Глава 13. Алумария
Поначалу курильница действительно помогла. Аромат жжённых трав распространился по беседке, и вскоре Алумария погрузилась в медитативное состояние.
Её видение оставалось неизменным: падение, море, холод и безысходность. Обычно, на этом видение и заканчивалось, но не в этот раз. Она страдала, словно оказалась в зацикленном кошмаре, барахталась в воде, цепляясь за жизнь, но волны вновь и вновь накрывали её, не желая отпускать. Ноги казались такими далёкими от остального тела, они тщетно пытались наткнуться хоть на какую-нибудь опору, но о какой опоре могла идти речь, когда под тобой километры солёной глубины?
«Прошу, Богиня, если ты правда слышишь мои молитвы, я хочу жить!»
Ещё никогда Лу так сильно не хотела выжить, как сейчас. Но, не смотря на все её мольбы, Квилетта не внемлила им. И когда девушка уже подумала, что вот-вот её сердце остановится, она очнулась в реальности, жадно глотая воздух ртом.
Её мутило. Сначала Лу думала, что это просто отголоски только что пережитого кошмара, но живот скрутило так, словно вся солёная вода, которой она наглоталась сполна, вот-вот выльется наружу. Она смутно помнила, как друзья несли её до медпункта, и окончательно пришла в себя лишь через какое-то время после приёма лекарства от доктора.
– Не тошнит больше? – внезапно спросил он, заметив, что Алумария приподнялась на локтях и села.
– Нет... Больше нет... Неужели я отравилась чем-то в столовой?..
– Очень навряд ли.
По волшебству, прямо в руки девушки прилетел стакан обычной питьевой воды. Лу пила её так жадно, будто это было вино, сделанное самой богиней Лирой.
В этот самый момент в медпункт вошла профессор Нираэль.
– Карлайл сказал, что Вы меня вызывали, доктор. По дороге он вкратце объяснил, что произошло... – когда взгляд Элисив упал на девушку, она ободряюще улыбнулась и присела на табурет рядом с койкой. – Алумария, как ты себя чувствуешь?
– Мне уже лучше, с-спасибо... – поставив пустой стакан на тумбу, Лу прикоснулась ладонями к животу, прислушиваясь к ощущениям в теле. – Я-я просто ума не приложу, почему мне стало так плохо...
– Это однозначно произошло из-за воздействия тех благовоний, поэтому нужно проверить их состав. – заявил доктор Лонгвиль, выпуская в окно письмо-летяшку.
Уже через несколько минут в кабинете на допрос собрались все прямые и косвенные участники произошедшего. Ребята, старший брат Вивьен и даже его друг, одолживший курильницу, стояли перед доктором и заместителем Нираэль с лицами, словно сейчас им будут выносить смертный приговор.
– Нет причин для суеты. Я отвечаю, в той курильнице была смесь из шалфея, крапивы... – со спокойствием ленивца рассказывал тот самый друг и сосед Криса, старшекурсник природного факультета, чья кличка была намного популярнее его настоящего имени. Длинный темнокожий южанин со впалыми щеками и густыми дредами, загибал пальцы, чтобы не сбиться в перечислении всех трав из курильницы. Лу никогда не видела таких необычных людей, и всё никак не могла отвести от него взгляд. – ...А, ну ещё кора крушины. Во-о-от...
– Звучит... Безобидно. – признала Элисив, вспоминая давно пройденные курсы травологии.
– А я о чём? Обычные благовония, разгоняющие ману в каналах, как, например, кофе разгоняет кровь или комендант Си'Жюр разгоняет всех проспавших на первую пару... Хотя... благовония и кофе, всё-таки, будут безобиднее чем мадам Си'Жюр...
От такой странной логической цепочки Лу успела потерять нить разговора. По крайней мере стало ясно одно: эти благовония и вправду не способны кого-либо отравить.
– Сначала я подумал, что у Алумарии аллергия на один из компонентов, но, по всей видимости, дело не в этом. – поправляя очки, сказал Михаэль. – Тем не менее опасно давать такие вещи в руки первокурсникам. Их каналы всё ещё нестабильны, а накопители слабы...
