~7~
Последние две пары я высиживала как на раскаленных углях. Наперекор мне спасительная смена аудиторий - то, что могло бы прервать мои мытарства - на сегодня больше не предполагалась. Я совершила ошибку, потерявшись и не сев сразу на оставшееся свободное место в третьем ряду. Но сейчас что-то менять было уже поздно. Переселение за другую парту ЛуХан точно не оставил бы без своих едких шуточек. Тем более, этот поступок во всей красе продемонстрировал, как сильно я его боюсь, а уж этого ни в коем случае нельзя было допустить. Поэтому скрипя зубами, из-под палки я осталась на злосчастном месте, внутренне сжимаясь и чувствуя напряжение, раскаленными кольцами стягивавшее меня. Лекции я записывала из рук вон плохо, и КёнСу, задрав нос, важничал и укоризненно обозревал практически нетронутые листы. Я даже под дулом пистолета не могла бы толком объяснить, что именно допекало и смущало мой покой. Ну сидит ЛуХан за мной, дышит мне в спину... И что с того? По большому счету, что тут такого? Но все эти конструктивные мысли улетучились у меня из головы со скоростью света, как только я села на стул. Я всем своим существом, всеми оголенными нервами чутко прочувствовала, что ЛуХан позади меня. Даже если бы мне завязали глаза, закрыли рот и нос, заткнули бы уши, я бы все равно преисполнилась острейшим ощущением его близкого пребывания за мной. Он даже пальцем меня не коснулся, а я едва ли не извивалась в судорогах. Внутренняя дрожь у меня усиливалась в разы. Меня бросало то в жар, то в холод. Где-то подспудно я все же непрестанно думала, что лучше бы мне держаться от ЛуХана подальше. В его присутствии я теряла над собой контроль и начинала походить на какую-то неврастеничку. Разошедшееся, неистово бухающее сердце причиняло мне сейчас боль, норовя выпрыгнуть из груди. Почему этот бандит так действует на меня? С его появлением все в моей жизни пошло наперекосяк. Самое нелепое заключалось в том, что какая-то часть меня была вовсе не против, когда он находился рядом. Я не узнавала себя, отказывалась принимать этот вздор, поселившийся в моей голове с вдыханием лакомого парфюма ЛуХана. Я без устали твердила себе, что мне просто нравится этот запах, и он стал бы лучше в отрыве от его обладателя. Это было настоящее сумасшествие. Я перегрелась, переохладилась, заболела. О ЛуХан - скользкий тип, выпытавший все мои тайны, которые он без зазрения совести использовал в своих интересах. Он играл со мной как кошка с мышкой, постоянно насмешничал надо мной. Да, все было так, но это ни на йоту не облегчало мое взвинченное состояние.
Когда преподаватель Шим попрощался и пожелал нам хороших выходных, я поздравила себя с удачным завершением проверки на прочность. Когда ЛуХан ретировался, я хвастливо расхорохорилась, бравируя миновавшей опасностью. Мое богатое, не в меру развитое воображение просто превратило не совсем обычную ситуацию в нечто из ряда вон выходящее. С легкомысленной храбростью я про себя хвалилась тем, что теперь-то мне справиться с ЛуХаном - раз плюнуть, и уж быть на взводе каждый раз, когда он околачивался неподалеку, неразумно для меня.
