Part 23
После активной деятельности и плотного обеда не хотелось ничего так сильно, как прилечь, чтобы немного отдохнуть и переварить съеденное. Они выбираются в сад (Суён покрывает работу Субина толстым слоем похвалы), и погода в противовес вчерашней освежающая, так что Тэхён и Бомгю устраиваются на качелях, Суён — в плетёном кресле на веранде, Ёнджун и Субин располагаются на деревянной террасе, а Кай не располагается нигде, так как он ловит поочерёдно то одну, то другую курочку, чтобы потискать бегающих по травке квочек, которых Субин после уборки выпустил на выпас. Каю почему-то курочки даже не сопротивляются, одна даже сидит у него на коленках, когда он её совсем не держит. Бомгю рассказывает смешные истории, которых у него за всего пару дней с семьёй накопилось немало, а Тэхён клюёт носом, сидя напротив него.
Когда Тэхён засыпает, Кай прижимает палец к губам и сажает на него безмятежную курицу, которую располагает на его груди, а затем ещё одну — на плечо, и ещё одну на колени. Бомгю делает фотографии, пока Кай пытается установить рекорд количества куриц на Тэхёне, но четвёртая начинает бегать по парню и спугивает всех остальных. Тэхён сонно поднимает голову и в этот момент одна из куриц прыгает на его лицо.
— Ай! — курица летит, возможно, в первый и последний раз в своей жизни, Ёнджун ловит её и отпускает на землю. Тэхён недовольно трёт лицо, царапнутое птичьей лапой. Суён смеётся:
— Доиграетесь, и они с перепугу на вас когда-нибудь накакают.
— Если бы я сейчас умер, то последнее, что я увидел бы, было куриной жопой, — ворчит Тэхён. — А если бы она мне правда нагадила на лицо?
— Ну не нагадила же, — Бомгю хлопает его по плечу и валится на бок, утыкаясь Тэхёну в живот. — У меня теперь есть твои фотографии с курицами.
— Это тоже компромат?
— Нет, на заставку поставлю, — воркует Бомгю. — Я, в отличие от тебя, очень романтичный.
Ёнджун ухмыляется:
— Бомгю пошёл в наступление, но у него собственные методы.
— Получается, я один останусь без пары, — расстраивается Хюнин, почёсывая макушку.
— Нас пятеро, — считает Субин. — Так что кто-нибудь бы остался без пары. Учитывая, что ты тут один стопроцентный гетеро, не вижу ничего удивительного. Просто найди себе девушку.
— Ещё б это было так легко! Я познакомился с одной на вечеринке, но за эти дни она мне так и не ответила...
— Я один раз тоже посоветовал одному парню найти девушку, — бормочет Ёнджун.
— И как? — любопытствует Кай.
— Он теперь со мной встречается, — Ёнджун кладёт голову на плечо Субина. — Кстати, я тоже был уверен, что Субини стопроцентный гетеро... — в его голове словно что-то щёлкает, он подскакивает и чётко произносит: — Кай. Найди. Себе. Девушку. Тебе нужно найти себе девушку.
Бомгю ахает, а Кай хмурится:
— Почему у меня чувство, будто меня сейчас прокляли?..
— Узнаем, есть ли в роду у тебя ведьмы, — говорит Суён Ёнджуну. — Только если это так, то всё будет наоборот. Тебе нужно пожелать Каю найти себе парня, тогда ему попадётся девушка.
— Хён, измени желание! Измени желание! — вопит Кай, подскакивая к Ёнджуну и тряся его за плечи. — Ты меня проклянешь! Мне же не нравятся парни! Хён! Хён!
Ёнджун пакостливо ухмыляется и показывает язык, Кай обречённо роняет руки, и Субин спешит его утешить:
— Хюка, ты ж в это не веришь. И вообще, я в хёна влюбился ещё до того, как он это сказал.
— Правда? — Ёнджун наваливается на него.
— Правда, — кивает Субин. Кай немного успокаивается, но перебирает в уме варианты:
— Если я буду проклят на отношения с парнем... ох, ну тогда пусть это будет кто-нибудь хороший.
— Если на Бомгю посмотреть, — задумчиво тянет Ёнджун. — Только на лицо... и издалека... то он похож на девочку... что думаешь?
— Так, давайте-ка остановимся, — не выдерживает Тэхён и приподнимается на локтях. — Пусть Кай ищет себе какого-нибудь другого похожего на девочку мальчика. И вообще хён не похож ни на какую девочку.
С этими словами он подтягивает Бомгю к себе за плечо, чтобы тот лёг к нему на грудь, и Бомгю с ошарашенным видом повинуется.
— Скиншип! — Кай хлопает в ладоши с хлещущим через край энтузиазмом. — Скиншип, скиншип!
— Не лезь ко мне, — предупреждает Тэхён.
— Ты сам меня только что схватил? — таращится на него Бомгю. — Что это значит?!
— Угх... я подумаю, ясно? — Тэхён закатывает глаза, делая хорошую мину при плохой игре, но его уши краснеют.