– Да это ж насколько каналы должны быть нестабильными, чтобы не выдержать такой лёгенький сбор?.. Там же никакой химии, я сам всё выращивал... – вслух размышлял старшекурсник, накручивая дред на палец.
От его слов девушка пожелала провалиться под землю со стыда.
– Я был неосмотрителен и не подумал, что это может кому-то навредить, – говорил Кристофер, смиренно опустив голову. – Прошу прощения, мне не стоило давать эту курильницу сестре.
– Крис не виноват, это я предложила. – попыталась защитить брата Вивьен, но встретившись с ним взглядом, притихла и тоже извинилась.
Элис вздохнула.
– Именно поэтому я считаю, что студентам необходимо найти контакт с резервом маны самостоятельно, без посторонней помощи. Это ВАШ накопитель, никто не научит вас, как правильно с ним общаться. Задачка сложная, но выполнимая для мага любого уровня. Чем быстрее вы с ней разберётесь, тем лучше будет для вас же самих. – она напоследок окинула взглядом присутствующих, потёрла переносицу пальцами и продолжила: – Четырнадцатая группа, передайте курильницу обратно хозяину и можете быть свободны до завтрашнего дня.
– До завтрашнего дня? – переспросил Ярэл.
– Да. Завтра воскресенье, занятий у вас нет, а у меня будет время придумать вам полагающееся наказание. Что касается вас, – Элисив обратила свой взор на старшекурсников. - Кристофер, надеюсь на твоё благоразумие, больше не оказывайте первокурсникам подобных «медвежьих» услуг. Думаю, вам, на третьем то курсе, стоило бы уже запомнить правила техники безопасности.
– Да, профессор Нираэль. – странно было признавать, но старший брат Вивьен выглядел словно провинившийся кудрявый пёсик. Видимо, ему было искренне стыдно, в отличие от своего друга, который всё это время со спокойствием удава разглядывал вид из окна.
– Не повезло вам, ребята. – с блаженной улыбкой «приободрил» первашей южанин и первым вышел из кабинета.
Когда медпункт покинули все посторонние, доктор Михаэль пригласил заместителя директора на пару слов. Лу практически ничего не расслышала из их разговора, хотя они просто отошли за ширму. Возможно дело было в магии, возможно в глуховатости самой Алумарии, она уже ни в чём не была уверена.
– Хм... И именно поэтому Вы позвали меня, а не их куратора? – для самой себя подтвердила профессор Нираэль, с задумчивым видом выходя из-за ширмы.
– Да. Всё-таки накопители – это Ваша специальность, и предпринимать какие-либо действия без Вашего на то одобрения я не могу.
– С-со мной что-то не так?.. – обеспокоенно спросила Лу.
– Нет, дитя, всё в порядке, – с милой улыбкой заверила преподавательница и присела на край койки рядом с девушкой. – То задание, что дал вам профессор Питиндионис утром... Можешь не переживать по этому поводу. Учитывая обстоятельства, будет лучше не торопить тебя.
– «Обстоятельства»?.. – Лу опустила взгляд, полный горечи, на колени и уже была готова начать себя накручивать, как, внезапно, ощутила чью-то ладонь на своей макушке.
Профессор Элисив осторожно погладила студентку по голове и, увидев смущённый румянец на её щеках, заулыбалась ещё шире.
– Давай договоримся: занимайся налаживанием связи со своим накопителем в собственном темпе, без использования стимуляторов, иначе тебе может стать так же плохо, как сегодня. Ни я, ни профессор Пинтидионис не будем тебя торопить. Как только ты раскроешь для себя свой резерв, нагнать остальных своих одногруппников тебе не составит труда. И не накручивай себя. Порой мне кажется, что ты воспринимаешь всё слишком серьёзно для шестнадцатилетней девочки. Ты меня услышала?
– Д-да, профессор Нираэль... – краснея кивнула Лу.
В этот момент кто-то робко постучался в кабинет. Знакомая белокурая голова протиснулась в дверной проём, ища кого-то взглядом.
