38
Юля
Я очнулась в больнице. Не нужно было быть гением, чтобы это понять. Достаточно было взглянуть на обстановку и медицинские приборы вокруг. В отделении реанимации я пролежала до утра, а потом меня перевели в палату. Это я отметила краем сознания, потому что дремала в тот момент. Дремала и крепко уснула. Я проснулась только днём. Голова уже не кружилась. Я попыталась сесть. Осторожно спустила ноги с кровати. Палата была одноместная. В углу стояли цветы, на противоположной стене висел плоский телевизор. Слева была дверь, ведущая в уборную с душем. Я толкнула её и оказалась перед зеркалом. Левая половина лица опухла и под глазом наливался синяк. Я была ужасно бледной и выглядела измученной. Я кое-как умылась и почистила зубы одноразовой зубной щёткой, и пошла обратно в палату. В палате у окна стоял мужчина. По всей видимости, он зашёл, пока я была уборной. Одного взгляда хватило, чтобы понять кто это.
Даня. Я попятилась и зашарила рукой по двери в поисках ручки. Не хочу, чтобы он видел меня такой. Но он услышал. Резко обернулся и кинулся ко мне. Я вскрикнула и нащупала ручку уборной, скрывшись за дверью. Дрожащими пальцами пыталась повернуть замок, чтобы запереться, но он рывком распахнул дверь и вытащил меня из уборной.
Даня сгрёб меня в охапку, прижав к себе, поднял на руки и шагнул вместе со мной к кровати. Я закрыла лицо ладонями. Щёки полыхали от стыда.
– Юля, посмотри на меня! Я отрицательно мотнула головой. Слёзы текли по щекам. Он видел меня такой… Там… Самое ужасное, что можно было вообразить. Я больше никогда не смогу взглянуть ему в лицо. Это так унизительно.
– Ну же, Юля! Даня прижал меня к своей груди и принялся гладить по голове, шепча ласковые слова утешения. Я упёрлась кулачками в его грудь.
– Уйди, пожалуйста… Прошу тебя, Даня
– Да, Юля. Ты права. Я должен уйти. Я должен исчезнуть из твоей жизни. Но я не могу этого сделать. Я люблю тебя. И не могу находиться вдали от тебя. Я понял, что ты нужна мне как воздух, только когда всё испортил и потерял тебя. У тебя есть все причины ненавидеть и презирать меня. Но я ничего не могу с собой поделать. Я просто хочу находиться рядом… Юля, любимая! Я разрыдалась, отрицательно мотнув головой.
– Просто уйди… Мне очень плохо. Мне стыдно… Я виновата. Пожалуйста, Даня. Ты…
– Что? О чём ты говоришь, Юля? Виновата? В чём?
Я оттолкнула его и зарылась лицом в подушку, гася в ней свои рыдания. Даня перевернул меня на спину и потянул подушку на себя.
– Юля, посмотри на меня.
– Нет!.. Я вцепилась в подушку, не желая, чтобы Даня видел моё лицо.
Мне было стыдно, что он видел, как Макс едва не изнасиловал меня, накачанную под завязку наркотиками.
– Юля, ты ни в чём не виновата. Это я должен был оградить тебя от него. Я должен был защитить тебя… Чёрт… Если кому и должно быть стыдно, то только мне. Я не смог уберечь любимую девушку. А я ведь знал, что Макс из себя представляет.
Даня разжал мои пальцы и отобрал подушку. Он лёг рядом со мной и прижал меня к себе. Я не могла взглянуть ему в лицо, но вцепилась пальцами в его рубашку и уткнулась лбом в его крепкую грудь.
– Я… Я была дурой. Ты же предупреждал меня.
– Нет, Юля. Я сам толкнул тебя на это. Если бы я признался раньше… Ничего этого бы не было. Я просто идиот… А Макс всегда был куском дерьма. Прости меня, Юля. Я даже не знаю, как загладить свою вину.
Что? Он серьёзно? Я осмелилась поднять на него глаза. Он жадно вглядывался в моё лицо, глаза светились заботой и тревогой.
– О Данч!.. Я потянулась к нему, обняв за шею.
– Всё хорошо, Юля. Его задержали. Майк больше не сможет навредить.
– Задержали?.. Я не смогу дать показания, Даня. Я не смогу повторить это… Новы приступ паники перехватил горло тисками.
– Тише-тише… Ты ни в чём не виновата? Он просто мудак. И он будет наказан. Он толкал дурь. И то, что он хотел проделать с тобой, он уже проделывал с другими девушками. Не только здесь, в Москве. У него полно видеозаписей. Сукин сын почти каждый вечер цеплял девушку, занимался сексом и продавал эти видео. А ещё он шантажировал этих несчастных тем, что покажет видео их близким. Он тянул с них деньги. На этот раз ему так легко не отделаться.