— А как же восемь причин?..
— Ну, восемь плюсов тоже как-нибудь найдутся, хён, — Тэхён закрывает глаза и треплет Бомгю по макушке.
— Это не тревога, он назвал Бомгю-хёна хёном! — восклицает Кай и кручинится: — Вот я и остался один.
— Ты будешь нашим сыном, — Ёнджун подзывает его к себе, и Кай ползёт к нему на коленки. Ёнджун тискает его и зарывается пальцами в его волосы, а затем поворачивается к Субину: — Усыновим малька?
— Мгм, — безмятежно мычит Субин. Ему нравится видеть, когда Ёнджун заботится о Кае. С тех пор, как Кай поступил, Субин в меру за ним приглядывал, просто потому что мог представить, насколько ошарашенным и сбитым с толку мог себя чувствовать мальчик младше их всех, совсем один и к тому же наполовину иностранец. Иногда Субин очень боялся за него и переживал, но в конце концов у Кая был замечательный сосед, который не давал его в обиду.
— Теперь ты моё дитя, — нежно воркует Ёнджун, пока Кай к нему ластится.
— Нифига себе я быстро бабушкой стала, — ворчит Суён. — Пацаны, притормозите немного, а то к Рождеству вас тут уже целая рота будет.
— Нет, нуна это нуна, — решительно возражает Тэхён, продолжая путаться пальцами в волосах совершенно довольного таким раскладом Бомгю. — Они же не по-настоящему его усыновляют.
— Тэхён-а, помолчи уж, — ворчит Ёнджун, целуя Кая в макушку. Суён поднимается:
— Я пойду подготовлю мастерскую. Кто из вас хочет порисовать? Я подготовлю нам рамы.
Все, как послушные школьники, поднимают свои руки.
— А чем мы будем рисовать, нуна? Я не умею, — бодро рапортует Кай, отлипая от груди Ёнджуна.
— Батик вам подойдёт, — отзывается она и уходит.
— Мне это ни о чём не говорит, — качает головой Тэхён. Субин объясняет:
— Это краски по ткани. Она сейчас натянет для нас ткань на рамы, и мы сможем порисовать. Специальным раствором делается контур, а потом его можно будет заполнить, как раскраску. Если хотите, можете уже подумать над чем-нибудь. Не обязательно делать что-то конкретное, можете просто нарисовать контуром какую-нибудь каракулю, а потом в промежутки залить разные цвета, или сделать какой-нибудь простой узор в любой гамме. К тому же, я уверен, что мама натянет семь рам, чтобы на одной мы попрактиковались.
— Может, ей помочь? — подскакивает Кай, но Субин усаживает его на место:
— Она знает, что делает, не беспокойся.
— Наконец-то я увижу мастерскую твоей мамы, — говорит Ёнджун. — Я хочу посмотреть на её картины вживую.
— Попозже посмотришь, — обещает Субин, и Ёнджун шепчет ему на ухо:
— И ещё хочу увидеть твой портрет... мне кажется, что это будет очень красиво.
— Хён, мне неловко, — хихикает Субин. — Мама часто рисует на огромных холстах, ты знаешь, каково это, когда твоё лицо размером с окно?
— Не знаю, — чирикает Ёнджун. — Но это же твоё лицо, — он разворачивает Субина и опрокидывает его на пол. Его руки опускаются на лопатки Субина и давят:
— Ты сегодня так хорошо поработал, зай. Вечером я поглажу тебя по спинке, — он разминает плечи Субина и щиплет его за загривок, а затем обращается к остальным: — Закройте глазки.
Все трое, не сговариваясь, жмурятся, да ещё и отворачиваются. Ёнджун переворачивает Субина на спину, лукаво на него смотря, и коротко целует к губы, с лёгким чмоком оставляя горящее ощущение. Субин ласково на него смотрит, одними губами молвит «месяц», его ладони кратко сжимают талию Ёнджуна — тот наслаждается тёплыми руками на своём теле, но с сожалением сползает.
— Всё, — объявляет Субин, посмеиваясь.
— Хён такой нежный, — хихикает Бомгю и сжимает руку Тэхёна. — Может, и в тебе проснётся нежность?
Тэхён ничего не отвечает, но и руку не отнимает, только чуть глубже дышит. Субин знает, что в Тэхёне преобладает рациональность, но сам по себе он не холодный человек.
— Пойдём, — Субин тянет Ёнджуна. — Мм... воду наберём.
Кай, чуткий ангел, подхватывается за ними:
— Я помогу!
Они уходят, оставляя на качелях Тэхёна с Бомгю.
Те некоторое время лежат, качели чуть покачиваются от едва заметного ветерка, сад наполнен внезапной тишиной после смеха и разговоров — только шелест и шорох гуляющих посреди травы курочек.
Тэхён смотрит на макушку Бомгю, который всё лежит у него на груди. Тяжесть одновременно привычная, и не очень.
— Шутки шутками, — со вздохом начинает он. — Я тебе правда нравлюсь?