– Доктор Михаэль? Можно?
– Данте, я занят.
– Вы всегда заняты... – с грустным вздохом сказал мальчик, но все равно вошёл внутрь медкабинета. В руках он держал сложенную шахматную доску.
Тут же его взгляд зацепился за других присутствующих. Юноша неловко ойкнул, поздоровался с Элис и подошёл ближе.
– Лу? Тебе плохо?
– Нет, всё уже хорошо, Данте. – с мягкой улыбкой сказала девушка. Алумария до сих пор не могла привыкнуть к тому, что этот милый мальчик – её одногруппник.
– Видимо, я и вправду не вовремя... Лу, обязательно поправляйся! – переминаясь с ноги на ногу произнёс Одуванчик и снова вернулся взглядом к доктору. – А потом... Можно я приду поиграть в шахматы?
Доктор Михаэль до последнего изображал строгого взрослого, но в итоге сдался и с глубоким вздохом ответил:
– Потом.
– Ура! Тогда приду потом! До свидания!
Дантелион скрылся за дверью так же быстро, как возник, оставив всех с лёгкой улыбкой на лице.
– Ну вот и замечательно. – наконец вернулась к их предыдущему разговору Элисив. – Возвращайся в общежитие, твои соседки наверняка переживают за тебя.
Ещё раз поблагодарив доктора Михаэля, Лу уже хотела выйти из медицинского кабинета, как её вновь окликнула Элисив.
– До завтра, Алумария. И не забывай, наказание тебя тоже касается. Не опаздывай.
Ну вот, а ведь ещё секунду назад она была такой милой!
– Э-эм...Х-хорошо, профессор Нираэль.
Женщина дружелюбно помахала ей на прощание, и Лу вышла за дверь.
«Они чего-то недоговаривают...»
С ней определённо что-то не так и это не обычная паранойя. Алумария чувствовала это.
В любом случае она собирается продолжать тренировки по медитации несмотря ни на что. Возможно ей никогда не стать гением магии, но почему-то в её сердце зародилась давно позабытая упрямость. Теперь она ни за что не хотела сдаваться.
.
.
.
На следующий день профессор Нираэль, как и обещала, нашла для провинившихся внеурочное занятие.
– Поскольку колдовать и думать головой вы ещё не научились, придётся поработать руками, – с улыбкой заявила она, заводя студентов в кабинет истории. – Август, я привела Вам помощников!
Преподаватель выглянул из подсобки, а вслед за ним оттуда же вылетел целый ряд книг. Повинуясь магии хозяина, ровной башенкой они приземлились на пол аудитории, который и без того был плотно заставлен другим разнообразным хламом.
– Ох, славно, а то в одиночку мне здесь и за год не управиться, – улыбнулся историк, отряхивая руки. Его волосы были как обычно стянуты в тугой пучок, но вместо официального рабочего костюма на мужчине был простой коричневый жилет поверх пыльной бежевой рубашки с закатанными рукавами и непарадные лёгкие штаны.
– Вы собираетесь устроить блошиную распродажу?.. – спросила Адель, брезгливо осматривая расклеившийся глобус, стоявший прямо у входа.
– Этот кабинет раньше принадлежал преподавателю, который за долгие годы работы накопил здесь много добра, – ловко протанцевав мимо нагромождения вещей, Элисив оказалась у окна и распахнула его настежь. – Теперь, когда он ушёл на пенсию, нужно устроить здесь генеральную уборку.
Поток свежего уличного воздуха всколыхнул осевшую на полу пыль, и Бани громко втянул ртом воздух, приготовившись чихать. Настоящий ужас отразился на лицах его одногруппников в тот момент.
– Карл! – успел выкрикнуть староста, и рыжий без слов понял команду. Рывком, словно от этого зависела его жизнь, он оказался рядом с Роузом и зажал его ноздри пальцами. Накатывающее покалывание в носу мигом прекратилось.
– Ну вот, я хотел чихнуть... – театрально расстроился парень и громко шмыгнул.