Горло перехватило паникой. Неужели мне придётся давать показания? Рассказывать всё это? Я покачала головой:
– Я не смогу, Даня…
– Не переживай, Юля. Я понимаю, сейчас у тебя шок… И больше всего мне хочется оградить тебя от этой грязи. Да, Макс уже за решёткой. Но твои показания станут ещё одной веской причиной, чтобы он не вышел из-за решётки ещё очень и очень долгое время. Не бойся, Юля. Малыш, я постоянно буду с тобой. Можешь положиться на меня.
– Спасибо, Даня. Я была несправедлива к тебе.
– Ты моя сладкая девочка, Юля. Давай мы смоем твои слёзы, хорошо? Я хочу, чтобы ты плакала только от счастья.
– Отвернись, – попросила я его.
– Не буду. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Мне нравится смотреть на тебя в любом виде. Даже если ты будешь весить триста фунтов, я всё равно буду любоваться тобой. Мне неважно, какое у тебя тело, хоть оно у тебя и шикарное. Я люблю тебя, Юля. Люблю эту умную, добрую, отзывчивую девушку с большим и светлым сердцем. И бесконечно рад, что такой засранец вроде меня удостоился твоего внимания тогда… встала и умыла лицо.
Кажется, немного полегчало. Я остановилась около кровати, всё ещё не решаясь посмотреть на Даню, но он притянул меня к себе, усадив к себе на колени. Мужские ладони легли на мою попку, обтянутую больничной рубашкой.
– Даня… Не уходи, – прошептала я, вглядываясь в его лицо, – ты мне нужен. Чёрт… Я не знаю, как мне быть без тебя. Всё кажется таким пустым и серым…
– Правда, Юля? Ты говоришь это, потому что?.. Я перебила его:
– Потому что люблю тебя, Даня. Я обхватила ладонь и положила себе на грудь, чтобы он почувствовал, как сильно бьётся моё сердце.
Даня обхватил мою шею и наклонил лицо, впиваясь в губы требовательным поцелуем. Его губы накрыли мои жадно и неистово. Он скользнул языком по губам и проник в мой рот, вытворяя там что-то невероятное.
Пальцы Дани на груди сжались. Он обхватил мгновенно затвердевший сосочек и прокрутил его, заставив меня охнуть.
– Данч, – простонала я, понимая, что мои ноги сейчас расставлены по обе стороны его бёдер. Он сжал пальцы, лежащие на попке, и заставил меня двинуться вперёд, скользнуть ближе к нему. Ткань его брюк не могла скрыть, насколько сильно он хочет меня. Между ног начало пульсировать. Я вновь потянулась к губам Дани, втянула его язык и начала посасывать. А он в это время крутил мои сосочки по очереди. Я потянулась пальцами к пряжке его ремня. Он оторвался от моих губ, смотря на меня пьяным взглядом:
– Я хочу тебя, Юля. Но готов подождать, если ты не хочешь меня. Я пойму, если ты после пережитого… Я заткнула его рот поцелуем и приподнялась, подтянув больничную рубашку так, что попка оголилась. Я пососала язык Дант и облизала губы, выдохнув со стоном:
– Я мокренькая, Даня. Мокренькая для тебя… Всегда. Только для тебя. И больше всего на свете мечтаю, чтобы сейчас оказался внутри меня. Вылечи меня собой, Даня… Пожалуйста. Я поёрзала оголённой мокрой киской по его стояку, размазав влажные соки по поверхности брюк.
– Джессика. Я пытаюсь держать свой член в штанах, чтобы не показаться озабоченным, но ты вынуждаешь меня гореть. Даня просунул руку и накрыл мой клитор.
– О-о-о-о, – простонал он, ощутив, как сильно он пульсирует, – в любой момент кто-то из персонала может зайти в эту палату. Дай мне закрыть дверь изнутри. Я не хочу, чтобы кто-то посторонний видел, как я трахаю свою девочку. От его слов я загорелась ещё сильнее и поднялась с его колен.
Даня метнулся к двери, закрыв замок изнутри на ключ, и подошёл ко мне. Я к тому времени уже скинула с себя рубашку, оставшись обнажённой перед ним. Даня остановился напротив меня. Я подтянула его к себе ближе за ремень и начала расстёгивать. Я спустила его штаны вместе с трусами по бёдрам, освобождая его член, который был твёрдым как камень. Опустилась на колени и взглянула на Даню снизу вверх.
