Глава 19
На улице еще было темно, когда раздался стук в дверь. Макс пошел открыть и через секунду Эрика встала и вышла из моей комнаты. Ко мне подошел Джейсон. В спальне горит лампа. Ее тусклого света хватает, чтобы увидеть капли воды на его руках и чуть влажную одежду. Наверное, на улице идет дождь. А я люблю дождь... В Калифорнии это такое редкое явление...
– Ну и что ты на этот раз натворила? – спрашивает Джейсон спокойным голосом и ложится, обняв меня. С одной стороны, я рада, что он тут со мной. Но с другой стороны, не хочу, чтобы он видел меня такой мерзкой...
– Что случилось? – снова спрашивает он.
Я слабо качаю головой, прижимаясь лицом к нему. Хочу сконцентрироваться только на его запахе. Что-то древесное в сочетании со свежими нотками. Даже не знаю, это парфюм или он сам по себе так приятно пахнет. Просто хочется закрыть глаза и вдохнуть этот аромат глубже. Впитать в себя, как губка, чтобы этот запах остался со мной навсегда... Чувствую его тепло, то, как он гладит большим пальцем по моей коже. Слышу, как он дышит... Какая же я дура... Почему я раньше не обращала внимание на всё это... Он ведь так часто был со мной рядом...
– Ладно, потом расскажешь..., – сказал со вздохом Джейсон, не дождавшись от меня хоть какого-то ответа.
Думаю..., то, что я натворила, я ему точно не расскажу...
От его тепла и аромата я начинаю успокаиваться, и глаза наконец-то начинают слипаться...
Проснулась от яркого света, который пробивался в окно. Джейсона рядом нет. Может, он мне приснился?
Какое-то время я лежала и смотрела уже по привычке в окно. С кровати вижу только небо из окна. Скоро начну понимать время по уровню освещения. Боль еще ощущается в теле, но не так сильно, как вчера.
– ... аю сама расскажет, когда будет готова, - слышу приближающийся голос Макса. Потом звук открывающейся двери. Я лежу спиной ко входу, и Макс не видит моего лица. Но на всякий случай я закрываю глаза.
Это правило номер один: «Притворись спящей, и они отстанут».
Через несколько секунд слышу Макса:
– Еще спит.
Он не закрыл дверь до конца и я слышу, что происходит в гостиной:
– Она разговаривает? – голос Джейсона, значит, все-таки не приснился.
– Ну, за последние дни я слышал только: «иди на хер», «оставь меня в покое» и чаще всего ее любимое: «нет», – говорит Макс.
– Выглядит дерьмово... – И через несколько секунд продолжает: - Она хоть что-то ест? Такая тощая. Я даже сразу не узнал ее.
– Можно сказать, что нет. Ее невозможно заставить что-то съесть. Сам увидишь. Хотя, может, с тобой будет по-другому. Я поэтому тебе и позвонил. Просто не знаю, что делать с этой девчонкой...
– Почему раньше не сказал, что с ней что-то не так?
– Я не думал, что все настолько хреново.
– Это потому, что у тебя в голове только один футбол и Эрика.
– Херня! С Джесс я вижусь каждый день. Я уже так привык к ней, что и дня не могу прожить, чтобы не узнать, как у нее дела.
– Хреново узнавал, если она дошла до такого состояния.
– Я не мозгоправ. Еще раз говорю, я не думал, что все настолько плохо.
Интересно, – пронеслось у меня в голове, – то, что я нажралась таблеток - это еще не так всё плохо? А тем временем Джейсон спрашивает более настойчиво:
– Может, все-таки скажешь, что тебе известно?
– Нет. Захочет, сама скажет.
Они замолчали. И я слышу только звук телевизора. Невольно в моей душе что-то шевельнулось теплое по отношению к Максу. Потом дверь открылась, и я снова закрыла глаза. Кто-то зашел, и я точно уверена, что этот кто-то стоит передо мной. Я не шевелюсь. Жду, когда снова услышу шаги и звук закрывающейся двери. Но...
– Джесс, я знаю, ты не спишь.
Продавливается матрас и чувствую руку Джейсона у моего лица. Большим пальцем нежно гладит по моей щеке.
– Открой свои красивые глазки, – слышу его тихий манящий голос: – Ну же, посмотри на меня.
Не могу больше притворяться, открываю глаза, но смотрю в сторону.
– Посмотри на меня. Детка, пожалуйста.