Бомгю приподнимается, подпирая подбородок кулаком, и молчит некоторое время, изучая лицо Тэхёна. Его круглые, блестящие глаза прищуриваются, и во взгляде сквозит проницательность, которую Бомгю редко по-настоящему показывает. Он думает, что ответить, и заметно, как перед вдохом меж приоткрывшихся губ мелькает кончик языка.
— По сравнению с хёнами мои чувства, конечно, меркнут, — ухмыляется он. — Но дышу я к тебе довольно неровно, знаешь... И я редко по-настоящему признаюсь кому-то в симпатии первым.
Это правда. Бомгю привлекательный юноша с яркой личностью, так что это за ним обычно бегают.
— Ты много флиртуешь, — с неудовольствием замечает Тэхён. — Легко это не принимать всерьёз.
— Мгм, — соглашается Бомгю легко, признавая свою вину. — Но я тебе сказал.
— Ты ведь правда не влюблён в Кая? Ты не сказал это только для того, чтобы не было неловко?
— Я тебя сейчас ударю, — нежно сообщает Бомгю. — Пожалки больше не говори таких вещей. Я редко признаюсь кому-то, но я никогда не стыдился того, что я чувствую к кому-либо. Я бы не стал ныкаться только из-за какой-то там неловкости. Я бы просто сказал Каю, если бы он мне нравился, и всё.
Бомгю звучит уверенно, но он сам не замечает, как переходит на сатури, а Тэхён замечает. Он ничего не говорит, только думает о том, что сказал ему Бомгю, а так же прокручивает воспоминания в голове.
— Тэхён-а, — Бомгю не шевелится, и это почти жутковато. — Я знаю о тебе всё.
Больше он ничего не говорит, и не спрашивает, что чувствует Тэхён по этому поводу. Просто ждёт, скажет ли Тэхён сам что-нибудь.
— Моё решение не изменилось, — наконец, выдыхает Тэхён. — Я имею в виду последнее. Я могу попробовать. Ты мне небезразличен. Но мы очень разные, хён.
— Ёнджун и Субин тоже разные.
— Мы по-другому разные.
— Как можно быть по-другому разными?
— Как мы!
— Чёрт с тобой, — Бомгю фыркает. — Знаешь, это я могу попробовать. Может, это ты мне не понравишься, и я тебя брошу. И забуду уже наконец.
Эти слова что-то задевают внутри Тэхёна, и ему становится обидно. В конце концов, понемногу, но он привык к тому, что Бомгю с ним заигрывает, так что всякий раз, когда маячила перспектива этого лишиться, он невольно задумывался, так уж ли ему это не нравится? Но будем честны, внимание такого прелестного существа с шилом в пятой точке всё-таки льстило.
— Я иногда думал, что бы мы делали, если бы встречались, — Тэхён чувствует движение в своей руке и понимает, что его пальцы всё ещё сжимают ладонь Бомгю. — И мне никогда не удавалось это представить. Я не представляю нас вместе.
— Мы уже вместе, как друзья, — Бомгю отвешивает ему щелбан и поднимается. — У тебя просто воображение плохое, вот и всё. Хватит загоняться. Просто сходи со мной на пару свиданий, коротышка.
Тэхён изворачивается и пихает его коленом. Бомгю только смеётся и склоняет голову набок:
— Я так рад, что приехал сюда, Тэхён-а.
— Я тоже рад, что ты приехал, — отвечает Тэхён и вальяжно ловит парня. — Эй. Если ты чего-то от меня хочешь, тебе нужно воспринимать меня всерьёз. Больше не ищи себе парня, ладно?
— Ладно, — Бомгю кладёт ему кончики пальцев на губы, не давая больше ничего сказать. Он рассматривает лицо Тэхёна, и это так непривычно, потому что друзья так не делают. Это новые границы, которые очерчены руками Тэхёна на его пояснице, прожилками в глазах, которые теперь видно, потому что они теперь так близко, и дыханием, в котором нет торопливости, смеха или напряжения от их извечных игр и пиханий.
— Глаза у тебя красивые, — говорит Бомгю, — впрочем, всё у тебя красивое, но о взгляд порезаться можно. Не смотри на меня так, я тебе не враг. Может, однажды ты тоже ко мне что-нибудь почувствуешь.
Он гладит Тэхёна по груди, беспечно улыбаясь, а тот хмурится ещё сильнее.
— Я же говорил тебе, — ворчит он. — Ладно, пойдём. Просто... пойдём.
Бомгю думает, что Субин и Тэхён в некоем роде похожи. По какой-то причине в них сидит мелкое убеждение, что если у них не крашеные волосы, а в ушах нет серёжек, если одежда не самая модная, или если они не танцуют популярные танцы на Хондэ, значит, им не по пути с такими мальчиками, как Бомгю или Ёнджун. Или Кай, раз уж на то пошло. Но они же уже вместе. Они уже как минимум друзья. А этот минимум, на самом-то деле, значит очень много.
Бомгю переплетает пальцы с Тэхёном. Он своего всё-таки добивается.