По дороге в кампус я заглянула в небольшой магазинчик и в бесцельно-дерзком настроении прикупила себе пару пачек вредной вкусности: чипсы с медом. Я собиралась заниматься допоздна, чтобы выполнить все домашние задания и освободить себе выходные. Потирая руки, я ждала их с особенным предвосхищением. Должно было произойти кое-что, что наконец сдвинет мое дело с мертвой точки. Грядущий воскресный концерт, на который ДжуХён уже купила билет, непредвиденным образом вскрыл для меня первую препону в отношениях Кевина и его пассии. Я уже была в курсе, что ДжуХён позвала с собой Ифаня, но тот идти, естественно, не хотел. ДжуХён, как трагедийная актриса, только и делала, то клянчила, почти падая ниц, вымаливала у Ифаня ответ «да». Она хныкала так, словно в противном случае жизнь ее будет кончена. Я обязана была любой ценой не дать им пойти на концерт вместе. ДжуХён я поддакивала на ее отчаянные упрашивания, что Ифань просто обязан не бросать ее, а Ифаню парой фраз тонко намекнула, что концерт станет для него сущим адом. Он терпеть не может эти мальчиковые группы-близнецы, айдолов, которые, как он выражается, и на мужчин мало чем походят, и уж, конечно, он не будет в восторге от визжащих сумасшедших фанаток. В субботу, накануне, он зашел отдать мне учебники, которые он достал специально для меня, чтобы я могла заниматься самостоятельно. Теперь, когда на носу был чемпионат вузов и у него вдобавок еще появилась девушка, времени у него катастрофически ни на что не хватало. Пришлось вычеркнуть меня из этого списка, и наши совместные занятия канули в небытие. Это сильно зацепило меня за живое, но от Кевина я умело утаивала нанесенную мне обиду. Ифань прибыл ко мне с лицом темнее тучи, и я, зная, что было тому причиной, опять вытащила на свет божий эту проблему и поддала жару:
- K-pop, он такой, вафельные мальчики и - бах! - девчонки при смерти, - капая на мозги, со славной улыбкой пропела я и тут же, будто бы я ни при чем, перевела разговор в другое русло. Мои слова возымели действие. Губы Ифаня вытянулись в жесткую угрюмую линию. Я очень рассчитывала, что он ни за что не даст слабины. Я, будучи как на иголках, отсчитывала минуты до понедельника, когда смогу узнать все из первых рук. Из последних сил я дотерпела до нужного момента, и утром в первый день недели я со всех ног помчалась в университет. Приближаясь к дверям с номером, обозначенным в расписании напротив первой пары, я некстати подумала, что, возможно, слишком суетилась и пришла много раньше, чем было необходимо. Но сомнения мои погоды не сделали: ДжуХён уже сидела в аудитории. Я бесшумно подкатила к ней и, не мешкая, начала претворять в жизнь свой план.
- Привет, ДжуХён-а, - мило поздоровалась я, в душе желая расцарапать ей лицо.
- А, Сунни, привет, - как-то вяло отозвалась она.
- Как вчерашний концерт? - безобидно спросила я. Я специально начала издалека, тактика открытой критики их якобы обреченных отношений - не лучшая. Они могут заподозрить у меня скрытые мотивы. Я лишь буду задавать наводящие вопросы и позволю ДжуХён самой найти недостатки и трещины в их отношениях. А когда она их найдет, я помогу увеличить трещины до размеров огромной дыры. И никто не догадается, кто на самом деле разрушил их отношения. Я останусь чистой и святой утешительницей.
- Не особо. Кевин не пошел со мной, - а вот и первые проблемы поданы на блюде. Это не стало для меня сюрпризом. Я стиснула зубы, в момент возненавидев ДжуХён во сто крат сильнее: она отобрала у меня право быть единственной, кто мог называть Ифаня Кевином.
- Нет! Ты наверняка расстроилась? - я сама удивлялась, как сочувственно звучит мой голос.
- Ужасно, - кивнула ДжуХён. - Я очень хотела пойти вместе с ним, и вообще я так ждала этого концерта. А Кевин просто отказался идти со мной.
Сладкий миг триумфа! Да, пустышка Джу, давай говори больше негативного, разочаровывайся, убедись, что вы не пара.
- Но, Джу, - я, всеми силами пряча свое презрение, немного приобняла ее за плечи. - Ты так или иначе попала на концерт. И увидела вживую Тея. Он хоть хорошо пел?
ДжуХён улыбнулась сквозь слезы:
- О, шоу было просто потрясающим! И Тей - он такой классный!
Какая же тугодумка эта ДжуХён! Какому нормальному парню понравится, что его девушка фанатеет от слащавого разукрашенного айдола?
- Но я все же хотела быть там с Кевином, - горемычно шмыгала носом она. - Он так подвел меня.
Зато Кевин не подвел меня, удовлетворенно хмыкнула я про себя. Он настолько сильно недолюбливает k-pop и все, что с ним связано, что даже ради своей девушки не смог побороть свою неприязнь и доставить ей радость. Это был хороший знак. Для меня. Я успешно посадила первый сорняк отравленного плотоядного растения под названием «недоверие», который пустит упругие корни, разрастется и безжалостно сожрет все всходы их любви. Я с удовольствием чувствовала, что управляю событиями, не выдавая своих намерений.
