🌹 Ugly 🌹

Бледная шатенка ошарашенно распахнула голубые глаза, заметив в щели дверного проёма знакомое лицо, жестом просящее её быть тише. Глория, обрабатывающая кровоточащий след от ржавых ножниц, не смогла не заметить странный взгляд своей невинной "пациентки".

- Куда ты смотришь? - девушка с подозрением посмотрела на Бриджит, но все же понимала, что та ей ничего путного не ответит.

Так и случилось.

Юная жертва лишь отрицательно покачала головой, стараясь избежать тяжёлого взора двух хищных глаз, готовых выпытать правду любым, даже самым зверским способом. Но сегодня Глория не была настроена мучить Бриджит, будто свою старую тряпочную куклу. Она только устало закатила свои голубые глаза и посмотрела в сторону парня, стоящего позади, облачённого в длинный чёрный плащ, массивные армейские ботинки, покрытые даже через чур светлым на фоне этих мрачных одеяний пеплом, и плотные джинсы с не особо выделяющейся среди всего остального тёмной футболкой с непонятным, стёртым рисунком. Тот будто прочтя её мысли, тяжёлыми шагами двинулся в сторону приоткрытой двери, за которой, как по несчастью, прятался наш неудавшийся дуэт. 

- Чёрт, он идёт сюда, - Тео резко схватил свою спутницу за нежную ладонь, и та послушно проследовала за ним в самую ближайшую к ним комнату. 

Ребята мигом скрылись, но кто знает насколько надёжно их временное укрытие, и как долго им придётся ждать свою, возможно, не самую милосердную судьбу. 

Помещение оказалось весьма просторным, но мест, где можно было бы хорошенько спрятаться, здесь не оказалось. Вокруг было только множество старых тряпок, крошечных осколков от разбитого окна и прочая бесполезная ерунда. Но вот именно окно смогло привлечь внимание юноши, словно последняя надежда на не столь плачевный исход.

Услышав противный скрип двери комнаты неподалёку и следующий за ним громкий топот толстой подошвы по скрипучим половицам, Теодор резво подбежал к огромному окну, открывающему захватывающий вид на колючие дали погибших в страшных муках тополей, которые и без того всегда связывали себя с чем-то мистичным и загадочным, бросая в дрожь пугливых детишек с бурным воображением и верой во всякие глупости, если те умудрялись разглядеть в их серой коре сморщенные грозные лица. Но сейчас важно было только одно - выжить. Остальное уходило на задний план, даже сама причина их самонадеянного визита. Так, наверное, всякий раз бывает, когда тебя пытается поймать злобный вооружённый маньяк, а у тебя в руках лишь жалкий кусочек стекла. Хотя о его вооружённости ещё можно было поспорить, но всё же это глупо. Никто бы не удивился, если бы у него всё же была винтовка или что-то подобное.

Должна же быть.

Ханна и Тео, заметив небольшой бортик под окном, не теряя времени, встали на него. Как ни говоря, неизвестный может ворваться в комнату в любую секунду, и вряд ли его крохотное сердце будет обливаться кровью после расстрела этих неудачных пародий на чудо спасателей. Немного пройдя по бортику, они попробовали выровнять своё до безобразия громкое дыхание. 

Дверца в помещение, где запрятались студенты всё же отворилась, и оба услышали, как кто-то прошёл в комнату, но всё же быстро вышел обратно, не удосужившись нормально проверить заполненную с края до потолка темнотой каморку. Что ж, это было только на руку Ханне и Теодору, которые пластом вжались в потрескавшуюся стенку, заодно забыв как нужно пользоваться лёгкими. 

- Ханна, - отрешённо прошептал брюнет, всё ещё слыша, как его пугливое сердце ломится сквозь рёбра, обещая ему, что прорвавшись разобьётся о грубую землю, оставив после себя только жалкий кровавый сгусток. - Послушай меня на этот раз серьёзно.

Девушка, которая сама с огромным трудом дышала, сейчас с былым интересом в глазах посмотрела на друга, надеясь, что слова его не заставят её вновь испугаться.

Такое часто бывает после переизбытка адреналина и жуткого шока, когда руки твои продолжают изрядно трястись, и ты думаешь, что сейчас тебя может напугать абсолютно всё: вплоть до самых безобидных крольчат. Всё равно ты будешь уверен, что эти милые пушистики пачкают свою белую шкурку алой кровью, холодными ночами впиваясь друг в друга крохотными, но как бритва острыми клыками, откусывая по кусочку и пусто смотря своими чёрными бусинками на это изобилие боли и страданий. 

- Ты должна уехать, немедленно.

- Что? Тео, ты опять за своё? - начала возмущаться девушка, сама понимая, что это идея ей очень даже нравится и она уже готова сверкать пятками подальше от этого места, но признать свою слабость она была не готова.

