнаты.
- Она под наркотиками, проследишь? - спрашивает Ковалёв, что я отчётливо слышу благодаря небольшой щёлочке, оставленной Егором.
- Конечно, - отвечает Булаткин.
- Правильно, куда ты денешься, если обещал? - смеётся Владимир, а я свисаю с кровати вниз головой, начиная вырисовывать непонятные узоры на ковре.
- Кстати, я обещал её отцу или тебе через её отца? - голос парня наполняется сарказмом.
- Егор, ты же и сам прекрасно знаешь, что и кому ты обещал, - произносит Ковалёв. - Кстати, поздравляю тебя с беременностью моей дочери, но особо не радуйся, потому что я уничтожу вас троих!
- В смысле троих?
- Тебя, Наташу и ребёнка, - серьёзно говорит Владимир.
- Не посмеешь! - шипит Булаткин.
- Вступи в мою команду, и никто не пострадает, - требует мужчина, а дальше я слышу закрывающуюся дверь.
Егор возвращается и садится рядом, поднимая моё туловище на кровать.
- Как ты себя чувствуешь? - он аккуратно проводит рукой по моему плечу, а я только сейчас замечаю дикую тошноту, но я лживо киваю, принимая свою любимую позу для сна.
Булаткин спускается на пол, но не уходит.
Закрываю глаза, а он, видимо, думая, что я так быстро уснула, начинает напевать "Murder against love".
И не могу сказать, что это неприятно.
Он слушал нашу главную песню много раз, благодаря чему выучил наизусть. Не удержавшись, открываю глаза, вставая на подпевку.
Егор даже не поворачивает головы, будто ожидал такого сюрприза.
Мне чертовски стыдно за всё.
Со слезами на глазах подпеваю второй куплет, а припев и вовсе не сдерживаю рыданий и всхлипов. Булаткин поднимается и усаживается рядом, а я молча прижимаюсь к нему, требуя объятий.
Прямо сейчас я предаю свою подругу, мирно спящую в соседней комнате.
"Уничтожу вас троих," - вспоминаются слова Владимира, а я теряю смысл.
Он готов уничтожить дочь и ещё не родившегося внука, но заботится обо мне, доставляя меня в нетрезвом виде домой.
Но я же ему чужая... не то, что Наташа.
С ним что-то не так.
Или что-то не так со мной?