Я просто не могу заставить себя посмотреть на него. Мне стыдно... За все то дерьмо, что произошло со мной. За то, что я сломалась. Ведь если бы я не была такой тупой с самого начала...
Заходит Эрика и спрашивает:
– Как она?
– Хреново..., – со вздохом произносит Джейсон и проводит рукой по моим волосам. Потом он отходит от меня, и они выходят из комнаты. Но прошло немного времени, и Джейсон возвращается. Откидывает одеяло и берет меня на руки.
– Оставь меня..., – еле слышно говорю. Мне так хочется вернуться под одеяло... И чтобы меня никто не трогал...
– Я больше никогда не оставлю тебя, поняла? Я уже совершил эту ошибку, и вот что вышло. Называется дал тебе время..., – отвечает Джейсон.
Джейсон несет меня в ванную. Эрика уже там. Она трогает воду в ванне и что-то насыпает в неё. Джейсон ставит меня на ноги и выходит из ванной комнаты. Мои ноги подкашиваются, а голова кружится. Меня резко штормит и приходится облокотиться на прохладную стену. Эрика подходит ко мне и пытается снять с меня пижаму.
– Я сама..., – останавливаю ее и снимаю с себя все. Наверное, выгляжу как скелет. Боковым зрением вижу, как Эрика старается не смотреть на меня. Не обращая на нее внимания, я погружаюсь в воду. Кажется, я не мылась уже неделю или больше. От меня воняет... Мне стало мерзко от этого.
Вода приятно теплая и пахнет чем-то цветочным. Эрика мочит мои волосы, поливая на них воду и намыливая, потом смывает. Делает эту процедуру пару раз. Потом намыливает мочалку и протягивает мне. Я беру ее не только из желания, чтобы от меня отвязались, мне захотелось быть чистой. Когда я намылилась и окунулась под воду с головой и через несколько секунд вынырнула, у Эрики было такое лицо, что вот-вот начнет звать на помощь. Видимо, Макс ей рассказал о таблетках.
Выбираюсь из ванны, и Эрика помогает мне замотать волосы в полотенце, пока я закутываю себя. Потом я иду в спальню, а Эрика идет за мной. Мои планы просты: одеться и залезть обратно под одеяло и снова притвориться, что меня нет и никогда больше не будет. Моя любимая игра в последнее время. Я ведь хорошая девочка, сделала то, что они хотели. Помылась и пахну цветочками.
Но нет!
Эрика вытащила мое белое платье и даже белое кружевное белье.
– Надевай, – говорит она.
Я уставилась на платье.
– Джесс. Серьезно, надевай. Или я позову Джейсона.
Хмуро смотрю на нее и понимаю, она правда это сделает.
Придется следовать правилу номер два: «Сделай то, что они хотят, и они отстанут».
Надеваю кружева, даже бюстгальтер. Хотя в нем нет необходимости, я так похудела после аборта, что грудь сдулась. Потом надеваю гребаное платье, а Эрика принялась за мои волосы.
После стука заходит Джейсон. Садится напротив меня и просто молча наблюдает за действиями Эрики. Она высушила мои волосы и решила сделать локоны как у долбанной куклы. Я терплю это и стараюсь не смотреть на Джейсона. Когда она закончила, Джейсон встает и подает мне руку.
– Пошли.
– Нет, – стараюсь внести как можно больше конкретики в свое «нет». Смотрю в сторону, только не в эти серые глаза... Хочу, чтобы от меня отстали. Все они. Но понимаю, что этот бой заранее проигран. На всякий случай добавляю:
– Оставьте меня в сраном покое!
– Джесс. Хватит упрямиться. Пошли. Или я закину тебя на плечо.
От бессилия меня начинает это все раздражать. И я впервые поднимаю на него взгляд. Джейсон опускается на корточки передо мной, чтобы лучше видеть мое лицо. А я продолжаю твёрдо смотреть ему в глаза. Меня слегка трясёт от раздражения, а Джейсон спокойно говорит:
– Можешь злиться, сколько захочешь. Я не оставлю тебя в покое. Ясно?
Я встаю и иду к двери. Меня все еще качает, и от того, что резко встала, в глазах потемнело. Джейсон ловит меня под руки, но я упрямо высвобождаюсь. Когда выхожу из квартиры, слышу, как Макс говорит ему:
– Ключи возьми. Уверен, она опять их забыла. Я, скорее всего уеду, за продуктами.