- Может, вы сходите в другой раз, - несколько отстранённо ответила я. - Но вообще обидно, да. Он ведь обещал? - посильнее нажала я на больную мозоль.
Нижняя губа у ДжуХён задрожала, и она понуро уронила голову на сложенные руки. Меня душил злорадный смех. Все шло, как надо. Задержавшаяся преподавательница объявилась на пороге аудитории, и мы прекратили разговоры. ЛуХан опоздал, обращая на свою персону внимание всей группы. Проходя к своему месту, он кинул на меня заговорщицкий взгляд, затем перескочил на ДжуХён, и все уловив, послал мне понимающую ухмылку. Я едва удержалась от совершенно ребяческого желания показать ему язык.
- Ты куда? - устало спросила меня ДжуХён, когда я суматошно засобиралась после пары. Она-то никуда не торопилась.
- Мне надо в деканат, - гладко соврала я.
- Если увидишь Кевина, скажи ему...хотя нет, не надо, - хмуро отмахнулась ДжуХён.- Ты же его подруга, попроси, чтобы он позвонил мне.
Держи карман шире!
- Если увижу, - делала я великое одолжение. Я устремилась к выходу, не в силах сдержать задорной ухмылки. Какая ирония: я отправилась искать Кевина, а ДжуХён только подталкивает меня к этому!
Прошествовав мимо ЛуХана, я принципиально не удостоила его и взглядом и ускорила шаг, притворяясь, что меня ждут неотложные дела. Кевина, как и предполагалось, я встретила у деканата. В последнее время ему доводилось торчать там довольно часто, ибо расписание их группы менялось почти ежесекундно.
- Привет, СунХи, - Ифань тоже был не в лучшем расположении духа.
- О, привет, Кевин, - беззаботно ответила я, делая вид, что пути наши сошлись совершенно случайно. Меня больно укололо это его «СунХи»: с тех пор, как он стал встречаться с ДжуХён, он больше не называл меня Кнопкой.
- Ты к ДжуХён? У нас была пара в сто второй аудитории...
- Нет, - сдвинув брови, он покачал головой.
- Почему? - я разыгрывала истинное изумление. - Неужели вы поругались?
- Ну можно и так сказать.
- Что случилось? - слегка прикрыв ладошкой рот, участливо осведомилась я и замолчала, демонстрируя готовность выслушать его.
- Когда я отказался пойти с ней на концерт к этим женоподобным певцам, она взяла и просто обиделась, словно я совершил что-то непростительное, - с плохо скрываемым раздражением сообщил мне Ифань. Он не хотел признавать себя виноватым.
- Ты тоже считаешь, что я неправ?
«Ты не можешь быть неправ!» - кричала я в душе, но вслух сказала лишь:
-Ты имеешь право на собственное мнение. Со стороны ДжуХён было бы неправильно заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь..., - я прервала фразу, задумавшись, а не слишком ли я перегибаю палку. Если я продолжу и дальше брать под обстрел подругу, это может вылиться в нечто нежелательное. Для них я должна оставаться вдали от их отношений, быть сторонней наблюдательницей, но никак не разлучницей.
- Ты умеешь успокоить, - мягко улыбнулся Кевин. - Парню, которого ты полюбишь, крупно повезет. Я пойду, СунХи,- он ласково по-братски потрепал меня по голове. А я зарделась от удовольствия и от согревающего меня чувства нужности Кевину.
- Учись не выдавать своих эмоций, а то скоро все будут в курсе твоей тайны,- этот бархатистый ласкающий голос низвергнул меня с небес на землю. Я плотно сжала губы и вперилась злющим взглядом в ЛуХана.
- Они ничего не узнают, только если ты не постараешься.
- Я умею хранить секреты, - похвастался тот. Опершись плечом о стену, он неторопливо накручивал проводные наушники на телефон с таким видом, будто не мог представить себе более важного занятия. У меня возникло стойкое и дикое ощущение, что он наматывает веревку для виселицы.
- Только когда ты получаешь проценты.
