Глава 16
Проснувшись утром, чувствую, как и сказал Джейсон: первая секунда действительно дает ощущение, что ничего не произошло. Но потом наваливается осознание...
В следующие дни Джейсон был со мной. Он не ходил на учебу. Не позволял мне садиться за руль. Говорил, что в таком состоянии я точно угроблю себя. Он следил, чтобы я хоть что-то ела, спал со мной в обнимку. И мы ни разу не говорили о том, как разошлись в прошлый раз.
Тетя хотела прекратить его ночевки со мной. Но после того, как она несколько раз к нам заходила и видела, что мы просто лежим в одежде и ничего не делаем, отстала. Сказала только не закрывать дверь.
Да, без проблем.
Джейсон рядом со мной, и мне немного легче...
Мама все больше становится как морской огурец. Она почти не ест. Только когда тетя ее заставляет, она подчиняется. И то, наверное, просто чтобы тётя отстала от нее. Так же тетя помогла решить все документальные вопросы, связанные с компанией папы: дом на его имя, наследство и тому прочее... Столько всего... Оказалось, у папы были серьезные проблемы на работе. Было закуплено две провальные фирмы. По сути, обычное дело. Папа на этом и специализировался. Покупал провальную фирму за гроши, делал ее успешной и продавал уже совсем за другую цену. Только в этот раз что-то пошло не так, и на компании папы образовался долг. Из сбережений семьи их погасили, а компанию поставили в режим банкротства или что-то такое. Я совсем не понимаю в этом. Но на семейном счету было достаточно денег для решения этих проблем.
Тетя настояла на том, чтобы заложить все оставшиеся деньги в банк под процент и жить на эти проценты. А дом советует продать. Но мы с мамой наотрез против продажи дома.
Время идет. Ничего не изменится, и мне нужно возвращаться в Лос-Анджелес. Но маму нельзя оставлять одну, я просто боюсь за нее... Хотела взять маму с собой, но тетя решила забрать ее в Париж. Говорит, ей пойдет смена обстановки. По итогу дом поставили на охрану. Его будут стабильно проверять, и если я захочу приехать домой, мне нужно будет сообщить охране, прежде чем открою дверь.
В последний день, когда все вопросы были решены, тетя с мамой отправились в аэропорт. А я остаюсь дома с Джейсоном.
– Вот и все... Сейчас даже нет причин приезжать сюда..., – говорю, оглядывая дом.
– Причины мы сами себе находим, – спокойно говорит Джейсон.
– Пока что мне не захочется приезжать сюда. Пока еще очень больно... Если честно, очень хочу уехать. Прямо сейчас. Смотря на этот дом, испытываю очень странные чувства. Как будто смотрю в своё прошлое, и это прошлое как болезненная ностальгия. Пошли, я очень хочу уехать.
Мы идем на улицу, и Джейсон позади меня спрашивает:
– Хочешь, я отвезу тебя?
– В Лос-Анджелес? – оборачиваюсь и спрашиваю, глядя в глаза.
– Ну да.
– Это будет неудобно. Мне нужна моя машина там. – Закрываю входную дверь и пока идем до ворот, Джейсон говорит:
– Я могу отвезти тебя на твоей машине. Обратно вернусь на такси.
– Перестань. Я справлюсь... Ты и так почти три недели нянчился со мной.
Выйдя за ворота Джейсон подходит ближе ко мне и обнимает.
– Говоришь так, как будто была обузой для меня. Это не так. Поняла? – обнимая, он гладит меня по голове и утыкается носом мне в макушку.
За эти три недели он стал намного ближе мне, чем до этого... А может, он всегда был настолько важен для меня? Просто я отгоняла это чувство? Но одно знаю точно, его поддержка была неоценима.
– Ладно, мне все-таки надо ехать, – отстраняюсь от него.
Ставлю дом на сигнализацию с телефона и звоню в охрану. Еще раз обнимаю Джейсона, потом сажусь в свою машину, а Джейсон в свою, и мы выезжаем в разные стороны.
Только по дороге в Лос-Анджелес я понимаю, что даже не сказала спасибо Джейсону. А он заслуживает как минимум простое спасибо!
Я эгоистичная дрянь. Думаю только о себе!
Я отъехала недалеко от города, поэтому резко разворачиваю руль и направляюсь назад. Хорошо хоть в этот момент я была одна на дороге. Я опять не посмотрела по сторонам... Когда-нибудь это кончится плохо...
Подъезжаю к дому Джейсона и сижу в машине. Как же мне сложно определиться со своими чувствами... Я приехала, чтобы сказать спасибо? Или мне есть что сказать ему что-то другое? Черт... И вот выходит из дома Джейсон и смотрит на меня с непониманием на лице.