– Не надо, – наконец выдохнув с облегчением, посоветовал Ярэл. – Ты в прошлый раз своим чихом чуть Карла не поджёг.
– Ну я же не специально! Просто я аллергик...
Девчонки наблюдали за этой странной сценой, пока Вивьен наконец не спросила:
– Напомните, зачем мы взяли с собой Бани?
– Мне скучно, – пожав плечами ответил он. Очень лаконичный и ёмкий ответ, даже не прикопаешься.
– Что ж, можете приступать.
Работа предстояла не из лёгких, и тем не менее в кабинете царила непринуджённая атмосфера. Илларион распределил обязанности между студентами, и они принялись за уборку. Вообще Лу сильно удивилась, когда преподаватели решили убираться вместе со студентами, но так работа шла гораздо быстрее.
У Адель волосы на голове зашевелились, когда ей предложили протереть пыль в старом книжном шкафу, который отродясь не видел влажной уборки, поэтому эту задачу на себя героически взял Карл. Тем более он высокий, ему легче.
Вивьен и Ярэл занялись книгами и учебниками, а Лу с Адой их расстановкой по полкам. Бани, с присущим ему энтузиазмом, шустро сгонял за тряпкой и принялся намывать окна. Ему одному было не страшно высовываться наполовину с третьего этажа и протирать стекла снаружи.
– А ты всё делаешь так медленно? – с лёгкой иронией пошутила Сварг над старостой. Они с Лу уже с минуту стояли без дела, пока Ярэл тщательно протирал обложки и страницы учебников от пыли.
Не обращая никакого внимания на её колкости, юный герцог передал ей в руки чистую книгу и, принимаясь за следующую, сказал:
– Адель, займись делом.
Взгляд Алумарии случайно упал на обложку той книги, и прочитав её название, глаза девушки блеснули любопытством.
– М-можно посмотреть? – спросила она. Адель фыркнула и без особого интереса вручила фолиант подруге, вновь переключая своё внимание на Ярэла.
Большими чёрными буквами, впрессованными в кожу, на обложке красовалось название – «История четырёхсотого столетия: Война против магов». Девушка осторожно покрутила учебник в руках, пробежалась взглядом по оглавлению и совсем отвлеклась от изначальной задачи.
– Лу-у-у, хватит ворон считать, а то мы тут никогда не закончим! – окликнула её Вивьен, протягивая девушке очищенный от пыли сборник научных статей.
Профессор Август стал случайным свидетелем этой сцены, когда вносил в подсобку коробку с позвякивающим содержимым.
– Мы ещё не проходили это на лекциях, – подметил он, лишь краем глаза увидев знакомый корешок.
– А? Д-да... – смутилась Лу и поставила фолиант вглубь полки. – Я слышала о войне с магами, но очень мало...
На самом деле, в родном интернате её учительницы часто поднимали эту тему, восхваляя чародеев, которые боролись против «гнойной язвы» на теле империи. Но разве могла она рассказать правду?
– Что же тебя интересует?
Глаза девушки вновь заинтриговано блеснули, и, не прерывая своей работы, она всё же решилась задать вопрос:
– Королевство Дели-о-Нима ведь и так уже было разрушено природным катаклизмом. Зачем было вести войну против государства, которое и так погибло?
Илларион тем временем раскрыл коробку, внутри которой всё это время находились статуэтки и награды студентов за всевозможные конкурсы и олимпиады. По какой-то причине вышедший на пенсию мистер Верн не забрал их с собой. Призадумавшись, преподаватель всё же начал свой рассказ.
– После падения Дели-о-Нима, маги, потерявшие свой новообретенный дом, вынуждены были скрываться от инквизиции и имперского гнева. Не многие смогли пережить это. Если бы один великий человек не поднял восстание, мы не смогли бы жить так же спокойно, как сейчас.
– Великий человек?
– Делин Колиум, конечно! – бодро ответила Вивьен. Если даже она знала этот факт, значит Лу действительно многое пропустила... – Университет назван в его честь. Это легенда, о которой знают все студенты!