Раздается звук звяканья ключей и захлопывается дверь. Слышу, что Джейсон идет за мной, но ничего не говорит. Выйдя из дома, мы идем к его машине. Я молча сажусь в «Mustang». Джейсон заводит мотор и трогается с места. Если мне не было бы так унизительно перед ним, было бы очень интересно, куда едем. А так мне даже в глаза ему сложно смотреть. Но ничего необычного, мы приехали к пляжу.
– Пошли, – говорит он, выходя из машины.
Джейсон идет впереди, я плетусь за ним. Пройдя несколько метров, Джейсон подходит к кромке океана, оборачивается ко мне и ждет, когда я подойду. Как только я подошла, он наклоняется к моим ногам и снимает босоножки с моих ног. Берет их в одну руку, а другой рукой переплетается с моими пальцами. Мне крайне странно от этого, но не убираю руку.
Мы идем по пляжу, вода ударяется о мои ноги. Он знает, что я люблю воду. Для меня это гораздо лучше, чем лежать дома и играть в свою игру. Он молчит, а я слушаю шум воды. Как приятно чувствовать мокрый песок под ногами. Как приятно вообще хоть что-то чувствовать.
– Я сейчас вернусь, – говорит Джейсон, отпуская мою руку, и быстро уходит. Но минут через пять догоняет меня. Протягивает мне молочный коктейль. Я смотрю на этот коктейль и нерешительно беру его. Делаю глоток и морщусь от неприятного ощущения в желудке. Кажется, болезненное жжение в желудке доходит до макушки. Наверное, из-за того, что я почти не ем и из-за большого количества лекарств, которые побывали у меня в желудке накануне... Наверное, бесследно это не пройдет.
Если бы не Джейсон, я бы предпочла отказаться от еды. В последнее время мне просто не хочется есть. Но с Джейсоном, похоже, это не прокатит. Он замечает, как я морщусь, и спрашивает:
– Невкусно?
Я машу головой. На самом деле вкусно. Вкус, кажется, ежевики или голубики, какой-то ягодный. У него точно сдвиг на ягодных вкусах. Потихоньку выпила весь коктейль. И мой живот начинает очень громко издавать звуки. Джейсон это слышит, и мне становится стыдно. Я снова хочу вернуться домой и спрятаться. Он тянет меня за руку к лавочкам.
– Садись.
Он уходит, а я начинаю чувствовать себя дрессированной собачкой. Но мне пофигу... Я сижу и слушаю океан. Сама не понимаю, почему мне становится стыдно за свои слабости. Я же человек... Какая же это тупость!
– Вот, держи, – он принес хот-дог. Мне и себе. Запах на самом деле аппетитный. Я беру у него еду и начинаю есть. Джейсон не пристает с вопросами, да и вообще с разговорами. Как только я доела, мы пошли дальше.
Шли молча. Я хочу что-нибудь сказать... Но такое чувство, как будто разучилась говорить.
Так я и не нашла, что сказать. Дойдя до парка, пошли обратно. Потом немного посидели на лавочке. Когда стемнело и стало прохладно, моя кожа покрылась мурашками. И как только Джейсон это заметил, мы пошли к машине. По дороге домой заехали в итальянский ресторанчик. Он сходил туда совсем ненадолго и вышел с пакетами. Наверное, заранее заказал.
– У нас есть шанс поесть, пока мы не пришли домой и нас не обожрали, – сказал он, открывая коробку с пиццей. А потом дает мне кусок пиццы без шанса на отказ. Я его беру. Что мне остается делать? В итоге я съела весь кусок и запила колой. Но когда мы остановились возле дома, и стоило мне только выйти из машины, меня сразу вырвало в ближайшую мусорную урну.
– Ничего страшного..., – говорит мне Джейсон, держа мои волосы.
Да уж, совсем ничего страшного. Как мне еще опозориться? Можно мне сразу полный пакет позора?
Когда мы зашли в квартиру, я сразу пошла попить воды и отправилась обратно в спальню. У меня ужасная слабость. Даже в глазах темнеет от того, как тяжело мне находиться в вертикальном положении.
Макс уже успел вернуться и теперь залез в пакеты из ресторана, а мне вдруг захотелось жутко спать. Зайдя в спальню, переодеваюсь в пижаму и сразу устраиваюсь в постели. Наверное, Эрика сменила постельное бельё. Кровать пахнет свежестью. Помню, как пришел Джейсон, когда я была уже совсем сонной. Он лег рядом, обняв меня и прижав к себе. И я снова уснула. Впервые за последнее время спала очень крепко и спокойно.