15
Вивиан
Эта неделя работы над проектом и учебы мне далась очень очень сложно.
После того случая из машины, я не знала как себя вести. Внутри меня шторм. Одна сторона горит желанием а другая сторонница понимая что эта игра не приведет к чему-то хорошему.
Отношение Дилана ко мне нейтральное. Мне кажется что тот поцелуй был просто так, и что ему все равно на то что было, хотя в моменте поцелуя, его действия доказывали обратное.
Сейчас он почти не разговаривает и даже игнорирует меня, но я чувствую его напряжение возле меня. Это чувство ничем нельзя спутать.
—Вот там поправь немного угол — говорит он холодно. Без чувств. Без ничего.
Я кивнула головой и делала как он говорит, будто я его куколка и он мной управляет. Ненавижу делать то что он мне приказывает, но у меня нету другого выхода.
Я бы хотела просто закончить этот проект и больше не увидеть его никогда в жизни.
—Как ваши дела? Как успехи? — говорит брат.
—Всё идёт хорошо — говорит Дилан.
Они начали общаться, а я ушла в своей комнате чтобы взять резинку для волос, так как они мне мешали немного, а сейчас пока они болтают о своём, это подходящий момент.
Взяв с косметичке резину, по пути к кухне, я начала делать небрежный пучок.
Брата нигде не было а Дилан также стоял там где и до моего ухода.
Я возвращалась к своему рабочему месту как Дилан тихо крикнул:
—Вивиан осторожно!
Но я не успела его услышать, и тут же подскользнулась от мокрой луже на скользком полу, а Дилан сразу меня поймал.
Его больше и горячие руки были на меня, и я чувствовала его прикосновение всеми частицами своего тела, каждой клеткой, каждым атомом.
Я видела его лицо. Все его черты, тёмные глаза, острая челюсть и большие губы.
Даже во время поцелуя я не смогла разглядеть его лицо так как сейчас.
—Я принес тряпку — сказал брат, и я сразу встала с этой позиции, и Дилан отошёл от меня.
Я тут же почувствовала, как щёки вспыхнули, будто меня поймали на чём-то запретном.
Брат посмотрел сначала на меня, потом на Дилана, потом снова на меня — слишком внимательно.
— Всё нормально? — спросил он, приподняв бровь. — Ты чуть не упала?
— Да... просто пол мокрый, — быстро ответила я, стараясь звучать как можно спокойнее.
Дилан уже стоял чуть в стороне, руки снова в карманах, лицо — непроницаемое, будто секунду назад его ладони не держали меня так крепко, будто между нами ничего не произошло.
— Я вытер, — добавил брат, проводя тряпкой по полу. — Будьте осторожнее.
— Угу, — пробормотала я и поспешила обратно к ноутбуку.
Сердце колотилось где-то в горле. Я заставила себя смотреть только в экран, только на строки проекта, только на задачу. Но ощущение его рук всё ещё жило на коже, как будто память тела упрямо отказывалась отпускать.
Несколько минут мы работали в тишине.
—Вивиан — снова услышана своё имя тем голосом — скинь мне файл с 3D вариантом.
—Да конечно — сказала я.
Вот опять. Делаю то что он указывает. Хотя это я и должна делать, но внутри я кипячусь от злости того что он мною контролирует когда мы работаем.
—Я укажу, будьте осторожны.
И затем дверь захлопнулась, и с этого момента я была на едине с этим человеческим монстром.
Я наблюдала за его действиями руками. Как он окуратно печатал по клавиатуре будто каждая буква была маленькой нотой в его личной симфонии, а экран — страницей, на которой оживала его мысль. Пальцы скользили с такой легкостью, что казалось, будто они сами знают, что нужно написать, а слова выстраивались в строки, словно дыхание, спокойное и уверенное.
С профиля его лицо выглядит еще лучше. Приятная гармония черт лица. Кажется что его рисовали и это не настоящий человек.
Вот и мысли у меня.
Я никогда не признавала себе, но он мне нравился и кажется до сих пор нравится.
В моей головы не должны допускаться такие мысли, но я не могу от себя это скрывать.
Я помню, как плакала, когда мне было всего двенадцать, а ему уже девятнадцать, и у него была девчонка.
Я была готова на всё, чтобы хоть на минуту привлечь его внимание. Я была влюблена в него как маленькая дура. Ему не было до меня, он всегда видел во мне лишь капризную девочку, но он даже не догадывался, какая я на самом деле.
Он не знает, как я вижу мир. Что думаю. Как себя веду.
И может, это и к лучшему. Он мне не нужен. Я не допущу к себе человека, который сам не понимает, чего хочет. Сейчас я сама выбираю, кто рядом со мной, и мне хватает силы быть собой.
Я не позволю никому ранить меня.
Чем дальше я усугублялась в работе, тем меньше я думала о нём, но находиться на едине с ним, это ещё какое испытание, особенно после ночи в машине.
Он резко остановился.
— Подожди.
Я замерла, так и не нажав «сохранить».
— Ты неправильно выставила свет, — сказал он, глядя в экран. — Из-за этого модель теряет глубину. Я переделаю.
Что-то внутри меня щёлкнуло.
— Я сделала так, как мы обсуждали, — спокойно ответила я, хотя голос внутри уже дрожал.
— Нет, — коротко. — Это не работает.
Он потянулся к моей мышке, почти накрыв мою руку своей. Я отдёрнула ладонь.
— Не трогай, — вырвалось раньше, чем я успела подумать.
Он посмотрел на меня. Впервые за весь вечер — по-настоящему.
— Ты чего так реагируешь? — спросил он тихо. Не холодно. Устало.
— Потому что ты ведёшь себя так, будто я здесь лишняя, — слова выходили ровно, слишком ровно. — Будто всё, что я делаю, можно просто... заменить.
Между нами повисла пауза. Не напряжённая — тяжёлая.
— Я не говорил, что ты лишняя, — наконец сказал он.
— Но ведёшь себя именно так.
Он отвёл взгляд. Секунда. Две.
— Мне проще всё контролировать самому, — произнёс он, будто признавался не мне, а себе. — Когда я доверяю... выходит плохо.
Эта фраза ударила неожиданно глубоко.
— Тогда зачем ты вообще работаешь со мной? — спросила я.
Он усмехнулся, но в улыбке не было ничего лёгкого.
— Потому что без тебя этот проект не вытянет и мне нужно его выполнить именно с студентом .
Тишина снова накрыла комнату.
Я смотрела на него и понимала: он не отталкивает меня — он боится.
А страх — всегда честнее равнодушия.
— Я оставлю свет, — сказала я тихо. — Если не подойдёт — переделаем вместе.
Он кивнул. Медленно.
— Хорошо.
И впервые за весь вечер мы снова стали не врагами... но и не теми, кем могли бы быть.