- Мы живем в капиталистическом мире, а не в социалистическом лагере. Не забывай об этом, - сухо читал мне прописные истины этот тип, как учитель терпеливо разжевывает бездарному ученику самый простой материал.
- Будешь учить меня жить? - разгорячилась я.
- Умоляю. Какой мне резон?
«Чего ты тогда вообще ко мне пристал?» - билась у меня в голове эта мысль, готовая сорваться с языка. Стараясь держать себя в руках, я развернулась с целью уйти и закончить этот бессмысленный диалог, как меня остановил властный голос ЛуХана:
- Вообще-то я подошел выразить приме свое восхищение.
Он опять издевается? Я внимательно изучала его лицо, безуспешно пытаясь разгадать тайные помыслы ЛуХана.
- Восхищение? Чем же? - не вынесла я.
- Первым актом, - покровительственно-высокомерно вразумил меня ЛуХан. - Я наконец-то вижу развитие конфликта, - руками он изобразил, точно лепил, большую сферу. - Спектакль обещает быть интересным. Если прима так же сыграет свою роль до конца.
Его слова почему-то глубоко запали мне в душу. Это был удар ниже пояса, пощечина моей совести. По правде говоря, поступала я не этично, и даже подло, и сейчас, когда он с ехидством нахваливал меня, на меня разом обрушились вся тяжесть и гнусность моих безнравственных действий.
- Не говори больше так, - мне стало тошно, как никогда в жизни. Я повернулась на каблуках и быстро нырнула в толпу студентов, игнорируя его оклик и не желая видеть сейчас ни ЛуХана, ни ДжуХён, ни даже Кевина.
Мне не хватало воздуха, и я выкатилась на улицу. Благо, до конца перемены было еще достаточно времени, чтобы я смогла хоть немного привести свои сумбурные мысли в порядок. Я обессиленно упала на лавочку, умирая от стыда. Поблизости ни души. Я шумно выдохнула и поняла, что вот-вот расплачусь. Наступило прозрение. Во что я ввязалась? Имею ли я право вмешиваться в жизнь других людей и решать, что для них правильно, а что нет? Я ведь, взявшись за написание этого глупого плана, всерьез не думала воплощать его в реальность. Я храбрилась, подбадривала себя, но на самом деле я не такая, я не хотела этого. Или...я такая и действительно хотела? И втайне, глубоко в душе я даже обрадовалась, что ЛуХан нашел листок и не дал свернуть мне с этой кривой дорожки. Может, я нашла себе оправдание в лице ЛуХана, а сама в собственных глазах очистилась, сваливая все на ЛуХана и выставляя себя в свете невинной жертвы, у которой не было иного выхода? Выигранное маленькое сражение - ссора Ифаня и ДжуХён - вдруг потеряло для меня всякий смысл. Я больше не ощущала ничего, кроме горечи. В памяти всплыла, учуявшая мои терзания, карта пиковой дамы. Это ведь я, злая женщина, разлучница? Не зря же я вытянула именно эту карту. Так и не придя в соглашение сама с собой, раздираемая внутренними противоречиями, я поплелась обратно в университет. Обязанностями старосты я пренебречь не могла.
- Что ты здесь делаешь? - я так и вросла в землю, сделав всего пару шагов: ЛуХан караулил меня, в томлении выстаивая у парадной двери.
- Слежу, чтобы прима не испортила представление, - подозрительно зыркнул на меня ЛуХан. - В чем дело? Сразу в кусты?
- Я не желаю общаться с тобой в таком тоне,- отбрила я, стараясь обойти его, но он снова преградил мне дорогу:
- Ты не в том положении, чтобы торговаться.
Я опустила глаза, не выдержав его суровый взгляд. Как опытный манипулятор, он хорошо знал, на что давить и за какие ниточки дергать.
- Ну, так как? Сворачиваешь дело?
- Я не знаю, - честно ответила я, устав воевать с собой. - Мне кажется, что я поступаю плохо.
ЛуХан, безмолвствуя, смотрел на меня с гремучей смесью недоумения, озадаченности и злости. Моя нерешительность оказалась ему не по вкусу. С каждой секундой его молчания я все больше раскаивалась, что так разоткровенничалась с ним. Этот уличный бандит меньше всего подходит на роль жилетки.