– Верно, – похвалил профессор Август. – Делин Колиум – не его настоящее имя. Между прочим, он был младшим принцем, которому не повезло родиться с даром к магии. Первым магом в императорском роду, «чёрной овцой». Никто бы не посмотрел на то, что он был сыном императора, его ждала лишь позорная казнь, как и всех магов в то неспокойное время. Зная всё это, принц бежал и скитался по миру, пока однажды не встретил нашего директора – Нираса Септима. В те времена он был вполне обычным человеком, жаждущим мести за свой народ. Принц взял себе новое имя, созвучное с названием павшего королевства и вместе с Нирасом поднял восстание. Так и началась война империи против магов.
Лицо преподавателя внезапно омрачилось, словно ему было неприятно рассказывать эту историю. Ему понадобилось время, прежде чем продолжить:
– Как бы близки они ни были с Нирасом, в один момент их пути разошлись. Делин потерял опору в лице своего самого близкого друга. Именно тогда для магов всё и пошло по наклонной.
– Что? Но разве сэр Делин не был защитником магов? – недоумевала Лу.
– Годы войны сделали его жестоким и, в конце концов, безумным. Он возненавидел людей без дара, угнетавших магов, сбился с пути, и некому было его остановить. Именно в те года война стала по-настоящему кровавой. Поняв, что его старый друг одержим геноцидом обычных людей, он отправился прямиком к императору. В итоге ему удалось повлиять на тогда ещё кронпринца Эстора II и договориться о правах магов при условии, что Нирас остановит его обезумевшего младшего брата. На месте нашего университета находился военный форт, в котором Нирас и сразился с другом в последний раз.
Неозвученная концовка истории повисла в воздухе, оставив Лу под сильным впечатлением. Стоило ей открыть рот, чтобы задать вопрос, как, неожиданно, заговорила Адель:
– Кстати, тот огромный вяз во дворе университета – могила Делина Колиума.
Вот это фактик! Алумария удивлённо уставилась на свою соседку, затем перевела взгляд на других своих одногруппников, которые утвердительно закивали. Так это правда! И как теперь спокойно смотреть на это дерево? Ей ведь так нравилось слушать шелест его кроны, смотреть на листопад и прятаться от моросящего дождя под его ветвями...
– Бой был тяжёлым и в конце концов закончился смертью обоих... Хуже всего было то, что и другие люди, находившиеся на острое погибли. Эстор II взошёл на престол и узаконил права магов. Так и закончилась война.
– Н-но...Как же директор?...
– Вернулся через пару лет. С новым телом. Даже церковь назвала это божественным чудом, хоть и не желала признавать Нираса Септима святым. Он рассказал, что во время битвы Делин умер первым, причём умер подобно дракону: высвободив огромное количество маны, которая, в последствии, расщепила тело Нираса. Его друг стал великим деревом, а он все эти года копил силы, пока наконец не предстал перед Его Величеством в том виде, в каком мы все его знаем. Пламя концентрированной маны вместо плоти и крови, сохранившее в себе разум умершего человека.
Лу затаила дыхание, потрясённая услышанным.
– Но... Он правда получил благословение богов? Как это возможно?
– Возможно, если ты потомок королевской семьи Ариавэльде. Только благодаря сильной крови директор выжил, – ответил Ярэл, беря в руки последнюю пыльную книжку из стопки. – А вот на счёт благословения богов... Кто знает?
– На всё их воля... – с придыханием сказала Лу.
Работа спорилась и через два часа подсобное помещение кабинета истории сияло чистотой. Довольный результатом, профессор Август объявил о завершении работы.
– Большое вам спасибо. Теперь здесь будет намного приятней работать. – с улыбкой сказал он, ещё раз окинув взглядом посвежевшее помещение.
В этот момент дверь в подсобку отворилась и с грохотом ударилась о стену. Так бывает только когда дверь пихаешь со всей силы и так обычно делает только профессор Нираэль.
– Мы тоже всё!
Заместитель директора вместе с Роузом лично занималась аудиторией. Там работы тоже было предостаточно.
Илларион встретил их милой улыбкой.
– Замечательно.