- Не будь дурой. Это самое логичное, что нам следует сделать. Быстрей беги к мопеду и езжай к ближайшему месту, где хоть как-то ловит связь. Затем вызывай копов, ведь теперь мы точно знаем, что происходит.

- Но почему бы тебе не пойти со мной? Можем просто вызвать полицию и они сами с ними разберутся. Прошу, я не могу позволить себе бросить тебя здесь одного, - проскулила Ханна, чувствуя, как влажные горячие ручейки скользят по её бледным щекам.

Она слишком долго держалась смелой, сильной и независимой, но эта стенка, состоящая из тщеславия, уже давно начала трескаться, потихоньку сокрушаясь песчинкой за песчинкой, камнем за камнем, пока полностью не обрушилась в виде жгучего кома в горле и слезинок, с которыми она до сих пор боролась, одерживая поражение.

- Прости, но мы не знаем, что можно от них ожидать. Я должен остаться, чтобы проконтролировать ситуацию. Я не позволю, чтобы эти негодяи умыли руки и вышли сухими из воды. И я готов сделать всё ради этого грёбаного правосудия. Я даже думаю, что теперь дело больше из-за моих принципов и желания наказать тех, кто этого действительно заслуживает, нежели из-за Бриджит.

Ханна лишь кивнула в знак согласия, тяжело сглотнув. Она ничего больше не сказала, аккуратно спрыгнула на землю, окинув друга сомнительным взглядом и скрылась в туманной дымке. Теодор почувствовал себя таким разбитым и ничтожным, но не время было для жалости к самому себе, ведь он добрался до своей цели. И единственное, через что ему осталось пройти, это - финал, который решит всё. Главное не опускать руки. Так учили нас все мудрецы/мертвецы.

Тео пролез обратно, пытаясь осознать, что же делать дальше. В голове всплыла безумная, но тем самым неплохая идея: заманить парня на первый этаж и разобраться с ним уже там, если, конечно, придётся. Но как воплотить план в жизнь, моментально не лишившись своей головы, было самой сложной задачей для Перкинса.  

***

- Всё в порядке? - поинтересовалась Глория, спокойно осматривая устрашающую высокую фигуру в проёме.

- Вроде бы, - парень, скрывающий лицо за жуткой маской, облокотился о дверной косяк и устало зевнул.

- Молись, чтобы всё было и правда в порядке, - с присущей этой девушке строгостью в голосе, произнесла она, аккуратно завязав бантик на ещё чистом бинте.

Вдруг где-то в доме послышался неожиданно громкий грохот. И Глория осуждающе посмотрела на без того удивлённого юношу, будто говоря: "Хорошо проверил значит?". 

- Разберись! Чего ты стоишь тут, как вкопанный? - девушка недовольно приказала, а её "пёс" снова послушался, достав пистолет из переднего кармана своих джинс. 

Половицы провожали мужчину привычным треском пока Тео, готовый к долгожданной расправе и правосудию, заманивал его на первый этаж, всё ещё чувствуя неприятный трепет. Шумно опрокинув парочку вещиц, он скрылся за поворотом, всё ещё надеясь, что не будет пойман слишком рано. По его плану преступник должен спуститься и обойти сначала первые две комнаты напротив лестницы, что даст Теодору немного времени на моральную подготовку. Когда парень поймёт, что все комнаты пусты, Перкинс бросит небольшой камушек в комнату в конце коридора и тот последует на звук, даже не заглянув в небольшую щель между лестницей и стеной, разделяющей  коридор и "клетку" для приманки "зверя", где и запрятался молодой студент с богатым воображением и очень живучей надеждой.

Мужчина, как и полагалось, спустился, держа оружие наготове. Немного помедлив, он оглянулся по сторонам. Несмотря на то, что чутьё явно подсказывало, что здесь он не один, но ничего лишнего пока не попалось ему на глаза. Обстановка становилась всё более и более напряжённой. Воздух в лёгких обоих противников скомкался в тяжёлые, густые клубки, делая каждый вздох болезненнее предыдущего. Первый боялся неожиданности, которая могла бы застать его врасплох, так неминуемо и грубо, а второй не мог позволить себе облажаться и лишить жизни сразу несколько человек, ведь тот был на данный момент единственным, у кого ещё есть шанс всё исправить. 

Парень в чёрном закончил осмотр первых комнат, как вдруг какой-то непонятный тихий звук издался из помещения неподалёку, заставив того испытать пронзительный страх. Вспотевшая рука крепко вцепилась в рукоятку, дыхание сбилось, а нервные импульсы подступили к вискам, вызывая тягучую боль. Его пугали мысли о тюрьме даже больше, чем мысли о смерти. Он даже не подозревал, как быстро сокращается расстояние между ним и разозлённым на весь мир студентом, который только и ждёт, когда чужая кровь накроет своим грязным густым слоем пол и стены.