Я выхожу из машины и бегу к нему. Он подхватывает меня на лету, и я, не задумываясь, целую его в губы. Джейсон крепко держит меня за талию, прижимая к себе. А я обнимаю его за шею. Поцелуй такой страстный, что у меня живот сводит... Когда я отстраняюсь от него, а он ставит меня на ноги, спрашивает:
– Как это понимать?
– Забыла сказать... спасибо..., – говорю запинаясь. Сама не ожидала от себя, что захочу поцеловать его. До последнего момента даже не думала об этом. Но этот поцелуй был таким правильным!
Джейсон медленно отпускает меня из своих рук, и я делаю неуверенный шаг назад от него.
– И это все? – спрашивает меня со странным выражением лица.
– Да... Теперь мне нужно ехать, – всё еще испытывая неуверенность, разворачиваюсь и иду обратно, спотыкаясь и постоянно оборачиваясь. Когда оборачиваюсь, дойдя до машины, он продолжает стоять и просто смотреть на меня. Наверное, для него мой поцелуй был еще большей неожиданностью, чем для меня. Сама не знаю, почему я это сделала.
Приехав в квартиру, я все еще думаю о Джейсоне... Не понимаю, что происходит со мной по отношению к нему. Все изменилось...
Прежде чем ко мне кто-то придет, я решаю первой пойти к Максу. Но его не было дома. Тогда я возвращаюсь к себе, а он уже там. И я сразу говорю ему:
– Прежде чем ты захочешь сказать какую-нибудь чушь типа «соболезную», «мне так жаль», ну и тому подобное, предупреждаю этого не делать! Всё что нужно было сказать, ты сказал на похоронах. А теперь никакой жалости ни в словах, ни во взгляде, ни в действиях! Веди себя, как обычно и просто меньше меня трогай. Хорошо?
Он стоит ошалевший и просто смотрит в сторону. Потом все-таки говорит следующее:
– Эмм..., ты, конечно, извини... Но я хотел сказать, что продукты в холодильнике стухли. Я всё это время был в Сан-Диего, и есть некому было.
Я не ожидала это услышать и вот начинаю улыбаться, а потом уже смеяться. Смеюсь до слез, хотя мне совсем не смешно. Это что-то нервное. Макс, смотря на меня, тоже засмеялся.
– Пошли, балда. С тебя продукты, – говорю ему.
Мы закупили продукты и вернулись ко мне в квартиру. Выгребла из холодильника все, что испортилось в помойку. Через какое-то время приехал Нейт, потом Наоми, Доминик, Эрика и Стив. Судя по тому, как они себя вели, Макс с ними разговаривал. И меня все устраивало в их общении со мной. Они ведут себя практически как обычно. Только практически без шуток и они вообще не донимают меня своими приколами как обычно. Все неестественно спокойные и серьезные. Как будто наконец-то повзрослели лет на десять. А я периодически смотрю пристально на Нейта и думаю, чувствую ли я что-то к нему? Он добрый, нежный, ласковый и заботливый... Мне с ним не скучно. Он умеет заботиться обо мне... Вдруг он смотрит на меня и наши взгляды встречаются. Мои губы дрогнули в порыве улыбки, смотря на него, и он отворачивается, общаясь с кем-то.
За этот день несколько раз звонил Джейсон. И каждый раз я видела только пропущенный звонок. Если бы увидела входящий, даже не знаю, ответила бы или нет. И если ответила бы то, что сказала? Я не знаю... Я запуталась.
Мы заказали китайскую еду. Макс сказал, что такую дрянь он не ест, и пошел делать себе стейк на электрическом домашнем гриле. Мы сидели до позднего вечера, а потом Нейт начал всех выгонять. Как только все ушли, он повел меня в спальню. Я знаю, что сейчас будет, и во мне есть очень слабый импульс послать его к чёрту. Но всё-таки во мне больше безразличия, и я ничего не делаю. Я как заяц, который бежит на свет фар от машины, которая его гонит...
