10.
Объятия с родным человеком дарят ощущение полной безопасности и тепла. В них чувствуется поддержка, любовь и взаимопонимание, словно весь мир становится легче, когда ты рядом с тем, кто всегда рядом.
***
Когда Даня остановился и взглянул на меня, я почувствовала, как внутри что-то сжалось от тревоги. Не в силах продолжить идти, я остановилась, схватила руками голову и тихо начала бормотать:
— Прости, прости, что сказала... Боже, я такая дура, ты подумаешь, что я сумасшедшая... Прости, забудь...
Даня, заметив, как я переживаю, аккуратно убрал мои руки, слегка наклонился и с тёплым взглядом сказал:
— Хватит себя накручивать. У тебя красивая улыбка, ты вообще вся красивая. Да ты просто мечта любого парня.
Я покачала головой, не веря его словам, и почувствовала, как одна слеза скатилась по щеке. Вспомнив всё, что когда-то меня ранило, я прошептала, слегка дрожа:
— Сколько бы люди мне не говорили комплименты, для себя я всегда останусь уродкой... Прости, пожалуйста, прости за всё.
В груди заколола боль, как тяжёлое давление, а тревога не отпускала. Всё казалось таким непреодолимым, но его слова, хоть и не могли полностью утешить, всё же заставляли почувствовать небольшую надежду.
Не выдержав больше моего бреда, Даня без слов притянул меня к себе, его руки мягко обвили меня, как будто хотели защитить от всего. Я почувствовала, как его тепло накрыло меня, и моя голова невольно уткнулась в его плечо. Он не говорил ничего лишнего, просто начал аккуратно поглаживать мою спину, словно в этих простых движениях был весь смысл — успокоить, дать почувствовать безопасность. Его руки были такими тёплыми и уверенными, что я начала немного успокаиваться, но дрожь всё ещё не отпускала меня.
Это было странное, одновременно мучительное и умиротворяющее чувство. Даня продолжал держать меня, не торопясь, давая время, чтобы я могла успокоиться. И в этот момент мир вокруг казался немного мягче, как будто всё становилось проще, когда ты в его объятиях.
Спустя минут пять, когда я наконец почувствовала, как мои нервы немного успокаиваются, я отстранилась от Дани. Он внимательно посмотрел на меня и спросил:
— Ты успокоилась?
Я кивнула, но всё ещё не решалась встретиться с его взглядом. Смотрела в сторону и тихо произнесла:
— Да... прости меня, я просто никогда не чувствовала себя такой нужной кому-то, кто захочет узнать меня... И прости за то, что рассказала тебе.
Даня немного наклонился вперёд, его взгляд был мягким и тёплым, полным искренней заботы. Он взял меня за руку и сказал:
— Ты не должна извиняться. Это нормально, что ты рассказала мне. Ты можешь доверять мне, я всегда буду рядом, если тебе нужно поговорить.
Я почувствовала, как его слова постепенно согревают меня изнутри. Он продолжал:
— Знаешь, у меня тоже было что-то подобное. Я долго скрывал всё внутри, не знал, как быть. Но когда я наконец выговорился, мне стало легче. Я понял, что, когда делишься этим с кем-то, это помогает. И ты типо не один в этом, считай у тебя есть опора что ли.
Я вздохнула, чувствуя, как тяжесть постепенно уходит. Даня мягко продолжил:
— Ты не одна, и если тебе нужно что-то обсудить, я всегда готов выслушать. Главное, не держи всё в себе. Мы все проходим через трудные моменты, но важно помнить, что можно открыться и не быть осуждённым. Ты сильная, и я горжусь тем, что ты мне доверилась.
С каждым его словом я чувствовала, как мои переживания становятся немного легче. Даня не торопился, он был терпелив и готов поддерживать, и это приносило мне невероятное облегчение.