- Ты не поступаешь плохо, - оглушил меня ЛуХан. Тон его был спокойным и убедительным. - Ты прекрасно видишь, что вместе они счастливы не будут. Это как ложь во спасение. И пусть она остается ложью, лучшие побуждения никто не отменял. Ты просто воздаешь должное по заслугам, - он говорил именно те веские слова, которые я подсознательно хотела услышать. Которые были так нужны мне, чтобы удостовериться в своей правоте. Я чувствовала - к своему глубочайшему потрясению - нечто сродни благодарности. Его слова как-то очень естественно расставили все по своим местам, и волнения мои немного стихли.
- ЛуХан..., - вырвалось у меня. Его глаза расширились, а на лице было написано неподдельное удивление. Я чуть не споткнулась, в замешательстве заморгала глазами и только потом поняла, что его так ошеломило. И сама застыла, как громом пораженная. Я впервые назвала ЛуХана по имени. Я возблагодарила небеса, что не успела добавить еще «оппа». Он бы обязательно поднял меня на смех. Так повелось, что между нами не положены были нормальные человеческие отношения. Он величал меня надоедливым «госпожа староста», а я вообще изловчалась никак не называть его. Ни один наш разговор никто бы не нарек дружеским. Его гладкое личико и изумленно распахнутые глаза неожиданно сразили меня наповал. Я, вероятно, впервые видела его искренние эмоции. И он предстал передо мной обычным парнем. Не колючим кактусом, без остановки сыплющим насмешками, не шантажистом со странными требованиями, не главарем банды, нечаянно очутившимся в университете.
- Я слушаю тебя. Можешь благодарить меня за бесплатный психоанализ, - к нему вернулся его обычный язвительный тон. Удивление на его лице уступило место легкой надменности. Мне словно во второй раз дали пощечину. И я, быстро отрезвев, осознала, как в корне ошибалась. Все во мне мгновенно взбунтовалось против того, каким я себе нафантазировала ЛуХана. Я, должно быть, рехнулась, если решила, что он может быть хорошим парнем. Кто угодно, но не он! Я не переставала ругать свое предательское воображение, уведшее меня по ложному следу. Мне померещилось неизвестно что, абсолютная бессмыслица, и я, как наивная дура, приняла ее за чистую монету.
- Вот это уж вряд ли!
- А где же почтительное уважение к старшим?
- А где же фирменное «госпожа староста»? - передразнила я его. ЛуХан изогнул губы в пресыщенной ухмылке. Он походил на большого раскормленного кота.
- Ты хочешь, чтобы я называл тебя по имени? - проникая в мою душу своим голосом, сладкоречиво спросил он.
- Ха! - я натянуто рассмеялась. - Просто умираю, как хочу!
- Хорошо, будем считать это поощрительной премией, авансом за удачное исполнение твоей роли, - ЛуХан выстрелил в меня оценивающим взглядом, вроде бы подсчитывая, сколько за меня можно дать. Он оказывал мне пребольшую любезность. Мне хотелось плюнуть ему в лицо, но я знала, чем это чревато.
- Как твое имя?
Я вытаращилась на него, как на полного идиота.
- Ты заболел? Меня СунХи зовут...
- Со мной забудь твое корейское имя, - наотрез отрубил ЛуХан. - Они мне вообще не нравятся. Как твое китайское имя?
- Нет у меня китайского имени, - я гордо вскинула подбородок.
- Придумаем.
Омо, что он опять задумал? Я чувствовала себя комнатной собачкой. Какое обидное прозвище он прикрепит ко мне? Ну кто меня за язык-то тянул? От досады мне оставалось только посыпать голову пеплом.
- Может, оставим все как есть? - без особой надежды пробубнила я.
- Ты сама пригласила меня на обед, - не преминул с сарказмом напомнить мне этот китайский черт. Мне даже возразить было нечего. ЛуХан легко обставил все так, что мне и впрямь начинало казаться, словно это действительно я упрашивала его о подобной милости. Я, сама того не понимая, очутилась у него в неоплатном долгу. Меня внезапно поразило, насколько спокойной и беспроблемной была моя жизнь до знакомства с О ЛуХаном