Зайдя в спальню, Нейт остановился возле меня, проводит рукой по моим волосам, целует в губы. Не настойчиво. Я вполне могу отказаться и все же отвечаю и обнимаю его за шею. Нейт снимает с меня одежду. Я с него. Я толкаю его на кровать и он послушно садится, и я сажусь на него. Нейт прижимает мою задницу ближе к себе и я чувствую его эрекцию. Чувствую его поцелуи на шее, плечах, и снова наши губы сливаются в поцелуе. Потом приподнимает меня и я направляю член в себя, погрузив в себя, я с наслаждением вздыхаю. Нейт взял сосок в губы и втянул в рот, а потом отпустил и ложится на спину. А я продолжаю двигаться. Он направляет меня в приятном темпе, держа за бёдра, а с меня срываются стоны. Потом он садится и не снимая меня с себя, поддерживая под спину, укладывает на кровать. Закидывает одну мою ногу к себе на плечо и продолжает двигаться во мне. В таком положении проникновение глубже и чувствительнее. Как только чувствую приближение, говорю:
– Скоро...
Нейт ускоривает темп так, что мне приходится хвататься за кровать, и мы одновременно кончаем. После Нейт лежит на мне и не шевелится. Потом целует в губы и идет в ванную. Я лежу какое-то время, думая о том, что это был всего лишь секс... Я даже не испытала каких-либо эмоций...
Тупо трах...
Снова вспоминаю Джейсона. Почему я поцеловала его? Я даже не думала об этом. Как-то само получилось, но жалею ли я? Нет... Определенно нет. Считаю ли я это изменой Нейту? Да. Стыдно мне? Нет. Хочу ли я снова поцеловать Джейсона? От этой мысли что-то екнуло внутри. Не знаю... Я вообще не понимаю, что со мной происходит!
Нейт выходит из ванной и иду я. Когда возвращаюсь в спальню, Нейт уже уснул. Я надеваю пижаму и тоже ложусь рядом с ним. Он меня машинально обнимает и продолжает спать. Я же так быстро не могу уснуть.
В моей душе и голове полный бардак!
Что со мной происходит? Может, это размягчение мозга из-за горя? Может, мой несчастный и наивный мозг ищет утешение и находит его в руках Джейсона? Нет. Сомнения в моих дружеских чувствах к Джейсону появились еще до того, как настал самый черный день для меня. Мне нужно немного времени, всего лишь капельку времени, чтобы привести мысли в порядок, и тогда я решу, что дальше делать. Но, кажется, я уже и так всё знаю...
***
Со смертью папы многое меняется. Кроме моральных ценностей, изменяются еще и финансовые. Трастового счета больше нет. А номер кредитной карты папы, который я знала наизусть, можно забыть. Деньги я не получаю. Хотя тетя настаивала на том, чтобы мне помогать. Раз уж я не хочу снимать деньги с другого счета, деньги, которые зарабатывал папа. Но я отказалась. Вполне хватает того, что я уже согласилась на оплату университета.
Для начала я стала искать квартиру подешевле, но пока только присматриваюсь. Та, в которой я живу сейчас, оплачена еще почти на полгода. Она слишком дорогая, чтобы жить в ней дальше.
Нашла работу. Эта работа мне даже нравится. Я обучаю серфингу. Чтобы получить эту должность, нужно было пройти обучение. Но я уже умею кататься, знаю все термины и правила. Так что осталось самое простое: этапы обучения взрослых и детей и техника безопасности работы. Когда получила сертификат, сразу приступила к работе.
Больше нравится обучать детей, они быстрее учатся. Со взрослыми сложнее, но мне все равно. Готова работать хоть каждый день.
Еще устроилась на работу по вечерам в кафе. Работаю там с 17:00 до 21:00. Пока нет посетителей, занимаюсь уроками. Что-то успеваю сделать в кафе, что-то доделываю дома. Но утром просыпаюсь и иду на учебу, и так идет все по кругу. Я полностью завалила себя учебой и работой, чтобы у меня не оставалось ни одной свободной минуты ни на Нейта, ни на Джейсона. Пока не хочу никого видеть.
Джейсон звонит почти каждый день, а я не беру трубку. Написала ему сообщение, чтобы он дал мне время. Молчал неделю, потом опять начал звонить. Не знаю, что ему сказать... Просто не знаю! Один раз он приезжал, а я струсила и не открыла ему дверь. Знаю, что это он, потому что он стал одновременно стучать и громко говорить:
– Джесс, открой дверь!
Я так и замерла, как заяц. А он снова забарабанил в дверь.
– Я знаю, что ты дома! Видел твою тачку. Открой эту чертову дверь, пока я ее не выбил!
Я еще не готова к разговору с ним. Только не сейчас, когда у меня появился нерешенный вопрос.... Джейсон стучал еще какое-то время, потом, кажется, позвонил кому-то. Потому что его голос стал приглушенным и потом он ушел. Хорошо, что Макс сейчас в Сан-Диего. Так бы Джейсон взял у него ключи... Я выдохнула с облегчением и продолжила писать домашнюю работу, изредка бросая взгляд на мою покупку. Но с этим не сейчас. К этому я тоже пока не готова.