Когда мы наконец подошли к моему дому, я почувствовала, как в груди нарастает нечто тоскливое. Прощаться не хотелось, и каждый шаг, который я делала, ощущался как что-то нелепое, ненужное. Мы шли в тишине, и мысли путались: было странно думать о том, что вот-вот нужно будет расстаться, когда я ощущала такую близость, словно время с ним было особенным. Я могла бы идти так ещё долго, не замечая ни времени, ни места, лишь бы не наступал момент прощания.
Моё сердце билось быстрее, а в голове воссоздавались образы последних минут, когда он был рядом, поддерживал меня. Я не знала, как сказать, что мне тяжело, что мне просто не хотелось отпускать его, что я, возможно, немного боюсь одиночества, которое снова будет рядом, когда он уйдёт. Но я молчала, продолжая идти рядом с ним.
Даня, казалось, тоже не спешил уходить. Он несколько раз посмотрел на меня, как будто что-то пытался сказать, но молчал. Может быть, ему было непривычно чувствовать, что этот момент заканчивается, что наш вечер близится к завершению. Он не торопился, возможно, боялся, что скажет что-то не то, или не хотел показывать, как ему тоже не хотелось прощаться. Он был рядом, но в его взгляде я замечала лёгкую тревогу, как будто он тоже не знал, что делать с этими последними мгновениями.
Когда мы подошли к подъезду, я замерла на мгновение, а он сказал, тихо, почти неуверенно:
— Ну… пока тогда, до завтра?
В его голосе я уловила ту же лёгкую грусть, с которой он, видимо, хотел бы ещё немного остаться рядом. Он смотрел на меня, и в этот момент мне хотелось что-то сказать, но я не могла найти нужных слов.
Я посмотрела на него, и, наконец, тихо произнесла:
— До завтра… и… спасибо. Спасибо, что был рядом.
Слова звучали немного неуклюже, но в них было столько благодарности, столько нежности, что я надеялась, он понял, что для меня это было важным. Мы оба молчали ещё пару мгновений, как будто ненадолго замерли в этом прощании, и я, наконец, развернулась и ушла. А он остался стоять у двери, ощущая, как всё вокруг становится тише, но внутри оставался какой-то след, который ещё долго не отпускал.
Я зашла в квартиру, бросила сумку в угол и крикнула:
— Я дома!
Ответа, как я и ожидала, не последовало. Никому нет до меня дела. Просто привычное ощущение пустоты. Я быстро прошла в свою комнату, закрыла дверь, словно пытаясь спрятаться от всего мира, и начала переодеваться.
И тут взгляд упал на худи, которое я всё ещё носила. Оно было не моё. Оно принадлежало Дане. Я почти забыла, что утром он дал мне его, чтобы не замёрзнуть. С лёгким волнением я взяла телефон, пальцы дрожали, пока я набирала сообщение:
— Кудряш, ты ещё возле меня?
Ответ пришёл почти мгновенно:
— Да, а что?
— Вернись, — я быстро написала. — Я выйду к тебе, тебе худи отдать.
Прошло всего мгновение, и я увидела его сообщение:
— Оставь себе :)
Улыбка сама по себе расползлась по моему лицу. Я сжала телефон в руках и вдруг ощутила, как сердце стало биться быстрее. Подойдя к окну, я выглянула наружу. Даня всё ещё был там, но уже почти уходил. Его фигура постепенно скрывалась за углом дома, и это почему-то вызвало во мне лёгкую грусть.
Я закрыла шторы, бросилась на кровать и прижала худи к себе. Ткань была мягкой и уютной, а запах… Этот запах будто обнимал меня. Он пах чем-то свежим, словно лёгкий ветерок после дождя. Едва уловимые нотки его парфюма — тёплые и немного древесные, как будто впитали в себя его спокойствие. И ещё что-то совсем родное, что нельзя описать словами, но это отчётливо говорил мне: "Это Даня".
Я закрыла глаза, спрятав лицо в ткань, и глубоко вдохнула. На миг стало тепло, как будто он действительно был рядом.