– Юля, – прошептал Даня, запустив руку мне в волосы. Я улыбнулась, взяв член правой рукой у основания, и глядя Дане в глаза, произнесла:
– Да, босс? Даня
протяжно застонал. Я прикоснулась губами к крупной головке и слизнула языком солоноватую каплю смазки, выделившейся на конце члена. Аккуратно оттянула кожицу рукой и облизала член языком, от самой головки до основания. Сверху и снизу. Потом обвела языком головку по кругу и втянула член в рот.
Даня постанывал в ритм моих движений. Я посасывала член, втягивая его всё глубже и глубже с каждой секундой. Ударила языком снизу, заставив его упереться в нёбо, и погладила языком. Дала ему передышку на мгновение и вновь начала втягивать член, пока он не упёрся мне в глотку.
– Как глубоко!.. О, Юля… Как хорошо… Чёрт… Пососи его, Юля. Умоляю… Пососи ещё немного… Его откровенная просьба только подстегнула меня. Я втянула щёки, а потом принялась двигаться от основания его ствола до головки и обратно. Я чувствовала губами все вены на его поверхности, ласкала языком нежную тонкую кожицу и текла. О… Как сильно я текла, слушая громкие стоны Дани и его бесстыжие просьбы поработать язычком.
Пульсация между ног усилилась и я почувствовала, как сжимаюсь. Я испытала оргазм оттого, что стояла на коленях перед своим любимым мужчиной, посасывая его член.
– Ты чудо, Юля, – низким голосом произнёс Даня. Он зажал мою голову между своих ладоней и несколько раз дёрнулся членом в моём рту особенно глубоко. Я едва не задохнулась от этих мощных, резких толчков.
– Да, Юля… Ещё… Ещё немного, пожалуйста… О… Чёрт. Остановись… Остановись или я кончу тебе в ротик. Его слова, наоборот, подстегнули меня, я втянула его член до предела и почувствовала, как он дёрнулся у меня во рту, изливаясь спермой. Я не спешила его выпускать. Я проглотила всё до капли и осторожно выпустила его изо рта, облизав головку. Даня помог мне подняться и обхватил моё лицо ладонями.
– Я люблю тебя, Юля. Я мечтал о твоём ротике с самого первого дня…Ты чудо! И он впился в мой рот поцелуем. Он ласкался своим языком об мой, он покусывал мои губы с рыком и стоном, как голодный зверь.
– Юля… Я почувствовала, как его член упёрся мне в живот.
– Мне мало одного минета. Я хочу тебя трахнуть. Я умру, если не трахну тебя прямо сейчас. Я застонала и прижалась к нему теснее, выдохнув в губы:
– Я сама убью тебя, если ты не сделаешь этого прямо сейчас. Я толкнула его на кровать, заставив улечься спиной, и забралась к нему на колени. Я обхватила его член рукой и потёрлась о его головку мокрой киской, изнывающей от желания, чтобы этот член поскорее оказался внутри меня. Я медленно опустилась на член и не смогла сдержать крика, когда он полностью оказался внутри меня.
– Юля… Помнишь наш первый раз? Это самое сексуальное, что я когда-либо видел. Я уже извинился за то, что так бесцеремонно натянул тебя на свой член. Но сейчас…
– Да, да, Даня. Я уже хотела двигаться на нём, но Даня обхватил мою попку, не давая сделать и одного маха бёдрами. – Юля. Я люблю тебя! С этими словами он поднял меня и резко опустил на свой член.
– А-а-ах!
– Да, да, да!.. Кричи, Юля, кричи!.. Он не давал мне возможности задать скорость самой. Даня мёртвой хваткой вцепился в мои бёдра и насаживал меня на себя резко, мощно и быстро. О, как быстро!.. Оргазм не заставил себя долго ждать.
Но Даня не остановился: он обездвижил меня и принялся бешено вколачиваться в меня снизу, двигаясь как поршень. Я кусала губы, выгибалась дугой и кончала очень сильно и долго. Потом, обессилев, я упала на грудь Дани, тяжело дыша.
– Люблю тебя, Даня…
– И я тебя люблю. Даня крепко прижал меня к себе и усмехнулся:
– Я кончил в тебя, Юля… Это означает, что я хочу от тебя детей. Я хочу, чтобы ты стала моей постоянной спутницей в жизни… Ты выйдешь за меня, любовь моя?..
Я заплакала: лучших слов в своей жизни я не слышала.
– Выходи за меня, Юля. Я предлагаю тебе стать Юлией Милохиной. Даня нырнул рукой в нагрудный карман рубашки и достал оттуда золотое кольцо с бриллиантом, надев мне его на палец.
– Да, – только и смогла вымолвить я, – да, да, да!