глава 41. авария
Дорога тянулась бесконечно. Серая, пасмурная погода нависала над городом, а первые капли дождя стучали по лобовому стеклу, создавая ритм, совпадающий с тяжёлым сердцем Эммы.
В колонках играла тихая, меланхоличная музыка, её глухие аккорды словно отражали каждое чувство пустоты и разлуки. Ветер снаружи гнал по дороге мокрые листья, а внутри салона царила холодная тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием стекла под дождём и глухим шёпотом её собственного дыхания.
Каждый километр давался с усилием: дорога будто растягивалась, а за окном серый мир смешивался с её внутренним состоянием, опустошением, тоской и жаждой чего-то, что сейчас было недостижимо. Эмма держала руки на руле крепче обычного, пытаясь удержать себя на плаву, но пустота внутри не отпускала.
Стараясь взять себя в руки и прогнать тяжёлые мысли, Эмма резко нажала на педаль газа, и машина с рыком рванулась по трассе. Стрелка спидометра уверенно пересекла отметку 170 км/ч, а дождь барабанил по лобовому стеклу.
Она включила громко на полную недавно написанную песню The 30th, неофициальный трек, который ещё не был в релизе. Ритм и глухие аккорды музыки сразу заполнили салон, переплетаясь с ревом двигателя и стуком дождя, создавая странное ощущение контроля и энергии, почти позволяя заглушить тревогу в груди.
В зеркале заднего вида Эмма снова заметила белый массивный джип, который уже около двадцати минут следовал за ней с самого аэропорта. Машина держалась на безопасном расстоянии, но её присутствие усиливало напряжение. Сердце билось быстрее, а музыка в колонках, ритмичная и гремящая, помогала Эмме сосредоточиться на дороге и на собственном ощущении силы, будто она сама задаёт ритм этому гоняющемуся миру.
Белый джип резко ускорился, устремившись влево и прижимая Эмму к металлическим перилам обочины. Сердце забилось учащённо, руки непроизвольно сжали руль, но хватка оказалась недостаточной: на скорости около 150 км/ч машина сорвалась с курса.
Скользя по мокрому асфальту, «Додж» ударился о забор. Рёв металла, треск гнутого ограждения и скрежет шин слились в один страшный звук. Машина перевернулась, тяжело опрокидываясь на крышу, а дождь и мелкий град ударяли по крыше, словно аккомпанемент к хаосу вокруг.
Эмма лежала без сознания, тело покрыто кровью, смешанной с дождевой водой и осколками стекла. На голове виднелись крупные раны и ссадины, по щекам стекала жидкость, смешанная с грязью и потом.
Левая рука была изломана, кость торчала из локтевого сгиба, а мышцы и связки были сильно повреждены. Каждое её движение, даже случайное дрожание, сопровождалось резкой болью, но пока сознание не возвращалось, и она оставалась неподвижной.
Одежда рваная и измятая, а части салона, с которыми соприкасалось тело, были испачканы кровью и осколками стекла. Пламя, которое ещё недавно горело в её глазах, сейчас погасло, оставив тело в хрупкой, уязвимой форме, словно сама жизнь на время покинула её.
Из белого джипа вышел высокий мужчина спортивного телосложения. Его движения были быстрыми и целенаправленными, он подошёл к смятой машине, с усилием открыл дверь и, почти не глядя на последствия, достал искалеченную, почти безжизненную Эмму. Тело было тяжёлым, каждая её конечность висела безжизненно, но он без колебаний перенёс её на заднее сиденье своего джипа.
Достав телефон, мужчина набрал 911 и спокойно сообщил о месте аварии, точно указывая координаты. После короткого разговора он положил трубку и, проверив, что Эмма находится в безопасности на заднем сиденье, завёл джип и быстро уехал прочь, оставив позади мокрую дорогу, шум дождя и перевёрнутый додж.
За последние пару часов всё вокруг Эммы изменилось до неузнаваемости. Сначала отъезд Билли, оставивший после себя пустоту, затем ужасная авария, и вот теперь больница с запахом антисептика, тихим гулом оборудования и монотонным стуком капельниц.
Эмме наложили гипс на левую руку, поставили несколько уколов и подключили к капельницам, но она всё ещё оставалась без сознания, тело неподвижно лежало на кровати, а сознание не возвращалось, оставляя её уязвимой и отрезанной от происходящего.
Уже около девяти вечера тот самый высокий мужчина появился снова. Он тихо, без лишних слов, открыл дверь и аккуратно перенёс безжизненно лежащую Эмму на заднее сиденье своего джипа. Она не подавала признаков жизни, и всё, что он мог сделать, это убедиться, что тело находится в безопасности, прежде чем завести машину и увезти её в неизвестном направлении, оставляя за собой больницу и знакомый мир.
679 слов