Нервозность Перкинса будто испарилась. Он всем телом почувствовал вражескую неуверенность и параноидальную осторожность, которая вызывала неуравновешенную улыбку на лице Тео. Парень прошёл в пустую комнату и напряжённо пробежался глазами по всем углам. Но когда он столкнулся с тёмным очертанием крохотной полевой мыши, его смех звонко ударился об обшарпанные стены, пробежав по всему этажу, и спугнув маленькое животное. Мысль о том, что он так распереживался из-за дурацкой мыши одновременно веселила, но и разочаровывала. Хотя, что делать, если последний месяц ты живешь вне зоны своего комфорта, вступив на кривую дорожку преступности только ради денег, если каждый день тебя терзают сомнения, а ночью мучают кошмары, если ты уже купил билет в ад, но изучил библию из корки до корки, если нет пути назад. Он знает, что поступает плохо, он уже чувствует, как раскалённое пекло плавит толстую подошву, и от этого точно не убежать.

Но заливистый смех был прерван глухим стоном боли, когда осколок впился в мускулистое плечо. Теодор яростно толкнул парня ногой в спину, надеясь, что тот упадёт и окажется полностью в его власти, но в ответ получил неожиданный удар по носу - хруст - и кровь льётся ручьём. Ещё один удар в живот заставил скрутиться в неуклюжий комочек, затем ещё один пришёлся на голову тупым пистолетом, и Теодор, разбитый, столкнулся с твёрдой поверхностью пола. В кромешной темноте своего сознания он услышал щелчок пистолета, но последующего выстрела за ним не последовало. Около тридцати секунд полнейшей тишины навели Тео на мысль, что он уже мёртв, но сильные боли, в области головы, носа и живота, не давали полностью поверить в это. Парню казалось странным, что его ещё не убили. 

- Идиот! Зачем ты только влез в это! - сам себе сказал незнакомец, начав судорожно бить себя по голове.

В этот момент глаза Перкинса резко раскрылись, пытаясь разглядеть хоть что-то. В этой вязкой тьме парень даже не мог осознать, как сильно у него плывет перед глазами, но одно он смог понять точно - он знает, кто перед ним, он узнал его голос. 

Неожиданно, даже для самого себя, молодой человек вскочил, сравнявшись с оппонентом. Из-за резкости и ловкости своих движений, тот смог повалить крепкого парня на землю, сорвав жуткую маску.

- Эван?! Какого чёрта?! - задыхаясь от избытка самых разных эмоций, прохрипел Тео. Пылающий гнев, угнетающее разочарование и непреодолимое удивление смешались во что-то непонятное. Теодор не имел понятия, как реагировать на подобный поворот событий, он не знал, что с этим делать, поэтому поступил так, как поступал во всех непонятных ситуациях всегда. Выпустил все свои чувства наружу, не дав рыжеволосому пареньку выпалить хоть одно слово.

Оскалив свои белые зубы, Тео нанёс Эвану сильный удар по лицу, затем ещё один и ещё. Алая жидкость была повсюду: в медных волосах, на розовом заплаканном лице, на белоснежных костяшках пальцев, на одежде, на полу, отражалась в горящих от ненависти глазах. 

- Как ты мог! Я с самого начала знал, что тебе нельзя доверять! Мудак! Уёбок! Ненавижу тебя! Сдохни, тварь, сдохни! - он мог бы и вправду оставить от этого человека лишь естественную смесь из мозгов, крови и остатков черепа, но паренёк слишком увлёкся собой и своими чувствами, словно маленькая девочка переживающая сложный пубертатный период, он напрочь забыл, что не один в этом доме, и его эмоциональный всплеск может привлечь много лишнего внимания, точнее точно привлечёт. Внезапный выстрел в плечо не заставил себя ждать. Боль разлетелась по всему телу, а мужской стон раздался в сыром помещении тихим и глухим звуком. 

Когда Тео повернулся дабы разглядеть стрелявшего, он совершенно не удивился, заметив победную улыбку на утончённых розовых устах Глории. Девушка стояла в дверном проёме, профессионально держа свой пистолет и также бездушно, как и всегда, наблюдала как парень пытается не корчиться от ноющей боли. В морозно голубых глазах сверкнуло что-то бесовское, словно очередное послание из ада. Не став ждать долго, она нанесла ещё один серьезный удар в грудь. Пуля вырвалась из пистолета вместе с её ехидным смешком, к несчастью, окончательно повалив Перкинса на жёсткий деревянный пол, замазанный свежей кровью больных душ.

Всем привет, мои милые читатели!

Сразу скажу, что эта глава далась мне достаточно сложно, ведь я очень старалась придать ей как можно больше напряжённой атмосферы, но что вышло, то вышло. Судить Вам)) Еще меня очень интересует вопрос о том, насколько неожидан был поворот с Эваном и кто еще был у вас в подозрении) Жду вашего мнения и всех люблю! :**