В один день, когда я должна была работать на пляже, шел дождь. Весь день было прохладно, так что я осталась дома и занималась учёбой. За те три недели я многое упустила, и теперь приходится догонять. Сегодня я попросила всех оставить меня в покое. Только Наоми должна приехать. Мне нужны некоторые материалы по учебе у нее скачать.
Поздно вечером раздается стук в дверь. Я иду открывать, ожидая увидеть Наоми. А там Джейсон. У меня сердце замирает, как только я его вижу. Прошел почти месяц с того дня..., и мы ни разу не разговаривали, кроме моего одного сообщения. Я не слышала его после того дня, когда он приехал, а я не открыла. Ни одного слова ему не сказала и не написала за все это время. И вот он стоит передо мной и его взгляд метает гром и молнии.
– Мне надоела эта молчанка, – говорит, проходя мимо меня в квартиру. – Что значил тот поцелуй?
Он требовательно смотрит на меня, а я молчу.
– Джесс..., – подходит ко мне, берет меня за лицо у края волос. Приподнимает, чтобы я смотрела ему в глаза. – Ты ко мне что-то чувствуешь?
– Я не знаю...
– Детка..., – склоняется и пытается поцеловать меня.
Я с трудом отворачиваюсь и отхожу от него. Да, кажется, у меня и правда есть какие-то чувства к нему... Но я не могу ему этого сказать. Даже себе я пока не могу в этом откровенно, полностью признаться... К тому же мне нужно разобраться ещё с кое-чем... Не дождавшись от меня хоть каких-то слов, Джейсон бьет в стену, и там остается красный след.
– Джесс, я думаю только о тебе... Меня с ума сводит твое молчание!
– Дай мне время.
– Сколько? – снова смотрит на меня.
– Джейсон, я запуталась! У меня в голове такая каша..., – мой голос начинает дрожать. Это слышит Джейсон. Он подходит ко мне и обнимает, держа меня за голову и зарывшись пальцами в моих волосах. Говорит:
– Я готов ждать долго. Так долго, сколько скажешь... Но я должен знать, что не зря... Я не железный. Я уже столько раз пытался уехать и забыть тебя. Но у меня ничего не выходит, и я постоянно возвращаюсь. Но если ты скажешь мне прямо, что ничего не чувствуешь ко мне, и это никогда не изменится, я уеду. И тогда уже точно ты больше никогда не услышишь обо мне. Я очень устал ждать...
Я молчу. В носу начинает щипать. Как раз об этом я не могу ничего сказать... Дело в том, что у меня уже несколько дней задержка. И я до жути боюсь делать тест... Меня трясет только от одной мысли, что я могу быть беременна. Хотя, что такого страшного? Нейт меня любит. Хотя он мне этого не говорил, кажется... Странно. Этого я не помню. Я точно не говорила. Потому что, как минимум, я не уверена в своих чувствах к нему. Говорю же, каша в голове...
– Ты все еще со слащавым? – спрашивает Джейсон.
– Да.
– Почему? – отстраняется от меня. – Ты ему рассказала, что целовала меня? А о том, что спала почти месяц в обнимку со мной?
– Нет, ему это знать не нужно.
На красивом лице Джейсона отражается ярость.
– И ты считаешь, это нормально? По-моему, он должен знать! – яростно смотрит на меня, его серые глаза стали почти черными, и он говорит низким голосом, почти рычанием:
– Я ненавижу саму мысль, что он к тебе прикасается... Хочется размазать его по стене только за то, как он смотрит на тебя!
– Не трогай его! Он не виноват во всем этом дерьме...
– Он должен знать. И поверь мне, будет лучше, если с ним поговоришь ты, а не я.
На этих словах он уходит, хлопнув дверью, а я сажусь на диван. Для начала нужно сделать тест... Иду в спальню за тестом. Боюсь проверить его. Но сейчас беру и иду в туалет. Сделав все по инструкции, жду результата...
На то, чтобы проявился результат, нужно всего три минуты. Но я не могла себя заставить посмотреть на тест минут десять. Я просто сижу и думаю, что буду делать, если тест окажется положительным. Хоть бы он был отрицательным...
Как-то раз я уже делала тест. После того как меня изнасиловал Дин. Я так же боялась смотреть результат, но он оказался отрицательным. Хоть бы история повторилась... Но что-то во мне говорит, что это не повторится. И я собираюсь с духом и переворачиваю палочку. В выемке две полоски...
– Твою же мать...